нежнее

Феликса потрясывает. Он смотрит на расписание и видит общую танцевальную практику. Что ж, ему всего лишь предстоит избегать Криса на протяжении часов двух в не слишком большом танцевальном зале, ерунда ведь? Однако, ему даже удаётся расслабиться, пока он следует указаниям хореографа, полностью отдаваясь танцу. Кажется, он даже перестал отвлекаться на маячащую рядом фигуру парня, который периодически что-то спрашивал или просто в перерыве переговаривался с кем-то из других трейни и громко смеялся. Феликс бы соврал, если бы сказал, что ему не нравится слышать этот смех. Воспоминания тяжёлым весом легли на грудь, перекрывая доступ к кислороду. Самовнушение или нет, но казалось, что ему действительно стало тяжело вдохнуть, пока картинки счастливого Криса мелькали перед глазами. Вокруг люди, нужно успокоиться. Ли зажмурил глаза, но всё становилось будто только ярче и эмоциональнее. Хотелось сжаться в комочек, попасть в кокон, который будет вечность отделять его от эмоций, воспоминаний, чувств и мыслей. Почему ты удивляешься тому, что он ушёл, ты думаешь ему было интересно возиться с таким ребёнком, как ты? Жгучие, отвратительные слезы, которые хотелось стыдливо прятать, начали выступать на глазах. Он опустил голову вниз, неосознанно сжимаясь, закрывая лицо ладонями, кусая губу, стараясь заглушить сердцебиение, звук которого безжалостно бил по барабанным перепонкам. Ты не нужен ему. ♡♡♡ Чан видит, съежившегося в углу Феликса, которого никто (кроме, наверное, Джисона, который бросал обеспокоенные взгляды на парня) не замечал. Наверное, никогда ещё он не проклинал свою нерешимость так сильно. Сомнения кружили вокруг него с невероятной скоростью. Ему не хочется видеть тебя рядом. Прекрати думать, что всем нужна твоя помощь, никто её не просит. Ты сделаешь хуже. Он поймал на себе взгляд Хана. Он не мог сказать, были ли все его мысли написаны в его взгляде, но друг тут же подошёл ближе и почти неслышно прошептал: – Подойди к нему. Чан сглотнул. Выйдя из эпицентра разговоров и веселья, он направился к Феликсу. Ноги не гнулись то ли от нервов то ли от долгой тренировки. Точно ли он захочет его помощи? Кто-то будто взял его сердце в свои руки и измывался над ним, сжимая его, разрывая, иначе Крис и не мог описать свои эмоции при взгляде на маленькую съежившуюся фигуру. Он аккуратно опустился на колени и, немного колеблясь, положил руку на волосы парня. – Ликси, я рядом. ♡♡♡ Наверное, это совсем не то, что хотелось бы услышать Феликсу прямо сейчас, но от знакомого полушепота спокойствие начало растекаться по телу маленькими, тёплыми ручейками, проникая в каждый его уголок. Казалось, будто он вернулся в тёплый и родной дом, после долгого пребывания на морозе. Немного расслабившись от мягких поглаживаний по голове, он поднял глаза. Не то что бы он не узнал голос, но видя на себе взгляд, который изо всех сил кричал о волнении, ему стало даже немного стыдно. Он не ненавидит тебя. Оказавшись в объятиях, Ли показалось, что слезы полились только сильнее, но в груди мягко разливалось тепло, будто бы туда поместили маленькое солнце, а его лучи вот-вот станут такими тёплыми, что станут светить сквозь его кожу и осветят весь зал. Крис действительно был рядом. Вот он – рядом, сидит, прижимает его к себе, поглаживает по волосам, шепчет что-то на ухо. Ему действительно не плевать на него. – Тренировка уже закончилась, давай выйдем? Феликс поддаётся, наверное, слишком легко, следуя за Крисом в какой-то уголок, где его тут же вновь захватывают в объятия. Он не понимает чьё сердцебиение такое громкое – его или парня. Может ли он снова называть его другом? – Давай поговорим? Ему тревожно. Сложно даже сказать из-за чего. Боится ли он услышать причину? Да. Боится ли он услышать, что он всё же не нужен Чану? Тоже да. Несмотря на это, он кивает, стараясь случайно прикоснуться к парню, насытиться им и его присутствием рядом. Крис рассказывал медленно, прерываясь, когда голос дрожал, иногда замолкая, наверное, от своих собственных эмоций, которые, оказывается, поедали его изнутри также сильно, как Ли поедали собственные домыслы. Он злился на то, что он не узнал этого раньше, но желание винить кого бы то ни было испарилось. Ему стало жаль. ♡♡♡ Чан рассказывал, стараясь побороть свои эмоции, сейчас важнее был Феликс. Он замолкал каждый раз, когда видел малейшее изменение на его лице. Он всё же винил меня. И правильно делал. Оправдания казались слишком нелепыми, глупыми. Он удивлялся тому, что парень до сих пор не вскочил и не ушёл от него, а внимательно вслушивался в каждое слово. – Я рад, что сейчас могу быть рядом с тобой. Ты всё ещё значишь для меня очень много. Фраза вырывается до того, как Крис успевает подумать, он даже на секунду жалеет, что сказал это, но видит широкую улыбку напротив. Он видит ту улыбку, которой ему не хватало столько времени, и он откровенно пялится, пытаясь запомнить её в мельчайших подробностях, а мысленно обещает себе, что будет делать всё, чтобы видеть её как можно чаще. – Ты тоже много значишь для меня. Слова Феликса сваливаются на него, но он не чувствует тяжести или неимоверного груза, а только облегчение. Он прикрывает глаза, чувствуя его рядом, обнимая его, прижимая. Отпускать Ли не хотелось никогда, хотелось быть нежнее. ♡♡♡ Наверное именно с этого момента жизнь Феликса в Корее перестала быть обременяющей и полной тревоги и страха. Крис стал будто его проводником по тьме. Они много времени проводили вместе. Он учился корейскому с ним, ходил после тяжёлого дня в какие-то забегаловки, и от этого на душе было очень легко. Ли действительно восхищался Чаном, который сделал всё, чтобы восемь парней собрались и дебютировали все вместе. Он никогда не забывал о чувствах любого из них, а особенно про чувства Феликса. Ребят, тише, Феликс хочет что-то сказать. В какой-то мере он даже возвышал Феликса над остальными шестью мемберами, но делал это так ненавязчиво, что понять это могли только они вдвоём. И, казалось, что в такие моменты солнечное тепло льётся по венам вместо крови, и сам он становится воплощением тепла. У Ли будто прорастает самый прекрасный цветок где-то в груди, когда Крис прижимается к нему всем телом, чтобы помочь с каким-то движением в танце. Тогда все вокруг будто исчезает, оставляя его наедине с парнем и медленно прорастающим цветком. Ему кажется, что цветок окончательно вырос и зацвел самым нежным цветом, когда он чувствует руку Чана на своей руке и краснеет, желая продлить это хоть на секунду, но парень, наверняка заметивший румянец на щеках младшего, убирает руку. Наверное, тогда, когда Крис платит за него в кофейне и ведёт к самому укромному месту в заведении, в его животе появляются бабочки, которые неустанно порхают, щекоча внутренности, но это приносит только ощущение уюта и всё того же тепла. Ему хотелось как можно дольше чувствовать это. Ему бы хотелось рассказать Крису и о невиданной красоты цветке, который покоился совсем рядом с его сердцем, и о реках тепла, которые заменяли кровь, и о бабочках, которые порхали, разнося на своих крыльях уют вместо нектара. Ему бы хотелось, чтобы он узнал обо всём этом и смог сам насладиться этими ощущениями, но какое-то чувство, порождаемое его собственными мыслями, погружающее на мгновения этот прекрасный мир внутри него во тьму, заставляло молчать. Я для него только друг, не стоит рассказывать об этом. ♡♡♡ Чана пугали его собственные чувства. С Феликсом быть нежным хотелось быть всегда, но сейчас это будто бы обострилось в разы. Он будто бы стал дорогой фарфоровой фигуркой, которую хотелось убрать подальше ото всех, чтобы быть единственным, кто может его видеть и касаться его, как будто только он мог быть достаточно аккуратным, чтобы не повредить его. Хотелось закутать его в одеяло, чтобы он был в тепле, приготовить ему самую вкусную еду и просто быть рядом. Кажется, чтобы чувствовать эту нежность, ему достаточно просто быть рядом. Но тело и мысли требовали большего. Они требовали случайных касаний, требовали долгих объятий, поглаживаний по голове и невесомых поцелуев в макушку, которые Крис оставлял, пока на них никто не смотрел, когда Феликс расслаблялся настолько, что казалось, что чувства, испытываемые старшим окутали его, защищая от всего вокруг. Наверное, они влюблены, и влюблены до головокружения.