good morning!

первым, ясное дело, проснулся линч, и не шевельнувшись слушал умеренное дыхание джона, калачиком свернувшемся у него под боком. тепло улыбнувшись, он тихо встал, накинув футболку и домашние штаны, стараясь не шуметь, закутался в шерстяной плед и заботливо накрыл писателя одеялом, выйдя на балкон и тихо прикрыв за собой дверь. зимнее утро необычайно красиво, особенно в хорошую погоду. с самого утра, как правило, деревья покрыты белым инеем. словно заколдованные, они стоят в серебре. но как только начинает подниматься солнце, то всё меняется. деревья уже усыпаны миллионами разноцветных бриллиантов, которые так и искрятся. зимой утром намного прохладнее, мороз ещё держится. на улице ─ ни души. на небе до сих пор горят звёзды. солнце уже начинает подниматься, но на небосклоне также весит застывший месяц. кажется, что ему так холодно, что он с места не может сдвинуться. но тут ему на помощь приходит солнце, которое согревает его своими лучами и он начинает постепенно опускаться за горизонт. звезда озаряет своими лучами горизонт, окрашивая его в холодный розовый цвет. зимнее утреннее небо не так красиво как летом, здесь нет облаков и совсем мало красок. чем выше поднимается солнце, тем теплее становится. на небе постепенно тают звёзды, но вечером, как только начнёт заходить солнце, они вновь заискрятся холодным светом. зимнее утро необычайно тихое, кажется, что никто не хочет нарушать эту идиллию нового дня, едва родившегося и только-только начавшегося. выдохнув горячий пар, егор ещё больше закутался в плед и сел в плетёное кресло. залюбовавшись пейзажем зимнего утра, он застыл, как и его взгляд. однако, отмерев, он взял с журнального стеклянного столика толстую книгу и пролистал на место, где торчала закладка. название гласило: «в поисках паранормального. том I». невольно зачитавшись, егор даже не услышал, как дверь с протяжным жалобным скрипом открылась и на балкон вышел джон в привычном свитере и шерстяных клетчатых штанах. на бледной шее алели яркие засосы. подойдя сзади он наклонился и, оставив полный нежности влажный поцелуй на щеке, сел на другое, точно такое же кресло рядом с креслом линча. кожа егора вся в мгновение покрылась стадом мурашек, и он улыбнулся. писатель, отчего-то нахмурившись, окинул его придирчивым взглядом. ─ ты чего так легко одет? ─ начал он грозно, однако, зацепившись взглядом за книгу в дрожащих пальцах линча, алых от холода, его тон и взгляд смягчился: ─ иди оденься потеплее, заболеешь ведь. ─ мне тепло, ─ неубедительно заверил линч, не желая прерывать этот миг. ─ серьёзно. ─ обожаю, когда ты такой, ─ внезапно прервал джон. тон его был преисполнен ласковости. ─ домашний. с растрёпанными волосами, заспанным взглядом и в этих дурацких тапках. ─ ха-ха! ─ усмехнулся линч, окидывая взглядом свои дейстаительно уродливые, но смешные мохнатые тапки с синими вытаращенными глазами какого-то чудища. ─ а я тебя любым обожаю, ─ тон его вдруг сделался серьёзным. он вдруг встал, захлопнув книгу, и облокотился о ледяные железные перила балкона. джон подошёл сзади и заключил его в объятия. стало очень тепло. даже через плед егор почувствовал жар, исходящий от шатена. широко улыбнувшись новому дню и солнцу, возбуждённо порозовевшему на горизонте, он подумал, что вот оно ─ действительно доброе утро.