Возвращайся

Не сводя с девушки взгляда, — будто можно наглядеться впрок! — Ксавье облокотился о перила, пряча черную коробочку в карман пальто. Им разрешили уехать до официального окончания семестра и, как он и полагал, Аддамс этим воспользовалась, но его все равно огорчал её отъезд. С другой стороны чего он ожидал, наговорив ей тогда всякого, сидя за решеткой? Хотя, если начистоту, Ксавье втайне опасался, что девушка воспримет его отчаянные слова всерьез и не вернется. Поэтому и решил подарить в качестве извинения смартфон — чтобы иметь пусть призрачное, но подобие связи, на случай, если Аддамс не вернется в академию. Да, скорее всего, ему никогда не ответят, но хватит и того, что она будет получать и видеть его сообщения. Ведь общаться с Уэнсдей Аддамс все равно что разговаривать с Космосом. Когда кажется, что там кто-то есть и слышит тебя, но сам в том сильно сомневаешься, так как не получаешь отклика, но всё равно не оставляешь попыток дозваться, продолжая заваливать черную бездну сигналами. Аддамс подняла голову и их взгляды скрестились, отчего Ксавье бросило в жар. Боже-боже, он и знать не знал, что кто-то может так влиять на него. Встречаясь с Бьянкой, он ничего подобного не чувствовал, даже когда подозревал, что та использует на нём чары. Эта необыкновенная девушка словно вселилась в его разум и сердце. Оккупировала душу и прогуливалась там, внутри, читая мысли и оставляя глубокие следы на сердце. Ксавье нерешительно выбросил вверх руку, как бы приветствуя, и почувствовал, что сердце пустилось в галоп, пытаясь выскочить из груди, пока Уэнсдей поднималась к нему. Его извинительная речь получилась вполне сносной, во всяком случае, он не ощущал себя жалким, когда произносил её. Ксавье вообще старался вести себя непринужденно, но, не дождавшись никакой реакции на свой «подкол», опустил взгляд и поджал губы, тем самым бесславно выдав свое истинное состояние. — Прощай, Ксавье, — слова-кинжалы больно укололи и без того израненное сердце. Прощай. Не спасительное «увидимся», а безжалостное «прощай». От безысходности и тщетности надежд, он слабо улыбнулся, опустив голову. Со стороны могло показаться, что это улыбка счастья, но то была лишь маска, скрывающая разочарование и страх. Мозг лихорадочно работал, выискивая предлог, чтобы задержать её… А вдруг удастся уговорить Уэнсдей Аддамс остаться? — Ты вернешься в следующем семестре?! — крикнул он вслед, прикрываясь улыбкой, как щитом. «Пожалуйста, ответь мне». — Да? Нет? Может быть? Но ему снова не сочли нужным сказать хоть слово. Проигнорировали. Взглядом полным тоски Ксавье провожал девичью фигурку, пока та не вышла на улицу, а после наблюдал из окна за удаляющимся чёрным автомобилем, твердя про себя, как молитву: «Возвращайся». «Ко мне».