Мои строки наполнены болью, а твои глаза наполнены блеском

О, милая моя любовь, Твои волосы окрашены в розовый цвет любви, И мне так хочется окрасить в этот цвет свои руки. О, милая моя любовь, я не умею писать стихи, Но ради тебя я научусь. Ты ходишь в вязанном свитере на растоянии вытянутой руки, Я взглядом целую твои пальцы и складываю листы. Я не умею писать стихи, милая моя любовь, Но ради тебя я научусь. Кай нервно отрывает уголок бумаги, мнёт в руках, а потом нервно выкидывает. Сейчас он в студии, смотрит на Тэхёна за стеклом и останавливает музыку. Его спродюсированная песня — Dear Sputnik играет в чужих наушниках, сейчас записывается партия Тэхёна и Кай просит взять ноту выше, парень за стеклом кивает и прекрасно исполняет просьбу Хюнина. Блондин в восторге, он благодарит своего друга и тот уходит. Кай очень хотел бы, что бы Тэхён задержался, ещё раз спел, постоял рядом или что-нибудь сказал. Но Тэхён уходит, а Кай продолжает работу, остались строчки Бомгю. Мои строки наполнены болью, Твои глаза наполены блеском, Сегодня я и ты, Как две противоположные звезды. Кай дышит тяжело, он валится с ног на пол и вытирает пот со лба. Рядом Ëнджун уже десятый раз делает одно и тоже движение, Субин где-то сзади лежит и так же как Кай пытается отдышаться, Бомгю ушёл за водой, а Тэхён, Тэхён продолжает отрабатывать движения своей партии. Хюнин смотрит на него в зеркало, следит за его отточенными движениями, смотрит как его футболка поднимается, как волосы липнут ко лбу и как губы ели шевелятся в повторении строчек. Тренировка возобновляется, Кай работает из последних сил, а когда всё заканчивается, он молча смотрит в потолок и слушает измученные голоса мемберов. Тэхён ложится на живот Кая, играть нет сил, дышать тоже. Хюнин только стал нормально дышать, как Тэхён всё нарушил, дышать тяжело, смотреть на Кантэ тоже. — Ты очень тихий в последнее время, что-то случилось? — Думаю, я просто устал. Тэхён смотрит на Кая внимательно несколько секунд, встаёт и выходит из зала. Хюнин уходит последним, выключает свет и плетётся в общежитие. Там, становится тихо очень быстро, нет привычных шуток и возгласов, нет горячих споров и заинтересованных бесед, чайник не шумит, плита выключена. Где-то в ванной включён душ, Кай входит в их с Тэхёном комнату и блондин сменяет уличную одежду на домашнюю, такую холодную, но это временно. Кантэ уже успел смыть с себя сегодняшний день и вытирает полотенцем мокрые волосы. Кай хочет сделать это за него, но лишь поджимает губы и спешит в ванную, ведь там больше не шумела вода и раздался щелчок двери. — Глупый, глупый, глупый, тебе ведь думать об альбоме надо, — Хюнин брызгает в зеркало водой и скрывается в душевой кабине. Хотел бы я раствориться в тебе, А не шагать тенью за тобой, Я снова сожгу в своем огне те строчки, Которые написаны о твоих руках, Я снова выброшу ту книгу, История которой пропитана тобой. Хюнин поправляет причёску, затем микрофон, внутри всё трясется и не из-за первого выступления с альбомом, а из-за парня рядом. Кай одним ухом слушает Субина, а вторым Тэхёна. Второй что-то говорил Бомгю, но Кай не мог расслышать, приходится возвращать внимание к Субину. — Передай это Ëнджуну, — Кай глупо моргает и смотрит на удаляющуюся спину лидера. Блондин подходит к старшему и пытается вспомнить нужные слова, но выходит только жалкое мычание и слишком много жестикуляции. Ëнджун хмыкает и молча успокаивает младшего, обнимая одной рукой, — не переживай так, не первое выступление и не последнее. Ты хорошо работал на репетициях, — Ëнджун отстраняется и смотрит в глаза Кая, в тех давно не было нужного огонька, — хотя, мне кажется, что переживаешь ты отнюдь не из-за альбома. Поговори с Тэхёном, он переживает. Кай глаза округляет и кивает головой. Ëнджун сам пошёл к Субину, Хюнину не пришлось ничего пытаться объяснить и выдавить из себя те слова лидера. Теперь Кай один, он думает что делать дальше, снова поправляет волосы и топчется на месте. Стафф подкрашивает губы, пудрит лицо и Кай нервно сглатывает. Сегодня, Хюнин Кай тянул ноту как ещё никогда не тянул на репетициях, сегодня, он станцевал так, как ещё ни разу не танцевал на репетициях. Сегодня, Кай получил в свою сторону восхищённый взгляд Тэхёна и снова было трудно дышать. Давай, скажи всё, что думаешь обо мне, Я всё приму, Давай, сожги во мне все плохое, Ведь ты лепишь меня, Расцелуй меня и сожги как то письмо, Ведь ты не знаешь о любви. И глядя в потолок, Кай думает ни о чем и обо всём одновременно. Каждое их возвращение как группы постоянно скомканно на него действует, Хюнин хочет выть, а ещё он хочет посмотреть на Тэхёна и это к счастью ему удаётся. Кантэ заходит в комнату весь чистый и свежий, от него пахнет их общим шампунем, но Хюнин готов признаться, именно Тэхёну он больше всего подходит. Наверное, поэтому Кай его постоянно и покупает. Кантэ молча убирает полотенце, расчесывает волосы, мажет лицо кремом, ставит телефон на зарядку и проверяет в нём сообщения, а потом молча залезает к Каю под одеяло. Блондину дурно, он двигается к стене и поворачивается лицом к другу. Он снова тонет в его глазах, а дыхание сбивается. Может у Кая аллергия на Тэхёна? — Может у тебя что-то и творится на душе и ты не можешь поделиться этим с кем-то, но ты всегда можешь разделить это что-то со мной, — Тэхён двигается ближе, берёт нежные каевы руки в свои и прижимает к себе ближе. Кай лишь бессильно прячет лицо где-то у шеи Тэхёна и робко касается её губами. Сегодня было как и в песне Хюнина. Тэхён догадывался, но ничего не скажет, лишь шепчет свои слова песни: «Это единственное тепло для замёрзших рук. В тот момент, когда мы обнимаем друг друга, всё тает»