CASE 143

Приятный запах жареного омлета распространился по всей кухне. Солнечный свет аппетитно подчеркивал сливочное масло, которым Ликс смазывал рис. Хван же рядом помогал супругу, нарезая помидоры и огурцы, а потом доставая свежее кимчи бабули из холодильника. Ынбель нервно постукивала палочками по столу, предвкушая уже скорый завтрак и долгожданную встречу с ним. В то время как Минхек в который раз нервно откинул телефон в сторонку после прихода очередного сообщения, теряя аппетит. Молодой омега уже всерьез задумывался над тем, чтобы удалить все социальные сети, ведь не мог больше терпеть надоедливые сообщения от него. — Мин-мин, ну ты и типичный недотрога, аж тошнит, — язвительно подколола брата Ынбель. — Кто бы говорил… Это меня от тебя тошнит, чертова извращенка, — не уступал сестре небесноволосый. — В любви нет ничего постыдного! — с криком встала из-за стола брюнетка, чуть не опрокинув на пол тарелку. Джин смог вовремя предотвратить это, молниеносно подбегая и ловя ее рукой. — А ну-ка, позакрывали рты, и чтобы я больше в своем доме не слышал даже упоминания о нем, особенно от тебя, Хван Ынбель, — со злобой сказал Хенджин, грозно смотря на дочь. Бель собиралась уже было ответить отцу, но тут вовремя подоспел Ликс, поглаживая по макушке младшую альфу и подходя к мужу.  Старший омега успокаивающе ласково обнимал любимого со спины, нежно целуя собственную метку на задней стороне левого плеча. Феликс не мог удержать свою улыбку, вспоминая их медовый месяц, когда он и поставил мужу эту отметину. Омега никогда не сможет забыть воспоминания об этом укусе, в тот же вечер их любовь зачала две самые большие катастрофы в его жизни, которые сейчас мрачно сидят за столом. Мужчине аж не верится, что с того момента прошло целых шестнадцать лет. — Пушистик, успокойся. Давайте уже садиться за стол, — примиряюще сказал Феликс. — Еда же стынет, а я так старался. — Тебе тоже нужно скорее позавтракать, а то так и на работу опоздаешь и тогда точно разозлишь Хана, а тот побежит жаловаться любимому, — с мягкой улыбкой проговорил Хван, который мгновенно успокоился, учуяв до безумия любимые омежьи феромоны с ароматом ромашки. Оба подростка с усилием сдержали смешки от того, что их грозный отец всегда становился покладистым волком, стоило лишь их папе проявить заботу к супругу.  — Да какая там работа, наверняка снова какая-то бабка написала заявление на другую, из-за того что собака той нагадила на ее клумбу. А Хан, наш многоуважаемый глава отдела криминальных расследований, уверен, еще нежится в постели с начальником Ли, — отшутился по-доброму Ликс, садясь за стол вместе с семьей. Тут на его телефон пришло сообщение — фото с положительным тестом на беременность и подпись: «Это пиздец». После увиденного глаза Ликса расширились, и тот мгновенно вскочил, начиная собираться, параллельно печатая Минхо сообщение о том, что ему сегодня срочно надо выходной. После такого неожиданного хаоса, устроенного омегой, дети удивленно переглянулись между собой. Хенджин же оставался внешне спокойным, но мысленно пытался разобраться в том, что же могло стать причиной такого поведения Ликса. — Может, есть что-то, что вы хотели бы мне рассказать? Или мне самому прочитать ваши мысли? — с нажимом спросил альфа, получая в ответ от близнецов негативные качания головами, которыми они отвечали сразу на два вопроса.  — Так, а что с папой? — обеспокоенно спросил Минхек. — Ну, тогда остается либо работа, либо забота, — под последним словом альфа подразумевал то, что мужу придется спасать чью-то жопу.

🤍🐺🖤

Феликс залетел к Чонину с двумя ведерками клубничного мороженного и взглядом сразу же начал искать обитателя комнаты. Омега нашел Яна, всего заплаканного и укутанного в одеяло, под компьютерным столом. — Нини, отставить панику, вылезти из-под стола, умыться и наконец-то сообщить такую радостную новость Чану, — с нескрываемым восторгом давал указания Айену пепельный.  — Я-я-я… Это… же-е-е… Не надо рассказывать Бан Чану… Лучше… Лучше съезди со мной на аборт, — запинаясь из-за слез, еле выдавил из себя Чонин.  — Какой аборт?! — чуть не лопнул от негодования Ликс. — Так, успокойся и объясни нормально, что случилось, ты не рад беременности? — Конечно же не рад, как этому можно радоваться?! Бан Чан явно меня бросит после такой новости, и я буду родителем-одиночкой, — снова разревелся Ян. — Да не бросит он тебя, — пытался успокоить лисенка Хван. — Нет, он точно бросит такого безответственного омегу. Я всего лишь приехал к нему на неделю, выхватив отпуск на пару дней. Я был так рад и нетерпелив, что мы совсем забыли о презервативах, и вот, во что это вылилось. А мы же даже не обсуждали вопросы о детях, не то что планировать такое. К тому же он там, а я здесь, Чан точно не будет бросать работу из-за такого бестолкового меня, — и снова из глаз лисенка потекли слезы. Чонин и так постоянно был на взводе из-за того, что любимый далеко от него и им приходится встречаться на большом расстоянии уже целых мучительных семнадцать лет. Каждый раз, когда Чонин слышал от Хенджина какие-то негативные новости с юга, чуть ли не волком скулил от желания сорваться с места и помочь его альфе. Когда же Бан Чан скрывал свои физические травмы от младшего, о которых тот узнавал от болтливого Чанбина, волчье сердце лисенка сдавливало невыносимой болью, как будто оно готово было вот-вот разбиться на мелкие кусочки. Ян с каждым днем все больше и больше страдал, так же как и старший. Айен собирался бросить все в Сеуле и уехать к любимому, но понимал, что не может так подвести компанию и Хенджина, поэтому лишь позволял себе нечастые рыдание в подушку под ночным небом столицы. А теперь с такими новостями Чонин просто не знал, как поведет себя старший, они ведь столько терпели боль разлуки и даже не думали о том, чтобы съехаться, ставя интересы компании выше собственных. — Вообще-то, как минимум юридически, за ребенка ответственность несут двое родителей. К тому же Бан Чан очень ответственный и слишком сильно тебя любит, чтобы бросать из-за ребенка, которого, я уверен, он тоже полюбит до беспамятства, — присаживаясь на корточки перед Яном, ласково, но уверенно сказал Ликс. Пепельный вытер слезы с щечек Нини, при этом обнимая того. — Так вы же были в законном браке, когда ты узнал о беременности. Тебе уж точно не нужно было беспокоиться о юридической части такого вопроса, так что тебе меня не понять. У вас всегда все было идеально… — с полным печали голосом, но уже без рыданий ответил Айен. Парень всегда с белой завистью наблюдал за взаимоотношениями семьи Хван. Их глава семейства — Хенджин — идеально подходил под эту роль. Его родные чувствовали себя рядом с ним как за каменной стеной, ведь альфа брал решения всех проблем на свои широкие плечи. Начиная с мелочи и заканчивая серьезными финансовыми проблемами — все решал именно Джин. Он стал прекрасным семьянином, который смог поступиться своими долгими принципами и отложить компанию на второе место, превознося семью превыше всего. Он самостоятельно стал устраивать семейные поездки и, на удивление самого волка, делал это с большим удовольствием, развлекая своих родных. Также альфа занимался и духовным развитием детей, вкладывая в них не только деньги, но и собственные усилия, стараясь воспитать их достойными людьми. Джин взял на себя обучение и наставничество в практике магии для детей с самых малых лет. Также Хван помогал сыну с учебой, ведь тот, как и отец, был вовлечен в изучение языков. А вот Ынбель он помогал развивать свое волчье начало, занимаясь с дочерью рукопашным боем и воспитывая ее внутреннего альфу. В их семье Хенджин отвечал за безопасность, стабильность и спокойствие, возводя вокруг своего семейства каменную крепость, которая отгораживала их от невзгод внешнего мира. Феликс же взял на себя обязанность приносить в эту крепость уют, заботу и радость. Заменив в отделе патрульной полиции Юнги, который решил уйти на пенсию и отправиться в кругосветное танцевальное путешествие со своим мужем Хосоком, Ликс стал главой отдела патрульной полиции и начал больше пропадать на работе. При этом он не забывал о ежедневной готовке еды, настаивал на генеральных уборках раз в неделю, приучал детей к поддержанию порядка, следил за опрятностью внешнего вида близнецов, и это все ему совсем было не в тягость. Также практически каждую свободную минуту он старался уделять детям. Пепельный приучился просыпаться на пару минут раньше для того, чтобы помочь дочери в ее любви к интересным прическам. С Минхеком он не только ходил на шопинг, но и помогал сыну изучать свою омежью сущность, в подробностях рассказывая тому о циклах и течках. Также омега любил устраивать семейные вечерние посиделки — вечера фильмов, настольных игр, общих хобби или готовки. Именно благодаря ему у них появилось правило: при любых обстоятельствах суббота — это время только для семьи, когда они проводят целый день вместе в интересных местах, и никакие отговорки не принимались. Пункты назначения каждый член семейства выбирал по очереди, поэтому все оставались довольны. Даже с появлением детей супруги не забыли про собственные отношения, уделяя друг другу максимальное количество любви, тепла и заботы. Иногда им удавалось освободить хоть немного свои плотные рабочие графики, и тогда они проводили время вместе. Влюбленные ходили на свидания, посещали различные выставки и просто прогуливались в волчьих обличиях по лесу. Их неугасающая любовь проявлялась и в повседневной жизни в маленьких жестах заботы и поддержки, когда они переживали за состояние друг друга, помогали пройти проблемы на работе и вместе, рука под руку, преодолевали все невзгоды в жизни. Когда же дело доходило до течки и гона, то дети резко отправлялись к бабушке, ведь, хоть родители и занимались половым воспитанием детей, до практики им было еще рановато. Да и изучать анатомию на примере родителей не самый лучший вариант. Любовь Хенджина и Феликса, преодолевшая столько преград, оставалась кристально чистой и невинной. Именно благодаря ей и родилась такая образцовая для окружающих семья. — Идеально? — уставился в одну точку Ликс, усмехаясь этому предположению лисенка. — Нет ничего идеального в этом мире, Нини… Даже у «образцовых» семей есть свои скелеты в шкафу, а с взрослением детей шкаф скоро придется поменять на склеп. Я души не чаю в своих близнецах, но иногда мне хочется вырвать свою душу с корнем. — Что такое могло случиться, что ты уже начал интересоваться загробной жизнью в свои всего-то сорок лет? — с иронией спросил Айен.   — Чонин, я думал, что нет ничего хуже первой подростковой любви, но ошибся. Первая подростковая любовь собственных детей — вот это настоящий ад, — с принятием, граничащим с отчаянием, сказал пепельный. — Вот Ынбель, казалось бы, не интересовало ничего, кроме спорта и практики в магии, но пубертат и чертовы инстинкты альфы дали о себе знать. Месяц назад мы с ней решили позаботиться о питании Джина и отвезли ему обед прямо в компанию. К большому несчастью, именно тогда у него проходил набор сотрудников, да ты и сам знаешь. И вот тогда она встретила его, Сонхуна. — Пак Сонхун? — удивленно повторил имя лисенок. — Да этот омега просто золотой сотрудник. Выполняет все в срок, прекрасно ладит с коллективом, готов браться за любое задание и, несмотря на то, что пока еще стажер, выполняет их без единой ошибки. Что же он мог такого натворить? — Может, он-то и золотой, но вот возраст явно неподходящий. Ему двадцать один, а моей Бель всего пятнадцать, — с отчаянием ответил Хван. — Я не удивлен тому, что ты об этом не знаешь, ведь звездочка пыталась скрыть все от нас, в особенности от Хенджина, зная, что тот явно такое не одобрит. Как ты уже понимаешь, у нее не получилась это долго скрывать, Джин узнал обо всем всего через неделю. Хотя это и неудивительно, она же бегала по пятам Сонхуна как умалишенная. Стала прогуливать школу и даже тренировки, а раньше никогда такого себе не позволяла. Постоянно под разными странными предлогами пыталась проникнуть в офис отца, то обед отнести, то заскучала, то еще что-то. Мы, конечно же, не одобрили такие ее ухаживания. Мы ни в коем случае не запрещаем ей встречаться, но явно не с омегой на целых шесть лет старше. К тому же и сам Сонхун не восторге от ее преследований, и вся эта катавасия продолжается уже целый месяц. А тут еще и Минхек удивил. — Ну, Мин-мин явно ни за кем не бегает, не в его характере. Что же тогда? — с удивлением расширил глаза Ян. — Да, все в точности наоборот. Это за ним бегает один альфа из параллельной школы, как оказывается, уже целых полгода. Полгода! — возмущенно вскрикнул Ликс. — А он только недавно нам об этом рассказал, и то только потому, что мы сами застали картину этих ухаживаний. Ким Хонджун, так зовут ухажера Мин-мина, настолько заворожен нашим сыном, что даже решился прийти к нам домой лишь для того, чтобы подарить ему букет полевых цветов. Только вот наша охрана его не пропустила, потому что Минхек сказал, что не знает, о ком идет речь. Юного альфу не могли остановить даже суровые охранники, и поднялся такой шум, что нам с Джином пришлось выйти самим, и тогда-то мы и познакомились с Хонджуном. Мальчишка оказался очень даже общительным и приятным ребенком, так что я передал его букет Мин-мину и заодно решил поговорить с сыном. По диалогу я понял, что наш умник и сам не знает, почему так отталкивает альфу, хотя явно к нему небезразличен. Он просто невыносимый, такой же толстокожий, как и отец. Пока за ним не побегаешь, даже не посмотрит в твою сторону. Походу такие они, холодные красавчики семьи Хван, — измученно вздохнул омега, до сих пор не забыв о недавно случившемся инциденте.

🤍🐺🖤

3 дня назад

Рассвет. Ночное небо с серебристым месяцем понемногу сдавало свои позиции. Солнечные лучи раскрасили горизонт в нежно-персиковый цвет. Весенняя прохлада бродила меж ветвями елей, разнося их приятный аромат по всей округе. Вокруг царило полное умиротворение, даже птицы все еще спали.  И лишь одна хитрая волчица, услышав рев мотора машины отца, сразу же вскочила с кровати, скидывая с себя простынь. Передвигаясь еле слышными шагами, она подкрадывалась все ближе и ближе к своей заветной цели. Спустившись на нулевой этаж, который был специально оборудован под гараж и подсобные помещения, девушка первым делом попыталась найти ключи. Она обыскала практически весь гараж, но, испугавшись того, что разбудит шумом своих домашних, решила поэкспериментировать и завести мотор без ключей. Провозившись уйму времени в размышлениях о том, как использовать соединение двух проводов, волчица удивленно расширила глаза, когда увидела, что все это время ключи были в замке зажигания. Стукнув себя по лбу из-за собственной глупости, альфа перекинула ногу через транспорт и уселась на одну из заветных целей сегодняшнего дня.  Отполированный до блеска черный зверь с серебристыми и голубыми вставками по бокам выехал из гаража. Массивные шины и вдавливание газа создали невероятный  скрипучий звук трения об асфальт. Обтекаемая форма мотоцикла позволила ему рассекать воздушную массу, из-за чего уши бы несомненно заложило, если бы не черный тонированный шлем на голове юной наездницы. Девушка была одета под стать своему байкерскому образу: кожаная косуха цвета ночного неба, футболка любимой рокерской группы с вызывающими красными надписями, рваные скинни джинсы, ботинки с массивной тракторной подошвой и невероятное количество цепей. И вот тот момент, в который определятся ее планы на сегодня, — охранный пункт. Ей было жизненно необходимо проехать через эти чертовы ворота, в идеале незамеченной, но сойдет и так, и просто выехать за пределы территории. Светом узких фар девушка надеялась ослепить охранников и проехать без любых препятствий, но ей повезло даже больше, ведь именно тогда на пункте охраны была пересменка, и она с легкостью выехала с территории особняка незаметно. Только отъехав от дома на приличное расстояние, Ынбель с облегчением выдохнула, вжимая газ на полную. Интересно, если бы Хенджин знал, на что способна его собственная дочь, стал бы обучать ту езде на мотоцикле? Черные волосы альфы развивались по ветру, пока та с радостью предвкушала встречу со второй целью ее сегодняшнего дня. Да, она сделала это только для того, чтобы подкатить к Сонхуну. Омега понравился ей с первого взгляда, ее как будто притянуло к нему невиданной силой. Нет, это не истинность, но юную альфу это явно не останавливало, к тому же она уже достаточно взрослая для того, чтобы перестать верить в этот мизерный шанс найти свою истинную пару. Но этот до визга милый, хотя и старший, омега просто не оставил ей и шанса на то, чтобы продолжать жить обычно после встречи с ним. Его мягкая улыбка и большие глаза запали ей в сердце и сподвигли на опрометчиво глупые поступки, которых Бель и сама от себя не ожидала. Прогуливание школы для нее было не впервой, но вот пропуск тренировок точно стало в новинку. А что еще делать, когда единственное, о чем ты можешь думать, — это новый стажер на работе отца? Тем более ей не с кем поделиться своими переживаниями по поводу первой любви и этапами ухаживания за омегами, ведь брата напрягать не хочется — у того и так проблемы с надоедливым альфой, а родители ее увлечение совершенно не поощряют. Ынбель обиднее всего именно из-за отсутствия поддержки со стороны родителей, которые всегда были ее опорой. Она от чистого сердца не понимала, почему они не поддерживают ее, когда у самих разница в возрасте намного больше, чем у них с Сонхуном? Тем более отношения Хенджина и Феликса зарождались в ужасно неблагоприятных условиях расследования убийства. Сначала папа считал отца убийцей, но даже так все равно влюбился в него. Потом, узнав страшную правду о том, кем на самом деле является альфа, все равно остался рядом, несмотря на то, что у них были преграды из-за того, что один — оборотень, а другой — человек. В конце концов ради отца папа решил пожертвовать всем и стал оборотнем. И вот их любовь пережила проблемы намного серьезнее, чем какие-то цифры, а те все равно твердо стояли на своем, упорно продолжая твердить про слишком большую разницу в возрасте. Все эти переживания и обиды юной альфы перерастали в непреодолимую злость, и Ынбель со всей дури жала на газ, превышая скорость прямо перед патрулем полиции. Полицейские резко запрыгивали в машину, на ходу включая мигалки и громкоговоритель, прося Бель съехать на обочину. И тут волчица поняла, что дело совсем худо, ведь будь она совершеннолетней, то могла бы попытаться отделаться штрафом, а теперь ее точно увезут в участок. К тому же полиция начнет разбираться с тем, кому принадлежит мотоцикл, и тогда уж точно свершится самое страшное — вызовут отца. А могла бы согласиться на предложение брата сходить в книжный магазин за учебниками для подготовки к экзаменам. Мин-мин уж точно в такую заваруху не попадет с его-то характером…

***

В это же время на другом конце Сеула в книжном магазине посетителей отвлек громкий чих молодого омеги. Парень от смущения начал извиняться во все стороны, параллельно почесывая ладошкой нос. — Да кто же меня вспоминает?... Сто процентов этот придурок, — злобно прошептал Минхек, вспоминая лицо надоедливого ухажера. Вот уже целых полгода Хвану не давал прохода один очень настойчивый и уверенный в себе альфа. Омега постоянно со смешанными чувствами вспоминал тот судьбоносный день, когда его отправили на олимпиаду именно в школу Хонджуна:  «Тогда группа одаренных учеников со всего Сеула по дороге в нужный кабинет как раз проходила мимо поля, на котором школьники играли в баскетбол. Минхек с доброй завистью смотрел на этих подростков, которые просто наслаждались лучшими годами своей жизни без всяких олимпиад и подготовок к каждой контрольной. Парню, конечно, нравилась учеба, но иногда ему казалось, что, кроме нее, он ничего-то и не умеет. Омега восхищался своей старшей сестрой, которая брала от лучших лет жизни все и была активной частью общества. Ынбель пыталась познать все прелести молодости, хотя иногда и попадала в различные передряги и нестандартные ситуации. Конечно, они с семьей проводили время в разных активностях, но все же омеге всегда хотелось найти и среди одногодок друга, с которым можно было бы забыть обо всех заботах и просто повеселиться.  Из глубоких раздумий Минхека резко вырвал влетевший ему прямо в голову баскетбольный мяч. Парень еле устоял на ногах от такого сильного удара тяжелым предметом. Пока он очухался от произошедшего, к нему подбежал ученик, который, видно, и был виновником всего этого, судя по тому, как тот неловко переминался с ноги на ногу. Незнакомый паренек уже было собрался попросить прощения, но Хван даже не дал ему шанса, просто проходя мимо и продолжая путь в кабинет. И с того момента начались проблемы. Хонджун оказался очень настырным в своем желании выпросить прощение у омеги и даже захотел подружиться, ведь понял, что Минхек такой же оборотень, как и он. Сначала альфа целую неделю уговаривал сходить вместе поесть для примирения, а потом все чаще и чаще начал просто появляться в поле зрения Мин-мина, пытаясь подружиться. Со временем Ким бесповоротно влюбился в омегу и стал бегать за ним, стараясь понравиться предмету обожания. Изначально Минхека это явно раздражало, ведь он не привык, что за ним буквально бегают хвостиком, не давая спокойно и шагу ступить. Он искренне не понимал, чем мог так понравиться этому несносному альфе, он же всего лишь обычный ученик без завораживающих черт внешности, да и изюминки в характере у него уж точно не найти. Сперва он боялся, что у Хонджуна есть скрытые мотивы, но, чуть лучше узнав этого мальца, Мин-мин понял, что тот добродушной души оборотень и не может преследовать корыстных целей. Этот факт должен был успокоить омегу, но он только больше напрягся, ведь стал замечать несвойственное себе поведение. Хван все больше и больше понимал, насколько привлекателен внешне Ким. Хондждун так часто улыбался Минхеку, что небесноволосый с пугающей точностью запомнил расположение ямочек на щеках альфы. Глаза Кима напоминали полумесяцы, когда он заливисто смеялся, а его русые кудряшки подпрыгивали на голове во время непрекращающегося бега по пятам Мин-мина. Его характер так же оказался удивительным, полностью поддерживая его принадлежность к стихии земли. Альфа был ответственным, не сокрушенным в своих желаниях и принципах, честным, добродушным и в какой-то степени наивным, ведь, несмотря на бесконечное количество отказов, все еще лелеял надежду на хороший поворот событий. От Кима так и веяло аурой оборотня, на которого всегда можно положиться и точно получить необходимую поддержку. И ко всей этой идеальности Хонджуна добавилось еще и то, что альфа явно знал, как найти подход к сердцу омеги. Каждое утро он провожал Минхека до школы и стремглав мчался обратно после окончания уроков, чтобы хотя бы на мгновение увидеть предмет обожания, и его совсем не волновал тот факт, что его школа находилась на другом конце города. Также он постоянно одаривал Минхека вниманием, помогая даже в мелочах, будь то портфель или спортивная форма. Но самым неожиданным и очаровывающим поступком стал собственноручно приготовленный ланчбокс специально для омеги». Последнее воспоминание заставило небесноволосого улыбнуться и тут же испуганно опешить. От осознания своей неожиданной реакции Минхек смог лишь шокированно прикрыть рот ладонью, роняя на пол книгу. Парень уже собирался наклониться, дабы поднять упавший предмет, но кто-то его опередил. Хван видел перед собой протянутую с книгой руку и медленно поднял взгляд на улыбающееся лицо. Конечно же, перед ним стоял именно Ким Хонджун. Мин-мин робко принял книгу. — Спасибо, — тихо промямлил омега и после сразу же ринулся бежать. Он настолько не ожидал увидеть причину своих раздумий прямо перед собой, что с перепугу выбежал из магазина, не оплатив покупку.  В тот же момент Хонджун, совсем не ожидавший такого побега, стоял и лишь хлопал глазами до тех пор, пока не заметил, что за Минхеком побежал охранник, что-то передавая по рации. Оказалось, что мужчина вызвал полицию, которая словила беглеца возле выхода из торгового центра.  — Отпустите его, он ни в чем не виноват! Это из-за меня он случайно взял книгу, — Хонджун мгновенно подлетел к выходу из-за такой ужасной картины, где полицейские выворачивали руки Минхеку, пытаясь предотвратить попытки мальца выбраться. — Да отпустите, ему же больно, — от злости Ким начал отчаянно бить полицейских по рукам, совсем не беспокоясь о том, что ему тоже может достаться. — Да успокойся ты, себе же хуже делаешь. За создание препятствий полицейским при исполнении ты можешь очутиться в участке, — пытался вразумить альфу Минхек, но его доводы совершенно не помогли усмирить пыл Кима.  Полицейские уже отпустили омегу и бросились арестовывать Хонджуна, который абсолютно не собирался успокаиваться. И небесноволосый по-настоящему распереживался за надоедливого ухажера. Сам от себя такого не ожидая, Минхек ловко проскользнул между полицейскими и обнял Хонджуна, весом своего хрупкого тела заставляя того сесть на пол торгового центра. — Успокойся и перестань сопротивляться полицейским, иначе мы попадем в серьезную беду, — прошептал на ухо Киму Хван, оканчательно усмиряя его пыл. Заставший в шоке от объятий и переживаний в глазах омеги Хонджун решил добровольно сдаться полиции и отправиться в участок вместе с предметом своей симпатии, и будь что будет. Ради омеги альфа готов был даже месяц сидеть под домашним арестом, которого уж явно ему не избежать, как только родители узнают о том, что их сын загремел за решетку. Да, когда Минхек думал о том, что хочет разнообразия в своей молодости, он явно не подразумевал попадание в обезьянник…

***

— Мин-мин! — Феликс с криком влетел в собственный отдел, замечая картину хаоса прямо перед своим взглядом. Когда ему позвонили из отдела, омега изначально подумал о том, что это по работе, а когда ему сказали, что его сын сейчас в участке, то Ликс опешил. После таких новостей пепельный считал, что этот день его больше ничем не удивит, но он ошибся. Возле опустившего голову Минхека сидел Хонджун, а в другом углу обезьянника оказалась Бель. На этом сюрпризы не закончились, ведь в дверном проеме появился глава семейства, завершая полный состав семьи Хван. Хенджин лишь бросил пустой взгляд на детей, а затем молча прошел к столу офицера и принялся обсуждать проблему. Василькового вызвали сюда прямо с офиса как опекуна дочери и как владельца мотоцикла в одном лице. Именно эта отстраненность со стороны отца до ужаса пугала Ынбель. Феликс же с удивленным лицом последовал примеру мужа и пошел к соседнему столу. — Мы попали, — полным сожаления голосом тихо проговорил Минхек, прикрывая лицо ладонями. Хонджун тут же пододвинулся ближе к омеге. — Я знаю, — раздраженно ответила сестра. — А можно без этих телячьих нежностей? — с завистью проговорила Ынбель, заметив, как Ким пытается успокоить ее брата ласковыми поглаживаниями по голове. — А можно без этой язвительности? К тому же у тебя-то все намного серьезнее, чем у меня. Чем ты вообще думала, когда угоняла мотоцикл отца? Теперь сидишь тут с криминальным делом, когда у меня всего-то административный проступок, — с колкостью ответил на выпад сестры Минхек. Альфа уже было собиралась ответить что-то резкое, но не успела. — А ну замолчали оба, — впервые за все время пребывания в участке подал голос Хенджин. Родителям уже сообщили в мельчайших подробностях все обстоятельства нахождения в обезьяннике их несовершеннолетних детей. — Да не повышай на них голос, им и так, бедненьким, досталось, — с жалостью в сердце попытался успокоить мужа омега. Он ни в коем случае не оправдывал близнецов, но чуткая омежья натура не давала ему долго злиться. — Поверь мне, Хван Феликс, им еще ничего не досталось. Вот когда будем дома, тогда они и получат заслуженное наказание, — холодным тоном ответил супругу Джин. Такое официальное обращения при его же подчиненных лишь вывело из себя Феликса. Он теперь чувствовал себя как нашкодивший ребенок, которого при всех отчитывали родители. — Сейчас мы пожинаем плоды твоего воспитания, — пытаясь отстоять свою честь, ответил Ликс. — Моего? Мы оба их воспитываем. Это всего лишь результат правила вседозволенности, — последняя фраза василькового стала красной тряпкой для разбушевавшегося пепельного, ведь именно он предложил это правило. — Ты сейчас серьезно хочешь обвинить во всем этом меня?! Я как белка в колесе верчусь и на работе, и дома, пытаясь создать уют, убирая и готовя для всех нас. Постоянно нахожу компромиссы, сглаживаю углы ваших конфликтов, а теперь, оказывается, я корень зла в нашей семье?! Ты не имеешь ни малейшего права обвинять меня в чем-то, ведь это именно ты, Хван Хенджин, пропадаешь практически сутками на работе и пытаешься что-то еще говорить о справедливости, которую прививаешь детям?! Посмотрел бы я на тебя, если бы ты хотя бы день провел в моей шкуре, проживая постоянные нервотрепки что на работе, что дома, — Ликс закипел от гнева до предела, аж подскакивая с места и начиная практически кричать на мужа. — Ты… ты… маразматический волк, который уж точно не имеет никакого морального права осуждать меня во всех проступках наших детей. Мы вместе их делали, значит, нам вместе за них и отвечать… — Пр-пр-пр, уважаемый, попридержите коней, — перебил омегу влетевший в отдел Хан. — У нас даже в отделе тяжких такой Санта Барбары нет, можно отменять подписку на Нетфликс, согласны? — обвел взглядом подчиненных Феликса Джисон, пытаясь отвлечь их от последней фразы главы отдела. А пепельный лишь пристыженно опустился назад на стул, пока Джин брал ключи и шел освобождать свои две проблемы заодно с Хонджуном. – Дядюшка Хван, спасибо Вам большое, что не сообщили моим родителям о произошедшем, — Хенджин с детьми уже давным-давно вышли из отдела, а вот Хонджун нервно мялся возле все так же сидящего за столом Феликса. Парень лично хотел поблагодарить старшего за его милосердие. Ликс ободряюще похлопал младшего по плечу, после чего оба наконец-то вышли из участка. На выходе их молча ждали остальные. Омега, лишь только завидев мужа, сразу же встал в обиженную стойку: скрестил руки на груди и отвернул голову от василькового, при этом надувая щеки. Хонджун же по-прежнему вел себя зажато, чувствуя необъяснимую вину перед всем семейством. Минхек просто поднял печальный взгляд, смотря на обиженного папу, осознавая, что в ссоре родителей виноваты лишь они с сестрой. Ынбель же начала нервничать еще с того самого момента, как только отец зашел в отдел, а затянувшееся молчание Хенджина все больше и больше тревожило девушку, так что та стала носком ботинка ковырять асфальт под собой. — Хван Ынбель, — четко выговаривая каждую букву, попытался остановить действие дочери Джин. — Да что Хван Ынбель?! — не выдержала слишком большого напряжения альфа. — Да, признаю, виновата, но всего лишь нужна была ваша поддержка! Я до сих пор не понимаю, почему вы с папой так категорично против моей симпатии к Сонхуну. Это же просто любовь, а не какое-то серьезное преступление. Да, я знаю про разницу, но у вас с папой все было намного хуже, и теперь вы, пройдя через такое, все же не разрешаете мне добиваться своего счастья, — уже сквозь слезы проговаривала Ынбель. — Бель, не нужно сравнивать эти ситуации. Во-первых, на тот момент мы оба достигли совершеннолетия, а тебе, напомню, всего пятнадцать лет. Во-вторых, мы с твоим папой уже тогда любили друг друга, — Феликс заинтересовался их диалогом, услышав слова пушистика, — но Сонхун, как ты прекрасно знаешь, не испытывает к тебе любовных чувств. В-третьих, ты влюбилась с первого взгляда, а такая любовь мимолетна, мы же с твоим папой пережили немало проблем, чтобы осознать свои чувства. В-четвертых, у Сонхуна есть альфа, с которым он строит серьезные отношения уже на протяжении двух лет. Пойми, звездочка, какой упорной ты бы ни была и какие бы усилия ты ни прикладывала, нельзя овладеть сердцем человека, не любящего тебя.  — Вообще-то без упорства папы не было бы и вашей любви, — не понимая доводы Хенджина, альфа продолжала негодовать.  — Звездочка, я безгранично благодарен твоему папе за миллион первых шагов сделанных навстречу мне, пока бестолковый я сидел в своем отчужденном коконе, боясь впустить в свою жизнь что-то завораживающее и непредсказуемое. Именно таким неожиданным я себе представлял твоего папу, пока он с бешеной скоростью не начал раскрывать себя полностью. Только благодаря этому я узнал, что он слишком добрый, что даже если весь мир обозлится на него, он все равно широко ему улыбнется и простит. Он настолько чуткий, что сможет прочувствоваться проблемами незнакомых ему людей и при этом останется справедливым, готовым лезть по головам, чтобы виновный был наказан по закону. Его светлое и бескорыстное желание помогать окружающим привело его в полицию, до сих пор держит его там и не отпускает до последнего, даже когда он был беременным вами. Мне настолько нравятся его противоречия, до безумия люблю то, как он может быть в одно время безгранично умным и несмышленым, но таким милым. А его красота вообще не сравнится ни с кем из живых, вымышленных и божественных существ, — после такого признания Феликс расплылся в бесконтрольной улыбке и уже совсем забыл о своей обиде, опуская руки с груди. — Его янтарные глаза, ярко сверкающие во свете солнца и всегда смотрящие на меня с любовью, заставляют мое сердце биться чаще. Миллионы созвездий-веснушек на его щеках и курносом носике скрашивали мои утренние пробуждения, ведь я постоянно не сдерживался в том, чтобы считать их каждую секунду. Губы в форме бантика с нежностью как у лепестков роз, которые я готов целовать вечно и умереть в тот миг, когда коснусь их напоследок, — Ынбель с отвращением скривила лицо, а Минхек покраснел от слишком откровенных речей отца.  — Ну все-все, хватит смущать детей, — даже не пытаясь скрыть улыбки, остановил монолог супруга Феликс. Хенджин с улыбкой посмотрел на мужа, после чего семейство отправилось к машине. Минхек же хотел сначала последовать за всеми, но потом заметил до сих пор стоящего немного позади Хонджуна. После такой откровенной речи отца омега застыл на месте, обдумывая серьезный шаг в своей голове и взвешивая все «за» и «против». Возможно, ему все же стоит впервые в жизни перестать обдумывать каждый шаг, боясь оступиться? Скорее всего, ему стоит уже наконец-то пустить все на самотек и будь что будет. Сейчас ему осточертело его постоянное бездействие, которым он всегда делал себе только хуже. Первый раз в жизни он хотел засунуть свой страх куда подальше и, возможно впервые, сделать правильный шаг навстречу будущему. Омега собрал все мужество в кулак и полный решимости двинулся в сторону застывшего в ожидании Кима. — Твои извинения по поводу мяча приняты, — с дурацкой улыбкой сказал омега, нежно целуя щеку Хонджуна. Тот опешил, заливаясь краской, но через мгновение обхватил розовое личико Мин-мина, целуя его губы. Стоящий на носочках младший обвил руками широкие плечи Кима, ища там поддержку, чтобы удержать равновесие.  — Боже, какие милые дети, напоминают нас в прошлом, — Феликс полностью забыл о недавней обиде, кладя голову на плечо мужа, обнимая его шею. — Знаешь, а третий стал бы шикарным дополнением нашей семьи, — игриво проговорил омега, стреляя огоньками озорных янтарных глаз. Хенджин подхватил настрой любимого, страстно целуя желанные уста. Омега замурчал не только внутри, но и снаружи, добавляя в их поцелуй сладкое мычание. Джин обвил тонкую талию, стараясь как можно ближе вжать хрупкое тело в свое. Он изголодался по близкому контакту с пепельным и вовсе не заметил, как начал покусывать мягкие губы. Феликс был тоже нетерпелив, изнывая от желания продолжить любовные игры, начиная постанывать в поцелуй. В атмосфере любви, витающей в воздухе, только одной одинокой волчице захотелось выть на луну, но единственное, что она могла себе тогда позволить, — это залезть в тонированную машину, чтобы больше не видеть этого сводящего скулы от переизбытка сладости любования парочек вокруг. Девушка решила все же отпустить свою первую влюбленность, снова открывая двери для той самой дерзкой, свободолюбивой и безбашенной Хван Ынбель. 

🤍🐺🖤

— Какой третий?! — заорал на Ликса Айен. — Только не говори, что ты опять беременный? — Ну пока вроде нет, хотя даже если и да, то мы узнаем об этом не так быстро, — отшутился омега. Но после бурной ночи, проведенной с Джином три дня назад, ни в чем нельзя быть уверенным на все сто процентов. — Вот эти ваши мутки по поводу пополнения абсолютно меня не устраивают. Прямо напомнил Джисона, — недовольно проговорил Чонин. — Ааа, ты про его драгоценную Ягодку? — улыбнулся Феликс, вспоминая недавние непонятки, устроенные бешеной белкой. Четыре года назад семейство Минсонов переехало в частный дом, предоставляя своим трем котам больше места для пакостей. А совсем недавно их неугомонный друг просто ошарашил неожиданной и загадочной новостью. Хан днями и ночами все твердил про какую-то «ягодку», которая вскоре пополнит ряды их семьи. Джисон настолько часто вспоминал об этом долгожданном пополнении, что друзья всерьез задумались над тем, не захотел ли он завести ребенка на закате своих сорока пяти лет. Масло в огонь также подливал Минхо, который на все расспросы лишь отмахивался, утверждая, что, скорее всего, любимый опять собирается притащить домой какое-то растение. После переезда Хан открыл для себя новое и совершенно не свойственное ему занятие — садоводство. Как раз-таки из-за новоиспеченного увлечения подполковник Ли и не придавал существенного внимания этой «ягодке», наивно предполагая, что белка всего-навсего купил в сад новое растение. Каково же было его удивление, когда в один прекрасный день их всегда спокойные коты резко всполошились и стали, что дурные, бегать по всему дому, словно пытаясь кого-то догнать. Изначально кошатник лишь непонимающе смотрел на любимцев, а потом решил разобраться в причине такого переполоха. Минхо взял за шкирку маленькое белое нечто и, хорошенько рассмотрев существо со всех сторон, с кипящим негодованием повернулся к Джисону, спрашивая голосом полным омерзения: «Что это еще за крыса?» Белка тут же суетливо начал объяснять, что это и есть та самая Ягодка и что это никакая не крыса, а самый настоящий щенок бультерьера. Эта порода прославилась своей выносливостью, бойцовским нравом и необычной внешностью. Средних размеров собака с короткой шерстью, на первый взгляд ничем не примечательная, удивляла своей необычной вытянутой мордой и низко посаженными глазами. В конце блондин радостно заключил, что теперь эта малышка скрасит их серые будни и станет прекрасным дополнением их семьи. Ли же только недовольно закатил глаза и ответил, чтобы Хан теперь самостоятельно разбирался с тем, как подружить между собой трех котов и щенка. На удивление обоих, питомцы довольно быстро сдружились между собой и вели себя иногда даже цивилизованнее хозяев. Да и сам Ли довольно быстро привык и даже сблизился с Ягодкой, ведь противостоять обаянию такой милашки, которая своей мощной челюстью без малейших трудностей могла разорвать плоть, просто невозможно. К тому же собака оказалась очень даже умной и способной, так что шатен решился на то, чтобы начать ее тренировать в качестве патрульной собаки. Любимица выдалась очень умелой и проворливой, совсем скоро она смогла уже вынюхивать конфетные заначки Джисона, а тот лишь дулся, обвиняя Ягодку, которой он дал крышу над головой, в измене государственных масштабов. В порыве гнева белка сам часто начал называть ее крысой, на что Ли с ухмылкой отвечал, что она никакой не грызун, а самая настоящая ягодка. — А я ей, по наивности своей, уже детские платьица покупать начал, — с легкой улыбкой возмутился Айен. Чонин уже потихоньку начал успокаиваться и отпускать свое волнение, хотя то еще до сих пор оставляло ощутимый след сомнений глубоко в подсознании. И, несмотря на мелкие отголоски опасения на подкорке сознания, мозг уже начал подкидывать лисенку приятные кадры. Например, как их семья съедется и начнет совместную жизнь; как южный глава будет с неизмеримой заботой опекать своего беременного омегу, вечерами поглаживая округлый живот; как родители вместе будут выбирать имя ребенку, пока альфа будет напевать их малышу, беспокоящему папу своими пинками по животу. Как лисенок самостоятельно будет выбирать наряды для будущего малыша, одевая того по последним пискам моды. Как он будет все время проводить возле крохи в ожидании старшего с работы; как плод их любви с Крисом будет во всем максимально похож на отца, начиная с красивых глаз и заканчивая покладистым характером. Как, когда ребенок подрастет, Ян научит его разным хитростям и уловкам для манипуляции над Чаном. В таких приятных раздумьях и мечтаниях омега и сам не заметил, как на подсознательном уровне нежно касается своего еще не начавшего расти живота. Хван, сидящий рядом, лишь победно усмехнулся, но не акцентировал внимание на милом жесте Нини, чтобы не спугнуть молодого родителя. — А она оказалась собакой, — с тяжелым вздохом продолжил мысль Айена пепельный. — Но самым разочаровывающим стало то, что эти неблагодарные сыграли свадьбу и даже нас не позвали. А я ведь считал Хана своим лучшим другом, родственной душой. Мы обсуждали абсолютно все, я делился с ним проблемами любовными и постельными, а в ответ получил нож в спину.

🤍🐺🖤

Со временем, возрастом, поднятием по карьерной лестнице люди меняются, становясь все более и более серьезными. Человеческая природа устроена так, что с каждым новым прожитым годом личность начинает все больше задумываться над своим положением в обществе, ставя очередные рамки приличия и увеличивая контроль своего поведения. С возрастом люди становятся более осторожными в своих высказываниях и взглядах, но это определенно совсем не касается парочки Биба и Боба. Джисон за всю свою жизнь еще ни разу не изменял своим принципам и характеру. Он всегда был вспыльчивым, энергичным, возможно, иногда даже слишком резким. Белка изначально действовал, а уже потом пожинал плоды своих решений. Это не изменилось даже тогда, когда он стал главой отдела криминальных преступлений. Многие из главного руководства полиции были не согласны с решением начальника Ли о повышении Хана, но не смогли ничего сделать, ведь все доводы статистики и факты были явно не на их стороне. Несмотря на свою своеобразность, Джисон по-прежнему оставался одним из лучших работников их участка, именно благодаря своим иногда безумным идеям и теориям он стал полицейским, который раскрыл больше всего дел. Какой бы простодушным и дурашливым ни казался белка, он стал настоящей грозой среди преступного мира. О нем даже ходили слухи про то, что если на твой след напал «Бешеный пес», то от него уже так просто не спрятаться. К тому же и выслуга лет у старшего лейтенанта была подходящей, так что отказать в его повышении и присвоении звания майора не было никаких оснований. Да и немаловажным оставался тот факт, что его парень не оставил бы своих попыток донести до руководства всю справедливость и честность решения. И вот теперь, когда у Джисона, так сказать, развязались руки, дела у его отдела пошли только вверх. За первый месяц командования новоиспеченного майора его подопечные раскрыли рекордное количество дел и даже удостоились наградами от самого президента Кореи. И, казалось бы, Хан уже окончательно стал гордостью участка и больше не вызывал никаких проблем, но все же остался один человек, который по-прежнему все так же поддавался пагубному влиянию белки.  Этим «счастливчиком», конечно же, стал подполковник Ли, который после повышения Джисона почувствовал все прелести сексуального домогательства на рабочем месте. Блондин окончательно потерял и до того призрачную границу между работой и личной жизнью, а теперь, когда из начальников у него остался по факту лишь Минхо, остановить приставания младшего не мог уже никто. Все начиналось, как обычно, безобидно — частые похотливые взгляды майора в сторону шатена. Такое стерпеть еще было несложно, но дальше все становилось только хуже. Следующим шагом стало нарушение личного пространства, проще говоря, Хан откровенно начал его лапать. Начиналось все с легких мимолетных прикосновений к плечам и рукам, но вскоре уже переросло в похотливые обжимания мышц груди и округлых ягодиц. Третий этап — откровенный флирт. Младший при каждой божьей встрече не упускал возможности прошептать на ухо какие-то горячие фразочки, как бы случайно мажа при этом по мочке уха. На всех совещаниях Хан пытался погладить старшего по колену, бедру и даже проезжался не раз по паху. Но даже такое Ли еще более-менее сносно переносил, пока эти домогательства абсолютно не перешли все границы дозволенного. Последней каплей стало другое. Однажды, когда Джисон пришел с недельным отчетом в кабинет начальника, старшему неожиданно позвонили с министерства юстиции. Вот тогда-то белка и совершил непростительную ошибку, которую старший не намерен был терпеть. Пока Минхо вел серьезный разговор по поводу сокращения штата сотрудников, пытаясь выбить для своих парней рабочие места, блондин решил снова поиграть в свои понятные только ему одному игры. Он оседлал массивные бедра старшего, начиная исследовать нежную кожу шеи своими губами. Минхо тяжело вздыхал от каждого влажного прикосновения, пока Хан нежно массировал его плечи. Подполковник пытался взять себя в руки и остановить любимого, но тот решил атаковать активнее, вставая перед Ли на колени и с желанием смотря на его ширинку. В порыве страсти старший больше не смог сдерживать себя и скинул звонок, напоследок бросив фразу о том, что у него появились срочные дела. Тогда белка все же получил то, чего хотел, и даже поцелуй в благодарность, однако именно тогда же и решилось, что им точно нужно очень серьезно поговорить.

***

— Хан Джисон! Нам нужно серьезно поговорить, — сурово сказал Минхо, переступив порог дома.  — Да, дорогой? — зашел в дом Хан, смотря на старшего щенячьими глазками, словно он сама невинность.  — Не хочешь объясниться по поводу сегодняшнего? — А что не так? Тебе же явно понравилось, — с озорной улыбкой спросила игривая белка. — Или нет? Ты что, кошак, новую когтеточку нашел?! Так знай: я и тебе, и ей усы поотрываю и уши в трубочку сверну, — резко изменился настрой Джисона на более грозный. — Хан Джисон, прекрати меня выводить еще больше. Ты прекрасно понимаешь, что именно я имею в виду. Твои глупые игры совсем неуместны на работе. Я понимаю, что ты меня любишь, и я тоже безгранично тебя люблю, но давай любить друг друга дома, не выставляя чувства другим напоказ, — Минхо за столько лет проведенных с блондином хорошо усвоил одно золотое правило: нападай на бешеную белку первым, чтобы ненароком не налезть на рожон. — А кто, по-твоему, во всем этом виноват? Это же не я хожу весь такой секси в униформе по участку, улыбаюсь каждому подчиненному, прожигаю всех холодным взглядом до самого нутра, — полный гнева, готовый расцарапать красивое лицо перед собой процедил бельчонок. — Ты думаешь, я совсем тупой? Не замечаю, как на тебя смотрят сотрудники, особенно девушки, а ты даже ничего им не отвечаешь. Что мне оставалось делать?! Закопать их всех? Спалить, убить, застрелить, уволить, уничтожить, стереть с лица земли, чтобы и следа не осталось?! Я вообще-то законопослушный полицейский и не злоупотребляю властью! Как еще мне показать, что ты принадлежишь только мне?! Изнасиловать тебя на глазах у всех?! Выжечь на лбу надпись: «Собственность Хан Джисона?!» — уже вовсю кричал майор. А Ли уже не выдерживал этого напряжение, в пару шагов преодолевая расстояние между ними. Он хищно впился губами в невыносимый ротик младшего, который любил говорить всякий бред. Мягкость губ, сильные руки на талии — беспроигрышный вариант успокоить белку. Сколько бы лет ни прошло, поцелуи кошатника по-прежнему действовали как валерьянка для котов. Джисон обнял Минхо за плечи, максимально вжимаясь в любимое тело. Он довольно мычал в поцелуй, пока Хо со всей своей нежностью сминал розовые губы. Мурчание шатена распространилось вибрацией по телу Хана, доставляя новую волну блаженства и спокойствия.  — Распишемся, и дело с концом. Как только на моем пальце появится кольцо, тебе уж точно не придется ревновать без повода, — отстраняясь от любимого, предложил решение подполковник. — Мне два раза повторять не надо, — довольно ухмыльнулся белка, скрываясь в дверном проеме гостиной. Через пару секунд парень влетел обратно с чемоданами. Увидев удивленное лицо Ли, Хан начал объясняться: — Вещи собраны, кольца есть, букет готов, билеты куплены. Кстати, вылет сегодня в три часа ночи. Ты даже не представляешь, как я ждал этого момента. — Представляю, — Минхо все так же ошарашенно смотрел на все происходящее, хотя стоило бы уже и привыкнуть. Совместная жизнь с Джисоном всегда непредсказуема.

***

И вот уже через двадцать часов улицы ночного Лас-Вегаса рассекал винтажный белый кабриолет молодоженов. Машина была полностью увешана алыми лентами и цветами. За рулем Минхо из-за ветра чувствовал свободу, которой ему теперь уж точно не будет хватать, ведь с этого момента он женатый человек. Любовь всей его жизни сидела рядом по правую сторону и умиротворенно смотрела на звездное небо и светящиеся вывески на зданиях вокруг. Их отношения никогда не были и не будут умиротворенными, всегда останутся спонтанными, непредсказуемыми и страстными. Сколько бы лет они ни провели вместе, им никогда не надоест компания друг друга. Полицейские хоть и очень часто ссорились, но все равно готовы были и пулю друг за друга схватить. Их любовь необузданная, для многих непонятная, но для них настолько идеальная, что, даже будь у них возможность что-то поменять, они все равно не стали бы этого делать. Тем более они теперь несли ответственность перед своими детьми, которые сейчас довольно сидели на заднем сидении, подставляя мордочки навстречу приятно прохладному ветру.

🤍🐺🖤

— Бедная Ягодка, ей еще столько лет мучиться с такими родителями. Особенно с папашей. Более сумасшедших родителей не сыскать, — насмешливо произнес Ликс. — Хотя их и понять можно, столько пережили вместе, прошли тернистый путь. — Не тернистее, чем у Чанбина с Сынмином, — задумчиво протянул Ян. Омега явно не соврал, ведь эта пара с самого начала познала множество трудностей. Недопонимание. Расстояние. Упрямство. Жизнь дала им второй шанс, и они наконец смогли жить вместе на севере. Теперь их маленький коттедж должен был пропитаться умиротворением, но все же осталась еще одна главная проблема, которая съедала партнеров изнутри, но те боялись поднимать эту тему, словно, начни они об этом говорить, все их хрупкое счастье в мгновение ока разрушится. Просто разлетится на мелкие кусочки. И эта проблема не финансовая, не в доверии или работе, а в самом страшном. Обоих гложет всего один вопрос: сколько же еще времени им отведено для того, чтобы быть вместе? Как бы ни хотелось им это признавать, но факт оставался фактом: целая жизнь Кима — это всего лишь небольшой отрывок существования Со. И хотя альфа говорил, что без полицейского жить дальше не станет, майора такой расклад совсем не устраивал. Сынмин искренне хотел, чтобы оборотень на полную прожил отведенный себе срок, и именно на этой почве пара постоянно ссорилась и не находила компромисс.  Так и продолжалось бы их мучение, если бы на север не приехала Рюджин для изучения магии языка животных. Девушка очень сдружилась с влюбленными, в отдельности с Кимом, который словно нашел свою родственную душу. Шин же больше не могла терпеть страдания друзей и вспомнила о случайно найденном в домашней библиотеке Хенджина дневнике Джексона, где как раз таки был один ритуал, который мог бы помочь в таком деле. Ведьма поведала паре о сути ритуала, и, взвесив все за и против, влюбленные согласились на такой отчаянный и рискованный шаг. Чанбин в полнолуние бегал волком по лесу, накапливая энергию своего волчьего начала. После этого Сынмину пришлось вырвать клык оборотня (тот вскоре снова отрос благодаря быстрой регенерации), и Рюджин сделала из него амулет, после чего Ким повесил тот себе на шею. И с этим аксессуаром полицейский ходил целый год, по полнолуниям прогуливаясь с альфой для накопления энергии, питаясь ею. В конце года Шин лишь дала брюнету зелье противоположностей, чтобы тот успешно стал омегой, ведь все это время он питался силой альфы. Таким способом Сынмин вместе с Чанбином смогли преодолеть главную преграду всей их совместной жизни. — Ну все же они его преодолели, — заключил Феликс. — Ну да, преодолели, — насмешливо ответил лисенок. — Чанбин и без того был малость тю-тю, — покрутил пальцем у одного виска, — а сейчас так вообще тю-тю, — начал крутить пальцем и у второго виска.

🤍🐺🖤

Скромный и уютный коттедж сейчас больше походил на поле боя: повсюду разбросаны вещи, разрисованы стены, разлиты различные непонятные субстанции, рассыпаны крошки печенья. И всему этому армагеддону причиной стал маленький двухлетний альфа, который, хоть и был внешне похож на папу, характером весь пошел в отца. — Со Лимин, — не кричит и не злится Чанбин. Он только зашел в зал к сыну, которого оставил всего на минутку, и теперь с уставшими глазами смотрел, как альфочка не просто разрисовывает обои, а уже вовсю их рвет своими маленькими когтями. Лимин сам по себе не был спокойным, а благодаря своим развитым не по годам умениям в образе светло-серого волчонка становился совсем не контролируемой катастрофой. Взрослый оборотень с измотанным вздохом падает плашмя на диван и, прикрывая глаза, вспоминает, как вообще до такого докатился. «Как только Ким стал омегой, он сразу же предупредил своего альфу, что пусть тот только попробует его обрюхатить, сразу же лишится яиц. Не то чтобы полицейский был против детей, он просто хотел немного пожить для себя, к тому же его карьера совсем недавно стремительно поползла вверх. Но во время первой же течки Чанбин не удержался, подгоняемый внутренним волком в желании увидеть свою пару беременным. Первые месяцы беременности Сынмин не то что дулся, он был готов на полном серьезе убить Со. Последнего спасли только прирожденная ловкость и хорошая физическая подготовка. Альфа, наверное, бы и вправду долго не протянул, если бы не подскочили гормоны омеги. Как только брюнет заметил немного округлившийся животик, сразу же смягчился и окончательно понял, что теперь на его плечах лежит ответственность за еще одну жизнь. Но все же до конца он альфу не простил и согласился целиком забыть обиду на того только при одном условии: именно Чанбин выйдет в декрет. Со был готов на все, лишь бы омега простил его, к тому же он понимал, что ему, как северному главе, намного легче работать удаленно, чем майору полиции.  Так и началась его бесплатная и неблагодарная работа нянечкой. Изначально альфе было невыносимо сложно даже понять, что именно и как надо делать с новорожденным, ведь от природы врожденного материнского инстинкта, в отличие от омеги, у него не было. Так что Сынмину все же пришлось на пару недель оставить работу, помогая и обучая новоиспеченного отца заботе о младенце, а после полицейский вышел обратно в участок. И вот отправленный в вольное плавание Со начал свой нелегкий путь. Первые месяцы Чанбину казалось, что, как только альфочка немного подрастет, ему станет легче, изначально так и было. А потом началось: то лезут зубы, то болит животик, то просто покапризничать тоже надо, а то что папка как-то расслабился. И тогда оборотень, мечущийся от сына к плите, параллельно следя за порядком в доме, думал, что хуже уж точно быть не может. Но как же он ошибался. Самым страшным оказался период, когда Лимин научился ползать, вскоре и ходить. А когда малец стал бесконтрольно превращаться в волчонка, тогда-то брюнет и познал настоящий ад, ведь теперь он просто не успевал уследить за мелким разбойником, ужасно не высыпаясь и зачастую вырубаясь до того, как уложит ребенка». Чанбин со вздохом возвращался в реальность, решая, что нужно срочно отвезти Лимина к папе, пусть тот немного побудет с ним на работе, а он пока уберет наконец-то весь этот хаос, творящийся в доме.

***

Конечно же Лимину улыбнулась удача, и он не просто отправился к папе на работу, а даже попал на самое настоящее место преступления. Сынмин как раз находился на месте убийства, когда Со завез к нему сына, прося посидеть с ним пару часов. Киму ничего не оставалось, кроме как согласиться на просьбу явно измотанного альфы. К тому же труп уже увезли, так что не было ничего такого страшного в том, что сын пока побудет с ним. Тем более у альфочки глаза аж начали гореть от интереса.  Ребенок с восхищением осматривался вокруг, ведь увидеть место работы папы-полицейского для него было сродни увлекательному приключению. Больше всего маленького Со заинтересовали белые линии в форме человека на асфальте. — Майор, мне присмотреть за Вашим сыном? — с почтением спросил один из подопечных. — Если только это не доставит неудобства, — ответил молодому полицейскому Ким, уверенно приступая обратно к работе.

***

На удивление Сынмина, пара часов, на которые Чанбин оставлял ему сына, знатно затянулась. И вот уже Ким переступил порог дома с ребенком на руках. Омега удивленно ахнул, когда увидел, какой вокруг порядок. Все же альфа знатно постарался, вычищая все вокруг до блеска. Брюнет опустил Лимина, и тот сразу же побежал в зал к игрушкам, а майор решил сначала переодеться и уже потом уложить альфочку спать. Спустя пару минут Сынмин зашел в зал и, не удержавшись, прыснул со смеху в кулак. Прямо посреди гостиной вырубился Со, видно до предела измотанный уборкой. Рядом сидел их сын, весь белый из-за мела, что совсем не удивительно. После дня, проведенного на работе папы, Лимин точно научился кое-чему занимательному. Мальчишка теперь профессионально обводил контуры тела мелом, хотя до конца и не понимал, что именно это все значит. Омега, продолжая смеяться, взял с тумбочки камеру и начал записывать новое видео в их семейный архив. — Итак, место преступления, девять часов вечера, начинается расследование по делу о смерти. Со Лимин, единственный свидетель, Вам предоставляется слово, — повернул камеру на сына Ким. — Па, — лишь отвечает Лимин, начиная задорно смеяться прямо в объектив. Сынмин опять вернул камеру на Со, в последний раз звонко смеясь. После выключил камеру, отправляясь укладывать ребенка. Спустя полчаса брюнет возвращался в гостиную и умиленно улыбался, видя, как любимый альфа скрутился в клубочек, продолжая сладко спать. Сейчас омега не представлял своей жизни без двух самых любимых альф в ней. И хотя изначально ему было страшно и обидно за нежеланную беременность, теперь оборотень абсолютно ни о чем не жалеет, ведь именно их любовь породила такое прекрасное маленькое чудо, которое хоть и капризное, но до ужаса любимое и правильное.  Сынмин присел рядом с любимым и начал нежно поглаживать его голову, пытаясь разбудить. Альфа, потревоженный нежными касаниями, нехотя раскрыл глаза, но сразу же с улыбкой начал смотреть на парня перед собой. — Спасибо, мой любимый север, — шепчет уже прямо в губы альфы Ким, — за все… — шёпот в сопровождении улыбки сменился чувственным поцелуем. Сынмин вложил в него всю любовь, заботу и благодарность. Он человек, не любящий много говорить, но мог донести все действиями. Омега ласкаво массировал кожу головы старшего, выслушивая его довольное рычание. Ким медленно посасывал губы напротив, чувствуя, как любимый начал отвечать на поцелуй. Альфа прорезал клыки, покусывая нежные уста любимого, откликаясь ему теми же чувствами. Он не мог жить без Сынмина и Лимина рядом. Он крепко обнимал тело Кима, крича этим жестом ему о том, что не сможет отпустить счастье всей своей жизни, которое смогло породить еще одну причину, чтобы жить.

🤍🐺🖤

— Вот как раз-таки это его тю-тю и делает Чанбина одним из самых счастливых безумцев на свете, — с легкой улыбкой начал свой монолог Ёнбок. — Нини, ты должен понимать, что в жизни все взаимосвязано и не бывает ничего хорошего без плохого, так же как и плохого без хорошего. Вся наша жизнь строится на бесконечной цепочке выборов и решений, среди которых нет правильных и неправильных, а есть только, те которые приведут нас к определенному результату. И вне зависимости от того, позитивный или негативный этот результат, в конце концов наш выбор зависит лишь от нас самих. Своими собственными мнениями и поступками мы вершим свою судьбу. Запомни, любой твой выбор не будет неправильным, просто один из вариантов может оказаться с менее позитивным исходом. Главное, чтобы ты никогда не отчаивался и все так же продолжал идти по жизни с гордо поднятой головой, и тогда, сидя в кругу друзей через пару лет, ты сможешь с гордостью поделиться историей своего счастья. Теперь тебе лишь остается принять еще одно из многих решений. Определи для себя лишь то, о чем ты больше будешь жалеть: о том, что примешь это решение в одиночку и успокоишь свои временные переживания, или о том, что расскажешь все Бан Чану и вы вместе сделаете выбор? Айен уже пытался задушить полицейского в объятиях от искренней благодарности за то, что Хван переживает за него. Чонин безгранично сейчас был рад тому факту, что у него есть такой друг, который поддержит в любой ситуации, выслушает все его нытье и иногда беспочвенные переживания, даст дельный совет и может даже привести в чувства легкой пощечиной, если, конечно же, того потребует ситуация. Друзья крепко обнимали друг друга, пытаясь этим жестом передать всю поддержку. Феликс хотел показать лисенку всю свою заботу и успокоить переживания, которые до сих пор неприятным осадком саднили в душе Яна. Слова сейчас лишние, все и так уже было сказано, теперь Нини предстоит самостоятельно принять решение. В таком деликатном выборе он должен положиться на себя и, при желании, на своего альфу. Именно в такой умиротворенный момент приятную тишину вокруг нарушил резкий рингтон телефона Ликса. — Алло, что уже случилось, Чонвон? Понял. Сейчас буду, — ответил подчиненному Хван, начиная собираться в участок, — Айен, мне пора бежать, а ты не думай раскисать и все же прими решение, из-за которого потом не будешь страдать. А то в следующий раз моя психологическая поддержка будет уже за определенную плату, и поверь, тогда тебе никаких денег не хватит. — Приму ко вниманию Ваши баснословные расценки, Господин психолог, — с искренней улыбкой ответил на замечание Ёнбока Чонин, закрывая за другом дверь. Оказавшись в комнате совсем один, лисенок переживал о том, что его снова накроет с головой переживаниями, но, на удивление, такого не произошло. В душе Яна воцарилось странное спокойствие, похожее на затишье перед бурей, только вот шквал природы все никак не наступал. Омега отпустил свои тревожные мысли и глупые картинки несчастливого будущего, которые, словно издеваясь, все время подкидывало его взбудораженное неожиданной новостью сознание. После монолога Феликса Чонин всерьез задумался над тем, о чем он больше будет жалеть. Изначально ему казалось, что не может быть ни единой мысли о том, чтобы оставить ребенка, неправильную случайность. А теперь ему было неимоверно страшно и стыдно за такие свои рассуждения. Все-таки маленькая кроха внутри него ни в чем не виновата и никак не может быть ошибкой. Как может быть неправильным то, что создала настоящая любовь двух сердец? И хотя младший до сих пор еще не уверен в реакции Бан Чана, он все же собирает все свое мужество в кулак. Раз уж их любовь сотворила целую новую жизнь, то она точно справится с таким пустяком. Ведь так? И опять эти сомнения, Яна они уже достали, так что он с решимостью взял в руки телефон и отослал любимому фото теста с подписью: «Угадай, кто отец?», глупо улыбаясь в экран смартфона. Крис почти сразу же прочитал сообщение, и младший уже готовился получить ответ, но он так и не приходит. Старший лишь просмотрел сообщение, а после молчал и ничего даже не печатал. Все. Это конец. Это пиздец. Тревожность и переживания снова возвращались в голову лисенка. Он опять начал рыдать, мысленно коря себя за эту глупую подпись. Ну что он за дурак, кто же еще может быть отцом ребенка? Теперь из-за его очередной дурашливой выходки Бан Чан уж точно его бросит. Айен своей дуростью обрек не только себя на страдания, но и оставил ребенка без родителя. Какой же он непутевый и безмозглый до мозга костей. Свое горе омега решил заесть двумя ведерками клубничного мороженого, к которым друзья так и не притронулись за все время разговора. Из-за таких резких перепадов настроения истощенная психика оборотня дала сбой, и он просто вырубился, весь в слезах, соплях и мороженом.

🤍🐺🖤

Из неспокойного сна Чонина вырвал негромкий стук в дверь. Открыв глаза и вспомнив прошлый вечер, лисенок не был намерен принимать никаких гостей, но повторившийся стук все же заставил Яна нехотя встать с кровати и оправиться на звук. Весь растрепанный после сна, в мятой пижаме и опухшим после слез лицом Айен все же добрался до двери и открыл ее. И тут он застыл в немом шоке.  Перед ним во всей красе стоял Бан Чан: одетый в черный костюм с элегантной черной бабочкой, украшающей воротник белоснежной рубашки, с огромным букетом белых лилий и зализанной прической. — Что ты тут делаешь? — едва слышно прошептал омега. — Прости глупого лисенка… конечно же, ты отец... Я тебе… не изменя-я-ял, — уже вовсю рыдал Ян. — Нини, успокойся. Я знаю, что ты бы ни за что на свете мне не изменил, — начал успокаивать любимого альфа, обнимая того. Он нежно одной ладонью вытер слезы с щек младшего. — Кто вообще приезжает ссориться с букетом? Вот, держи и просто выслушай меня, — отдавая букет и вставая на одно колено, привлек внимание Айена Крис. — Я безумно счастлив тому, что ты подаришь мне малыша. Ты исполнишь мое самое заветное желание — стать отцом нашего ребенка. Когда я увидел фото, то тут же сорвался с места и рванул к тебе. Теперь нам нельзя быть вдалеке друг от друга, я должен, как альфа, взять полную ответственность за свою семью. Обещаю, что никогда не заставлю тебя плакать, буду оберегать и лелеять, так же как и нашего малыша. Так что выходи за меня, мой любимый лисенок… — затаив дыхание, произнес самые важные слова Чан, доставая из внутреннего кармана пиджака коробочку с обручальным кольцом из розового золота и сверкающим бриллиантом посередине. — Я согласен! — полный радости Айке закричал, присаживаясь рядом с любимым на колени. — Только вот как мы будем вместе, если ты на юге, а я в Сеуле? — Эту проблему решить очень просто, — ответил на вопрос младшего Хенджин. И тут Чонин заметил, что здесь находятся не только он с Крисом, но и все их друзья.  Семейство Хван без детей, ведь школу никто не отменял, стояли и улыбались, держа в руках по букету. Рядом стояли Минсоны: Минхо с шариками, которые постоянно откидывал рукой Джисон, выполняя самую важную роль — оператора. Эти гелевые шары все лезли в кадр, так что недовольная белка все время отодвигал их, тихо матерясь себе под нос. Сынмин и Чанбин тоже не упустили возможности посмотреть на создание новой семьи, прихватив с собой и Лимина, которой после долгой изнурительной дороги мирно посапывал на руках отца. Все они побросали свои дела, как только им написал Чан с хорошей новостью. Они не могли пропустить такой важный момент в жизни своих дорогих друзей. — Решение простое — ты уволен, — ошарашил лисенка Джин. — А что? Твой будущий муж — южный глава, и на его зарплату он сможет обеспечить и тебя, и вашу дочку-омежку. — Дочку-омежку?! — все так же ничего не понимал Чонин, резко вставая на ноги. Крис же, в свою очередь, мило улыбнулся и тоже поднялся с одного колена. — Тут уже я не удержалась и решила узнать пол будущего малыша, — неожиданно вышла из-за угла Рюджин, смущенно улыбаясь радующимся будущим родителям. Теперь Чонин уж точно научит свою малышку хитрить, и начнет он именно с манипуляций над отцом. А Бан Чан, неимоверно счастливый из-за такой новости, уже представлял, как будет делать малышке прически и наряжать в различные платья.  — Ребята, — вырвал из мечтаний будущее семейство Бан недовольный голос Хана. — Я, конечно, понимаю, что время вас не очень заботит, но спешу напомнить, что мы с Минхо стареем с каждой секундой. К тому же нас уже давно заждались в ресторане, а я очень сильно хочу выпить за здоровье малышки… Кстати, а как вы ее назовете? — Со А. Бан Со А, — ответил возмущающейся белке лисенок. Он вложил в это имя всем понятный смысл. Малышка станет «искренней радостью» родителей.

The end и точка.