Просто мусор (альтернативная версия)

      Этот посетитель начал ходить в госпиталь сравнительно недавно. Почему он не приходил раньше? Он сам не знал ответ на этот вопрос. Его голубые щёки начинали гореть, когда он подходил к закрытой двери в заветную палату, где лежал его бывший коллега и друг.       Эддисон корил себя за то, что оставил Спамтона одного в трудную минуту. Они все были виноваты в том, что их коллега оказался на улице. Все четыре цветных продавца. Они выгнали непохожего на них белого Эддисона из дома вместо того, чтобы попытаться выяснить личность таинственного спонсора коллеги, который не внушал доверия.       Когда они узнали о том, что Спамтон угодил в госпиталь с множеством серьёзных травм и ожогов, сначала не придали этому особого интереса. Но постепенно их беспокойство начало расти. Только спустя две недели после ужасного известия один из Эддисонов решил всё-таки посетить Спамтона в госпитале. Но тут его ждала неудача: к больному никого не пускали вот уже три дня.       Все эти три дня высокий продавец с голубой кожей и такого же цвета волосами ходил в лечебное заведение Кибер-города и дожидался разрешения на свидание с младшим коллегой. На четвёртый день к нему в приёмное отделение подошёл молодой специалист с телевизором вместо головы и подвёл к двери в палату Спамтона. - Меня зовут Икс. – Представился Процессор в белом халате и с планшетом в руках. – Я его лечащий врач. Прежде чем я впущу вас к больному, хочу сделать несколько предупреждений. Он получил серьёзную травму головы. На днях ему была проведена сложная операция. Сейчас бинты на голове сняли, и я бы посоветовал вам никак не комментировать новую внешность вашего коллеги, дабы не вызвать эмоциональные всплески. - Хорошо. – Кивнул головой голубой Эддисон. - Спамтон Г. пока ещё плохо слышит после операции, поэтому носит слуховой аппарат. – Продолжил Икс, поправляя галстук на шее. – И ещё… Вы, наверное, в курсе, что у бедняжки теперь один глаз? - Д-да. В курсе. – Эддисон прочистил горло и ослабил ворот своего делового костюма, поверх которого был накинут белый халат. - Поэтому постарайтесь не травмировать психику больного неуместными вопросами и комментариями. Ему, да и вам, сейчас нужны только положительные эмоции. – Процессор показал на своём экране улыбку и открыл дверь в палату, возле которой они стояли.       Эддисон выдохнул, поправил упаковку цветов, которые принёс больному Спамтону, и вошёл в палату.       Вот он увидел сидящего на кровати малыша с абсолютно лысой головой, держащего перед собой небольшое зеркальце. Спамтон трогал маленькими ручками шрамы от операций на лице и тяжело вздыхал. Вместо правого глаза у него была небольшая вмятина в черепе. Зато больше не было той ужасной натянутой улыбки, обнажающей зубы. Если бы не отсутствие глаза и волос, сейчас перед голубым Эддисоном был тот Спамтон, которого он и его коллеги помнили. Из далёких 90-х годов, когда он ещё не был большой шишкой, когда мило улыбался и не задирал свой нос, когда был добрым и застенчивым, пусть и не очень успешным в торговом бизнесе.

***

- Спамтон! – Громкий голос, внезапно раздавшийся со стороны входа, напугал меня.       Я положил зеркало на тумбочку рядом с вазой и поднял глаз. В дверях стояла высокая голубая фигура. Размытые очертания мне показались знакомыми. Я надел лежащие на моих коленях очки. - Блу? – Мой голос дрогнул. Что он здесь делает? Разве я им нужен? - Спамтон! – Повторил голубой Эддисон и с широкой улыбкой подошёл ближе. Поставил принесённый букет цветов в вазу, затем крепко обнял меня. - Ос… осторож… ж… жно! Р…р… рёбра! – Проскулил я от острой боли в грудной клетке. Разбитые рёбра ещё не успели до конца зажить и частенько напоминали о себе при резких движениях и объятиях.       Блу ослабил хватку и посмотрел на меня со слезами на глазах. Потом, молча, провёл рукой по моей лишённой волос голове, задел пальцами шрамы от последней крупной операции, шрамы от косметических операций, и, наконец, снял мои очки и осторожно коснулся вмятины и рубца вместо правого глаза. - Спамтон! У меня… У меня просто нет слов, как я рад снова тебя видеть! Видеть тебя живым… - Начал говорить мой коллега, садясь на стул для посетителей. – Мне… Нам всем так жаль, что всё так произошло…       Блу сказал что-то ещё, но я уже его практически не слышал, так как незаметно выключил слуховой аппарат на левом ухе. Мне совершенно не хотелось знать, почему меня выгнали однажды из дома, почему у моих коллег возникла та зависть и презрение ко мне. Возможно, в этом есть и моя вина… Тогда меня захлестнуло огромное эго, я не хотел видеть перед собой тех, кто может помешать мне стать большой шишкой. Но с другой стороны… Когда я упал с вершины славы… Почему они не помогли мне? Они знали о том, что я жил на помойке и питался мусором. Где они были?       Примерно через минуту Эддисон остановился и принялся просто рассматривать меня. Это начинало уже раздражать. Я хотел было что-то сказать по этому поводу, но Блу наклонился ко мне и самостоятельно включил мой аппарат. Затем, не разгибаясь, он прошептал мне на ухо: - Я понимаю, Спамтон, что никакие оправдания нашим поступкам не искупят нашей вины перед тобой. – Высокий Эддисон встал со стула и направился к двери. Обернулся и бросил через плечо: - Выздоравливай, друг. Надеюсь, что у тебя хватит когда-нибудь сил простить всех нас и снова стать нашим коллегой по бизнесу… - Блу! Подожди! – Решение пришло ко мне так же внезапно, как в случае с Ноэлль. Я надел свои очки и вытянул руку в сторону собравшегося уходить друга, который некогда был для меня чуть ли не родным братом. Голубой Эддисон посмотрел на меня. По его щекам текли слёзы. – Подожди… Я прощаю тебя. Хоть это и трудно…       Эддисон без лишних слов подошёл и легонько обнял меня. - Спасибо. – Прошептал он мне на ухо. Затем поцеловал в макушку и вновь направился к двери. – Через неделю я заберу тебя отсюда. Больше ты не будешь один.

***

      Голубой Эддисон сдержал своё обещание и через неделю уговорил врачей перевести Спамтона на домашнее лечение.       В общем доме Эддисонов Спамтон окончательно встал на ноги. Друзья из Светлого мира продолжали навещать больного вплоть до его полного выздоровления и возвращения к былому бизнесу.       У Спамтона отрасли его родные белоснежные волосы, а розово-жёлтые очки скрывали изъяны внешности. На губах теперь постоянно сияла мягкая улыбка, и частенько раздавался весёлый здоровый смех. Эддисоны простили своего младшего коллегу, и он в свою очередь простил их. Этого было достаточно, чтобы больше не ощущать себя никому не нужным мусором.