Плата по счетам

Так уже через 7 минут размеренных разговоров, мы устало ввалились ко мне домой, благо в этот раз без приключений. Первым делом, схватила пульт, лежавший на тумбочке у входной двери, и побежала (или, если точнее сказать в моём состоянии, бодро поплелась) в гостиную включать так горячо любимый мной кондиционер. Когда вернулась к Эмме, та стояла у висящего в коридоре зеркала во весь рост и рассматривала следы сегодняшних приключений. Не надеясь на что-то утешительное, я молча присоединилась к ней. Взглянув на себя, поняла, что надежды действительно не оправдались бы. На скуле уже расцвел огромный синяк, размером с половину кулака. Колени, руки и половина бедра в мелкий ссадинах, в которых смешались кровь и пыль. Подозреваю, что ещё одна гематома скрывается на ноге под юбкой, но проверять сейчас я это не собиралась. Спасибо и на том, что хотя бы одежда цела, хоть и тоже в грязи- на один пункт меньше в копилку объяснений для мамы, которая должна вернуться в воскресенье из командировки. - Мда, красавицы, - вырвалось нервное у меня. - И не говори, почти близнецы, - усмехаясь, ответила знакомая. - Почему почти? - Я медленно притронулась пальцами к синяку на левой щеке и поморщилась. - Посмотри какие парные боевые трофеи. - Сказала я с намёком на точно такую гематому у Эммы, но на правой скуле. - А ведь точно. - и смеясь, добавила - Онни-сан. - Хочешь в душ? Подберём тебе что-нибудь из моих вещей пока твои в стирке будут. Думаю, если что, феном досушим. - налюбовавшись своим отражением, перешла к насущным вопросам я. - Хочу- всё ещё испытывая небольшую неловкость, ответила блондинка. - У тебя есть простая вода? Пить хочу ужасно. - Пойдём на кухню, я вчера как раз лёд новый сделала. Так разорив все запасы льда и залпом выпив два стакана воды, я пошла в комнату за домашней одеждой и полотенцем, оставив Эмму в обнимку с трёхлитровым кувшином воды. - Вода, кондиционер, лёд - выглядит, как что-то райское. - протянула после третьего стакана Эмма, сидящая за кухонным столом, когда я вернулась со стопкой вещей. - Сейчас в душ сходим и будем точно в раю. - понимающе улыбаясь, протянула сменную одежду девушке. - Я, конечно, на сантиметров 20 повыше, но ведь лучше больше, чем меньше, да? - У меня домашняя футболка на размеров пять больше, так что думаю, всё будет отлично. - У меня тоже. Ну может не на пять, но на три точно. - подняла руку с указанной вещью, пока вела девушку до нужной двери. - У брата стащила, когда приезжала погостить. Ему оставалось только смириться. - Понимаю. - Посмеиваясь, ответила она. - Сама у лучшего друга брата забрала. Ну то есть он мне её отдал, а я так и не вернула. Думаю, он тоже смирился. - А что им ещё остаётся. - и мы синхронно засмеялись. - Так. - прервала рассуждения о мужской-женской одежде я, когда мы вошли в ванную. - Тут на полке шампуни и бальзамы, тут гели. Можешь брать любые. Думаю, обработать ссадины можно будет после душа, когда кожа чуть подсохнет. Тебе помочь со стиралкой? - Думаю, да. - после осмотра машинки приняла моё предложение Эмма. Настроив нужную программу и удостоверившись, что ничего не забыла рассказать или спросить, я оставила девушку приводить себя в порядок, заверив, что может занимать ванную сколько её душе угодно, а сама отправилась наверх в другую душевую, возблагодарив Вселенную за то, что живу в доме с двумя ванными комнатами. Добравшись наконец-то до желанного душа, я с горем пополам сняла грязную от пота и пыли одежду и с удовольствием залезла под прохладные струи. Ссадины неприятно щипали, а сидеть приходилось опёршись на левый бок, потому что на правом красовался яркий синяк. Но несмотря на все неудобства вода своей размеренностью приятно холодила кожу и успокаивала голову, по-своему убаюкивала, уносила за собой не только пыль и кровь, но и пережитые сегодня проблемы. Не знаю, сколько времени я так сидела, но в какой-то момент явственно почувствовала, что прохладные струи достаточно остудили тело, чтобы оно медленно начало подмерзать. Будто бы очнувшись ото сна, вспомнила, что вообще-то не одна, поэтому добавила горячей воды и начала аккуратно, но в темпе смывать с помощью геля и шампуня следы сегодняшних приключений, судорожно соображая, что можно будет сказать маме. Ещё по пути к моему дому вариант пойти заявить в полицию мы отложили. Эмма очень скептично относилась к идее, что полицейские проявят хоть каплю внимания к относительно небольшой драке среди несовершеннолетних. «Ведь ничего страшного в итоге не случилось?» - так и слышался в голове их ответ. Да и заводить дело Эммы и заносить туда строчку о побоях и возможном изнасиловании не хотелось. Не говоря уже о том, что я использовала какое-никакое оружие против этих бугаёв, так что вдруг это превышение самозащиты или что-то наподобие. Никто и никогда не рассказывал, что нужно или нельзя делать в подобной ситуации. От этого незнания нам было страшно, ведь непонятно, во что это в итоге выльется. Поэтому коктейль из бессилия, ужаса и злости на систему привёл нас к одному оптимальному на наш взгляд решению: взрослым не рассказываем, а с отморозками разберётся Манджиро. Я не слишком понимала, что под этими словами подразумевала Эмма, как вообще её брат разберётся с этими придурками. Но столько уверенности было в её голосе, что я решила просто довериться новой знакомой, надеясь, что ни с ней, ни со мной ничего подобного вновь не произойдёт. Но вернёмся к насущному вопросу. Что со мной могло случиться, что я получила такие травмы? Попала под машину? Не, слишком легко отделалась. Рассказывать ли маме про Эмму? Но тогда как мы познакомились? Не привела же я с улицы незнакомого человека, с которым случилось, как и со мной неприятность - мама бы этого точно не очень поняла. Да и травмы получили мы визуально одинаковые, то есть это должно было случится с нами обеими и не по нашей, желательно, вине. Хотя увидеть Эмму мама пока и не может. Пока выходила из душа, я привычно обдумывала оптимальный вариант лжи, чтобы родительница лишний раз не волновалась и, не дай Бог, начала читать нотации в форме заботливых упрёков. Вообще продумывать оправдания всему хоть немного выходящего за рамки понимания моей матери стало уже привычной для меня рутиной. Так и сейчас, подобрав оптимальный вариант объяснения случившегося, я пошла вниз, чтобы поделиться мыслями с Эммой. Спускаясь, услышала всё ещё включённый душ. Что ж, пока найду всё необходимое для обработки ссадин в аптечке, в которой порядка не было, как мне казалось, с момента её появления в нашем доме. Процесс занял не так много времени, как мне казалось, и через 5 минут всё было найдено. А Эммы всё не было. С одной стороны, ей необходимо было побыть одной со своими мыслями, да и прошло, судя по часам, не больше 30 минут. С другой же… Я очень боялась: вдруг что-то может случиться. Поэтому частенько прислушивалась к тому, что происходило в ванной. Но к счастью, звуки воды то становились сильнее, то угасали, явно говоря о том, что девушка точно в сознании, что немного меня успокаивало. Чтобы занять себя в ожидании новой знакомой, я решила быстро обработать раны и начать готовить обед. А коль Эмму заинтересовали блины, то мысль сделать их показалась очень соблазнительной. Откуда нашлись силы на готовку, я честно не знаю: может быть, после душа мне стало на порядок легче, может, это было вызвано желанием как-то приободрить девушку, после того, что она сегодня пережила. В любом случае, всё шло, на удивление, быстро и гладко. - А ведь давненько я их не готовила. - пронеслась в голове мысль. Эмма вышла из душа к моменту, когда сковородка была почти разогрета. Моя футболка действительно сидела на ней, как платье, а шорты, которые обычно были мне чуть выше бедра, на ладонь не доставали коленей. Внешне девушка выглядела весьма бодро, что не могло меня не порадовать. - Как думаешь, мне идёт? - будто бы красуясь минималистичными корабликами на футболке, девушка несколько раз повернулась вокруг своей оси. - Несомненно. - серьёзно ответила я. - Но со мной этот номер не пройдёт. Я в честном бою отобрала эту футболку у папы. Так что умру, но не отдам её никому. - Эх… - наигранно опечалилась блондинка. - А обменяешь? У меня есть очень интересная футболка с мотоциклами, в пять раз больше меня. Ты, как истинный эстет, должна оценить её по достоинству.- тут же как бывалый продавец на рынке заискивающее продолжила она. - Думаю, мы сможем прийти к компромиссу, но после еды. - уже не скрывая смеха ответила я. - О! А что ты готовишь? - Эмма с любопытством перевела взгляд на миску с тестом. - Блины. Мне показалось, что тебе было интересно их попробовать. Хотя если у тебя аллергия или ты хочешь что-то другое…- смущенно начала я, когда поняла, что даже не спросила гостью, что она хочет. Стыдоба какая. Но меня тут же перебили. - Я же говорила, что с удовольствием съем брлы… бры.. русские панкейки: интересно попробовать еду, которую можно хоть с сладким, хоть с солёным, так ещё, которой ругается целый народ. - воодушевленно начала заверять меня Эмма. - Тогда я спокойна. - посмеиваясь с последних слов, успокоилась я. - Пока их жарю, ты можешь обработать ссадины. Вон на столе стоит всё необходимое. Если что-то ещё понадобится, скажи. - Спасибо. - был мне краткий ответ. Следующие двадцать минут мы провели непринужденно болтая: я жарила блины, периодически подхомячивая и попутно подкармливая Эмму, та быстро обработала все ранки и, довольно болтая ногами на барном стуле, расспрашивала меня о рецепте и других незначительных мелочах. В общем, нам наконец-то было просто весело, спокойно и умиротворённо - то, чего так явно не хватало этому сумасшедшему деньку.