С архимагом в голове

– В каком смысле "виртуальные соперники"? – переспросил я. Хотя мне интуитивно понятна суть словосочетания, непонятно, как это вообще работает. – В самом прямом. Представь, что закрывая глаза, ты сможешь представлять не только книгу, записанную заклинанием, но и бои того же Эрама. Причем не только представлять, но и драться с ним сам. Как во сне, только поединки будут более чем реалистичны. Я задумался. Воображаемый ринг... Опыт реалистичных схваток, в которых можно наносить смертельные удары, биться настоящими мечами, без опасения покалечить, либо убить противника. После нескольких десятков или сотен ранений я перестану бояться получать раны, после нескольких смертей отрину страх смерти. Но это скорее минус, потому что виртуальный опыт я перенесу и в реальность. Единственное, чего стоит опасаться от таких схваток – привычке к собственному бессмертию. – Звучит неплохо. Я хотел бы побиться с тем же Эрамом, где он будет драться по-настоящему, а не стоять против меня в тренировочном поединке. – Он тебя размотает. – Первую сотню раз – обязательно, – пожал я плечами, – но я буду учиться приемам Эрама, а ему у меня учиться нечему. Апелиус хмыкнул. – Имей в виду, что этот режим заклинания просчитывает твои реальные силы, а противник застывает в развитии. Если ты потратишь несколько месяцев, то сможешь победить Эрама на виртуальном ринге. Но за это время реальный виконт наберется опыта и тебе снова придется догонять его. – Это хорошо, – кивнул я. – А что насчет реалистичности? Эрам будет действовать так, как бился бы против меня в жизни? – Разумеется нет. Все зависит от того, насколько ты изучил противника... Но если изучишь виконта на все сто процентов, вряд ли виртуальный Эрам будет биться как и реальный. Все факторы я тебе не назову, но основное отличие в том, что реальный виконт не стремится тебя убить. – Понял. Кстати, там есть соперники, с которыми на виртуальном полигоне сражался ты? Архимаг расхохотался. – Есть, – отсмеявшись, ответил он, – но поверь, пацан, тебе с ними не придется сталкиваться о-очень долгое время! Когда я шел по пути возвышения, когда наращивал силу, я заменял соперников, которых давно перерос, новыми, уровня которых еще не достиг. И на моем полигоне не было моих первых наставников: покалеченного солдата, который научил меня держать меч за правильную сторону, девчонки-авантюристки, которая научила паре подлых приемов. К моменту, когда я связал заклинание с душой, мне не было смысла драться с обычными людьми. Тег Драконис – маг с родословной магической твари, Тварь Бездны – монстр, пожиравший города, семиголовая Гидра: вот несколько противников, память о которых хранит заклинание. И это не самые ужасные, поверь мне: они не станут беседовать с тобой, не попытаются извратить или захватить твой разум, как Лина Солнцеликая, а просто убьют. Н-да... Жутковатое описание. Надеюсь, я достигну уровня, на котором смогу сражаться с подобными существами. А лучше – уеду на берег моря и буду жить себе спокойно, вдали от мира магов. Даже адепт среди обычных людей будет подобен герою войны. Думаю, первой ступени мага с лихвой хватит, чтобы никто меня не трогал. Я досмотрел бои до конца, попрощался с благородными и ушел, размышляя о заработке. Монеты. Все упиралось в чертовы старты! Да, я сознанием гораздо старше окружающих, но это не добавляет мне коммерческой жилки. Увы, ни у меня, ни у Апелиуса не было умения зарабатывать деньги в магических школах. Когда я прямо спросил, может ли архимаг подсказать мне способы подзаработать, услышал в ответ: – Когда мне требовались монеты, до моей бытности императором, я просто продавал части тел монстров, убитых в прошлом! Алхимики кипятком ссали, при виде особенно экзотичных товаров из моих кладовых. А насчет другого заработка я и думать не хочу. Можешь спрашивать меня о магии, советоваться в иных вопросах, но в денежном, пожалуй, я тебе помогать не стану. По крайней мере, пока ты не дорастешь до уровня главы королевства или, на худой конец, графства. А теперь еще и арена отпадает из-за участвующего в соревнованиях Эрама и его команды. Жаль, что наши с виконтом пути расходятся все дальше. – Кстати, можешь возобновить общение с аристо, – предложил Апелиус, будто прочитав мои мысли. – Я думаю, нам не по пути. Сейчас они наложили лапу на арену, а потом ради своих интересов могут попытаться прогнуть меня в чем-нибудь еще. – Но здесь ты, конечно, переборщил. Да, Эрам ставит свои интересы выше твоих, но это нормальный ход, ты бы тоже так сделал. А вот специально портить отношения виконт не станет. Взять хотя бы те пять монет, которые виконт отдал тебе прежде, чем отпустить в свободное плавание – если бы аристократ не хотел с тобой больше контактировать, денег ты не увидел бы. Я замечал, что школьники продают вино в торговых рядах: купи бутылку, пригласи Эрама с компанией к себе в комнату и распей под дружелюбную болтовню. Да, ты немного выпал из общественной жизни, когда отказался идти отмечать окончание пути, но у тебя есть возможность подогреть охладевшие отношения. Хотя бы с самой полезной группой – с аристо. – Я подумаю, – пробурчал я. Тратить монеты на вино не хотелось: каждая монетка может пригодиться мне в каком-нибудь хитром плане заработка. Хотя пока не представляю, в каком. Ниаз могла помочь в заработке. К тому же есть другая причина встретиться с девчонкой: я сливал в накопители бао больше недели, до этого я возился с книгой, потому откладывал обещанное Ниаз обучение. Я дошел до комнаты соученицы, постучался, но девчонки там не было. Где она еще может быть? Да где угодно: на лекциях, на тренировках контроля, потока и вместимости резерва. Но вероятнее, Ниаз находится в садах. Как и всегда, я разулся у входа и пошел по прохладной траве вглубь садов. Тропинки сегодня не было, но наставник мне и не нужен был. Я выучил всю территорию настолько, что мог зарисовать подробную карту. В лабораториях Ниаз не оказалось, поэтому я направился бродить по округе. Вряд ли найду ее здесь, но мне все так же нравилось бродить между биомов и любоваться растениями. Проходя недалеко от беседки, я услышал сосредоточенное бормотание. Голос не был мне знаком, но я догадывался, кому он принадлежит. Я уже несколько раз пересекался с другим моим соучеником – Иллюром Моно. Высокий мрачноватый тип с пустыми глазами неизменно кивал на мои приветствия, но ни разу не заговорил со мной сам и при мне не произнес ни слова, навязывать же разговор местному гению я не хотел. Так как я не встречал в садах других людей, кроме учителя и соучеников, решил, что голос принадлежит адепту-гению, и не ошибся. Верзила сидел в беседке спиной ко мне и сосредоточенно чертил на столешнице руны. Почему он занимается опытами не в лаборатории, я понять не смог. Может, опыт самый простейший и проводить его можно где угодно, а может, Иллюру нравится природа вокруг. Я дошел до крыльца и шаркнул ногой по ступени. Иллюр не вздрогнул, но перестал бормотать и обернулся ко мне. Я поклонился и по всем правилам поприветствовал старшего товарища, после чего поинтересовался, могу ли понаблюдать за его работой. Адепт посмотрел на меня, как на забавную зверушку, но кивнул. Я встал сбоку, в трех метрах от стола и постарался не отвлекать мастера. На столешнице красовался круг шестидесяти сантиметров в диаметре. Внутри круг расчерчивали линии, геометрические фигуры и Каэльские руны. По центру ритуальной фигуры стоял горшок с влажной землей. – Записываю, – с азартом в голосе отозвался Апелиус. Похоже, я успел к самому началу. Все ритуалы включали взаимодействие с бао, а Иллюр только готовился к нему: карандаш скользил, нанося новые и новые линии. – Когда он заметил тебя, то замедлился. По точности и безошибочности движений я не скажу, что он нервничает: скорее хочет, чтобы ты запомнил ритуал. Запомнил? У меня от сложности начерченного скулы сводит! Нет, я различаю большинство Каэльских рун и фигуру вроде как понял... Но именно "вроде как". Я смогу повторить такое только после того, как несколько десятков раз собственноручно перечерчу фигуры на бумагу. Запомнить начерченное без архимага с аналитическим заклинанием сможет только гений. Однако я оценил непонятную доброту соученика. Для адепта показать свой ритуал, как для девушки – раздеться догола. То есть, можно, но показывают такое обычно самым близким. Адепт ни разу не ошибся, не исправил руны: кончик карандаша порхал по столешнице, добавляя все новых деталей. Наконец, когда места между линиями стало так мало, что даже муха не смогла бы поместиться в кругу, не задев ни одну из них, Иллюр закончил с фигурой. Адепт аккуратно достал тканевое хранилище для склянок – похожее я впервые увидел у Грая. Тонкие пальцы порхали, высыпая на руны порошки. В целом Иллюр затратил на ритуал склянок пять, после чего разровнял порошок тонким слоем, взял стальное перо и пустил в него поток бао – кончик пера засветился. И тогда Иллюр начал чертить на порошке такую же фигуру с теми самыми рунами! – Он гениален! – восторженно выдохнул Апелиус. – Ты должен подружиться с этим адептом! Стань ему близким другом, слышишь? Нильям, ты слышишь?! Не знаю, разминался он с карандашом, или показывал тебе правильность ритуала, но теперь он вслепую чертит то же самое по порошкам, без всяких ошибок! Ты видишь это? Я не ответил. Меня самого захватила магия происходящего ритуала: я смотрел за происходящим, забыв дышать. Работа мастера потрясала. Едва Иллюр расчертил весь круг, платком смел со стола весь лишний порошок: оставшийся запекся в форме рун. Адепт положил руки по обеим сторонам от круга. По сосредоточенному лицу соученика я догадался, что тот сейчас оперирует бао, но я не видел и не чувствовал этого. Я мог смотреть только на то, что происходит в реальном мире: как в середине горшка вспухает и трескается земля. Как появляется белоснежный стебелек и высовывается все дальше, разворачивает листики и крепнет на глазах. На вершине стебелька рос маленький бутон. За минуту бутон покрупнел, начал наливаться красным цветом. В этот момент Иллюр достал скальпель и отсек все листы растения. Спустя еще минуту бутон раскрылся, обнажив крохотную пилюлю, похожую на жемчужину, но красного цвета. – Пилюля укрепления тела! – уверенно опознал результат Апелиус, но я догадался и без подсказки архимага. Похоже, мне показали реальный способ подзаработать. Сколько она там стоила, монет восемь? Меня грело осознание факта, что смогу пересмотреть весь ритуал с начала до конца столько раз, сколько потребуется. Иллюр не показывал ничего, кроме рунной магии, ровного потока бао и невероятной точности движений. Я не обладаю в нужной мере ничем из перечисленного, но теперь я хотя бы знаю, в какую сторону нужно двигаться. Теоретически, я смогу повторить ритуал на своей ступени, стоит научиться выдавать бао ровным потоком. Самый простой способ научиться – высокоуровневая техника медитации, которую проще получить с помощью продаж таких пилюль. Если у меня получится повторить ритуал. Если неофиты вообще способны делать такие пилюли с помощью своей бао. Последний штрих: Иллюр легко обрезал скальпелем стебель под самый корень и положил его на столешницу. Стебель пожух, бутон посерел и в миг рассыпался пылью, но пилюля слегка подросла в размерах. Адепт поднялся с кресла, положил пилюлю в кошель, подхватил горшок. Легкий взмах свободной рукой – и штормовой порыв ветра унес со столешницы и пыль, и спекшийся порошок, не осталось даже следов от карандаша. Иллюр кивнул мне и ушел. – Это было волшебно, – вполголоса произнес я. – Действительно, – согласился архимаг. – Я не думал, что средства для собственного развития можно выращивать. Причем таким вот способом: с помощью рун, семечка и собственной бао. Понятно, почему так не делает каждый: сложность ритуала видна даже нам, людям, которые построения ритуалов еще не касались. Да и доступ к садам имеет не каждый, иначе здесь куча народа ежедневно шаталась бы. Я поморщился при мысли, во что группы неофитов и адептов превратят сады. Вырезанные инициалы на деревьях, костерчик посреди вытоптанной травы... Не исключено, что в прошлом в сады мог войти любой желающий, а когда люди стали засирать природу – это вылилось в ярость Пау Лимбоса или другого местного друида. Я хочу услышать, почему в этом красивом месте нет людей. Хочу услышать историю, полную крови и жестокости. – Зато теперь у тебя есть, что предложить Эраму и его компании, – вернул меня Апелиус к простым и теплым мыслям о наживе. – Скорее, Адару, потому что Эрам сейчас бедствует. Или торговцу. А еще неплохо бы узнать себестоимость каждой пилюли и рассчитать, за какую цену их можно продать. – Хорошие мысли. Кстати, Нильям, ты заметил, что у пилюли Иллюра цвет насыщеннее, ярче? Интуиция подсказывает мне, если у тебя получится такая, ценник будет выше. Уточни этот момент: полистай справочники, расспроси продавца в лавке. Я не поленился и побегал по школе, выясняя, всякие нюансы по поводу пилюль укрепления тела. Цена в лавке на красные жемчужины – восемь монет. В торговых рядах такие пилюли я не видел, поэтому сравнивать не с чем. Необходимое семечко стоило старт, порошки – три старта. Выходит, наценка – четыре старта. Вполне нормально. Если делать пилюли для себя, смогу сэкономить на своем развитии четыре старта из восьми. А если стану продавать две пилюли монет по шесть каждую, то третью смогу использовать на себя и выходить в плюс по прогрессу и в ноль по затратам. Да и зелья все еще действуют и каждое выпитое хоть чуть-чуть, но усиливает меня.