Go for it, Mona!

— Так, ну смотри. Дьявол, суд, рыцарь кубков, императрица и туз пентаклей. Тут всё очевидно, дорогая, он тебе изменяет. — Чего? — на лице девушки смешались недоверие и страх, — Нет, он же постоянно говорит о том, как любит меня, о какой такой измене может идти речь? — Элементарно. Он просто бабник, запудрил тебе мозги и развлекается на стороне. Судя по всему, от тебя ему нужно было только твоё тело, — Мона важно устроилась на общажной табуретке, облокотившись на стол. Джинн конечно же не поверила. — Ладно, расклад я сделала, с тебя 500 моры, дорогуша. М-м, кстати, могу ещё твою натальную карту посмотреть. Ну или этого горемыки несчастного. Он кто по знаку зодиака? — Водолей. — Пф, тогда всё ясно, — ухмыльнулась Мона. — Так, я ухожу. Хватит нести бред, прикрывай свою лавочку и устройся на нормальную работу, ясно тебе? Студентке было совершенно всё равно на дальнейшую гневную тираду, тем более из уст Джинн это звучало не очень-то и гневно. Ей просто хотелось получить свои грёбаные деньги и в конце концов пойти вкусно покушать, поэтому Мегистус просто молча пялилась на старшекурсницу. Та, в свою очередь, продолжала ворчать и копаться в своей сумке, в конце концов вытащив несколько монет. — Я не хотела тебе платить, но вот, возьми. Поешь что-нибудь, а то смотреть на тебя уже страшно, — поджав губы, девушка просто вышла из не очень уютной комнаты общежития. После того, как дверь захлопнулась Мона кинулась пересчитывать деньги, с удивлением отмечая, что Джинн положила даже чуть больше, чем было нужно. — Да, чёртов ужин! Наконец-то, господи. *** Эмбер была лучшей подругой Моны. Вся такая уверенная в себе и про всех всё знающая. Почему она общалась именно со среднестатистической бедной студенткой? Неизвестно. Зато известно, что Эмбер любили все. Мегистус позвонила подруге почти сразу после ухода её сегодняшней клиентки, чтобы вытянуть на ужин в какую-то кафешку. У Эмбер проблем с деньгами не было благодаря обеспеченным родителям. Девушка часто предлагала Моне заплатить за неё, ну и кто она такая чтобы отказываться? Однако иногда чувство вины за это всё же проникало в голову Моны, расшатывая и без того потрёпанные нервы, поэтому она всегда старалась откладывать деньги на такие развлечения. Возможно не слишком рационально, но лично её это не очень волновало. — Ой-ой, какая Джинн у нас злюка, — хихикала Эмбер в ответ на рассказ Моны. — Это стоило того, чтобы сейчас сидеть и наслаждаться этим чизкейком, чёрт. Вкуснее в жизни не ела, — Мегистус с наслаждением облизывала чайную ложечку. Ох, она была очень падка на десерты. Внезапный телефонный звонок прервал трапезу, и Мона, не забыв закатить глаза и что-то проворчать, достала телефон. — Слушаю. Эмбер не слышала того, о чём говорили на том конце провода, но по лицу подруги было ясно: всё хуёво. — М-м, я вас поняла. Постараюсь, до свидания, — послышался писк, обрывающий диалог. — Что там? — Если я не исправлю кучу долгов, включая, мать её, химию, то меня отчислят. А мне и жить негде, кроме общежития, и бабушку расстраивать не хочу, — Мона нервно закусила губу, решив, что лучшим продолжением мысли будет лаконичное, — Пиздец. Мона просто пялилась в одну точку. Блюдце с недоеденным чизкейком отодвинула, после такого интересного разговора кусок в горло не лез. Она, конечно, знала что рано или поздно все её прогулы понесут за собой последствия, но предпочитала не думать об этом. А вообще она была действительно умной, просто, как говорят, ленивой. Хотя и тут как посмотреть. Девушка бегала по подработкам большую часть свободного, и не только, времени. Всё-таки пенсия у её бабушки была не очень-то большой, поэтому студентке надо было обеспечить и её, и себя. Тяжеловато, не правда ли? Поэтому учеба отошла на второй, если не на третий, план. — Спокойно, я помогу. Ну точнее не я, но мой хороший друг может помочь. Он реально понятно объясняет, быстренько выучите с ним всё и можешь расслабиться. — Эмбер, не-а, нет. Знаю я твоих хороших знакомых, с меня хватит. Сама справлюсь, — с этими словами Мона встала с диванчика, последний раз оглядела кафе потерянным взглядом, и потопала в сторону выхода. Недоеденный чизкейк одиноко стоял на столе. *** Мона любила делать всё в последний момент. Работа шла менее качественно, зато быстрее. Правда, тревожное чувство вполне себе уютно устроилось где-то в животе девушки, а постоянные зевки отвлекали от написания тысячи и одного конспекта. Хотелось спать, так хотелось… Но Мона должна сделать это, она просидела за долгами уже два дня и не собирается останавливаться. Возможно она бы отдохнула, но осталось две недели. Возможно она бы поспала пару-тройку часов, но времени так ничтожно мало, и раз она не может найти способ остановить его – нужно работать. Может, она бы и выпила очередной стакан кофе, но глаза предательски закрываются, и студентка весьма неуютно засыпает на рабочем столе. Просыпается через 12 часов. Спина болит, голова как будто отвалится прямо сейчас и покатится неизвестно куда, да и выглядит она не лучшим образом. Сообразить где и почему она находится девушке не удаётся где-то около десяти минут. А затем… Ну, вам лучше не слышать этот занимательный монолог. Эмбер заходит к подруге вечером того же дня, чтобы занести немного продуктов и проверить, жива ли она ещё. Кажется, только наполовину. Мона снова яростно пишет что-то в толстенной тетради, а на лице чётко прослеживается усталость. — Умоляю тебя, давай я подключу Альбедо. Такими темпами ты скорее в могилу ляжешь, чем сдашь эти долги. С ним разберёшь всё быстро, он на препода по химии собирается идти, он реально тебе помочь может. — Я сама, а то небось он с меня ещё и денег стрясёт за «помощь», — Мона изобразила кавычки в воздухе. — Ничего не знаю, ложись спать. Я позвоню ему, объясню ситуацию, всё будет хорошо, — с этими словами Эмбер закрывает ноутбук и тетрадки подруги, подпинывая её в сторону кровати. Мона так вымоталась, что спорить смысла не было. Она просто отдалась в объятия очередного двенадцатичасового сна, только уже в кровати. *** Эмбер, чтобы проследить за Мегистус, решила поспать в её комнате. Благо соседки по комнате у неё не было, хоть в чём-то повезло. С утра она приготовила девушке завтрак, разбудила, умыла… Короче говоря, позаботилась настолько, насколько можно было. — Приходи к часу в библиотеку, Альбедо будет там. Согласился тебе помочь за бесплатно, он, вообще-то, должен мне был. — Что бы я без тебя делала, — улыбнулась Мона, — Но этому твоему Альбедо я всё-таки не доверяю. Я бы и сама могла… — Могла что? Довести себя до переутомления или чего похуже? Мона не ответила, лишь как обычно закатила глаза. В библиотеке было светло, пахло пылью и, очевидно, книгами. Студентов было немного, в основном все предпрочитали вести ночной образ жизни, но тем лучше. Когда девушка зашла в помещение, её взгляд сразу пал на симпатичного блондинчика с волосами чуть короче плеч, сзади завязаными в хвост. Его лицо выглядело таким умиротворённым, что Мона просто напросто не могла не позавидовать ему. Выдохнув, студентка медленно зашла в библиотеку. Дверь жалобно скрипнула, и парень поднял свой взгляд в её сторону, слегка ухмыльнулся и помахал рукой, а Мегистус сразу поняла что к чему. Гордо расправив плечи, она продефилировала к небольшому столику. — Здравствуй, ты Мона, да? — голос этого самого Альбедо был приятным, даже слишком, что было не удивительно. Не совсем высокий, но и не низкий. Идеальная середина, которая ему очень подходила. — Да, и если ты думаешь, что я сама решила попросить тебя о помощи, то ты ошибаешься. Я здесь только из-за Эмбер. — Что-ж, я, в общем-то тоже. Начнём? Насколько много тебе осталось сделать? — и снова эта еле заметная ухмылочка. Мегистус в принципе наполовину смирилась со своей участью и покорно рассказала Альбедо что да как. И все следующие полтора часа они провели за изучением материала, необходимого для зачёта. В прочем, Моне удалось изучить не только его, но ещё и лицо нового знакомого. Красивый, чтоб его. Сердце Моны билось в грудной клетке, так и норовя вырваться наружу, когда он поднимал взгляд, чтобы посмотреть ей прямо в глаза. А уж когда он искренне улыбнулся на тихое «спасибо» девушки, она готова была превратиться в лужицу. Ну конечно, все эти чувства необходимо было приправить напускной грубостью, чтобы Альбедо, не дай боже, ничего себе не надумал. — Встречаемся завтра в это же время, устраивает? — Вполне. А теперь разрешите откланяться, мистер всезнайка. — Разрешаю. — Посмотрите на него, разрешает он мне. Хочу и ухожу, — излюбленным жестом закатила глаза девушка и развернулась в сторону скрипучей двери. Студент ухмыльнулся напоследок, и боги, как же вовремя Мона скрылась из его поля зрения. Щёки пылали, сердце стучало, а разум не хотел признавать, что Альбедо определенно заинтересовал её. Придя обратно в комнату, девушка снова уселась за долги. Пара часов теории в день конечно хорошо, но конспекты сами себя не запишут. Как назло, в голову лезли эти нереальные голубые глаза. Это спокойное лицо, ровные черты лица, и воспоминания об этом вновь заставляли краснеть. — Да что ж такое то, чёрт. — Чего ты опять ворчишь? — послышался голос Эмбер с кровати. — Кого ты мне подсунула, что за… Говнюк. Девушка встала с кровати, прищурив хитрые глаза. — Он тебе понравился? — Чего? Нет конечно! Ой, всё, отстань. — У-у-у, всё ясно, подруга, — с беззлобной насмешкой протянула Эмбер. *** У Моны оставался день. Всего один день и два зачёта. Последняя встреча с Альбедо, после которой она должна бежать к любимому преподу должна была состояться сегодня. На удивление она почти всё успевала, но это, как бы не хотелось признавать, во многом благодаря одному голубоглазому красавцу. — Действуй, Мона, — сказала напоследок Эмбер, подмигнув подруге. Деваться было некуда. В сотый, наверное, раз девушка заходит в пыльную библиотеку. Ничего не изменилось, Альбедо всё ещё ждёт за тем же столиком. Хотя… Чего это он так улыбается смотря в телефон? Ко всем тем чувствам, что Мона испытывала с самого утра внезапно добавилась ревность. С чего бы это? Ведь они просто занимаются, Альбедо ничем не обязан ей. И всё же… Мона подходит к столику, кашляя для привлечения внимания парня, и садится. — Не отвлекаю? — Не отвлекаешь. Что там у нас осталось, химия? — Химия, — на выдохе произнесла Мегистус. Слишком уж не заладились у неё отношения с этими предметом. — Начнём. Время пролетало незаметно. С Альбедо было комфортно, весь материал был предельно ясен, голос успокаивал невовремя разбушевавшиеся нервы. Мона почти смирилась со своей очевидной симпатией к парню. Один вопрос мучал её: что чувствует он? — Я думаю, что всё будет отлично, главное не волнуйся. Ты старалась, сдать такое количество зачётов за это время — большой успех. — Неизвестно смогу ли я не завалить химию. — Всё ты сможешь, глупенькая. Главное без нервов, и будь уверенна в себе, поняла? — улыбался Альбедо. В ответ последовал лишь кивок. Щёки предательски запылали, Мона, нахмурив брови, опустила голову в пол. «Действуй, Мона» промелькнуло в голове голосом Эмбер. — Кхм, Альбедо, я в общем… Блять, да пошло всё н- Не совсем цензурная фраза была прервана сладким поцелуем. Щёки ярко окрасились в цвет самого спелого помидора и Мона, кажется, немножко сломалась. Парень кладёт правую руку на её шею, слегка поглаживая, из-за чего у девушки бегут мурашки буквально по всему телу. Он целует так нежно, но в то же время уверенно, и сердце Мегистус тает. Она отвечает на поцелуй, наконец-то осознавая что происходит, и прикусывает нижнюю губу студента. Благо, библиотекарша куда-то ушла, а народу в помещении почти не было. Альбедо мягко разрывает поцелуй и показывает эту свою фирменную улыбочку, от которой ноги ещё сильнее подкашиваются. Невозможно. — Это тебе на удачу, помидорка. А теперь беги к профессору Нойманну. Всё будет хорошо, я верю в тебя. Мона сдаёт все свои долги, возвращает доверие проффесоров и, слава Богу, её не исключают. Поспособствовал ли этому поцелуй? Кто ж его знает…