Бывших генералов не бывает

После перевода из 1-го полка, в 4-й у меня появилось огромное количество работы, на момент поступления в новую часть, у нас не было ни одного готового подразделения, выше чем взвод и то лишь потому что войска для охраны штаба собирались в первую очередь и по большей части они были взяты из других подразделений. Из-за этого мне пришлось руководить сбором и укомплектование своей роты, но повезло , что комбат , подполковник Минаев Андрей Владимирович, помогал в формировании новых частей. За пару месяцев мы ,по большей части, закончили укомплектование техникой и людьми, но был один нюанс, по бумагам мы считались , тяжёлым танковым полком, но из тяжёлых танков у нас было три Т-28 и не одного Т-35, но в противовес этому, в наличии были: три десятка Т-26, два десятка БТ-2, БТ-5 и десяток химических танков, танкеток и бронеавтомобилей. В общем мы являлись больше, лёгким танковым полком, нежели тяжёлым, но куда было деваться , приходилось работать с тем, что было, радовало лишь одно, все экипажи были приписаны к имеющимся машинам и не находились здесь без смысла. Спустя ещё несколько месяцев, уже в новом 1935 году, мы приступили к участию во всех социальных соревнованиях, изучению и освоению техники и изредка боевому слаживанию соединений , от взвода до батальона. Командиры проходили курсы по повышению знаний и изучали "Инструкции по организации глубокого боя", правда некоторые уже изучали данную работу и действовали согласно ей, но всё же большинство танкистов и младших командиров , были выпускниками или проходили срочную службу и не имели множество необходимых знаний. 17 мая 1935 года, Украинский военный округ или же УВО, был разделён на Киевский военный округ и Харьковский военный округ, естественно мы были назначены в ХВО и не поменяли своё место дислокации. В вечной суете проходили будни нашего полка, но расслабленность кончилась в середине лета, нам было объявлено о проведении больших учений , в которых были задействованы больше 65 тысяч солдат, более тысячи танков , 600 самолётов и несколько сотен орудий и большое количество другой техники. Наша задача была в усиление стрелковых корпусов, помощи в прорыве вражеских линий обороны и отражении контрударов, с дальнейшим расширением фронта, в тылу врага. Приказ о начале учений был отдан 12 сентября. Мы помогали частям 17-го стрелкового корпуса, "прорываясь", хотя так назвать данные действия нельзя было, ничего похожего на бой не было, изображать бой запрещалось, сходиться в ближнем бою запрещалось, таким образом ,мы лишь двигались от одной точки к другой, иногда возвращаясь на старые позиции, мы двигались довольно медленно, но выйдя на "оперативный простор", мы начали двигаться невообразимыми темпами, даже мне человеку прошедшему десятки походов и тысячи километров, было удивительно от нашей скорости, за время учений мы углубились на территорию большую чем 150 километров и хорошо если бы мы двигались только вперёд, в таком случае мы легко преодолели бы это расстояние, но у нас была задача в окружении частей противника, их блокировке и последующему "уничтожению", таким образом 150 километров превращались во все 600 и это был даже не предел, некоторые части проходили и 700 километров и самое удивительное техника выдерживала этот безумный темп и лишь изредка её приходилось ремонтировать и то это занимало не более пары часов. Наше стремительное продвижение , закончил приказ о окончании учений, нам было приказано прибыть в Киев для проведения парада, на котором присутствовали самые главные военные деятели СССР, такие как: Ворошилов, Будённый, Гамарник, Тухачевский и Егоров, последние два и были основными сподвижниками теории глубоких танковых боёв, именно их теория и подвергалась проверке на этих учениях. После окончания парадов, мы вернулись в Харьков и продолжили нашу прежнюю размеренную жизнь. По возвращении многим командиром присвоили новые звания, в том числе и мне с Платоном, хотя в нашем случае влияла скорее выслуга лет, теперь мы являлись старшими лейтенантами и я смог полноправно занимать должность командира роты. В декабре поступили указания о формировании, на основе нашего полка, 4-ой тяжёлой танковой бригады и вновь суета, суета, суета. Наше подразделение было увеличено лишь на несколько сотен человек и к большим перестановкам не привело, но в любом случае формирование, практически новой воинской части , влекло за собой большую неразбериху и к тому же, всё усугублялось передислокацией в Киев и назначение в резерв КВО . И именно во время этой суеты мы встретили новый 1936 год, в этом году мне предстояло показать на , что я годен как командир и солдат и не зря ли я попал в это время. До конца лета продолжалась обычная рутина, нам наконец-то начали поставлять танки Т-28, хоть и в малых количествах, на данный момент их насчитывалось 6 единиц. В этом году начались странные события, ситуация в Испании накалилась до предела и в итоге вспыхнула гражданская война, основные стороны , разделили страну надвое и уже в течении нескольких дней разгорелась кровавая бойня, обе стороны пытались подавить противников, но даже в течении месяца ситуация не изменилась. Одной из сторон были коммунисты и противники диктатуры, в 1936 году проходили выборы президента республики и на них победили социалисты, этим были разгневаны националисты, фашисты и прочие правые движения, они устраивали беспорядки и массовые драки, а между тем высший генералитет готовил восстание и свержение своих противников. 17 июля начались массовые вооружённые мятежи и захват правительственных зданий и разоружение лояльных войск, но всё прошло не так хорошо, во многих регионах поддержка законных представителей была сильна и лоялисты удержались, а в некоторых местах и полностью разбили атакующих. Самое главное именно в Мадриде, столице Испании, лояльные части удержались и начали собирать ополчение, в итоге городу не суждено было пасть в ближайшее время и именно победе социалистов собирались помочь советские поставки. Началось всё с малого, продовольствие и медикаменты доставлялись с первых дней, но уже в скором времени Италия и Германия начали поставлять военное снаряжение для восставших, на это ответили поставкой вооружения и мы, но не ограничились винтовками и пулемётами, а тайно начали поставлять самолёты и танки , именно из-за них я и смог получить назначение в число советских военных специалистов, но не в качестве штабного командира, а как командир таковых войск и инструктора по использованию танков, так же Платон согласился отправиться со мной. Почему выбрали именно нас, а не вышестоящих командиров? Было множество факторов, основной- перенасыщение командирами высоких чинов, они не слишком годились для организации взводов или рот, другая- мы с Платоном изучили испанский на разговорном уровне и могли общаться без переводчиков и последний пункт- мы зарекомендовали себя как перспективные и талантливые командиры, это доказывало окончание с отличием танковой академии и удачно проведённые учения. В Испанию мы прибыли в октябре, всего 81 военнослужащий и несколько десятков танков Т-26. Изначальный план был в обучении Испанцев , в новом учебном центре , рядом с городом Арчене, но ситуация сложилась иная, и лишь после нескольких дней обучения, нас отправили на фронт для участия в боях возле Мадрида. Нас отправили на запад , в направлении главного удара , цель была в контрударе на наступающих противников. Каждый из нас мог управлять танком, но мы не были профессионалами, из нас лишь часть была мехводами и наводчиками, остальные были командирами или штабными офицерами, кое как нас сформировали в подобие батальона и лишь после подготовки мы были направлены на фронт. В тылу остался десяток человек, главным был комбриг Кривошеин.