Море и скалы

Для художника каждое прикосновение кисти к холсту — целая жизненная драма.

Сальвадор Дали

Тишина, прерываемая лишь касаниями краски о холст. Она дает чувство умиротворения. Но она нарушается скрипом двери. — Хëн, я принес тебе молочный коктейль, — подросток влетает в студию и нарушает такую приятную тишину. — Спасибо, но все же я не просил, — Бомгю смотрит на нарушителя тишины с презрением. — Прости, но ты сидишь в студии уже несколько часов подряд. Здесь так душно, тебе надо проветрить, — подросток тянется рукой к ручке окна, но его останавливают в паре сантиметров от нее. — Я сам решу, когда мне проветривать студию, Кай. Ты мне мешаешь, можешь уйти? — Хорошо, но я приду через несколько часов и заставлю тебя пойти спать. Твои синяки можно увидеть за несколько километров. Подросток выходит из студии и наступает долгожданная тишина. Бомгю садится за холст и громко вздыхает. Его муза ушла. Раздаётся скрип двери. — Я же сказал тебе проваливать, что непонятного в этих словах, — он резко разворачивается и кричит на вошедшего человека. — Извините, я хотел заказать картину. Я звонил Вам вчера вечером, — парень лет двадцати неловко переминается с ноги на ногу, — если Вы заняты, то я могу прийти позже. — Нет, простите. Я помню про Ваш звонок. Можете подождать на диване несколько минут? — Да, конечно. Бомгю убирает свои инструменты и краски. Ему стыдно за то, что он накричал на незнакомого человека. Он совершенно забыл про эту встречу. Спустя несколько минут он садится напротив своего гостя. — Что бы Вы хотели видеть на картине? Может определенный стиль или Вы хотите портрет? — Бомгю начинает задавать вопросы, чтобы понять, что от него хотят получить в конечном итоге. — Я бы хотел, чтобы Вы написали ночное море. — Ночное море? У меня впервые просят о такой картине, — на лице Бомгю расцветает улыбка, — есть ещё что-то, что бы Вы хотели видеть на ней? — Думаю, что нет. Я смогу дополнить ее, когда Вы будете заканчивать ее? И можете не рисовать звезды на небе, также как и луну. Просто темное небо. — Хорошо, я постараюсь соответствовать вашим ожиданиям, — Бомгю провожает парня с улыбкой. Он уже видит будущую картину. Бомгю садится за холст и не уходит от него ближайшие несколько часов. Он сделал почти идеальный набросок. — Хëн, ты не открывал окна! Тут воняет. — Я и не говорил, что открою их. Ты сам себе это придумал. Я лишь сказал, что открою, когда захочу. Как ты можешь понять, я не захотел. — Ты противный. Знаешь это? Наверняка знаешь. Но да ладно, я купил тебе поесть набор из магазина. Ты скоро совсем истощаешь. — Спасибо за твою заботу, — Бомгю забирает себе набор и идет на импровизированную кухню. — Что пишешь? Похоже на море, — подросток с интересом вглядывается в набросок на холсте. — Ты прав. Это ночное море. Заказ от парня. Из-за тебя я на него накричал, — он говорит это с набитыми щеками, из-за чего слова не совсем понятны. — Почему это я виноват в том, что ты накричал на него? Меня даже не было в студии тогда. — Ты испортил мое настроение, — он показывает язык и в ответ получает средний палец, — показываешь фак своему хëну, как не стыдно. Где твое уважение? — Там же, где и твое здоровье. На этом их диалог прекратился. Бомгю поедал набор из магазина, одновременно с этим записывая идею, пришедшие в голову, а Кай ходил по студии и собирал валяющийся мусор. Бомгю был благодарен ему за его заботу, но иногда он все же переходил границы. Спустя час Кай ушел. В студии воцарилась приятная тишина. Бомгю все время смотрел в окно. На улице начали лететь хлопья снега. Бомгю пошел в ванную комнату и начал подготовку ко сну. Из зеркала на него смотрел красивый парень, но стоило ему снять линзы и он не смог смотреть на себя. На этот раз в зеркале отражался парень с сильной гетерохромией: один глаз почти черный с синим отливом, а второй светло-голубого цвета. Бомгю ненавидел эту особенность с детства. Мама всегда говорила, что его глаза похожи на скалы и светлое море. Она всегда смотрела на него с любовью, а Бомгю ненавидел. В этот момент зазвонил телефон. — Здравствуйте, извините, что так поздно. Вы уже наверное начали писать картину. Но могу ли я поменять немного картину? — голос из динамика был приятным, но обеспокоенным. — Да, конечно. Только если Вы не собираетесь полностью менять концепт. — Нет, я бы хотел поменять цветовую гамму картины. Могу я завтра прийти и сказать это лично. Заодно покажу примерные цвета картины. — Хорошо, приходите завтра как сможете. Я все время в студии. — Спасибо Вам большое. Спокойной ночи. — Спокойной. Бомгю удивился. Он давно хотел написать ночное море, но видимо жизнь решила устроить иначе. Рано утром зазвенел дверной звонок. Бомгю посмотрел на время. Было 10 утра. Кого могло привести так рано. Бомгю пошел к двери и открыл ее. На пороге стоял вчерашний парень. Весь мокрый. Видимо на улице идет дождь. Парень уставился на Бомгю. Спустя минуту глядел Бомгю понял, почему тот на него неотрывно смотрит: он не надел линзы. Бомгю уже хотел захлопнуть дверь, но ему помешало чужое тело, вошедшее в его студию. — Ваш цвет глаз идеально отображает цвета, которые я хочу видеть на картине, — парень приблизился к его лицу и рассматривал цвет глаз Бомгю. Он опешил от этого и начал пятиться назад, пока не споткнулся об диван. Они вместе упали на него. Щеки Бомгю покраснели и он стал похож на человека, пришедшего с холода. — У Вас есть краски похожего цвета? Если нет, то я могу Вам их купить, только назовите цену, — парень внимательно смотрел в глаза напротив. Бомгю ощущал тепло его тела. Оно было идеально теплым. — Мне надо посмотреть, не могли бы Вы слезть с меня? — Оу, простите пожалуйста, — на этот раз покраснел парень. — Вы, кстати, в прошлый раз не представились, — невзначай сказал Бомгю. — Меня зовут Кан Тэхён. Я немного невнимательный, как вы могли заметить, — парень мило улыбнулся, по крайней мере так казалось Бомгю. Он бы хотел написать портрет этого парня. Бомгю стал разбирать все свои краски, ища все оттенки голубого, который у него есть. — Они все не подходят. Они не похожи на Ваш цвет глаз. Я бы хотел море именно такого цвета. — Тогда мне придётся идти в магазин. Можете сходить со мной и найти идеальный для Вас цвет, — Бомгю не сможет самостоятельно найти подходящий цвет. Ему противно смотреть в отражение. — Только если Вы не против. Не могли бы мы перейти на «ты»? Если Вас это не затруднит. — Да, конечно. Можно поинтересоваться? Сколько тебе лет? — Мне 23 года, — Тэхен смотрел прямо в глаза, неотрывно их разглядывая. Бомгю было не по себе от этого. — Тогда можешь звать меня хëном. Мне 27, — Бомгю улыбнулся и отвернулся от парня. Он его смущал. — Хорошо, хëн. Они пошли в художественный магазин, но перед этим Бомгю надел свои линзы. Он уже даже не помнит, когда последний раз выходил на улицу без них. Они обошли несколько магазинов, но не смогли найти идеальный вариант. Тэхену не нравился ни один цвет. — Может, тогда я смогу намешать цвет? Смогу подобрать идеальный для тебя. Как тебе такой вариант? — Бомгю уже устал искать краску для картины. Это его самый привередливый заказчик. — Было бы хорошо, но ты уверен, что сможешь намешать идеальный цвет? Ты же даже не смотришь на свое отражение и носишь линзы. Тебе явно не нравится твой цвет глаз. — Я постараюсь. — Хорошо, но я так и не сказал, что хочу поменять. Во-первых это цвет моря, а следовательно и время суток. Хочу чтобы это был день или позднее утро. Это не так важно. А во-вторых хочу скалы. Твой цвет глаз идеально подойдет. Тёмный с синим отливом. Должно идеально сочетаться. Знаешь как на острове Чеджу. — Я постараюсь. Ты мой самый привередливый заказчик. — Но я заплачу достойную цену твоим трудам, — Тэхен мило улыбнулся и пошел на остановку, — пока. — Пока, — Бомгю смотрел ему в след и не мог сдвинуться. Что-то в Тэхене его привлекало, но не понятно что именно. Бомгю бежал в студию. Как только он прибежал, он сразу же пошел в ванную и снял линзы. Ему было сложно посмотреть в зеркало, но нужен был идеальный оттенок голубого. По крайней мере так думал Тэхен, не он. Он стал намешивать цвета. Бомгю никогда так много не смотрел в зеркало, обычно он старается их избегать. Спустя большое количество времени он намешал идеальный цвет, полностью совпадающий с его цветом глаз. После он стал поправлять набросок: он добавил скал на передний и задний план. Картина стала выглядеть лучше. У Тэхена в голове сидела идеальная идея, которая никогда бы не пришла ему в голову. Он с головой погрузился в написание картины и смог остановиться лишь тогда, когда пришел Кай и треснул ему по шее. — Хëн, не говори что ты сидел так весь день. Ты даже не переоделся. Где твои линзы? Ты же без них даже дома не ходишь, — в этот момент он перевел взгляд с хëна на картину, — она такая красивая, хоть и не законченная. Бомгю ничего не ответил. Он просто встал из-за холста и подошел к своему тонсену. Он легонько стукнул его кулаком по голове и упал головой на плечо. Он жутко устал. — С тобой все в порядке? Ты горяченный, — Кай посмотрел на своего хена и заметил, что тот весь трясется, — тебя же лихорадит. В этот момент Бомгю упал в обморок. Когда он очнулся было уже утро. Он был в своей любимой пижаме и лежал на свежей постели. Рядом сопел Кай. Он выглядел очень умиротворено и беззащитно. Бомгю улыбнулся. Давно он его таким не видел. Наверное с самого детства младшего. Раньше он постоянно ночевал в комнате Бомгю, объясняя это тем, что с хеном спокойнее и спится лучше. Бомгю постарался встать, но попытка не увенчалась успехом. Все тело ужасно болело. — Хён, лежи. Если что-то надо, то скажи мне, — Бомгю еле услышал голос Кая. — Можешь за меня написать картину? — Бомгю усмехнулся, а Кай улыбнулся. — Не смогу. Художник в семье ты, а не я. — Да какой там. Из меня художник такой себе, — Бомгю отвернулся к окну. Кай всегда поддерживал его увлечение картинами и рисованием, а родители всегда критиковали все его работы и говорили, что то чем он занимается это не профессия. — Хëн, выкини уже эти мысли из головы. У тебя заказывают картины. Это как минимум дает понять, что твои картины чего-то да стоят, — Кай лег рядом с Бомгю и стиснул его в объятиях, — если не прекратишь так думать, то… — То что, а? Задушишь меня? Но я же твой любимый хён, ты не сможешь, — Бомгю начал искренне смеяться. Кай замер и не мог поверить своим ушам. Бомгю так долго не смеялся, что он и забыл, как звучит его смех. Бомгю посмотрел на него и замолчал, — чего ты так уставился. Не инопланетянина же увидел, — Бомгю стал отпихивать от себя Кая. — Хëн, давай еще так полежим, м? — в ответ он получил лишь один кивок. Бомгю снова провалился в сон. Проснулся он только к вечеру. Кая уже не было, наверное родители заставили его идти домой, все же он еще ребенок. Бомгю кое-как встал и пошел на кухню. Ему жутко хотелось есть и пить. Особенно пить. По пути он посмотрел в телефон и увидел кучу сообщений от Тэхена и Кая. Первый спрашивал как там прогресс с картиной и сможет ли он прийти посмотреть, вдруг надо будет что-то поменять. Кай попросил выпить таблеток и заказать себе витаминов. Бомгю ответил обоим и пошел готовить себе еду. В холодильнике повесилась мышь, но он нашёл в морозильнике пачку манду для жарки. Пока он их жарил раздался звонок в студию. Бомгю догадывался кто там стоит. Он чуть ли не бегом пошел открывать дверь. Там стоял Тэхен. — Прости, что так поздно, — парень опустил голову и не смотрел в глаза, как делает это обычно. — Что-то случилось? Ты даже на меня не взглянул. — Меня выгнала из квартиры девушка. Точнее уже бывшая девушка. И мои ноги привели меня сюда. Могу я переночевать тут? Все номера в отелях заняты и мне негде переночевать. Бомгю пропустил его в квартиру и ничего не сказал. Тэхен жил в квартире с девушкой. Бывшей. Его сердце неприятно сжалось. Он начал влюбляться, сам того не осознавая. Он удивился своим чувствам. Он давно знает, что ему нравятся и парни, и девушки. Но он уже так долго ни в кого не влюблялся. — Еды у меня нет, но могу предложить чай или кофе, — Бомгю повернулся к нему и увидел, как тот разглядывает картину. После слов Бомгю он повернулся к нему и снова стал рассматривать его глаза. — У тебя есть алкоголь? — Тэхен улыбнулся. Сердце Бомгю стало биться сильнее и быстрее. Он быстро отвернулся и стал рассматривать содержимое ящиков. — Есть только бутылка какого-то вина. Еще есть фрукты. Можем сварить глинтвейн, — Бомгю повернулся в сторону Тэхена и встретился с ним носами. Тот был так близко, что сердце Бомгю замерло. Он почувствовал запах алкоголя, — ты уже выпил. Не думаю, что тебе стоит еще пить. Бомгю отвернулся и почувствовал дыхание на своей шее. — Хëн, давай сделаем глинтвейн, м? Я не настолько пьян, к тому же хорошо переношу алкоголь. От тебя так приятно пахнет, — после этих слов Тэхен уткнулся носом в шею Бомгю. Он не прикасался к нему, но Бомгю желал другого. — Ладно, я сварю его, но отойди от меня, я приболел немного. Еще заразишься. Бомгю нашел рецепт в интернете и начал следовать предоставленной инструкции. Спустя почти час напиток был готов. К Бомгю пришло новогоднее настроение. Они пьют глинтвейн, за окном зима и приближается рождество, а после него и новый год, наполненный большими надеждами. Спустя некоторое время Бомгю стал дремать и Тэхен отнес его в кровать. Он несколько минут стоял над ним и любовался парнем. Тэхен видит его невероятно красивым. Парень не может иметь настолько идеальную внешность. Его взгляд падает на губы и там он окончательно останавливаться. Тэхен взглядом прожигает губы художника. Он наклоняется, чтобы поцеловать его, но Бомгю разворачивается и Тэхен мажет своими губами по уголкам губ. Бомгю открывает глаза и неотрывно смотрит на парня перед собой. Они оба пьяны и это даёт им право на ошибку. Бомгю притягивает парня ближе и целует. Он делает это так чувственно, что думает что скоро заплачет. Он вкладывает в этот поцелуй все накопившиеся эмоции. Он цепляется пальцами за ткань худи и за волосы. Тэхен в ответ на это лишь постанывает в поцелуй. У Бомгю по щекам текут слезы. Тэхен прерывает поцелуй и смотрит прямо в глаза. Бомгю всматривается в эти глаза и не видит в них ничего. Он не видит никаких эмоций. Будто у парня их вовсе и нет. От этого ему хочется сильнее расплакаться. Тэхен снова начинает поцелуй. Бомгю цепляется крепче и в какой-то момент перестаёт отвечать на поцелуй. Он заснул. Тэхен лег рядом с ним и рассматривал спокойное лицо напротив. Он вытер слезы и стал поглаживать щеки. Через некоторое время он уснул, обнимая своего хена и прижимаясь к нему все крепче и крепче. Утром в студии нет никого, кроме Бомгю. Он обходит всю свою небольшую студию и не находит его. Зато он находит небольшую бумажку с извинениями за своё поведение и несколько купюр. Все выглядит так, будто Бомгю использовали. Он идет к холсту и гипнотизирует его взглядом. Ему хочется его разорвать, но вместо этого он садится и делает резкие мазки мастихином. Картина впитывает все эмоции ее автора. Она уже впитала в себя радость, злость и разочарование. Быть может парень на это и расчитывал. Бомгю сидит над картиной пол дня и почти заканчичает ее. Остается сделать всего несколько штрихов, но рука поднимается. Он смотрит на картину и не понимает, что с ней не так. Будто чего-то не хватает. Он несколько дней даже не смотрит в ее сторону и старается не появляться дома. Каждый день он гуляет с Каем и своими друзьями. Это помогает ему чувствовать себя лучше. В одну из таких прогулок он встречается на улице с Тэхеном. Бомгю хочет уйти как можно дальше, когда замечает его силует, но Тэхён замечает его раньше. — Хëн, постой. Почему ты не отвечаешь на мои сообщения? Я сделал что-то не так? Бомгю ничего ему не отвечает. Кай смотрит то на хëна, то на незнакомого парня. Он догадывается почему у его хëна несколько дней держиться плохое настроение. — Хëн, пойдем домой, м? Я хочу есть, тебе тоже надо, — Кай обнимает Бома за плечи и уже хочет развернуться, но их останавливает парень. — Хëн, ответь мне, — у Тэхена дрожит голос и Бомгю поворачивает к нему голову. Он выглядит как провинившийся щенок, но в глазах все та же пустота. — Мне нечего тебе сказать. Я почти закончил картину, так что скоро сможешь ее забрать, — Бомгю отворачивает голову в сторону Кая и просит его пойти домой. — Это из-за того поцелуя? Ты же был не против. Я бы не продолжил тебя целовать, если бы ты был против, — он все еще держит руку Бомгю и стал понемногу ее сжимать. — Давай поговорим в другой раз. После этих слов Бомгю уходит. Кай догоняет Бомгю и поглядывает всю дорогу в его сторону. Тэхен стоит и смотрит в их сторону. Его сердце замирает и все тело дрожит. Он влюбился в парня. В своего хëна. Спустя несколько дней Тэхен приходит в студию и сидит под дверью несколько часов. Ему не открывают дверь. Это значит, что либо его тут не ждут, либо в студии никого нет. Второй вариант оказывается верным, так как спустя эти несколько часов приходят Бомгю и тот парень с улицы. Бомгю останавливается, когда видит Тэхена у двери. — Хëн, я пойду пожалуй. Если что-то случится, то ты всегда можешь мне позвонить. — Хорошо, — Бомгю не смотрит на Кая, когда тот уходит. Все это время он смотрит лишь в глаза Тэхена и пытается понять, почему тот ищет с ним встречи. Явно не из-за картины, ведь изначально Тэхен сказал отправить ее по почте. — Хëн… — единственное, что говорит Тэхен. Бомгю открывает дверь и идёт в ванную. — Чего сидишь, проходи. Тэхен проходит и стоит в коридоре. Вся его уверенность испарилась. Он даже слова сказать не может. — Если ты не собираешься ничего говорить, то дверь открыта, можешь идти, — Тэхен поднимает глаза на Бомгю и видит, что тот без линз. — Прости меня, если я сделал что-то не так. Я правда не знаю, что именно отгородило тебя от меня, но я исправлюсь. Я сам не понимаю свои чувства. Я стал что-то чувствовать к тебе и… — Тэхен не успел договорить. — Вот ты вроде как умный, но не понимаешь, почему я от тебя отстранился. После той ночи ты оставил на столе деньги, будто я тебе продался, — у Бомгю начал дрожать голос, — а во время поцелуя твои глаза не отражали совсем ничего. Тебе было абсолютно всё равно. Тэхен ничего не ответил. Он подошёл к Бомгю и обнял его. Тот вырывался, но через несколько минут все же обнял в ответ. — Я думал ты поймёшь, что это деньги за то, что приютил меня. Еще и глинтвейн сделал. Наверное, надо было написать в бумажке, за что эти деньги. Он посмотрел в глаза Бомгю и увидел там обожание. — Можно я тебя поцелую, хотя, наверное, я слишком много прошу, — Бомгю увидел, что в глазах Тэхена появился маленький огонек надежды. Он прикоснулся губами к губам напротив и ждал ответа на поцелуй. Он поступил тут же. Тэхен подхватил его под бедра и понёс на кухню, чтобы посадить хëна на стол. По пути он увидел картину и прервал поцелуй. — Ты подобрал идеальные цвета, хëн, — он улыбнулся и замер. Бомгю смотрел на него и не отрывал взгляда. Обычно он сразу же переводил взгляд, когда Тэхен смотрел на него, — спасибо, — Бомгю лишь улыбнулся и заново поцеловал его. Он углубил поцелуй и у Тэхена стали подкашиваться ноги. Они провели весь вечер в разговорах, прерываемыми чувственными поцелуями. Спустя несколько дней Бомгю закончил картину. Она обрела свою последнюю эмоцию и свой последний штрих. Любовь.