Fallen Angel. Он тоже ангел, только падший...

О том, что у Чимина амнезия семейство Чон узнало от Джина. Реакция у всех была разной, так что углублять внимание на каждого человека было бы слишком сложно. Одно дело то, что мы видим снаружи, и совсем другое то, что человек ощущает внутри. Джакомо был напуган. Да, он был напуган еще тогда, когда увидел кровь вокруг блондина, после того как тот вылетел в окно. Осознание того, что ты мог убить кого-то, тем более того, кто тебе не безразличен, било набатом в голове... и вот теперь, Чимин потерял память, причем он забыл не только часть своей жизни, а всю ее! Люси спрашивала обо всем у Джина, пыталась разузнать, как помочь мальчику, но услышав, что никакие деньги не решат этот вопрос, женщина притихла. Братья реагировали по разному, но всех объединяла жалость. Если бы Чимин знал, что к нему ощущают именно жалость, то он бы сломал нос каждому, но поскольку он не знал, Чоны продолжали блондина жалеть. Но самым растеряным был Тэхен. Ощущение злости еще не прошло, но и винить Чимина ему не позволяла совесть. Парень много думал о том, как Чимин поддерживал его раньше и о их откровенных душевных разговорах. Но его положительные мысли о блондине быстро пресекал отец. Не смотря на то, что Джакомо был напуган, он ощущал пустоту, ведь теперь он по сути никто для Чимина и даже не может подойти к нему, не то что поговорить или трогать. К тому же, его младший сын очень четко обозначил свою позицию, и жестко запретил подходить к Паку. Возможно Джакомо не послушал бы сына, но было то, что очень меняло ситуацию и убеждало Джакомо сидеть тише воды - ниже травы... Чонгук обратился к следователю, что вел дело Джакомо, рассказал, что отец будет преследовать Чимина, и с помощью юристов, выбил у судьи запретительный ордер. Теперь Джакомо законом не имеет права подходить, звонить, или как либо контактировать с блондином. Этот факт огорошил мужчину, но пойти против закона, тем более когда ты под следствием, это вырыть себе могилу. Чонгук собрал свои вещи, вызвал грузчиков, и на удивление всех своих братьев, что раньше думали, что младший не самостоятельный, уехал из родительского дома. Во-первых, Чонгуку пришли документы на имущество Чимина, который планировал после разговора с Люси улететь в Италию. Во-вторых, Чонгук не хотел все это принимать и решил вернуть все обратно, но юрист сказал, что необходимо время. А поскольку Чон подписал документы, что делали из него официального опекуна Чимина, то и жить с ним было своего рода необходимостью. И пока Чонгук уехал в больницу за Паком, фирма клининг, директором которой был Намджун, убирали в квартире Чимина и делали все, чтобы сделать вид, как будто Чонгук живет с Чимином давно: одежда Чона была развешана в шкафу рядом с одеждой Чимина, которую вытащили из чемоданов; кухню наполнили посудой, продуктами, магнитиками на холодильник и цветами на подоконник; В спальне создали романтическую атмосферу и разложили в некоторых местах свечи, которые "говорили" о том, что их не раз зажигали. Если бы кто-то зашел в квартиру, то никогда бы не подумал, что Чимин собирался куда-то ехать, или, что жил один. Чонгук сделал очень четкий план, что он будет делать, чтобы строить свою жизнь и защитить Чимина, так что такие шаги он считал вынужденными. Но если со своим планом он справлялся очень даже хорошо, то вопрос общения с Чимином, который ничего не помнит, был сложнее. Чон принес сменную одежду, забрал документы у врача и направился в палату, где его ожидал Чимин. - О, ты уже на низком старте! - Брюнет аккуратно закрыл за собой дверь, и протянул Паку пакет в одеждой. Парень был слегка смущен, и просто кивнув головой, ушел в ванную комнату. Раньше Чимин спокойно ходил голышом перед Чонгуком, одевался, раздевался, спокойно дефилировал как настоящая модель... а теперь он стеснительный, слегка зажатый, и судя по его некоторым фразам, Чимин сомневался в своей сексуальной ориентации. Это пугало. Слегка. Блондин надел джинсы, тимберленды, черную футболку с какой-то дерзкой фразой и кардиган черного цвета. Он посмотрел на свое отражение исподлобья, и мотнул головой... Чимин не помнит даже своего отражения. Он не мог узнать своих глаз, губ, носа, волос, кожи, даже своей фигуры. Да, мышечная память была, он мог что-то сделать на автопилоте, но это явно было не осознано. А еще Чимин боялся. Его пугало все что происходило после пробуждения, и даже этот парень, что пытался проявить заботу, тоже пугал Пака. Кстати, свою фамилию Чимин тоже не помнил. - Я готов. - Чимин вышел из ванной комнаты, и попытался было взять сумку, но её тут же выхватил Чонгук, демонстрируя мышцы и большой энтузиазм. - Я сам понесу. Возьми ветровку, на улице прохладно. Не хочу, чтобы ты простыл... - Угу... - Чимин надел легкую курточку, что явно была больше необходимого размера и недовольно цокнул. - Это я похудел что-ли? - Да. И это меня волнует. Так что будешь проходить реабилитацию и больше кушать, а то вещи уже все висят на тебе. Покупать новый гардероб весьма затратно. - Я бедный? - Нет! Мы не бедны! Давай, шагай за мной! - Чонгук гордо вышел из палаты, и Чимин потопал следом. Ему все еще было страшно и не привычно. Он успел сказать спасибо и до свиданья всем врачам, что помогали ему и спасли, и честно говоря, он больше знал этот медперсонал чем самого себя и чем этого брюнета, но вариантов других не было, пришлось слушать того, кто сказал, что все знает. На улице Чимин поморщился от яркого солнца, а потом поморщился, когда увидел, как Чонгук открыл багажник новенькой Киа, и закинул вещи Чимина как пушинку внутрь. - Чимин, садись! - Чонгук открыл дверь Паку и тот немного задумавшись, залез внутрь. Аромат новой кожи, легкий аромат парфюма Чонгука, запах свежего журнала, что лежал на заднем сидении... на зеркальце заднего вида висела цепочка с кулончиком, на котором виднелись инициалы: J.M. - Ты богат? - Все относительно... - Чонгук пристегнул ремень Чимину, в очередной раз смутив его, потом пристегнулся сам. - Прекрати стесняться меня. Ладно? Я не буду нарушать твоих границ или чего-то от тебя требовать. Ты голоден? - Немного. - Дома есть кимпабы, я утром сделал. А еще я поставил в мультиварку мясо. И мороженое сделал... - Ты умеешь готовить? - Как видишь. - А я? - А ты у нас дегустируешь. - Чонгук хихикнул, а Чимин опустил голову. Он не знает что любит, что не любит, что умеет, а что нет, но есть хотелось, и животик предательно урчал. Это конечно же не осталось без внимания, и Чонгук кивнул Паку на бардачок. Чимин вытащил круассан, который лежал в упаковке, и увидев начинку с молочным шоколадом и орехами, слегка улыбнулся. - Нравится? - Видимо да. Я чувствую удовлетворение, когда смотрю на него... Представляю какой на вкус. - Вот и отлично. Это твой любимый круассан. Ты каждое утро завтракал чем-то полезненьким, а потом заедал свой пп-шный завтрак этим круассаном. - Странно, что я такой худой. Я болен чем-то? - Нет, конечно же нет. - Чонгук на секунду завис, а потом выпалил первое, что ему пришло в голову. - Ты просто пробовал как это быть вегетарианцем! - Я с ума сошел? - Да нет же! - И я не ем мясо? - Ну... когда я не вижу, тогда ты употребляешь мясо. - Чего? Я идиот? - Чимин, ты просто пробовал отказаться от мяса, а когда понял что это слишком сложно, ты не хотел говорить мне правду, и хотел доказать, что можешь три месяца быть вегетарианцем...Но я видел, как ты поедал бургер в Маке. - Господи, стыдоба какая-то. Ладно, поехали домой. Я не против съесть то мясо, о котором ты говорил раньше. Не уверен, что я смогу делать вид, что я ем только траву. Чонгук умилялся такому Чимину, и хотел просто остановить автомобиль и смотреть, как его парень ест свой круассан, но это было бы слишком странно и напугало бы блондина. Он идет на контакт, но все же Чон врет. Понимает и ненавидит себя за это. По дороге домой Чимин смотрел в окно, пытаясь вспомнить хоть что-то, но в голове было пусто. Пусто и от чего-то грустно. Автомобиль быстро приехал к дому, где жил Чимин и Чон, схватив сумку, провел Пака к лифту. Несколько минут, и вот они уже заходят внутрь квартиры... Чимин увидел просторную гостиную, уютную спальню, светлую кухню и красивую ванную комнату. Все красивое, и на самом деле приятное глазу, но не вызывало никаких эмоций. Общие с Чоном фотографии, парные вещички в гардеробе, какие-то игры, книги, незаконченная шахматная партия... просто пустота. Чонгук видел краешком глаза растерянное лицо блондина, а в голове проносились мысли: "надеюсь, он ничего не вспомнит!" И пока Чонгук показывал все в доме, Чимину казалось, что он смотрит какой-то фильм. Но в главной роли был явно не он, а кто-то другой, кто-то, кого он вообще не знает. И пока Пак ходил по квартире, рассматривал безделушки, Чонгук убеждал сам себя в том, что он все делает правильно. Он ужасно боялся, что память Чимина вернется, и тот вспомнит все те ужасы, которые происходили раньше... и если Чон пытался начать жизнь Чимина с чистого листа, то и свою жизнь он пытался возродить из пепла. Казалось, что амнезия блондина это шанс для двоих, чтобы забыть все плохое, все то, что пошло не по плану или зашло в тупик. Первый день был довольно неловким, но Чонгук комфортил парня как только мог, и тот расслабился. Вкусный ужин, приятная беседа о каких-то интересных вещах о дизайне и архитектуре, потом общий просмотр какой-то глупой итальянской комедии. Чимин уснул на диване, и Чонгук не захотел его будить, так что просто принес одеяло, укрыл блондина и умостился рядом. Да, завтра будет болеть спина, и голова, и каждая клеточка тела, но возможность провести время с тем, кого чуть не потерял - самое ценное, что только может быть. Чонгук под утро не помнил, что ему снилось. А Чимин видел обрывки воспоминаний, которые он пока что не мог сложить в общую картину. Первая неделя прошла очень мягко... Чон окружал Чимина заботой, вниманием, лаской, и наполнял его жизнь новыми впечатлениями, которые ложились на весы "положительные эмоции". Чимин рисовал, читали книги, узнавал Чонгука и начал испытывать к нему трепетные чувства, которые нежностью откликались каждый раз, когда тот подходил ближе, или случайно касался. Но если поначалу все было очень мило, то на второй неделе его сны стали более интенсивными, и однажды, он проснулся утром, и вспомнил все. Воспоминания рухнули ему на голову, и сплелись с новыми эмоциями, которые он обрел в новой жизни... Ненависть, боль, разочарование, усталость, любовь, жертвенность, дружба, счастье. Он не знал куда себя деть из-за всего этого, так что просто прошмыгнул в душ, стоя под холодными потоками так долго, что казалось, что он спустил в канализацию целую реку Хан. Что думать? Как действовать? Что говорить Чонгуку и как вообще жить дальше? Тот готовил завтрак и напевал себе что-то под нос, не замечая двух испуганных глаз, которые следили за ним... Где-то в этот момент Чимин принял решение, которое в один миг изменило вектор его жизни. Он будет делать вид, что ничего не помнит, чтобы не потерять любимого человека, и будет играть роль того, кто просто живет свою жизнь заново. Главное, не потерять самого себя, в этой гонке за счастьем, которое как песок исчезает из рук. - Проснулся? Давай садись завтракать... У нас сегодня много дел! - И каких же? - Надо с документами все решить, чтобы улететь в Италию. Чимин кивнул, и пытаясь спрятать глаза, сел за стол. Италия? Они летят в Италию? Как реагировать? Но потом быстро взял себя в руки... Надо делать вид, что ничего не знаешь, не помнишь! - Почему в Италию? - Потому что ты там родился, Чимини. Я еще не рассказывал тебе разные детали об этом, но расскажу чуть попозже, когда пойму, что ты готов! Хорошо? - Угу... - Чимин взял в руки палочки и приступил к трапезе. Лучше есть, чем что-то говорить. Чонгук беззаботно о чем-то ворковал, и казалось, что все хорошо, их жизнь прекрасна. И Чимину, по правде говоря, очень хотелось жить с такими мыслями, жить, позабыв о той всей боли, и проблемах. Чонгук очень старался быть хорошим парнем, и это было очень заметно. Чимин молча ел вкусняшки, которые ему приготовил парень и думал, что Чонгук очень вырос за это время, и вся та забота, которой он окружил его, были именно тем, что искал Чимин всю свою жизнь. Он всегда хотел, чтобы его любили.