KAMASUTRA

      — Бобёр? Спишь ещё? — Юнги падает на лицо Пак Чимина, который досыпает свои ночи, которые пробухал под горячими напитками, а на утро будет мучаться от жёсткого сушняка.       — Не беси, Юнги, дай поспать, рано ещё! — Чимин скидывает из себя эту толстую тушу пьяного слона, который недовольно вновь залез на него и начал лизать ему уши, чтобы тот проснулся. — По ебалу с утра по раньше захотел получить? — Пак встаёт на локти и сонным взглядом осматривает местность, где он находится.       — Нет, твоё пьяное ебало хочу разбудить, — Юнги стягивает с Чимина одеяло и скидывает на пол полуголого Пака.       — Какого чёрта я делаю в твоём доме и где твой брат? — Чимин недовольно осматривает комнату, в которой находится, на что слышит ответ на свои слова из-под кровати от тушки по имени Чон Чонгук.       — Брат его на месте.       — Что это за выблядыш, черт возьми, — Чимин с испугом заглядывает под кровать, где видит пьяную морду Чонгука, а рядом и Тэхён лежит, который от жары спрятался с горячим парнем по имени Чонгук под кроватью.       — Кто бы говорил, Чимин, которого мне лично пришлось тащить на горбе, потому что ты потерял сознание, когда увидел голого Юнги, — Чонгук выглядит, как зомби, который три недели не спал, потому что ему не давали похмеляться на утро, вылезает из-под кровати, как будто из своего гроба, а за ним и Тэхён ползёт, на что получает от Чонгука лодыжкой по щеке, чтобы досыпало бедное, потому что, небось, сердечный приступ словит, когда на похмелье увидит голого Юнги.       — Где вы взялись на мою голову, придурки? — Чимин падает головой на пол, закатывая глаза, когда видит голого Юнги.       — Из вагины, — успокаивает его Юнги, надевая на себя халат с принтом какой-то курящей тёлки с трассы и уходит на улицу покурить и подумать, как бы спиздить Чимина на речку и трахнуть его там, чтобы он не злился так.       — Мне кажется, с пробирки, — Чимин осматривает себя и замечает на себе грязную футболку с принтом Гарри Поттера, на что имитирует рыганину, потому что футболка была в засохшем дерьме и не в очень приятном состоянии, впрочем, как и сам Пак Чимин и его настроение.       — С отрыжки папиного хуя, — наконец-то вылез Ким Тэхён и глазами начинает искать воду.       — Что за хуйня на мне? Кто хочет получить по шее? — Чимин недовольно закрывает нос ладонью, хоть ничем та футболка уже не пахла, это просто понты, а он — неженка, которая любит носить поддельную Праду в ебейшей деревне дураков.       — Это он, — Тэхён сдаёт Чонгука, показывая пальцем на Чона, который с удовольствием подаёт стакан воды Тэхёна, на что за эту подставу моментально её забирает себе и опустошает стакан.       — Тут и так всё понятно было, что это этот безмозглый придурок, который вечно хочет по ебалу, верно, Чонгук? — Чимин снимает с себя эту футболку, в которой Чонгук недавно пахал огород и разбрасывал навоз, складывает её в калач и начинает пиздить Чонгука. — Ты сейчас его сожрёшь, понял? — Чонгук довольно выбегает с комнаты, бежит во двор, где стоит Юнги и с вайбом похмельного утречка, он курит и смотрит на реку, в которой он мечтает выебать Чимина.       — Успокой свою куклу! — Чонгук прячется за спиной брата, на что тот хватает за руку Чимина, берёт его на руки и несёт к реке осуществлять свои мечты.       — Отпусти меня, придурок, мне нужно отпиздить твоего тупого брата! — Чимин бьёт Юнги по пятой точке, на что тот, дойдя к реке, бросает его в утреннюю, прохладную воду.       — Остынь, — Юнги докуривает бычок, снимает с себя халат и заходит к нему в воду.       — Пускай твой член остынет, извращенец, — Чимин глядит на достоинство Юнги, который без стыда и совести подплывает к Чимину и начинает его целовать, на что Чимин, собственно отвечает.       — Ты уверен, что это меня заставил остыть? — Чимин обхватывает своими ногами в воде торс Юнги, на что тот подхватывает его и входит неожиданно для партнёра.       — Вода прохладная, нужно немного нагреть, — Юнги кусает Чиминовы голые плечи и трахает в воде, на что Чимин удовлетворяется в его хватке.       — Если мы распугаем рыбу утренним рыбакам, нам пизда, знаешь? — Чимин кусает шею Юнги, на что тот плывет медленным шагом назад в кусты, чтобы Чимин не боялся за свою репутацию.       — Какая, блять, разница, с кем ты трахаешся? Это твоя жизнь, — Юнги отстраняется от Чимина, который довольно удовлетворён, а Юнги выходит на берег, чтобы вновь закурить.       — Блять, это ебучая деревня, где когда кто-то чихнул не так, то тебя осудят, где каждый зависим от чьего-то мнения, нет свободы, потому что это село.       — Поехали в город, ко мне, я покажу тебе, что такое настоящая свобода, где можно ходить за ручку по городу, по супермаркетам, паркам и тебе никто, блять, нихрена не скажет, потому что там цивилизация, даже если кто-то и скажет, к тебе подойдёт народ, который поможет отстоять твою позицию, позицию вольного мира, я в основном просто бью ебало, потому что это дискриминация, которая по закону наказывается штрафом, но мне легче дать по ебалу, — Юнги подаёт сигарету Чимину, который вышел мокрым к нему и подсел рядом на берегу.       — В город? Я там последний раз был, когда ездил к доктору, потому что в моём анусе застрял презерватив после вибратора, — Чимин делает тяжёлую затяжку, на что Юнги смотрит на него с ахуевшим ебалом.       — Тяжело быть долбоёбом? — безразлично произносит Юнги. — Увидел разницу между городскими врачами и вашими? Если бы в деревне обратился с такой проблемой, тебя бы закопали, а в городе с пониманием к такому относятся.       — У нас? Доктора? Ты придурок? Если бы я в город не поехал, то тут меня посмотрела бы только бабка-алкашка, которая роды у коров принимает, она меня бы святой водой окрестила, чтобы я ожил от вируса «Презерватив в анале».       — Если бы я на то время тут бы тусовался, я бы побыл твоим врачом, — Юнги выбрасывает окурок и идёт в сторону дома, где слышно, как Чонгук ругается с Тэхёном.       — Помечтай, извращенец, — Чимин идёт следом за Юнги, который уже хочет посмотреть, что происходит в дворе, вновь очередной цирк от Чон Чонгука, который не может держать свои ебучие, девственные нервы в сперматозоидах.       — Так что? Поедешь со мной? — Юнги заходит во двор, где видит, как Чонгук сидит на Тэхёне на земле и бьёт по лицу, за то, что тот съел целую тарелку пряников, которые приготовила бабуля.       — Придурки, — тихо молвит Юнги, на что смотрит на Чимина и ожидает ответ.              — Сегодня?       — Да, прямо сейчас.       — Хорошо.       — Гомики, вы за место сверху дерётесь? — Юнги с удовольствием наблюдает за тем, как его брат, как мартышка, залез на Тэхёна и лупил по его голубым волосам.       — Что? Он мне ещё ни разу не давал, — из-под Чонгука произносит Тэхён, на что получает пощечину от Чона сверху.       — Так мой брат ещё девственник? Трахни его уже, наконец-то, — Юнги смеётся, пожимая руку Тэхёну, на что Чимин недовольно хмыкает губами и ждёт, пока Юнги обратит на него внимание.       — Юнги, иди к чёрту, личная жизнь моей жопы не должна тебя интересовать, ты лучше иди загляни под юбочку своей Барби, — Чонгук падает на траву, освобождая Тэхёна от своей озабоченной хватки, на что тот начинает вдыхать в лёгкие воздух.       — Юнги, твой брат первый раз что-то полезное сказал, — Чимин недовольно ждёт, пока Юнги вспомнит о том, что обещал, на что Мин только ухмыльнулся, потому что понял, что Пак ревнует и хочет внимания.       — Тебе было мало? — Мин поправляет свои влажные волосы, которые намокли в реке, когда они занимались сексом с Чимином.       — Я был два года без парня, ты думаешь, мне достаточно трахнуться с тобой один раз в день? — Чимин складывает руки на груди и недовольно дуется, на что Юнги подходит и с ухмылкой обнимает своего малыша.       — Вы уже трахнуться с утра по раньше успели? Юнги, ты пидор, — Чонгук довольно улыбается, на что получает по шее от Тэхёна и жестом дрочки руками показывает, мол, вспомни себя пару дней назад.       — Мы едем в город, господа, поэтому, не поминайте лихом, братва, — Юнги заходит в дом, чтобы переодеться и собраться на автобус, на что Чимин идёт за ним.       — Что? Ты этого дикаря повезёшь в город? Или к деду сватать? — Чонгук берёт Тэхёна за руку, на что тот начинает целовать его шею, а Чимин, имитируя рыганину, прячется в дом, чтобы не видеть этого, как его друг лижет губы этому полуфабрикату.       — В гей клуб-поведу, — смеётся Юнги, на что Чонгук и Тэхён начинают смеяться.       — У тебя его украдут, смотри, какие булочки, — Чонгук подбегает к Чимину и шлёпает его по ляжкам, на что Чимин шлёпает Чонгука по ебалу.       — Тогда мы с вами, мне своего дикаря тоже нужно покатать по городу, — Чонгук обнимает Тэхёна, на что тот довольно машет головой, мол, соглашается с словами Чонгука.       — Нет, — отрезает недовольно Юнги.       — Почему? — Чонгук дует губы и видит, как Чимин злорадствует.       — Кто за домом следить будет, кто за хозяйством присмотрит, пока нас не будет, бабуля на три дня ушла на работу, кто же? Конечно, ты, братик, — Юнги хлопает по плечу брата, на что Чонгук с Тэхёном начинают смотреть друг на друга и улыбаться, а Юнги — понимать, что они придумали.       — Джин и Хосок, — одновременно произносят Чонгук, Тэхён и Юнги, а Чимин сидит на пороге, покуривая сигарету, к которой его приучивает Юнги, отучая от электроннок, потому что он считает, что это хуй Сатаны.       — Звоните им, я пока закажу билеты на поезд, — Юнги заходит в дом, перед этим забрав сигарету с губ Чимина и сказав, что если он будет курить, то хуй не вырастет.       — А ты говорил своей Барби, что ты би? — Чонгук поднял страшную тему, на что Чимин ревнивым взглядом начал смотреть на Юнги.       — То, что я трахался с девушками, тебя ебать не должно, ты же у нас тоже пол школы девчонок трахнул, верно? Я не би, я искал свою ориентацию и нашел её тут, я окончательно решил, что мне нравится половая жизнь с парнями, понял? Это ты разберись, никак дать не можешь своему синеволосому кавалеру, — Юнги недовольно проводит взглядом на злого Чимина, который боится, что в городе на него будут вешаться его старые девчонки.       — Чего так смотришь? Забыл, как ты занимался сексом с девушками, чтобы откинуть подозрения у своего синеволосого друга и деда, что ты не пидор? — Юнги явно не в настроении, поэтому перешёл личные границы, на что Чимин недовольно собрал свои вещи и ушел домой.       — Прости, — произнёс ему вслед Юнги, на что получил со стороны Чимина только ебейший фак. Тэхён и Чонгук переглянулись, и чтобы ещё с друг другом так же не поссориться, начали молчать и собираться на поездку в город.       — Зачем ты так? — Тэхён подошёл к Юнги, который недовольно закурил уже какую-то по счёту сигарету и подал её же и Тэхёну.       — Скажи спасибо твоему бойфренду, который свои девственные сперматозоиды не может в трусах сдержать, трахни его уже, чтобы таким придурком злым не был, — Юнги выбрасывает бычок сигареты под ноги, и надев на себя одежду, побежал следом за Чимином, чтобы привести его обратно, ведь через полчаса приедет автобус.       — Слышал, что сказали? Чтобы я тебя трахнул, — подмигивает Чонгуку Тэхён, на что получает по ляжкам от Чона, который смущённо спрятал свой взгляд куда-то вниз.

* * *

      — Чимин! — кричит Юнги, добежав к супермаркету, у которого уже стоял Пак Чимин.       — Чего тебе? Пришел спросить, приятно ли мне было трахаться с девушками, скрывая свои настоящие чувства к парням? — Чимин недовольно продолжает держать путь к себе домой.       — Прости, меня выбесил брат, я не должен был срываться на тебе, — Юнги подходит к Чимину, уткнувшись головой в его плечо, на что Чимин начинает обнимать его.       — Купи презервативы, — на что Юнги в непонимании поднимает свой довольный взгляд на Чимина, который безразлично смотрит ему в глаза.       Юнги берёт за руку Чимина и ведёт в супермаркет, на что тот быстро её убирает, чтобы их не спалили. Юнги всё равно тянет его за собой. Взяв для прикола огромный огурец и пачку презервативов с запахом клубники, он положил это всё на ленту касы, на что Чимин своего смеха не мог сдержать.       — Пакет нужен? — недовольно произносит кассирша.       — Нет, спасибо, наверное, ещё бутылку смазки для моего брата, потому что у него жопа узкая, а мне пообещали, что трахнут его сегодня, чтобы злым таким не был, — Юнги получает от кассирши на ленту касы бутылку смазки, тот довольно оплачивает покупку, и еле сдерживая смех с Чимином, убегает из супермаркета.       Юнги с Чимином вышли на трассу, где увидели на остановке Чонгука с Тэхёном, которые уже ждали автобус, собрав все необходимые вещи для поездки.       — Тэхён, это тебе, — Юнги прячет в карманы джинс смазку парню.       — Я понял, — тот улыбается, когда увидел в кармане смазку, а Чонгук лишь хлопает глазками и в непонимании смотрит на недовольного брата, который все ещё злится на него.       — Чего смотришь, девственник? — бормочет Юнги, смотря на Чонгука, на что тот недовольно закатывает глаза.       К ним подъехал автобус, и они мгновенно заняли места, Юнги сел на переднем сиденье, но контролёрша, очень неприятная женщина, усадила к Юнги Тэхёна, а Чонгук сел сзади и к нему она усадила бесячего Чимина, который постоянно хочет своего Юнги.       — Пиздец остановочка, — Чонгук пихает своими ляжками Чимина в окно, на что тот пихает Чонгука к вонючему алкашу, который сидел рядом возле Чона.       — Ты лучше смотри, чтобы твой Юнгиша, блять, не лез к моему Тэхёну! — Чонгук встаёт на ноги, чтобы увидеть, как там себя ведут Тэхён с Юнги на переднем сиденье, на что к ним подошла контролёрша и дала по головам собравшимися деньгами за проезд, чтобы они уселись.       — Никому твой Тэхён не нужен, придурок, — Чимин складывает свои ноги на ногах у Чонгука, на что тот их сбрасывает вместе с тушкой Чимина и тот падает на пол автобуса.       — Как думаешь, они не поубивают друг друга там? — интересуется Тэхён, пытаясь рассмотреть сзади парней, но из-за большого количества народа он не смог их увидеть.       — Нет. Чонгук только притворяется таким тупым, на самом деле ему просто нечем заняться, — Юнги достаёт из кармана большой огурец с презервативами и показывает Тэхёну, на что тот начинает смеяться, но контролёрше, вроде, эти шутки не зашли, она с дикостью всю дорогу пронаблюдала за этими извращенцами.       Пока Тэхён с Юнги были под прицелом жирной бабки контролёрши, Чимин с Чонгуком завели диалог с бухим дедом, который приебался к ним со своей травой, которую он хер знает, где насобирал, даёт по носам парням и спрашивает, чем пахнет.       — Ну, так чем же пахнет?       — Родиной, — скромно отвечает Чимин, на что получает сигарету от бухого деда.       — Правильно! — довольно вскрикивает дед.       — Что? А можно и мне? Этот придурок курит хуи электронные! — Чонгук злорадствует за тягу Чимина к курению, прячет в штаны сигарету и закрывает глаза, чтобы вздремнуть. Чонгук начинает лазить в карманах спящего Чимина и обнаруживает там электронную сигарету, на что отдаёт её деду взамен на пачку сигарет.       — Ты придурок? Я её по цене таких пачек четыре покупал, а ты за пачку её отдал, придурок, — Чимин с грустью смотрит, как дед начинает курить его электронку и отдаёт пачку сигарет Чонгуку, потому что тот придурок, наебал деда, что это вечная сига.       — Сынок, это необычные сигареты, это моего производства, табачок кручу с интересной добавкой, не скажу, какой, потому что он несовершеннолетний, — дед по кайфу курит в автобусе электронку, на что Юнги и Тэхён учуяли этот запах Чиминовой сигареты и начали крутиться и смотреть на бессовестного.       — Что? Так нахуя вы даёте ему, если он несовершеннолетний, где логика? — Чимина начинает бесить этот дед, но ещё больше — Чонгук, эта тупая морда.       — Её нет, малыш, она вся в этих сигаретах, — дед выходит на первой остановке, оставляя парней вдвоём воевать.       — Есть закурить? — Чонгук кладёт сигу в зубы, на что Чимин палит ему сигарету, а тот начинает делать затяжку.       — Мне плевать, если к тебе сейчас подойдёт контролёрша и уебашит, наркоман, — Чимин вдавливается в окно и закрывает глаза, на что Чонгук, обкурившись, начинает смеяться.       — Начинается, белка словила? — Чимин бьёт по лицу Чонгука, но тот не приходит в себя, его дёргает, трясет, и вправду дед говорил, что сигареты с приколом, который сейчас у Чонгука после них. — Пиздец, — Чимин бьёт по лицу Чонгука, у которого пена со рта начала идти, поэтому Чимин был вынужден уебать Чонгуку в лицо с кулака. — Я об этом мечтал, но не хотел именно сейчас, — Чимин трясёт кулаком, который в крови Чонгука, которая пошла из носа, на что Чон упал на колени Чимина, наверное уснул, ну если уж шевелится, значит жив, пускай проспится, наркоман.       Чимин, приобняв парня, и сам закрыл глаза и уснул, пока его не разбудили парни, которые оповещали о том, что они приехали на вокзал. Чимин сонно привстал, но почувствовал на своих ногах тяжёлую тушку, которую он обнимал, начал будить Чонгука, у которого все ебало было в крови.       — Уснули, как парочка, аж завидно, — произносит Тэхён, который бьёт по плечам спящего Чонгука, который не может открыть свои глаза.       — Не переживай, у вас будет отдельное купе, я постарался для вас, — довольно произносит Юнги и берёт за руку Чимина, у которого она в крови Чонгука.       — Какого черта он в крови? — Тэхён берёт лицо Чонгука в руки, которое ещё в пьяном состоянии.       — Какого чёрта от него несёт травой? — внюхивается в брата Юнги, который учуял запах сильной наркоты, которую когда-то бросил из-за сильных эффектов.       — Чимин? — недовольно произносит Тэхён, который догадывается, что это может быть Пак, чтобы поиздеваться и подставить Чонгука.       — А что я? Этот придурок в диалог с каким-то нариком сошёлся, и они обменяли мою электронку на пачку травы, он скурил пару штук и начал себя вести неадекватно, я поработал кулачком по его ебалу, чтобы усмирить.       — Малолетний придурок, мало его родители пиздили? Ай, блять, забыл, у него их не было, — Юнги идёт на платформу своего поезда, а Тэхён нёс на спине обкурившегося Чонгука.       — Ваше купе номер двадцать, наше — двадцать пять, если с ним что-то случится, зови меня и этого медика, он хорошо мне в лесу когда-то помог, — смеётся Юнги, на что получает по шее от Чимина.       — Хорошо, — Тэхён вносит в купе Чонгука, кладёт его на нижнюю полку, им повезло, что в купе, где четыре места, были только они вдвоём, поэтому Ким закрывает на ключ двери и ложится на верхнюю полку, перед этим вытерев влажной салфеткой кровавое лицо Чонгука и заклеив переносицу пластырем, который дал Чимин, потому что этот медик постоянно с собой их носит, особенно с единорогами, его любимые.       — Хочешь, за корочкой схожу? — Юнги падает на койку, на что на него садится Чимин и сладко на ухо произносит:       — Нет, я хочу тебя.       — Понял, — Юнги с ухмылкой берёт Чимина в этом купе.

* * *

      Через пару часов, когда за окном поезда уже было темно, часов в восемь вечера, Чонгук, наконец-то проснулся, скорее всего, от вкусного запаха курочки, которую принёс Тэхён в купе.       — Доброе утро, — с сарказмом произносит Тэхён, смотря на Чонгука со второй полки, на что Чон с улыбкой лезет к нему и вдавливается в его объятия.       — Я соскучился, — Чонгук крепко обнял Тэхёна, на что тот от неожиданности растаял, он ещё никогда такие тёплые чувства не ощущал.       — Ты снова курил? — Тэхён всё равно хочет об этом поговорить, он переживает, что когда-то это вылезет боком Чонгуку, его рядом может не быть и с ним что-то случится, никто не сможет ему помочь с его приступами астмы.       — Давай помолчим. Обними меня, пожалуйста, — Чонгук взглядом щенка посмотрел на Тэхёна, поэтому он не смог дальше ругать его, он сдался, ему стало так приятно на сердце от этих его слов «Обними меня, пожалуйста».       — Иди ко мне, — Тэхён запускает поглубже к себе Чонгука в руки, крепко обнимая его, на что Чонгуку становится теплее, потому что после этих приступов очень холодно, больше он никогда не будет курить такие сигареты, они забирают настоящие чувства у человека, а через пару часов, когда эта дурь выйдет, может отдать, а когда-нибудь и не вернёт.       — Я курочку принёс, будешь? — Тэхён целует в губы Чонгука, на что тот начинает стонать и продолжать целовать Тэхёна.       — Тебя буду, — Чон обхватывает шею Кима, на что тот снимает с себя спортивную кофту, оставляя на себе только возбудившееся тело и вставшие соски.       — Постой, нам тут будет неудобно, — Тэхён останавливает Чонгука, который начал стягивать с Кима джинсы, они за пару секунд перешли на нижнюю полку и продолжили.       Чонгук впервые сделал приятно Тэхёну и его достоинству, пока Тэхён делал это руками Чонгуку. Тэхён оказался сверху, на что Чонгук снял с себя футболку, которая полетела на пол. Ким снял с Чона всю оставшуюся одежду и достал со своих лежавших джинс смазку, которую ему с таким удовольствием принёс Юнги, тот капнул на два пальца и нежно, потирая по кругу, вошёл двумя пальцами в парня, на что тот, чувствуя возбуждение в половом органе, заставил дрочить ему Тэхёна, чтобы не ощущать боль, когда Тэхён будет входить.       — Продолжать? — хитро, с такой похотью произносит Тэхён, на что Чонгук от ненависти к парню за то, что он остановился, сам начал насаживаться на его пальцы и окольцовывать своими руками свой член.       — Лис, — Чонгук целует его в шею, на что Тэхён понимает, что у него нет презервативов, поэтому отстраняется от Чонгука и одевает свои джинсы, чтобы пойти в двадцать пятое купе к Юнги, у которого сто процентов они есть.       — Я что-то сделал не так? Прости, — Чонгук опустил брови и грустно смотрит на Тэхёна, который с улыбкой от такой милоты, целует его губы и произносит:       — Схожу за контрацепцией.       Чонгук смущённо прячет свои глаза и обещает ждать Тэхёна, не додрачивать, а потерпеть. Тэхён стучит в их купе, на что слышит тихое «входите». Тэхён зашёл к ним в купе, где видит, как Чимин спит на груди Юнги, а тот читает ему книгу под названием «Камасутра», которую нашёл под нижней полкой. Романтично.       — Вот же чёрт, я боковым зрением вижу твой стояк, — продолжая читать этот журнал, произносит Юнги.       — Я по этому поводу и пришёл, мне срочно нужен презерватив.       — Посмотри в кармане моей кофты, — Юнги довольно глядит на Тэхёна, от которого руки пахнут банановой смазкой.       — Будьте потише и закрывайте купе, потому что нас с Чимином уже проводница спалила, когда пришла предлагать чай, — вслед ему произносит Юнги, на что Тэхён довольно пошёл в свое купе, где его покорно ждёт Чонгук.       — Почему так долго? — с дрожью в ногах произносит Чонгук, которому очень нужна помощь.       — Краем уха слушал, как твой брат читает Камасутру, услышал много интересных поз, — Тэхён снимает с себя всю одежду и нависает над Чонгуком, продолжая его ещё сильнее возбуждать, кусая его вставшие соски.       — Продолжай то, что делал, — Чонгук намекает ему, что хочет почувствовать в себе его пальцы, поэтому Тэхён капает ещё пару капель смазки, и водя по кругу, медленно входит на этот раз тремя пальцами, на что Чонгук ногами обволакивает его торс с желанием ощутить большего. Тэхён рвёт зубами пакетик презерватива, натягивает на свой возбуждённый орган и обмазывает смазкой. Ким хватает в кольцо своих пальц член Чонгука, надрачивая делает приятно парню, чтобы легче было вхождение.       — Я вхожу, — отчитывается Тэхён, чтобы предупредить Чонгука о мгновенной боли.       — Я готов.       Тэхён кладёт свои руки возле плеч парня, смотрит в его глаза, которые полны нежности и искренней похоти, желания и азарта. Ким проводит языком по ключицам, и потирая своим достоинством об Чонгука, входит в парня, на что Чон приятно застонал, ведь из-за большого количества смазки вхождение было приятное и безболезненное.       — Тэхён, — протяжно стонет Чонгук.       — Что? — с волнением и испугом остановившись, произносит Ким.       — Чёрт, Тэхён, продолжай, мне безумно нравится, — Чонгук трётся стояком об живот Тэхёна, на что Ким подтягивает за ноги парня к себе, сильнее вдавливая в себя.       — Сейчас кончу, — Чонгук тянется к своему члену, чтобы подрочить, но Тэхён не даёт, сжимает его обе руки над его головой и жёстко втрахивает в койку.       — Я только начал, — злится Тэхён, кусая свои губы, на что Чонгук на весу кусает его соски, чтобы тот ослабил хватку, дабы ему додрочить и кончить, потому что он сейчас взорвётся от этой тряски, как будто за дозой.       — Лис, — стонет Тэхён от приятной боли в груди и отпускает его руки, тот дотрахивает быстрыми рывками и кончает, пока Чонгук додрачивал и получил оргазм, Тэхён сосал его шею. Тэхён падает рядом с Чоном, целуя его в губы, прячется в его шее и закрывает глаза. Чонгук, закинув одну ногу на Тэхёна, уткнулся носом в его макушку заснул.

* * *

      — А ты можешь быть не придурком только когда подо мной? — издевается Тэхён, наблюдая за тем, как Чонгук кушает курочку.       — А ты, когда трахаешь меня? — Чонгук смотрит на время, которое показывает глубокую ночь.       В купе кто-то стучится, на что Чонгук мгновенно летит одеваться, а Тэхё, надев спортивную кофту открывает двери, на что в проходе видит проводницу, которая оповещает, что они приехали.       — Не забудьте сдать в моё купе постельное, — девушка закрывает двери за собой, а Чонгук довольно собирает вещи, а за ним и Тэхён.       — Наконец-то, — Тэхён стягивает всё постельное и несёт к проводнице, за ним выходит Чонгук с вещами, выпрыгивает с поезда и идёт искать автобус, который привезёт его в старый дом, где живёт его старый дед.       — А долго ехать в твой ночлег? — интересуется Тэхён, на что Чонгук берёт его за руку и ведёт из вокзала на платформу, где обычно стоят автобусы.       — Десять минут, — безразлично, устало произносит Чон.       Они доходят к остановке, где написан распорядок выездов автобусов, но там нет того, что им нужен. Следующий автобус будет на шесть часов утра, ждать, получается, пять часов.       — Я не собираюсь торчать тут до утра, чтобы на автобусе за десять минут доехать домой, тут и пешком за час добраться можно, — Чонгук устало смотрит на время, хватает Тэхёна за руку и ведёт по дороге.       — Ты точно знаешь дорогу? — Тэхён оглядывается на пустой вокзал, где только что отправился поезд, на котором они только что ехали.       — Ты издеваешься? Я тут, всё-таки, семнадцать лет прожил, — устало улыбается Чонгук и ведёт Тэхёна по тропинке в лес, чтобы сократить дорогу.       — Отсосать мне в лесу хочешь?       — Отвали, я хочу сократить дорогу, — Чонгук так усердно сквозь темноту ищет путь в центр города, где он живёт, забыв, что рядом даже Чимином и Юнги не пахнет и что их наебали.       Чонгук уже полчаса ведёт Тэхёна лесом, они зашли в саму глубь, Чон утверждает, что знает все ходы и выходы, а Тэхён со страхом смотрит под ноги, чтобы не наступить на какую-то херню живую.       — Нас кабаны не съедят тут? — Тэхён наступил на сухую веточку, которая мгновением издала на весь лес страшный гул, на что оба парни вздрогнули.       — Какие кабаны? Ты на себя в зеркало когда последний раз смотрел? Здесь они не водятся, вот один с деревни приехал, тебя любые кабаны испугаются, — Чонгук уверенно идёт вперёд, а за ним со страхом идёт Тэхён, на что Чонгук выёбывается, мол, ничего не боится, знает все ходы и выходы. Но его уверенность его и погубила, Чонгук за пару секунд куда-то исчез, точнее, сквозь землю провалился, в прямом смысле. Чонгук провалился, куда-то, когда наступил на какие-то ветки и упал в яму, где оказывается, чей-то дом лесной братвы.       — Чонгук? — оглядывается Тэхён по сторонам, но парня не обнаруживает, он уже успел включить панику, поэтому достал телефон и начал светить фанариком в каждый угол этого страшного, ночного леса. — Мать твою, — Тэхён светит в глубь ямы, в которой лежит Чонгук с каким-то дедом, который мхом оброс.       — Чонгук, держи руку, — подаёт ему руку Тэхён, на что тот его не слышит, походу, отрубился, когда падал. Тэхён хочет бросить в него горстку земли, чтобы разбудить, на что подскальзывается на глине и ныряет туда же. Тэхён падает на Чонгука, который мигом открывает испуганно свои глаза и видит в своих глазах лесного деда, который тоже проснулся от гостей непрошенных.       — Тэхён? — шепчет Чон, на что тот полез к нему и замирает, потому что видит, как этот подземельный дед встаёт и включает свой светильник, который на весь лес начинает светить ясным светом.       — Военкомат? — произносит в непонимании грустный дед.       — Да нет, туристы, — смеётся Чонгук, на что Тэхён тянет его к себе, чтобы убежать, потому что дед стрёмный и на лесного маньяка похож.       — Опять для своих тик токов меня поснимать хотите? Я же говорил, без водки не приходить! — дед садится на свою обросшую деревом кровать и смотрит на парней, которые не понимают, где они находятся.       — Чонгук, это, конечно, не по теме, а где Юнги и Чимин? — Тэхён вмиг вспомнил о существовании этих людей, которых уже час нету рядом со своими претензиями.       — Вот же чёрт! В городе, в который нам нужно, нет леса, Тэхён, нас проводница не там высадила, — Чонгук кусает нервно губы, на что дед внимательно их слушает и смеется.       — Они нам не те билеты купили? — Тэхён прислоняется к стенке, которая на соплях держится, и из нее падает бутылка водки, в которой плавают черви.       — Осторожно! Это мои настойки! Видишь, всех моих червяков разбудил! — подбегает дед и прячет под пазуху бутылку.       — О да, червяков он точно будить умеет, обращайтесь к нему, — как будто ничего серьёзного и не случилось, смеётся Чонгук, мол, они и не потерялись в этой жизни, они находятся в нормальных условиях, не у какого-то лесного деда, который может их перерубать нахуй и сделать из них настойку.       — А вам в центр нужно? Это километров тридцать отсюда, возвращайтесь обратно на автостанцию, с утра поедете, либо же оставайтесь на ночь со мной, а утром пойдёте, красавчики, — дед ставит на стол три чарки и приглашает парней.       — Ну уж спасибо, с червями пить не буду, — Тэхён отказывается, и сложа руки на груди, подмигивает Чонгуку, чтобы они убирались отсюда и шли на вокзал, где хоть сидя, но можно в нормальных условиях поспать, а не в лес с левым дедом, который пьёт настойки с червями и хуй знает ещё с чем.       — А я выпью, — Чонгук довольно садится к деду и берёт чарку в руки, на что дед с удовольствием наливает собутыльнику.       — Ты придурок? Что ты делаешь? После этого я тебя целовать не буду! Понял? — Тэхён прячет глаза в руки, чтобы не выдать, как Чонгук пьёт эту жижу, но тот всё равно, не слушая Тэхёна, выпивает…       — После спермы быка меня уже не чем не удивить, — Чонгук от невероятного вкуса облизывает губы, на что и Тэхёну предлагает, а тот хоть и отказывается, но рядом уже подсаживается.       — Сперму быка? Что, прости? — Тэхён кривит своё лицо, на что Чонгук машет головой, давая поверить Тэхёну в этот бред. — А говорил, что я дикарь.       — В Индонезии за такое бабки сумасшедшие у туристов просят, а тут я из-за своей тупости, что не не знал, как выглядит корова, подоил быка и выпил его молока в первый день, когда приехал в вашу тупую деревню, — Чонгук чувствует, как его ноги немеют, а глаза закрываются, поэтому он ложится на ноги Тэхёна и отключается, оставляя Кима с этим дедом один на один.       — Ну что? Теперь ты и меня напоишь и будешь трахать нас по очереди, таков твой план? — Тэхён уже смирился, что этот лесной извращенец сделает с ним, но Тэхён же не дурной, два маньяка в одной яме быть не могут, он сам, кого захочет, раком поставит.       — Ты придурок? — дед безразлично смотрит на Тэхёна, который выдумал себе что-то и сам с этого начал смеяться, но стрёмно было пиздец, очко жим-жим. — Твой друг отключился от моей настойки, потому что устал, я не извращенец, я лесной житель, — Тэхён выдохнул, на что от облегчения по привычке схватил стакан и налил в него настойки и выпил, потом вспомнил, что она с червями, и начал блевать. Тэхён устало обнял Чонгука и в сидячем положении уснул.

* * *

      Время пять утра, Чонгука и Тэхёна будит этот дед и говорит, что им пора на автобус в город, он оказался весьма добрый дед, поэтому парни оставили ему пакет курочки, который не доели в купе, а тот довольно провёл их сквозь лес, чтобы они больше никуда не упали ни к кому в гости, потому что здесь хватает канибалов. Парни садятся на автобус и едут, наконец-то, в город. Чонгук спит на плече Тэхёна, а тот следит за дорогой, чтобы точно её не проебать, как всегда.       Тридцать минут — и они на месте, они оказались на вокзале, где должны были оказаться на этом поезде вместе с Юнги и Чимином, но их жизнь поматросила и бросила. Парни устало стоят у входа в вокзал, где Чонгук курит сигарету, которую сохранил, когда ему давал её дед с автобуса.       — А как вы так быстро тут оказались? Мы заходили к вам в купе, вас уже не было, — Юнги, держа Чимина за руку, подходят к парням потрёпанный жизнью.       — Ещё и бухнуть успели, — внюхивается в парней Чимин, чувствуя алкоголь, но лучше ему не знать, что это за хуйня с червями.       — Не спрашивай, ночка была удачной, — смеётся Тэхён, на что Юнги подмигивает, думая, что это он об сексе с Чонгуком.       — У кого-то был трахан-трахан, чпокан-чпокан? — издевается Юнги над братом, на что получает по голове от него.       — Не говори, что у тебя не был, извращенец, — Чонгук закатывает глаза и идёт с Тэхёном в центр города, чтобы пойти отмыться домой от этих лесных друзей.       — А вы где-то в параше трахались? Потому что я заходил ночью к вам в купе, вас не было, — Чимин довольно идёт с Юнги свободно за руку и не верит в то, что может расслабиться и не бояться, что его отпиздят за это.       — В лесу на яме левого лесного деда пили его настойку с червями и спали в его ахуенной землянке, — на полном серьёзе произносит Тэхён, на что Чимин с Юнги начинают смеяться и нихуя не верить.       — Он фактит, — подтверждает его слова Чонгук.       — Поменьше курить хуйни разной надо, — Юнги заводит Чимина в подъезд, в котором он родился, вырос, хотя он родился, всё-таки, где-то на мусорке, по словам Чонгука.

* * *

      Они стоят у апартаментов деда, точнее, где жили Юнги с Чонгуком, но деда словила шиза и он выгнал их в деревню, думая, что они там подохнут, но не тут-то было, они пришли съесть деда вместе со своими парнями. Чонгук ищет в своей барсетке ключ от квартиры, в надежде, чтобы дед, не дай Бог замки не поменял, но, слава Богу, ключ подошёл.       — Приглашаю тебя в мой бывший холостяцкий ночлег, — Чонгук широко открывает двери и даёт проход для Тэхёна, на что тот довольно входит в дом.       — А ты почему не говоришь, что это твой бывший холостяцкий дом? Или ещё не прошлый? — бьёт по ляжкам Юнги Чимин, на что тот лишь ухмыло улыбается и щипает милого парня за булочки.       — Моя комната возле параши, поэтому там по запаху прямо поймёшь, где моя хата, — недовольно произносит Чонгук, указывая пальцем прямо на свою комнату Тэхёну.       — А твоя где? — тоже с большим интересом спрашивает Чимин, чтобы увидеть эту халупу извращенца по имени Юнги.       — Он мусорный кот, — смеётся Чонгук, на что получает от Юнги репана по лбу.       — Деда, к тебе деревенская братва приехала, встречай гостей! — во все лёгкие кричит Чонгук, на что Тэхён неловко прячет свое лицо в ладони, а Чимин расширяет глаза, мол, говоря Чонгуку взглядом, ты придурок, нахуй так орать, тебя ебёт кто-то? Видимо, да.       — Какая ещё нахуй деревенская братва, в моей семье нет таких, — выходит из кухни дед, который ещё нихуя себе, как на свой возраст прекрасно сохранился! Такой же стиль, как и у Ким Тэхёна — заебенская рубаха с мартышками, соломенная шляпа и сига во рту, теперь понятно, в кого такие паровозы Чонгук и Юнги.       — А твои внуки уже не твоя семья? — имитирует грусть Чонгук и присаживается к деду на скамейку, а за ним и заходит Юнги, приглашая парней на кухню.       — Нет у меня внуков, я их за бутылку водки продал, они мне нахуй не нужны, — дед смотрит на Юнги, который безразлично садится на стул и всматривается деду в глаза, такие же недовольные и злые.       — Дед, ты продажный, — Чонгук видит на столе бутылку дедового самогона, со шкафа достаёт пять чарок и начинает наливать.       — Я тут вам что, бар разливной? Ещё и каких-то беженцев мне привезли, сумасшедшие, — дед довольно принимает алкоголь от Чонгука, и чокаясь с внуком, выпивает стакан.       — Это твои зяти, синеволосый — мой, а та Барби — Юнги, — Чонгук закусывает шмурдяк огурцом, а Тэхён скромно садится рядом с Чонгуком и так же опустошает стакан, заедая овощами.       — Я был фанатом вашей браги, когда Чонгук явился в деревню, сказав, что он спиздил у Вас этот самогон, — смеётся Тэхён, на что дед ещё подливает ему в чарку, довольно подав руку Киму за респект.       — Как там ваша бабка? Жирная, наверное, стрёмная, старая? — злорадствует дед, думая, что это только он так в городе так сохранился.       — Деда, тебе лучше не знать, там такая бабуля, я бы… — переглядываются на этот вопрос Юнги с Чонгуком, на что на последние слова Тэхён закрывает Чону рот.       — Придурок, — дед бьёт Чонгука по шее, на что Чимин злорадствует, мол, давно пора.       — Дед, мы тут на пару часов, дай добро сходить в душ, а потом мы по клубам, на вечер нас уже не будет, клянёмся, — Чонгук держит два скрещенных пальца за спиной, на что Чимин бьёт по ним своей рукой.       — Да, нам и с бабушкой хорошо, в деревне, как будто новая жизнь, не то, что здесь, ежедневные хлопоты и суета, а там — момент — жизнь, всё остальное — ежедневная хуета, поебота, — Юнги тоже опустошает стакан водки, который налил ему Чонгук, а Чимин преуспевает за ним.       — Продажные дети, — дед грустно вздыхает и идёт в свою комнату, перед этим махнув рукой, мол, делайте, что хотите.       — Дети в жопу ебутся, кстати, — шепчет Тэхён, на что получает от Чонгука по губам, на что из дедушкиной комнаты прозвучал голос:       — Понятное дело, одно крашенное, которое хранит в своей комнате хуи резиновые, а второй просто тупой.       Юнги еле сдерживает смех, а Чимин с лыбой до ушей смотрит на него. Чонгук кусает губы, а Тэхён ржёт ему в плечо. Парни ещё ебнули по сто пятьдесят горючего и пошли по комнатам своих бойфрендов на обзорчик. Комната Чонгука, в его репертуаре, развешанная в его трусах от Келвина, обои и плакаты Хентай, порно журналы, тумбочки в столе забиты презервативами, а в шкафу лежит надувная телка, которую Тэхён от ревности проткнул ногтями.       — Ну ты и извращенец, блять, и это у семнадцатилетнего парня может быть такая комната? — Тэхён садится к нему на кровать и с сумасшествием осматривает его хату.       — Я это с пятнадцати начал коллекционировать, вообще-то, — Чонгук достает из шкафа два полотенца, один даёт Тэхёну, чтобы пошёл в душ.       — Со мной идёшь, понял? Я боюсь представить, что у тебя в ванной творится, — Тэхён берёт за руку Чонгука, который ведёт его, как сыночка, в душ, потому что тот боится, что его голую жопу увидит дед.       Комната Юнги Чимину понравилась, наверное, потому что Пак такой же извращенец, как и Мин. В его шкафу хранятся разные прибамбасы БДСМ, а ещё вибраторы, которыми, по словам Юнги, он делает себе массаж мозгов после сложной работы. Обои аниме, гитарка, дохуя канистр со спизженным бензином под кроватью, и потому в комнате пиздец, как пахнет этой соляркой.       — Ну ты и пиздабол, — Чимин ложится на его кровать и устало потягивается, на что Юнги ложится к нему рядом.       — Раздевайся, — Чонгук закрывается в ванной и включает горячий душ, на что Тэхён снимает с себя все свои вещи и повинуется Чону, который направляет воду на его горячее тело.       — Ты будешь стоять и смотреть на меня, извращенец? — Тэхён упирается двумя руками в стенку и смотрит на Чонгука, который бы ещё семки взял и вообще по кайфу.       — Боишься, что бабайка за жопу укусит? — Чонгук снимает все шмотки и ныряет к Тэхёну, на что Киму становится спокойнее, и они вместе приняли душ.       — Забыл, что кусаю только я? — вытираясь после воды, Ким наклоняется к Чонгуку и кусает его за правую булку, на что тот бьёт его по его булкам.       — Я тоже укусить могу, но не за жопу, — Чонгук выходит из душа, светя своим подкаченным телом, и пошло улыбается Тэхёну.       — Подумаешь, напугал резиновым членом.

* * *

      Через пару часов они все вместе собрались по городским клубам, где они обычно тусовались до приезда в деревню и знакомства с этими пиздюками. Но так получилось, что ЮнМины с ВиГуками разошлись по разным сторонам, поэтому Чонгук повёл Кима в свой любимый клуб, а Юнги Пака — в свой.       — Тут обычно я бухал только коктейлями, которые съедали на утро мою печень, заказывать? — Чонгук заходит в клуб, где начинает орать громкая музыка, где много народу, который тусуется в эту жаркую ночь.       — Печень твою?       — Нет, хуй, — Чонгук усаживает Тэхёна за барную стойку и показывает бармену на два коктейля ебучий «Секс на пляже», от которого у Чонгука вставал хуй.       — И что это за поеботина, моча дракона? — Тэхён понюхивает это мыльное средство и выпивает, на что на языке чувствует онемение.       — Могу ананасовый сок купить, будешь, как школьник тусоваться, — Чонгук идёт в отрыв, рвётся к колонкам и диджею, где музыки побольше.       — Что? Поверь, ананасовый сок не для школьников, это создано, чтобы ты мне сосал сладко, — Тэхён берёт Чонгука за руку и кусает за средний палец, потому что его он начинает бесить, потому что ведёт себя, как проститутка.       — Расслабься, — Чонгук берет Тэхёна за талию и под жёсткий биток притягивает к себе, касается его ягодиц и заводит его в танец.

* * *

      Юнги с Чимином второй час тусят в баре, где Мин обычно ловил поцыков на ночь, поэтому тут его все знают. Чимин, как жена, держит Юнги за руку и не отпускает, давая знать всем сучкам, что это его мужик.       — Привет, котик, — машет какая-то девушка, на что Юнги лишь поцеловал два пальца и кинул ей воздушный флирт.       — Мазохист? — злобно интересуется Чимин.       — Не понял? — Юнги пьяно впивается в шею Чимина, на что тот кусает его за плечо.       — Нравится, когда я тебя бью по твоей блядской роже? Или ты специально меня сюда привёл, чтобы показать, скольких ты трахал? — Чимин недовольно покидает столик и уходит от Юнги на улицу покурить.       — Малыш ревнует, да? — к Юнги подсел какой-то парень и стоит перед ним, интересуясь по поводу парня, который вышел, по имени Чимин.       — Прости, женат, — недовольно закатывает глаза и показывает средний палец, где выдуманное кольцо от Пак Чимина. Юнги побежал следом за Чимином, чтобы успокоить его набравшиеся сперматозоиды, которые хотят наружу.       — Почему ты такая истеричка? — Юнги хватает Чимина за руку и ведёт куда-то поговорить от громкого бара подальше.       — Потому что ты проститутка, — скидывая пепел с сигареты, нервничает Чимин и недовольно бурчит.       — Хочешь уедем? — Юнги устало обнимает парня, на что тот, уткнувшись макушкой в его шею, машет головой.       — Ты не был в моëм баре, там получше, — безразлично отвечает Чимин.       — У тебя есть бар? — удивлённо произносит Юнги, на что тот машет головой. — Ну так а хули мы тут делаем?       — Юнги, я не знаю, — со злостью и сарказмом произносит Чимин.       — Мать вашу! — на всю улицу кричит Чонгук, и добежав к брату, падает к нему на руки, Юнги в ахуе, а Чимин в втрихуе, они не понимают, что происходит.       — Ты опять обкурился или бывшую увидел? — Юнги скидывает брата с себя, на что Чонгук на второй раз запрыгивает на Чимина.       — Он выпил три пачки ананасового сока и хочет меня изнасиловать в рот! — показывает на бежавшего Тэхёна сзади Чонгук, на что Чимин недовольно стягивает с себя Чонгука, но тот схватился мёртвой хваткой.       — Почему ты убежал и за счёт не заплатил, придурок? Я за тобой бегать должен и напоминать? Или за тебя платить? — с одышкой произносит Тэхён, на что Чонгук безразлично отстраняется от Чимина и подходит к Тэхёну, чтобы по кьюаркоду на чеке оплатить онлайн.       — А он себе уже такого понапрыдумывал, — смеётся Юнги и берёт за руку Чимина, чтобы пойти словить такси и уехать на вокзал.       — Ну, то, что я ананасовый сок пил не просто так — это правда, но если угощает, пускай платит, придурок, сегодня он мой папик, — Тэхён обнимает Чонгука за шею и садится с ним и с парнями в такси.       — Но почему-то отрабатывать должен я, — грустно отвечает Чонгук и, уткнувшись в плече Тэхёна устало засыпает.       — Отработаю дома уже, спи молча, — Тэхён в водительском зеркале видит удивлённое лицо шофёра, и чувствует на своем плече, как Чонгук пошло улыбается на его последнее заявление.