Проект: "Ты будешь моей"

— Класс, прошу тишины, — Алефтина Павловна держала за руку какую-то красивую девушку. Взгляд был достаточно высокомерным, что мне сразу не понравилось. Именно про таких и читают репчики четкие пацанчики. — Знакомьтесь, Кристина Павлова. Будет теперь учиться вместе с вами, — взгляд девушки был направлен на одного человека, который сидел рядом со мной и играл в телефон. Маленький зверек по имени «ревность» злобно зарычал, намекая, что ему не нравится, когда так откровенно пялятся на мое. Когда Стас стал моим думать не хотелось. — Ха, как собака Павлова, прикольно, — Неярцев в своем репертуаре. Учитель вышла из класса, а Кристина направилась прямо к нашей парте, повиливая своими бедрами. Как кошка на охоте. — Привет, меня зовут Крис, — девушка протянула свою тоненькую ручку с красивым и длинным маникюром. Я даже про себя позавидовала, у меня такого не было. — Ага, — парень кивнул, не поднимая глаз. Его больше интересовала игра. Да и руку он тоже проигнорировал. — Что делаешь после школы? — а она не из робкого десятка. К своей цели идет напролом. — Делаю проект со своей Госпожой, — Григорьев усмехнулся, когда кинул взгляд в мою сторону и увидел, что я покраснела. Павлова сверкнула зло глазами в мою сторону, я ей ответила тем же. — Может прогуляемся? — смотри-ка, тормозов у нас нет. — М-м? — Григорьев наконец выиграл бой и посмотрел на нее. — Я не хожу на панель, извини. — Чего, блять?! — со звонком она развернулась и ушла, полыхая яростью, а мой зверек довольно урчал. «Да, это мое».

***

— Ой, прости, — Кристина в который раз за эти несколько дней налетела на Стаса так, чтобы он приобнял ее. И как обычно он поставил ее твердо на ноги, а потом повернулся ко мне, усмехаясь чему-то.

***

— Стасик, я ногу подвернула, — выла белугой Павлова, лежа на полу в спортзале. Как она могла ее подвернуть, если просто стояла у стеночки, никого не волновало. Григорьев подхватил ее на руки и понес в медпункт. Эта мадемуазель успокоится или нет? Уже полторы недели не дает ни ему, ни особенно мне покоя. Девушка сразу что-то начала ворковать Стасу на ухо, а тот зло на нее рычал. — Что, Ржевская, не все так хорошо в ваших отношениях? — язвительно поддела Натка, но я решила ее проигнорировать. Я лишь смотрела вслед удаляющейся парочке и понимала, что впервые я хочу убить человека. Достаточно жестоко. Да еще и Стас вечно сбегал из школы, а потом выходил на связь поздно вечером, из-за чего проект стоял на месте. На следующий день Павлова пришла в короткой юбке и, как назло, выхаживала перед Стасом, нагибаясь то за ручкой, то за карандашом, а я надеялась, что она найдет стыд и совесть. Настроение портилось день ото дня. И окончательно дало трещину, когда Кристина нагло уселась на колени к Григорьеву на перемене. — Отъебись, в который раз говорю, — парень скинул ее со своих колен. Причем не так уж и аккуратно. Девушка шлепнулась на пол. Именно в этот момент она добила меня. Надоела! Мое это! Мое! Ни о чем не думая, я преодолела расстояние между мной и Стасом и впилась в его губы злым поцелуем. Чувствую его усмешку, а потом он притягивает меня за талию к себе ближе. — Ну, нихрена себе тихоня! — у Неярцева вырвалось, как и всегда. — Во дают! — а это уже Лаптев подключился. — Григорьев, сука! Я тебя выпотрошу, если не перестанешь так прижимать ее к себе! — и Савельев злой подоспел. — Кхм… — парень отстранился, заглядывая в мои глаза и смеясь. — Что смешного? — ярость внутри меня не утихала. — Ты такая милая, когда злишься, — после парень обвел глазами класс и нахмурился. — А я не понял, блять, тут че, фокусы показывают? Съебались, — практически все, пряча глаза, расселись по своим местам. — И какого? — Кристина была примерно в таком же бешенстве, как и я. — Закройся! — резко оборвал ее Стас. — Сбежим? — уже ласково мне. Просто предложение, на которое я так же просто согласилась. Мы вышли во двор, когда прозвенел звонок. Да, думаю, у меня скоро так проблемы начнутся с учебой. Вот что значит плохое влияние. Я хотела начать разговор со Стасом, но тот покачал головой, сказав, что пока не готов. Моя нервная система дала сбой. Я испугалась, что своей выходкой, наоборот, больше оттолкнула от себя парня. Всю дорогу до его дома была, как на иголках. Кто меня дергал целовать его при всех? Из-за тяжелых дум, не заметила, как мы уже были во дворе дома Стаса, который гостеприимно пропускал меня в дом. Дверь захлопнулась за нами, а потом Григорьев закрыл ее на два оборота ключа, подумав еще и цепочку повесил. Его хищный взгляд обратился ко мне. Инстинктивно сделала два шага назад. — Значит заявила права? — Григорьев сделал один шаг по направлению ко мне. Я же от него. — Значит показала всем, что я твой? — еще один шаг, но я не успела, он схватил меня и закинул к себе на плечо. — Не хочешь пояснить свое поведение? — Стас! — вскрикнула я от неожиданности, когда парень кинул меня кровать, нависая сверху. — Я требую объяснений! — рык Григорьева пустил по моему позвоночнику толпы мурашек. — Хорошо! Дело с проектом застряло на месте, мне это не нравится. Вот и нашла способ обратить на себя внимание! — врала, как дышала, а дышала очень часто сейчас. Стас зло вцепился в мои губы укусами. Я ойкнула от боли. — Еще раз попробуем, — сказал он, отстранившись. — В смысле? — это типа он мне не поверил? — В прямом, Ржевская. Эту хуйню будешь загонять долбаебам, которые не знают тебя, — в его глазах были и злость, и веселье. — Правду говори. — Она тебе не подходит, — решила зайти с другой стороны. Стас видимо решил отрабатывать на мне систему поощрений и наказаний, так как после моих слов он начал выцеловывать какой-то узор на моей шее. Из-за этого мысли путались, а возбуждение росло. — Почему? — выдохнул он между поцелуями. — Противная она, — и не соврала же. Сколько она моей кровушки попила? — Хорошо, а кто тогда подходит? — не останавливаясь, спросил Стас. Его руки уже вовсю скользили по моему телу. — Любая, но только не она, — было очень тяжело собрать мысли в кучу. После моих слов последовал укус в плечо. — Попытайся ещё, видимо тяжело тебе думать с поцелуями, — Стас отстранился, а я чуть ли не застонала от досады. — Понравится ответ — поцелую. — Да за кого ты меня принимаешь? Я тебе шлюха, что ли? — его последняя фраза завела меня не на шутку. Да и в принципе, лучшая защита — это нападение. — Нет, просто тебе это нравится, — Стас даже и ухом не повёл. Вот жук! — Я внимательно слушаю, — а сам запустил руки под мою кофту, оглаживая все доступные места. — Стас! Прекрати! — у самой же в голове были противоположные мысли. Хотелось, чтобы он снова навис надо мной. — Ладно! Ты мой, и больше никто не смеет прикасаться к тебе. Все эти полторы недели я хотела разорвать ее на части, чтобы даже мысли не появлялось смотреть в твою сторону, — Григорьев с улыбкой поцеловал меня в живот. Вдох-выдох. — Ты ее ещё на руках носил! Знал бы, как хотелось приложить ее чем-нибудь тяжёлым, — парень улыбался сквозь поцелуи, пробираясь все выше. Он дошел уже до кромки нижнего белья, после чего я думала, остановится, но парень легко расстегнул лифчик на спине и потащил его вверх. Рванула, чтобы уйти от такого интимного прикосновения, но Стас удержал меня на месте. — Успокойся! — властный голос возымел эффект. — Помнишь? Я не сделаю того, что бы ты сама не хотела, — я гулко сглотнула и кивнула. — Продолжай. Она ещё на колени мне сегодня уселась и терялась задницей об член, — подлил масла в огонь, а потом продолжил прерванное занятие, припадая губами к груди. Я застонала в голос, выгибаясь к нему навстречу. Возбуждение пронизывало все тело. — Вот именно! Какое она имела… Ах, право… — говорить получалось только сквозь стоны. — Чего ради ты схватил ее на руки?! — Ты будешь моей? — Стас оторвался от своего занятия и серьезно посмотрел на меня. — Немного несвоевременный вопрос, учитывая, что я лежу перед тобой полуголая, — смущаясь ответила я. — Саш, я серьезно. А то, что ты полуголая, это даже замечательно, — он всматривался в мои глаза, пытаясь там найти ответ. — Да, буду, — Григорьев улыбнулся, втягивая меня в безумный поцелуй. Моя кофта полетела на пол, а вслед за ней лифчик. Хотелось прикрыться руками, но Стас сжал мои запастья в своей руке и держал их над моей головой, целуя каждый открытый участок тела. Контраст от смущения и возбуждения сводил меня с ума. Стас развел мои ноги в стороны и устроился между них, толкаясь бедрами в меня. Только после того, как я почувствовала его возбуждение, у меня сразу началась паника. — Стас, стой, — тихо попросила его. Он сразу остановился, вопросительно смотря на меня. — Я не готова зайти дальше. — Хорошо, — вроде и согласился, но не собирался отстраняться. Наоборот, он запустил руку под мою юбку, забираясь ещё и под колготки, и провел пальцами по моим влажным трусам, вызывая у меня стон. — Стас, я же… — не успела договорить, как парень уже преодолел тонкую преграду, которая придавала хоть какие-то рамки приличия. Я дернулась в сторону, пытаясь уйти от приятных, но таких страшных, прикосновений. — Тише, — Стас шептал мне ухо. — Просто поверь и не спорь. И я растворилась в нем. Его пальцы вытворяли что-то невероятное, доводя меня чуть ли не до крика. Григорьев целовал меня жадно, будто ждал этого долгое время. Чтобы я лежала перед ним возбуждённая, смущенная, и кричала его имя. — Ста-ас! — тело было натянуто, как струна. Я готова была вот-вот лопнуть. Григорьев рыкнул, усиливая напор, из-за этого у меня сразу потерялась нить с реальностью. Я выгнулась на кровати, сотрясаясь всем телом. — Я в душ, — Стас хотел уйти, но я притянула его к себе, обнимая. — Саша, у меня горит, - чуть ли не выл он. — Я хочу тебе помочь, — твердость в моем голосе, даже меня удивила, что уж говорить про парня. После такого оргазма, да ещё и в таком деле… — Кха… Чего? — а вот у него вышло немного задушенно. Я, перебарывая стыд, положила руку на его ширинку, чувствуя возбуждение парня. — Саш, мне кажется… — Тебе кажется. Говори, что делать? — я устроилась удобнее на его плече. Григорьев слишком долго думал. — Стас, я могу и передумать. Развращаешь монашку, так иди до конца. — До конца я и так не дойду, — раздосадованно выдал тот. — А хотелось бы, — добавил к чему-то. — Хорошо. Расстегни джинсы, — Григорьев шумно выдохнул, когда я сделала так, как он сказал. — А теперь тебе нужно забраться рукой в мои трусы и взять его всей ладонью, сжимая, — он чему-то усмехнулся, а потом пояснил: — Впервые у меня такая ситуация. Ко мне настырно лезут в трусы. Замолчал он тогда, когда я всё-таки дотронулась до него. Сжала ладонь и начала двигать вверх-вниз, то ускоряясь, то замедляясь. Парня явно смущала ситуация, но он старался этого не показать. И тут у меня возникла гениальная идея. Раз он сейчас в моей власти, по крайней мере меньшая его часть, значит я могу узнать все, что хочу. — И зачем ты понес эту дебильную на руках в медпункт? — я остановила свои манипуляции, от чего Стас зарычал. — Солнце мое, ты решила поиграть? Хорошо, — он закрыл глаза. — Потому что видел, как ты с этого бесишься. Смотрел, насколько тебя хватит. Продержалась ты полторы недели, я ставил на неделю. — А пропадал где? — подозрительно прищурила глаза. — Бабушка болела, я ходил к ней, — я сжала сильней ладонь. — Саш, я почти все. Через полминуты я почувствовала влагу на руке. Вытащила ее и начала вертеть головой, в поисках какой-нибудь тряпки. На полу как раз что-то такое валялось. Я подняла ткань и вытерлась об нее. Потом закину в стирку. С удовольствием легла на разморенного парня и не заметила, как вырубилась.