Холодная кровь: Пенитус Окулатус (временно заморожен)

      Мне снился очень странный сон, видимо надо было меньше играть в Скайрим по ночам. А еще до жути долгий. Я как будто прожил тридцать лет жизни сурового имперского мужика по имени Аквилий Вакарион. В принципе, несмотря на реалистичность происходящего во сне, половина жизни парня была на удивление обыкновенной для жителя фэнтезийного средневековья. Родился в небольшой деревушке близ Анвила. Отец - моряк и рыболов, мать - кухарка при местячковом богаче. С детства Аквилий предпочитал беготне с детишками чтение книг в библиотеке не самого плохого землевладельца. Хозяином их земляного надела был толстенький, веселый бретонец с румяными щечками в свои пятьдесят семь, добрейшей души человек, потерявший всю семью, кроме младшей дочери Урсы. Урса же была мягкой девушкой семнадцати лет, обладающая непомерным состраданием, выражающимся в целом зверинце при особняке. Проще говоря, тащила она в дом всю живность, которую только находила во время поездок с отцом в большие города. Она же и научила пятилетнего Аквилия читать и писать. Относилась к нему, как к младшему братишке, иногда задумавшись и по пустому уставившись в линию горизонта. Все-таки, потеря семьи на ней сильно сказалась.       Пацан, часто играющий и общающийся с миловидной, молодой бретонкой влюбился в нее, чистой, детской влюбленностью, не понимая, почему девушка иногда с огромной болью смотрит в пустоту. Вот так и жил, взрослел и страдал неразделенными детскими чувствами. В десять лет, отец парня начал преподавать ему свою науку мореплавания и жизни в целом, читая лекции о погодных условиях, выживании в лесу, постоянно повторяя сыну, чтобы тот ни в коем случае не лез в Айлейдские руины и травя байки о капризах Кинарет, из-за которых моряки не выходят в море. Постепенно к данному процессу обучения добавились занятия по владению кинжалом, луком, а затем и мечом. В такие моменты, мама с какой-то молодой искринкой в глазах, глядела на своего супруга и вздыхала, поминая былые времена и корсарскую молодость муженька. Вот так и жили шестнадцать лет, пока не произошла беда.       Аквилий в свое шестнадцатилетие, практически весь день провел на небольших близлежащих к Анвилу островках, копаясь в песке, ища жемчуг и красивые ракушки. Уже не мальчик, но еще не мужчина, решил наконец признаться милой его сердцу Урсе в чувствах, которые взращивал все эти годы и сделать подарок собственными руками. И разница в возрасте его совершенно не волновала, девушка до сих пор была одна и была все так же молода, как и одиннадцать лет назад.       Уже ближе к ночи, Аквилий возвращался на ферму. Почти не обращая внимание на окружение, он думал о том, что даже если она ему откажет, он все-равно найдет ключик к ее сердцу. Потянувшись и глубоко вздохнув носом, он наконец-то услышал запах гари, доносящийся со стороны фермы. В ужасе, парень бросил сумку с набранными ранее трофеями и припустил в сторону дома. Но было уже поздно.       Пламя играло в оконных проемах, а вокруг дома стояла толпа людей в грязных темных мантиях, демонически хохоча и напевая речитативы. Вторым, что увидел Аквилий после этой картины, был превращенный в кровавое месиво старый, добродушный бретонец. Крови вокруг него почти не было, всю ее использовали для начертания рунических символов. Застыв в страхе, парень посмотрел на промороженного во льду отца, не успевшего вытащить меч, и несколько ужасных, покрытых язвами и струпьями ходячих мертвецов. Тут он и понял, что конец настал всему. Почти рядом с городом, появилась целая толпа некромантов, вырезавшая ферму и всех ее обитателей.       Вдруг, он увидел худенькую фигурку в разорванном платье. Ноги его подкосились и он грузно рухнул на колени, не отводя взгляд от Урсы. В прошлом живая, красивая девушка с порванным подолом покрывшегося кровью платья и перерезанным горлом, прямиком глядящая на него белыми, безжизненными белками глаз. Слезы предательски пробились сквозь веки и не моргая, Аквилий достал кинжал из за пояса. Холодное пламя ярости разгорелось внутри совсем еще молодого человека. Потом. Потом он будет горевать и провожать их, если он вообще сможет выжить.       Дальнейшее, даже мне было сложно понять, хотя я и наблюдал. Абсолютно безмолвно, как учил отец, аккуратно ступая по влажной листве и скрываясь в ночной мгле, парень начал выслеживать упивающихся кровью некромантов. Пользуясь ослепленностью магов из-за огромного, горящего дома, Аквилий вырезал половину, пока они сообразили, что что-то не так. Дальнейшее он помнил смутно, только мелькание картинок и как он отрубив голову неупокоенной Урсы, тащит ее останки глубоко в лес, в попытке скрыться от поисков некромантов.       Очнувшись утром в лесу, почти окоченев от холода, Аквилий безэмоционально уставился на голову своей возлюбленной, которую держал в руках всю ночь. Абсолютно безучастно, потерявший остатки детской невинности и внезапно повзрослевший Аквилий, начал копать землю окровавленным кинжалом и руками, раздирая пальцы до костей. Полдня он выкапывал небольшую могилу, чтобы захоронить останки девушки. Засыпав землей небольшой холм и сложив алтарь из булыжников, Аквилий молча уставился на свои руки. Простояв так еще пару часов, он все-таки вздернулся, помолился и оставив кинжал в земле, отправился в город, записываться в Имперский Легион.       Вот так парень и оказался новобранцем в Легионе. Было сложно, он был совсем один, но изучал всю информацию что мог. Не брезговал изучением магией, в отличии от некоторых нордов в его легионе, общался с подозрительным босмером-интендантом, который научил его вскрывать замки и готовить различные яды, с неприкрытым интересом доставал одного старого альтмера в расположении, на тему запрещенных магических дисциплин и умудрился поссориться, подраться, а потом начать общаться с одним данмером в городе, который научил его убивать без лишней крови, а также акупунктуре и некоторым допросным хитростям.       Заслужился в общем мальчик, заинтересовался слишком многим, вот его и приметил легат, когда на Аквилия накатали донос, мол, солдат слишком много всего вынюхивает. Легат подумал-подумал, да и решил, раз такой умный и изворотливый, то надо бы его отдать на обучение в Пенитус Окулатус. Ну, а что? Послужной список - великолепный. Ни одной провинности за всю службу. Нелюдим и скрытен, хотя этим шпионам, наоборот такие и нужны. Так что, недолго думая, двадцатидвухлетнего солдата отправили на переквалификацию.       И вот теперь Аквилий понял, что такое запретные знания и тяжелый труд. Три года он жил в режиме постоянной нагрузки. Когда он не занимался магией, он тренировался, когда он не тренировался, он изучал алхимию, когда он не изучал алхимию, он изучал историю и всевозможные шаблоны поведения в различном обществе. В общем и целом, парень просто в определенный момент перестал спать, живя на зельях, изучая все, что мог и вникая в нюансы шпионской работы. Таким образом, в двадцать пять лет, Аквилий Вакарион, стал членом Пенитус Окулатус, убив невзрачного дядечку, да так, что его труп нашли только через две недели. Что-что, а действовать не хуже Темного Братства в Пенитус Окулатус все-таки учат. Я как наблюдатель отметил для себя, что пожалуй, в игре их показали слишком лоховатым сборищем солдатни. Де факто же, Пенитус Окулатус это чуть ли не официальное Темное Братство и Гильдия Воров, образца второй эры, то-бишь, пик их авторитета.       И вот, наконец-то последние годы жизни, что я наблюдаю. За пять с половиной лет, невообразимое количество проведенных операций, шпионаж за Талмором, карательные рейды по Темным Братствам по всему Тамриэлю, подписанные договоры о добровольно-принудительном сотрудничестве с гильдиями воров, допросы и поимка изменников Империи, зачистка оборзевших и зарвавшихся потомков Клинков, контроль над документацией правителей почти всех провинций! Современные МИ-6 и ЦРУ с ФСБ просто сосунки по сравнению с размахом Пенитус Окулатус. Это я даже не упоминаю банальные "официальные" рейды на бандитские и некромантские логова, по которым Аквилий проходился очищающим огнем, словно паладин света.       И наконец, последние дни, что я могу проанализировать. Отряд с назначенным на должность командира Аквилием прибыл в Фолкрит, по официальной версии расследовать пропажу людей, на деле же, Империя начала стягивать особо мощные силы, в связи со смертью короля Торуга и восстанием Ульфрика Буревестника. Одна из задач в Фолкрите - шпионаж и ненавязчивый контроль над ярлом Сиддгейром, а если быть точным, над его управителем Неньей, так как Сиддгейр всего лишь зарвавшийся юнец, получивший высокий титул, а по факту владениями Фолкрита управляет альтмерка, что вообще странно, учитывая повальный расизм нордов, в особенности по отношению к эльфам.       И вот, неофициальная часть плана началась, но для видимости, Аквилий и несколько его подчиненных, отправились проверить некий перевалочный пункт, на котором по ночам и исчезают люди. Прибыв туда за несколько часов до заката, группа разбила незаметный лагерь и выставила часовой пост. Когда ночь все-таки наступила и скрыла в тенях округу, отряд пришел в повышенную готовность. Но это им не помогло.       У вампиров есть своя иерархия. Низшие вампиры, или так называемые "дикие", постепенно теряют разум от зова крови и всего-лишь слегка сильнее обычного, тренированного человека. Затем идут, потерянные птенцы, обращенные новым поколением вампиров и не научившиеся управлять своим даром, но все еще умеющие себя контролировать и даже, могут сосуществовать с обычными людьми. Они все также уязвимы к серебру и солнечному свету, но уже гораздо сильнее своих "диких" сородичей и даже могут научиться паре вампирских трюков. Дальше существуют небольшие кланы, держащихся друг с другом вампиров, у них даже есть свои особенности и способности. Вот эти ребятки уже могут задать жару почти кому угодно, только если соберутся в кучу, очень быстрые, сильные и мало к чему восприимчивые. Ну и в конце концов, самые сильные, это первородные вампиры. Такие существуют по всему Тамриэлю, но некоторые кланы подчистую вырезала Стража Рассвета, я кстати до сих пор не понимаю, как им это удалось. Соответственно, из-за отсутствия внятной информации, о первородных почти ничего неизвестно, кроме того, что солнце для них всего-лишь "легкая помеха", а серебро на них вообще практически не действует.       Но если в общем и целом, то конкретно отряду Аквилия не повезло нарваться на клановых вампиров. Вампирское очарование и магия иллюзий, это опасное сочетание, так что таким образом, у вампиров появилась еще несколько новых треллов.       И вот тут начинается самое интересное, когда всех пленников поместили в крепко-сбитые стальные клетки, Аквилий наконец-то очнулся от наваждения и начал думать, как же им выбраться из этой ситуации. А затем, он заметил еле шевелящуюся гору тряпок в своей же клетке. Кучей тряпок оказалась вот-те раз, альтмерка Урсиния Сильмарион, разведчица Альдмерского Доминиона. Прозябала девушка в этой пещере уже полтора месяца, ее не хотели выпивать за раз, потому-что ее кровь, как кровь мера и сильного мага, оказалась слишком вкусной. Но как оказалось, дамочка из-за малокровия начала загибаться и заболела каменной подагрой, так что она была очень плоха, еще несколько дней и ее можно хоронить.       Аквилий же после того, как услышал ее имя, посмурнел и погрузился в воспоминания, а затем просто откинулся на клетку и затих. Два дня к нему приходили парочка страшненьких вампирш и писклявым голосом смеялись над пленником, попутно выпивая его кровь. Непонятно, кто из них двоих накосячил, но в определенный момент, Аквилий не открыл глаза, а сердце его просто перестало биться.       И вот пожалуйста, здрасьте, теперь на месте Аквилия - ваш покорный слуга попаданец. Очнулся я в выгребной яме, пованивало трупами, но видимо, пока я был в отключке, нос уже привык и рвотных рефлексов у меня не было. Аккуратно оглядевшись, нет ли рядом кого из вампирюг, я поразился их безалаберности, ни постов, ни охранников, да они даже не сделали контрольный удар, чтобы бывший пленник случайно не очнулся. Машинально подумал о том, что знаю куда бить на теле, чтобы человек точно никогда не проснулся. Похоже, кино было не только познавательным но и обладало "эффектом просачивания", правда, я тут не в ассассинов играю, и вообще, меня слегка потряхивает, от осознания жопы, в которой я оказался.       Что же делать дальше? А я вот не знаю, но надо выбираться. Переползая через трупы, машинально обшаривал мертвяков на наличие хоть какого-то оружия. В результате напоролся на битую бутылку из под вина и решил, что хотя бы кусок стекла, сойдет за оружие. Наконец то выбравшись из ямы, я осмотрел себя еще раз. Ну что могу сказать, голый, полностью, в одной руке окровавленный кусок стекла, камень ледяной, но холода, я как не странно, не чувствую. Потихоньку, в полуприсяде, я начал выбираться из пещеры в единственный доступный проход. Тихо было, как в склепе, хотя по факту, это и есть склеп, только для немертвых. Выйдя в широкую пещеру с высокими потолками, я осмотрелся из-за угла еще раз. И вот тут мне захотелось сделать международный жест недоумения, но я вовремя вспомнил, что в руке у меня кусок стекла.       Эти полудурки-вампиры, свалили на охоту и тупо никого не оставили в своем логове. Вы спросите, почему мне так везет? А я не знаю, но лучше бы, так продолжалось на постоянной основе. Пошарившись по столам и не найдя ничего из еды, окромя человечьих потрохов, с грустью пошел шмонать немногочисленные деревянные бочки и сундуки, в поисках хоть какой-то одежки. И самое интересное, что таки нашел. Меховая куртка и штаны, видимо снятые с какого-то здоровенного то-ли норда, то-ли орка, ибо даже на мне эта шкура висела как мешок. Дальше, недолго думая, я все-таки решил поискать выживших. В одном из ответвлений пещеры я нашел свой отряд. Точнее то, что от него осталось. Ну что-же, Аквилий, теперь ты один. И что ты будешь делать даль... Стоп, что там шевелится? Точно!       Эльфийку я вытащил из шкур вообще не напрягаясь. Вроде альтмерка, а ростом не удалась, ну даром, что разведчица, да еще и похудела она сильно. Укутав в шкуры данного персонажа, я положил ее поближе к кострищу и развел огонь шмальнув в сухие деревяшки струей пламени с руки. Круто! Правда эльфка совсем плохая, но бросать ее здесь не хочется от слова совсем. Порыскав в оставшихся ответвлениях, нашел свои вещи, мда, мой панцирь просто вскрыли, кожаная подкладка пришла в негодность. Единственное, что осталось в порядке, это мой меч и кинжал. Больше ничего нет. Негусто, но тоже неплохо.       Не собираясь больше задерживаться в этом гостеприимном месте, подхватил эльфку на руки и пошел на выход. И вот вроде бы все неплохо, но что-то у меня чуйка вопит, что все плохое еще впереди. Выйдя из пещеры, обратил внимание на здоровенный диск луны в небе. Отлично, хотя бы свет от нее есть, так что можно будет нормально двигаться по более-менее освещенной дороге, авось и путников встретим случайных.       Шел я с этой дамой на руках очень долго. Странно, что усталость почти не чувствовалась, как и вес моей ноши. Когда наступило время восхода и солнышко осветило горизонт, параллельно пробивая сквозь ветки лучи света, меня скрутило так, что я рухнул в сугроб с осознанием, что меня обратили. Побарахтавшись, крича от боли и уткнувшись лицом в кучу тряпья, в которое была обернута Урсиния, меня наконец поглотило блаженное забытье. ***       Очнулся я резко, но глаза слезились и в ушах набатом стоял звук отбойного молотка. Почувствовав, что я таки не лежу, а сижу, я услышал ужасную фразу... - Эй ты, не спишь? Ты ведь нарушитель границы? Они и нас поймали и ворюгу этого...       Блядь.