дом

Грея наконец пустили за порог магазина. Восседал он на пластиковом стуле из кабинета Мэнди, накрытым полотенцем. Возле него то и дело мелькал яркий силуэт, звеня бубенцами, рассказывая самые избранные моменты из сложной шутовской жизни. А ведь они и не познакомились толком. ༄ -Ну да, конечно ты можешь сделать это сам.— Честер стоит напротив грея смачивая новый ватный диск мицеляркой.— Только во всем магазине нет и намека на зеркало, поэтому ты грозишься остаться с пятнами на лице. Пожимая плечами, шут протягивает пропитанный диск сидячему напротив миму. Вопросительно смотрит, покорно дожидаясь ответа старшего. Лицо, запачканное гримом, приподнимает уголки губ. Грей накрывает руку Честера, легонько зажимая вату в чужой ладони. «Значит, дал добро» *** Грей нервничал. Пульс стучал, оставаясь отголосками в легком головокружении. Пот, холодным потоком, бежал по телу вызывая мурашки, а одежда резко стала совсем некомфортно давящей, колючей. Театральное дело было смыслом жизни, единственной верной дорогой для него, а пробы- решающем голосом в его судьбе. От того, что он сделает решится вся его дальнейшая жизнь. А если провал? Быть ему всю жизнь дворником или странноватым почтальоном, да и туда с натяжкой возьмут. Помилуй, боже! Прогноз погоды соврал. Ветер истрепал душу и нервы, капли били, замораживая и без того окоченевшие тело. Грей давно поставил крест с табличкой «Самый ужасный мой день», перечеркнул любые попытки подбадривания и просто хотел улечься на кровати. Оторваться от будней и уйти в полную апатию. Хотел забыть о суете, глотнуть свежего воздуха, привести себя в порядок и с полной уверенностью начать новый день. Все планы кардинально изменились, когда его, укутав в полотенце, пригласили за порог магазина. Когда с аккуратностью, будто трогают вовсе не его холодное тело, а антиквариат, что с легкостью в перышко рассыпется, исчезнув из людских умов, его отмывают от собственного растекшегося грима. С каждым мгновением Грей растворяет свои переживания в чужих потоках слов. Честер отбивает языком слоги, в такт активно жестикулирует, щурит глаза, вспоминая свои проделки, сводит брови, когда рассказывает жесточайшие наказания за них. Словно вода заполняет собой, будто вовсе и нет никакого мира за пределом магазина, будто и часы отбивают вовсе не время, а количество вдохов. Хоть и шут эксцентричен и по натуре своей полностью наигран, хоть и делал множество пакостей без сожалений, хоть и любил бросить колкие фразы насчет внешнего облика мима. Грей готов поклясться: нежность прикосновений всегда была реальна. *** Честер хохочет, вовсе не таясь, пока мим рассматривает себя через фронтальную камеру смартфона шута. Наверно стоило заподозрить что-то не ладное, когда шут предложил нанести «самую лучшую маску». Не надо было идти на поводу и послушно закрывать глаза, не верить массирующим движениям и чужой улыбке. Видно, последние 5 минут шут наносил вовсе не маску, а слой где-то спрятанного грима. На белом слое грима были хаотично разбросаны черные пятна, а рот выведен в собачью пасть с высунутым языком. -ДАЛМАТИНЕЦ!!! ПОНЯЛ ДА??? Грей покачал головой в знак согласия и восторженно захлопал в ладоши. Вот это совпадение, а ведь далматинцы любимая порода собак мима. Да и нарисовать такое еще и не раскрыв всю тайну шутки за считанные минуты! В разговорах шут пару раз упоминал, что когда-то работал детским аниматором, где под ухом орут нетерпеливые дети и всех их нужно разукрасить за поставленный срок. Такими людьми грех не восхищаться! -ээ??—Честер невольно наклонил голову, опрокинув Грея недоверчивым взглядом.— Меня обычно за такие шутки пиздят.