IQ

      — … Я не понимаю, вот просто не понимаю этого.       Тони обречённо вздохнул и сделал ещё глоток мимозы, слегка развернувшись в сторону воды:       — Смотри, у мандаринок вылупился новый выводок, сможешь отсюда посчитать, сколько птенцов? — отчаянная, но безнадежная попытка переключить внимание Питера на окружающую фауну. Которая ожидаемо провалилась.       — Нет, ну Тони, ну объясни это мне! — Питер крепко оседлал своего любимого конька и не собирался отступать.       Эх, а ведь это мог быть очень милый воскресный бранч на берегу озера. Но, к несчастью для Старка, известная своей социопатией Мишель, лучшая подружка его мужа, этим утром прислала тому ссылку на очередную статью в лондонском Sun, подробно раскрывающую тему взаимоотношений Железного человека и Капитана Америки. В физиологических подробностях.       Тони мысленно проклинал дешевый таблоид — и чего только они полезли к ним, пусть бы дальше полоскали своих — вон, Шерлок и Бонд, чем им не интригующая парочка. Вынырнув из фантазий о том, кто из британских символов мог куда, сколько и как другого, Тони снова услышал чуть заведённый голосок Питера, который распинался, кажется, ещё с момента, как прикончил своё яйцо пашот.       — Давай просто оставим это, Пит, ну прошу тебя.       — Но почему ты не можешь объяснить, а? Я, кстати, схватываю на лету, в отличие — кхе-кхе — от некоторых, и мне вот прям очень интересно, как ты мог быть влюблён в Роджерса?       — Милый, ну хватит ревновать. Не мог же я в полном одиночестве коротать свой век до тех пор, пока специально для меня не подросло в Квинсе одно назойливое членистоногое?       — Да я не ревную! Я просто не могу это уложить в своём сознании, правда. Вот серьезно — ты и Капитан Америка? Я, может, и меньше тебя по возрасту в два раза, но, блин, он же меньше тебя по IQ во все четыре!       — Не преувеличивай, все не так плохо.       — Да что ты? Я видел вчера, как он свои налоги считает, Тони. И когда он случайно обнаружил, что если сначала уменьшить число на 20%, а потом увеличить получившееся обратно на 20%, то в итоге получается новое число, он завис над этим на полчаса! Пыхтел, сопел, пересчитал ещё раз 10, в итоге решил, что у него калькулятор сломался.       — Ты слишком требователен, проценты проходят в средней школе, а она у него была слишком давно.       — А тот случай в Ваканде, когда Шури спросила у него площадь щита, чтоб высчитать количество вибраниума для починки? Я слышал, как он шёпотом спрашивал у Баки, где ему измерить длину щита и ширину щита, чтобы по ним узнать площадь!       — Воот, видишь, он знает, что площадь — это произведение длины и ширины, уже неплохо, согласись? — ржёт Тони. — И, поверь, у Кэпа есть масса других положительных качеств — он заботливый, надёжный, внимательный…       — … ага-ага, и все это вполне могло бы составить счастье какой-нибудь честной труженицы конвейера в Огайо, но ты! Ты, блеать, величайший ум современности, Энтони Эдвард Старк! Я, когда увидел твой метод синтезирования нового сверхтяжелого элемента, словил такой стояк, что пришлось от Беннера толстовкой закрываться!       Тони расхохотался:       — Мать честная, карапуз, так мне не показалось? Ещё подумал тогда — чего это Питер такой красный, я же с ними научным прорывом делюсь, а не дик-пиками.       — Твой разум возбуждает меня больше, чем твой член!.. — Питер смущенно запнулся, а потом заметил устремлённый на него скептический взгляд. — Ну лаадно, так же. Почти так же.       — Вот и у Роджерса, поверь, есть своё «так же», и не одно, — игриво подвигал бровями Старк.       — Этого, предположим, достаточно, чтобы увлечься в интимном плане, но ты же, как все твердят, был прям влюблён?       — Хм. Ну, как знать, может, я тогда проходил стадию поиска надёжного партнёра для долгосрочных отношений, а тут эдакая американская мечта под боком оказалась?       — Да? И как ты это видел — своё будущее с надежным человеком, который не может воспринять даже понятийную часть тех вещей, которые ты делаешь?       — А зачем ему вообще в это вникать? Работа остаётся на работе, чего ее домой-то тащить.       — И дома как? Интеллект — это же не только способность решать задачи, но и всякие бытовые мелочи — тот же юмор полностью на нем завязан. Прикинь, ты бы ему пошутил, пока еда готовится, про завтрак Шрёдингера, а он бы недоумевающе спросил «Шрёдингер? Это господин из дома напротив? Зачем ты стащил его завтрак?»       Тони опять ржёт:       — Не поверишь, Паучок, но примерно так у нас однажды и было, только с собакой, и он реально после моей шутки пошёл по району искать ее хозяина с соответствующей фамилией. Пока я понял, что происходит и вернул его домой, он успел опросить половину улицы, — Старк улыбнулся своим воспоминаниям. — Даа, профессор, который жил по соседству, ещё долго тогда на нас косо посматривал… Зато, если хочешь знать, он может отличить Мане от Моне, а ты?       — Милая попытка, но мимо — я прочитал книжку «Мировая живопись для чайников» ещё когда ухаживал за Лиз. Там всё элементарно: Моне — пятна, Мане — люди.       — Кстати, об этом. Ты же встречался с той самой Лиз до меня, но я же тебе это не припоминаю, м?       Питер задохнулся от возмущения:       — Эй! Между прочим, Лиз была капитаном команды по декатлону, у неё сейчас докторская степень по юриспруденции и она самый молодой прокурор штата в новейшей истории!       — И чего ж ты с ней сейчас не завтракаешь тогда? — наиграно обиженно спросил Старк.       Питер искренне удивился:       — Так ты Железный Человек, это круче, — и, спохватившись, добавил, — к тому же, я тебя люблю. А самая умная мысль, которую я слышал от капитана Роджерса — «все мизинцы — это пальцы, но не все пальцы — это мизинцы», — цитировал интонации Кэпа Питер уже по дороге к выходу.       Старк улыбается и приобнимает молодого мистера Старка за талию.       Он знает, что на самом деле муж не так уж ревнует. А Стив — не такой уж тупой. А ещё знает, что Питер не может простить Кэпу той боли, которая так долго жила в душе Тони после предательства Роджерса.       К тому же Пит в курсе, что после таких эскапад в адрес капитана, как бы по-дурацки они ни звучали, Старку становится веселее. И Старк ему за это благодарен. Он знает, что намного сильнее Питер ревновал когда-то к Пеппер, но она всегда заботилась о Тони и была на его стороне, поэтому Пит ни слова плохого в ее адрес не скажет никогда. Даже если Старк сейчас к ней уйдёт, все равно не скажет. Потому что для него главное, чтобы Тони был счастлив.       — ... а на прошлой неделе он заходил в кабинет Брюса за витаминами, ткнул пальцем в модель атома углерода, которая у Беннера на полке стоит, и спросил: «А где здесь Сатурн?», я серьезно, Тони!       Тони приостанавливается в тени раскидистого клёна и поворачивает Питера за плечи к себе лицом:       — Эй, Питти-пай. Я люблю тебя, знаешь?       Лицо юноши моментально разглаживается и сияет. Каждый раз, как в первый.       — Знаю. Я тоже тебя люблю, Тони, — с улыбкой отвечает он и трется носом об его нос. — Так что, пойдём уток кормить? Ты говорил, там утята вылупились? Обожаю утят. ~~~~~