бюро разбитых сердец

Общий чат с друзьями разрывается к концу дня от вопросов о свидании с Намджуном и до глубокой ночи сообщения не переставали литься, как и шутки с подколами. Это было ожидаемо. Сокджин наконец-то нашёл себе альфу и первым из них выйдет замуж. Оба друга были уверены в этом и слов против от Сокджина не принимают. Как они ещё не передают эту сенсацию по телевизору. Плакат в их агентстве точно вывесят. Если Сокджин выйдет замуж благодаря своему же агентству — это будет неплохой рекламой и подтверждением, что их агентство и правда работает. Но Сокджин старается не уходить так далеко в мечтания. У них было лишь одно свидание, а для брака и серьёзных чувств нужно куда больше. Два свидания же подойдёт? Но, наверное, все-таки мало. В этом году, впервые за несколько лет, он будет праздновать день всех влюбленных не с друзьями, а с альфой, да ещё и с его ребёнком. И с этого начались проблемы. Ему нужно купить подарки и если для ребёнка выбрать было легко, то с подарком для Намджуна он не мог долго определиться даже с помощью двух друзей. Не понимает он, что может быть нужно отцу-одиночке и чем он может увлекаться. Потому в торговом центре он проторчал три часа. Хоть проблем с покупкой продуктов для ужина не было. Сокджин крутиться как белка в колесе, бегая от кухни к ванной, пока готовится ужин, убирается в квартире и в оставшийся час занимается уже собой и сервировкой стола. Даже успел, если закрыть глаза на неубранную спальню, которую они не будут сегодня открывать. На часах ровно шесть, секундная стрелка стремительно идёт дальше, а он продолжает сидеть один. Стука в дверь не было и через пять минут, и через десять. Омега успевает себя накрутить, поругать за ложные надежды, за вчерашний поцелуй и обещает себе больше никогда не связываться с альфами. Но в пятнадцать минут раздается желанный стук в дверь и он на всех парах бежит открывать её. В зеркале отражается, как омега поправляет волосы и увлажняет губы блеском. Силуэт ненадолго пропадает и через пару секунд там отражаются ещё двое: Намджун и Союн. — Прости, что опоздали. Я забирал Союна от папы, ещё эти пробки, он раскритиковал мою рубашку и пришлось переодеваться. В общем все сложно… Альфа вздыхает тяжело, пока стягивает с ребенка криво надетую шапку и не застегнутую куртку. Он вешает их вещи в прихожую и уже смотрит на омегу, у которого камень с души спал лишь от одного виноватого взгляда. Сокджин мысленно выдыхает от облегчения. Куда хуже было бы, если он просто забыл об их встрече. — Я уже успел накрутить себя, — признается Сокджин, нервно хохотнув. — Запиши потом мой какао, чтобы в следующий раз предупредить. Мои нервы не выдержат… Намджун ему улыбается самой доброй улыбкой, показывая ямочки и щелочки вместо глаз. От нее сердце начинает биться быстрее, в животе бабочки порхают, и все переживания уходят. Точно целебная. Омега не может не улыбнуться в ответ и приглашает гостей на кухню, где уже остывал ужин. Сокджин, как примерный омега и хранитель очага, накладывает каждому альфе в тарелку приготовленных вкусностей. На ушко шепчет ребёнку, что потом будет и торт, ведь знает, как дети не любят полезную еду и уже садится напротив Намджуна. Они желают друг другу приятного аппетита, и тарелки начинают потихоньку опустошаться. — Сокджин очень вкусно готовит. Ты не должен упустить его, пап, — большие глазки ребёнка сверлят отца серьёзным взглядом, даже не пытается скрыть свои слова от омеги. — Союн, нельзя так открыто обсуждать Сокджина при нем же. Это не прилично. — Вы с папой постоянно так делаете и не говорите даже ничего хорошего друг о друге. А я о Джине лишь самое лучшее! — протестует ребёнок, сложив ручки на груди. — Намджун, не стоит ругаться. Мне даже очень приятно, но лучше сказать мне самому о кулинарных навыках, чем через папу. Хорошо, Союн? Сокджин мягко встревает в беседу, положив тонкую ладонь на широкую альфью и смотрит с нежностью в чужие глаза. В них целая вселенная, не иначе. Альфе приходится согласиться. Ребёнок же кивает активно на его слова, соглашаясь со всем, что только он скажет. Лишь бы у Джина с отцом все вышло.

***

После ужина Сокджин приглашает альф в гостиную. Ребёнку, как он и обещал, даёт кусочек торта и сок, а себе с Намджуном наливает вино в бокалы. — Я подготовил подарки, — объявляет омега, убегая в свою захламленную спальню и возвращается оттуда уже с двумя пакетами. — Джин, не нужно было. Это всего лишь день всех влюбленных, — Намджун пытается отказаться, в отличие от сына, который сразу же забирает свой подарок и открывает его. — Зато Джин теперь может не покупать подарок на мой день рождение. Оно через неделю, ты же придёшь? — Союн, нельзя так навязываться, — Намджун шипит на ребёнка, посмотрев грозно. Альфа уже не понимает что делать с сыном. Он всегда был послушным и милым ребёнком. Они с бывшим мужем его хорошо воспитали, но сейчас Союн поражает отца своей бестактностью. — Думаю, я смогу, — Джин присаживается рядом с ребёнком. Он старается понравиться ему больше, чем Намджуну, хоть тот и так без ума от него. Главное же понравится ребёнку предмета своего воздыхания, а там дело за малым. — Тебе нравится? Союн уже открыл свой подарок — набор лего с яркой коробкой, где был нарисован человечек в форме полицейского, стоящий рядом со своим фургоном, в окне которого можно увидеть заключённого. Дети же такое любят? — Очень! Я люблю собирать фигурки. Папа говорит это развивает моторику. — Правильно папа говорит. Хочешь собрать сейчас? Мы можем тебе помочь с этим. — Нет, я сам. Я уже взрослый мальчик, — качает головой, усевшись на мягкий ковёр с набором лего и тортиком. Ребёнка заняли, можно теперь и заняться друг другом. — Прости, что на нашем втором свидание тебе приходится возиться с моим сыном. Намджун говорит это с жалостью, видно и правда сожалеет об этом. Как он тогда собирался вообще строить с ним отношения, если думает, что Джину в тягость его ребёнок? — Прекрати, Союн не балласт. Если человек не может принять тебя с ребёнком — он не достоин внимания. Открывай лучше подарок, я же не зря его так долго искал. Альфу приободряют слова Джина, уголки его губ взмывают наверх и он больше не протестует из-за подарка и открывает его с радостью. Там оказывается книга и картина. Не важно как он узнал об увлечениях альфы. У него два друга сыщика, которые могут найти и человека, и мышку под землёй. — Вау, вы правда экстрасенсы в своём агентстве. Я хотел ехать на выходных за этой книгой и картина очень красивая, — он отрывает взгляд от подарков и переводит его на Джина. — Только у меня нет совсем подарка для тебя. Я даже не подумал об этом, прости. — Тогда жду свой подарок на третьем свидании, — подмигивает ему, взяв длинными пальцами тонкую ножку бокала и отпивает небольшой глоток. — Уже зовёшь меня на третье? Когда тебе будет удобно? — Думаю на выходных. Сходим вместе за книжкой? Я конечно предпочитаю в кино на последние ряды, но можно и в библиотеку. Сокджин смеётся бархатно, прикрыв губы ладонью. Намджун любуется этой картиной, засматривается на такой простой жест. Он и правда начал влюбляться… — Можно и в кино на последние ряды, — жмёт плечами, растянув губы в блаженной улыбке. — Тебе же с последних ничего не видно! Союн протестует от такой идеи, грея до этого уши взрослым разговором. Взрослые же смеются на это, ведь оба понимают, что в кино они не будут смотреть фильм, особенно на последних рядах.

***

Суббота выдалась на редкость тёплой, небо чистое, солнце так и слепит людей. Сегодня у них третье свидание, к которому видно подстроилась сама погода. Джин хотел впечатлить своего ухажера, поэтому обул свои любимые лоферы, тонкие брюки-трубы и бежевую блузу с рюшами. Довольно винтажно и старомодно, но Джин огородил себя от этих мыслей другой: «мне уже и не пятнадцать». Намджун заехал за ним на машине, одетый так же довольно официально: брюки, пиджак и белая футболка. Им и правда лучше в библиотеку, но путь они держат в кинотеатр. Последние ряды пришлось отменить, Намджун нашёл какой-то супер-пупер вип кинотеатр, куда билеты покупают редко, поэтому они будут одни во всем зале. Джин не стал протестовать, так будет даже лучше. Билеты были куплены, какая-то популярная сейчас мелодрама, но им было все равно, главное, чтобы сильно не отвлекало. Попкорн был куплен и пока все как в обычном кинотеатре, разве что людей меньше, точнее они одни во всëм здании. Главное пока отличие это продажа алкоголя, которое они не стали брать, обошлись пока только соком. Девушка проводила их в зал с десятью кожаными массажными креслами, которые могут откидываться. На них лежат подушки и пледы, рядом стоит столик с меню и свежими фруктам. И правда супер пупер вип. Джин не привык к такому, но с удовольствием сел в мягкое кресло, включив первый режим. Довольно приятно. Главное не уснуть во время сеанса. — Ты часто ходишь по таким местам? — Впервые тут, это вообще Союн подсказал. Хотел, чтобы я удивил тебя. — У вас это получилось. Купи ему что-нибудь в благодарность, а то в следующий раз не поможет, — хохотнув, закидывает в рот попкорн и смотрит на него с улыбкой. — Приму к сведению. Их кресла стоят близко к друг другу, поэтому альфе не представляет труда убрать между ними подлокотник и наклониться к Сокджину. Фильм ещё не начался, а они уже целуются. Намджун слизывает с чужих губ карамельный сироп, смакуя их и без того сладкий вкус. — Наверное, мы странно смотримся со стороны. Тут наверняка есть камеры. — Тебя это смущает? — Нет. Джин улыбается, притянув его ближе за ворот футболки и накрывает чужие губы своими под глохнущий свет в зале и начало фильма. Сюда они точно пришли не для тупой мелодрамы, действия который разворачиваются во Франции.

***

Начали они фильм с крепко прижатыми к друг другу губами, закончили же прижатыми к другу другу. Джин сидит на чужих бедрах, зарывшись в чёрные волосы на макушке. Их вид уже давно не говорит о том, что они приличные люди. Губы красные, глаза лихорадочно блестят, волосы растрепанные и верх выправлен из-под брюк. Смущали ли их камеры? Совсем нет, они же всего лишь целуются, пока до большего не дошли, хоть оба и возбудились. Скрыть это было тяжело, как и смущение. Но они взрослые и серьёзные люди, поэтому не сказали ничего. Свет вновь загорается, выводя их из приятного полумрака, который создавал романтичную атмосферу. С появившимся светом появилось и смущение. Щеки Джина горят, пока он пытается привести себя в порядок, а перед сотрудниками с натянутыми улыбками чуть ли не пищит и жмурит глаза. Словно он какая-то проститутка, честное слово. Дышать легче стало лишь в машине, где их не было никому видно. Сокджин смотрит в зеркало, усмехаясь своему лицу. Давно он не видел себя таким. И это не так уж и плохо. — Я планировал поехать потом все-таки в книжный, купить тебе книгу и себе что-то, но думаю лучше не стоит. Джин смеётся, глянув на такого же красного альфу с алыми губами. Целоваться часами на пролёт оказалось намного приятнее, чем он думал. — Закажу по интернету, лучше напугать одного курьера. Джин улыбается на это. Точно скоро уголки рта разойдутся до ушей. Больше ни с кем другим он столько не смеялся и не улыбался. Это заставляет сердце трепетать. — Ты мне обещал подарок на день всех влюбленных. Приготовил что-нибудь? — Приглашение на четвёртое подойдёт? — альфа смеётся на недовольное лицо напротив и все-таки разворачивается, забрав с задних сидений подарки: цветы и коробку средних размеров. — Спасибо, — Сокджин смущается совсем невинно, зарывшись носом в белые лилии. Ему бы хватило и цветов, но коробка не даёт покоя и он избавляет её от упаковки. Перед ним какой-то дизайнерский клатч бежевого цвета, небольшой, в него разве что влезет телефон. Такие он видел лишь в фильмах, где героиня пришла на званый ужин. — Нравится? — Нет, — честно отвечает омега, сбив с чужих губ улыбку. — Во первых слишком дорого, во вторых он очень маленький. Я привык таскать с собой рюкзаки, или сумки побольше. У меня слишком много хлама, а сумка не должна лежать на полке для красоты. Такое не для меня, — объясняет свою позицию. — Можем заменить его на рюкзак, или сумку побольше. — Все равно очень дорого, лучше сдай её и купишь мне коробку конфет из бельгийского шоколада. Это будет лучше. Джин убирает сумку обратно в коробку и отдает её альфе. Может будь он на лет десять моложе — обрадовался. Но сейчас он предпочитает удобство красоте. — Хорошо, тогда Союн не такой уж и хороший советчик. Он был уверен, что тебе понравится дорогой подарок. — Ох, этот молодой человек хотел меня купить? Я очень расстроен. Не дари мне больше ничего подобного! Единственный дорогой подарок, который я приму — помолвочное кольцо. Так и знай. — Хочешь за меня замуж? — Мне тридцать, как ты думаешь? — Думаю, у тебя были более выгодные кандидатуры. — У меня теперь семья под ключ, что может быть лучше? Они смеются на эту тупую шутку, точнее выражение, используемое альфами, взявшими омегу с ребёнком. — Завтра едем за город на барбекю, ты не забыл? Намджун завёл машину и отъезжает от кинотеатра в сторону дома омеги. Хотелось бы его пригласить к себе, но он боится, что его поймут не так после нескольких часов поцелуев. — К твоей маме, да? Не забыл, но все равно это как-то рано. Я ей точно понравлюсь? — Точно. Ты очаровал сначала Союна, потом меня, маму точно сможешь. — Ну смотри. Если нет — я тебя прибью. Джин очаровательно сводит брови к переносице и морщит кончик носа, что вызывает улыбку на лице альфы.

***

Официальный стиль сменяется на спортивный костюм розового цвета, лоферы на кроссовки, а укладка на низкий хвостик на затылке. Сокджин бы хотел одеться покрасивее и накраситься, как вчера, лишь бы произвести впечатление на женщину, которая очень дорога Намджун и Союну. Обычно родители принимают окончательное решение в судьбе отношений детей. Он не раз искал новую пару для людей в агентстве как раз из-за родителей. Продолжатся ли их отношения, если мама Намджуна будет против? Понравиться ли он ей? Посчитает ли она его хорошей партией для сына? А может будет рада хоть кому-нибудь… Сокджин вновь грузит себя глупыми мыслями из-за сомнений в себе. Он старается перебороть свою заниженную самооценку в вопросе отношений, но пока получается плохо, как бы он не пытался выглядеть в глазах Намджуна крутым и уверенным в себе человеком. Но он все же предпочел комфорт и удобство красоте. И не прогадал — Намджун с Союном были так же в спортивном, благодаря чему он не выглядит белой вороной. — Тебе идёт розовый, — делает комплимент старший альфа, когда Джин ещё не закрыл дверцу машины. С первых секунд его вгоняют в краску, заваливая комплиментами без повода. — А тебе спортивные вещи, даже лучше, чем офисные, — Джин улыбается, пристегиваясь ремнем безопасности и ловит некую задумчивость в глазах напротив из-за чего стразу поправляет: — Только не принимай эти слова серьёзно, не всегда нужно так ходить! — Хорошо, хорошо, — Намджун смеётся, выкручивая руль. Теперь все внимание Джина переходит на ребёнка, которому дали телефон, лишь бы чем-то занять. Омега не понимает такой метод воспитания, поэтому уже сейчас хочет как-нибудь менять его для Союна. Он стал неким звеном в общение между отцом и сыном в эту поездку. Разговорить ребёнка было нетрудно: спроси о садике, о бабушке и про скорый день рождения, а там у него язык и развязался. Намджун их слушал сначала, но потом вклинился в разговор и теперь уже омега не мог вставить и слова в их дискуссию насчёт второй собаки в качестве подарка. Так и доехали до частного двух этажного дома в Соннаме. Сокджин, если честно, что-то такое и предполагал: сад с красиво подстриженными кустами перед домом, который выполнен в стиле лофт, задний двор с ухоженной лужайкой, беседка, зона барбекю, детская площадка для Союна. Просто сказка какая-то, а не загородный дом. В каких же хоромах тогда живёт Намджун с Союном? Зона барбекю находилась под крышей с подсветкой, каменные печи, гриль, мангал. Рядом стоит стол и плетеные кресла с подушками. Просто рай для таких сборов по выходным. Мангал был уже разожжен, на раскаленные угли капал жир от мяса, которое прокручивал на шампурах высокий плечистый альфа. Джин нахмурился от вида незнакомого человека. Он был настроен только на милую женщину, но не на всю семью Намджуна. Или это мангальщик? — Кто это? — Сокджин толкает альфу локтем в бок, показывая свое недовольство. — Мой брат. Я разве не говорил, что он тоже будет? — Вообще-то нет! — шипит на него, зыркнув зло, хоть и понимает, что в этом нет ничего страшного. Просто неприятно от недосказанности. — Да ладно тебе, он твой клиент: не женат, двадцать семь, мама наседает на него так же, как и на меня. Разве не круто? — Я хотел отдохнуть и познакомиться с твоей мамой, — признается, оставаясь недовольным от всей ситуации. Может его привезли лишь бы застать врасплох младшего брата и найти ему мужа, а не из желания познакомить с родными. — Прости, я не хотел тебя грузить. Мы с мамой просто подтолкнем его к обращению к тебе в будущем и все. Любимая улыбка чуть успокаивает, но лёгкая обида все равно остаётся. А ещё ворох мыслей: теперь нужно будет суметь сдружиться не только с мамой, но и братом Намджуна. Это усложняет задачу. Его заводят в дом, Союн бежит на кухню к бабушке, откуда доносятся её улюлюканья и ещё чьи-то. Сколько же сюрпризов его ждёт сегодня. На кухне он замечает женщину, обнимающую Союна — его бабушку. А за барной стойкой сидит молодой человек. Неужели любовник? — Привет, Хосок, — для альфы видно такая встреча не была неожиданной, они жмут руки, обменявшись улыбками. — Чонгук вновь таскает тебя с собой, чтобы весь удар маминых нравоучений попал на тебя? — Думаю, ты главная цель. Альфа, названный Хосоком смеётся, замечая наконец-то и Джина, от чего губы растягиваются в широкой улыбке в виде сердца. — А, видимо, уже нет. Я Чон Хосок, друг его младшего брата, — указывает на Джуна, — а ещё ваш будущий зять. У моей дочки большие планы на Союна. Надеюсь у вас на Намджуна тоже, а то альфы в этой семейке очень нерешительные и лучше брать все в свои руки. Хосок удивляет своей энергичностью и жизнерадостностью, чем очень сильно располагает омегу к себе и он улыбается ему в ответ. — Ким Сокджин, ищу людям их вторые половинки. Из достижений, наверное, пока все. Джин смеётся, воодушевившись неплохим началом знакомства с родными альфы и хочет познакомиться уже и с его мамой, но она опережает, став трепать щечки, как и Союну секунду назад. — Какой хорошенький, откуда же ты достал моего сына? Намджун возмущается, прося маму не говорить такое, если она хочет, чтобы у него были отношения. Сначала наседает из-за отсутствия пары, а потом отговаривает омегу быть с ним. Ну что же такое. — Союн вам не рассказал? Этот малыш пришёл в моё агентство для поиска нового мужа для папы, а потом заявил, что им нужен только я. Вот как-то так мы и… сошлись? Он пока не понимает в каких они отношениях. Вроде встречаться не предлагали, но и уже и не присматриваются друг к другу. Намджун кивает на его вопрос, подтверждая, что они вместе. Неожиданно они так расставили все точки над «i». — Какой все-таки у меня умный внук, хоть наглость от папы досталась. Что-то хорошее сыну дал все-таки. — Мама… — Ну что я не так говорю? Видимо с Союном у них это семейное: не понимать что не так сказали. Джина бы это повеселило, если бы не стало так напряженно. Теперь он уверен, если они расстанутся — хорошим словом вспоминать не будут. — Ну не будем о грустном, пройдёмте ужинать. Чонгук уже все приготовил. Хосок, Намджун хватайте алкоголь, овощи и айда к нам. Джин-и, можешь звать меня просто Сувон, или тётушка. Тетушка Ким тащит Сокджина вместе с ребёнком на улицу, прося помочь ей в приказном тоне расставить посуду каждому. У Джина никогда не было семейных вечеров, или сборов на природе по выходным. Отец его бросил, когда Джин ещё даже не родился, а мать умерла пару лет назад. Так он и остался лишь со своей долей в агентстве и с двумя верными друзьями. И это тоже уже хоть что-то. Альфа за мангалом их будто и не замечал, мясо было выложено уже на тарелку, он поджаривал хлебные лепешки и овощи, не сводя глаз с углей. И только когда Сувон толкает сына в бок, Чонгук обращает на троицу внимание, вынув с ушей наушники. На его лице можно увидеть усталость всемирного масштаба и недовольство. — Мам… Я сейчас уеду. Хватит на наши вечера таскать детей своих подруг, не нравятся они мне! Если вы хотите тут что-то поймать — сочувствую, — последнее предложение было адресовано уже Джину и стало даже немного обидно. Вечер пройдёт не так уж и хорошо, видимо. — Окстись! Отстала я уже от тебя, недотрога хренова. Это молодой человек твоего брата, бери лучше пример. — Намджуна? — альфа удивляется так искренне, будто у него братьев много. — Да не может быть… Это шутка какая-то. Видно это было слишком неожиданно для Чонгука, он даже осел на стул, схватившись за голову. Там свои проблемы личные. — Это давно? — Чонгук переводит взгляд на Джина. — Ты прям ну… правда с ним? Он же невозможный. Он с омегами даже говорить не умеет! — А ты прям умеешь. Намджун вместе с Хосоком, который ведёт дочку за руку, заходит в отдельный маленький мир на их участке и ставит на стол тарелку с овощами, после чего отвешивает младшему брату подзатыльник. — Почему ты не сказал, что нашëл себе омегу? — А что это изменило бы? — Мама на меня перейдёт! Ты вообще о брате не думаешь?! Родите тогда уж поскорее второго ребёнка. Выиграй для меня пару лет. Младший молит об этом, вызывая у всех смех. Очень даже интересная семейка, думается Сокджину. Чонгук кажется маленьким ребёнком, который не желает никак взрослеть душой, а тело ему не подвластно. — Разбегусь прям. Омега впервые видит, как Намджун закатывает глаза. Это его веселит. Эти искренние эмоции. За их перепалкой все наблюдают с интересом, а дети смеются в открытую. — Ты самый худший брат, ты знал? — Мам, найди ему омегу пожестче, пускай приструнит этого болвана наконец-то! Намджун пускай и старше, но все ещё в ссорах с братом угрожает мамой. Только вот теперь угрозы идут женитьбой, а не как в детстве запретом на сладкое. — Конечно найду, мне теперь с этим поможет Джин-и и Хосоку найдём тоже. Смеющийся до этого альфа сразу затыкается, и коситься недовольно на братьев. Вот же подстава. — Нам ничего не нужно! — тоненький голосочек омеги разноситься из-под бока Хосока. Наверное малышке лет пять от силы. — Никто Соль, — поправляет ее Хосок. — Но ты права нам не нужен никто. Прошу, Сувон, помилуйте. Вот Чонгук ни разу в загсе не был, давайте сначала его жизнь устроим, а я потом уж как-нибудь. — Ну как это не был то? Два раза вообще-то! Вот в третий буду, когда Намджун вновь женится. Не нужно мне тут. — Ты невыносимый, братец. Ещё что-то про меня говоришь. Намджун первым заканчивает спор, поставив на центр стола тарелку с мясом и вместе с ней точку. Глупые разговоры заканчиваются, они начинают ужинать. Соль стала лезть к Союну с рассказами из сада, показывает новую куклу. В этом есть что-то милое, пускай альфочка так и не считает. Намджун держит его за руку под столом, Хосок, сменив брата своего друга, продолжил спор насчёт отношений, в котором на его стороне была Сувон, настаивая на браке сына. Кажется, для них это самое обычное воскресенье. — Джин, какие шансы найти ему омегу? Вдруг все внимание было обращено к омеге, от чего ему становится чуть неудобно и он улыбается смущённо. Впервые видит такую заинтересованность в его работе. — Большие довольно, но нужно смотреть от требований… У нас много омег, пристроить многих не можем, поэтому выбор большой. — Это где ты работаешь? Вы точно о муже говорите, а не о дворняжке. — Чонгук, не нужно так. Я ищу людям их пары, и это просто профессиональный сленг. — Как нам повезло, что ты теперь входишь в нашу семью, — Чонгук говорит это совсем не радостно. И его можно понять, Джину бы тоже надоели разговоры каждый день о замужестве. — Чонгук, подбирай выражения, иначе я не посмотрю, что ты мой брат. — Всё, всё, молчу. — Давайте вы лучше оба, вместе с Хосоком, придёте ко мне в агентство. И если этот поход не даст результатов можно официально сказать, что вы не пригодны для отношений, — предлагает такой вариант, чтобы были довольны все и они не провели весь вечер за размусоливанием темы брака. — Это замечательно, Джин-и, только не поддавайся на их капризы, — Сувон одобрила такую идею. Как и альфы, в принципе. — А с чего это я не пригоден для отношений? У меня брак был, — Хосока видимо жизнь не учит ничему и намеки омег он так и не смог понять даже после брака. — Вот именно, что был, — Чонгук подкалывает его, усмехнувшись. Как ещё между этими детьми не началась драка салфетками. А ведь Хосок уже сделал первый шаг в этом. На этом и порешали. Следующая встреча с этими интересными людьми пройдёт уже на работе, Джин постарается найти им хорошую пару, или помочь избавиться от вечных разговоров о женитьбе.