ТишХим 19

—Сашунь, смотри в оба. Если мы проедем знак, то прошатаемся ещё пару часов. За окном бушевала стихия, метель мешала видимости. —Мамуль, вижу там поблёскивает. —И правда. Сашка, молодчина, глазастый. Женщина за рулём мягко улыбнулась и потрепала сына по макушке. Тот в свою очередь улыбался в ответ, ведь 9-ый час в машине он вряд ли бы выждал. После заворота у знака, примерно в километре, их ждал КПП. —Помнишь я запихивала бумажки в бардачок? Достань их, пожалуйста. После серии жалобных скрипов, отделение всё же открылось, выдав два важнейших пропуска, без них весь путь пришлось бы повторить, или при удаче прождать ещё дней 5. Телефонная связь здесь не ловила вовсе, почта так же отсутствовала. Но, заехав, складывалось совершенно иное ощущение. Снег везде убран, горят фонари, дома чистые и нигде нет мусора. Это напоминало что-то между кинодекорациями и антиутопийной камунной. Ещё недавно их окружало солнце, и море было видно прямо из окна их уютной квартиры. Жили они с мамой не очень богато, но на всё хватало, да и жить было хорошо, и жизнь была хороша. А теперь все друзья остались там, далеко на юге. А он, Сашка, будет вынужден жить вдали от них всех. Ну, хотя бы Гришка теперь будет жить нормально. Да и мама, она была так рада, когда узнала, что их переводят сюда. А это самое главное. —Зарплата в 3 раза выше! Квартира и коммуналка бесплатно! И школа рядышком. Это всего на 5 лет. Там так спокойно, и все друг друга знают. Гуляй сколько влезет, безопасность. Женщина светилась. Она чуть ли не летаючи собирала чемодан. —Я уже забрала твои документы из школы, прощайся с друзьями, а завтра в путь. Эта новость звучала как гром средь ясного неба, но делать нечего. Всё равно, кроме мамы у него никого и нет. Раньше был Гришка но и он: —Ты портишь мне жизнь, из-за тебя я не найду жену. Если я её не найду, то у меня не будет детей. А если не будет детей, то я не продолжу род, а это плохо. Да и вообще, как ты представлял себе это? Я буду водить тебя на свидания и мы будем ходить за руку, а потом переедем в “Гриша, ты ничего не понимаешь, это самый красивый город мира". Говоря это, молодой человек сидел с каменным лицом бровью не ведя. Это Саша запомнит надолго, породя недоверие. Но это уже далеко – это море. Гриша – медузы. Саша обожал за ними наблюдать. Что-то в них было грациозное и изящное. Не доступное пониманию и ядовитое. После экспертментов на руках, оставались гигантские ожоги. Где папа, Саша тоже не знал. Всё, что ему было доступно, это: —Мы любили друг друга, он был высоким, статным и очень весёлым. Он любил тебя. Когда тебе было пару месяцев, его забрали, а потом мне пришла похоронка. Ты очень на него похож, особенно горбинка на носу, и густющие эти твои ресницы. Когда мама рассказывала про папу, у неё текли слёзы, но она улыбалась. Её любовь к нему ещё не угасла. Саше было больно это видеть, он решил больше никогда не спрашивать про отца. —Самое главное, что мы вместе. И у нас всё хорошо, нам больше никто не нужен, я тебя люблю. Он обнимал и утешал её. Вообще во всём мире их было двое, мама из детдома, поэтому ни бабушки, ни дедушки у Саши не было. И отчима тоже не было. За Викторией ходило потом много мужчин, но она любила лишь одного. Но им не суждено было быть вместе. К сожалению, смерть разлучила их. —Смотри, наш новый дом. Из окна виднелось серое, бетонное, трёхэтажное здание с белыми цифрами на всю стену. Вытащив сумки из машины, они вошли внутрь. Подъезд был чистым, на подоконнике 2-го этажа стоял фикус. Внутри дома было очень тепло. На 3-ей лестничной клетке расположилось всего 2 двери. На правой красовались серебристые цифры "346". Зайдя внутрь, стало ясно, что о работниках старались заботиться. Квартира была двухкомнатной. Вход в гостиную был напрямую из коридора, проходящего от входной двери. Напрямую спальня, рядом. В гостиной ковёр на стене, диван, стол, телевизор и стеллаж с ковром, уже прямиком на законном месте – полу. Спальня тоже не блестела изыском. Кровать, ковёр, два шкафа и окно. Дальше кухня и ванная. —Ну, что, где хочешь спать? —Я думаю, гостиная, ведь там стол для уроков и телик. —Ну и хорошо, раскладывай вещи. Я заварю чай. Мыться и спать.