Чудо

      Нет, Георг Хокберг так и не пришёл к здоровому образу жизни.       Утро, тысячи людей на "Амбиции" отправились на свои рабочие места, Георг же наполнил бокал амасеком и выпил залпом. Если этой ночью он потратил все силы с очередной фавориткой, то я эту фаворитку не встретил. Скорее всего, попытка вспомнить лихую молодость и несколько уроков фехтования от Вилхелма привели к тому, что Георг был разбит.       Если бы Авраам не отправился вместе со своими братьями в неизвестность, я бы, наверное, поспорил с ним о том, когда Георг плюнет на тренировки и вернётся к прежнему разгульному образу жизни. Я бы поставил на один терранский месяц.       На собрании, кроме нас с Георгом, присутствовали Мурцатто, Ловчий и Котар, который и позвал нас, несмотря на все возражения. Он хотел рассказать что-то о новом человеке в экипаже.       История получилось интересной, но одновременно и пугающей. Я в ту же секунду начал представлять себе картины скучающей или даже разгневанной Ийданы, которую оскорбили, что-то не дали или просто косо посмотрели.       Солдат, подрывающий себя гранатой. Повар, который шинкует собственные пальцы. Ремонтник, собравшийся в космос без скафандра. Да хотя бы и я, вонзающий себе карандаш в глаз.       Бррр…       – И где сейчас девочка? – спросил Георг, откинувшись в кресле.       – Я отвёл её к астропатам, – ответил Котар. – Они хотя бы проходили обучение и знают, как отгородиться от влияния извне.       Георг стих. Он открыл ящик стола и выудил оттуда мундштук. Подпалил сигарету, выпустил облачко дыма.       – Когда ты так долго молчишь, мне кажется, что ты выбираешь между плохим и ужасным решением, – проговорила Мурцатто.       Она как всегда выглядела безукоризненно. В тот момент – в строгом брючном костюме. Из вольностей, разве что, серебряная брошь на лацкане пиджака. Родовой символ – змея с крыльями.       Георг посмотрел на Мурцатто устало и ответил:       – Всё возможно.       – Боже-Император… – Мурцатто покачала головой и обратилась ко мне с Котаром: – Ну а вы что думаете?       – Исключать ликвидацию нельзя, – ответил Котар. – Если понадобится, я готов.       У Мурцатто глаза на лоб полезли.       А вот и зря. В Мурцатто заговорила мать, и эта мать забыла, что Котар – не рыцарь, а Ангел Смерти. Смерть!       Я же ответил:       – Мне много лет. Я видел кое-что похуже убийства ребёнка.       Мурцатто вздрогнула. Котар взял слово:       – Не нужно думать, что я – мясник и убийца. Смерть Ийданы – крайность. Никто ей не обрадуется.       – Ну ещё бы, – проговорил Георг.       – Чтобы этого избежать, господин Хокберг, нужны дополнительные вложения, – сказал Котар.       Георг вздохнул, махнул рукой и произнёс:       – Ну… меня предупреждали, что содержать псайкеров не менее накладно, чем их найти. Стреляй, не тяни.       – Нужно будет приобрести изделия из так называемого нуль-железа, – сказал Котар. – С этим проблем возникнуть не должно. Материал редкий, но не запрещённый для продажи.       Георг спросил:       – Это что-то способно помешать псайкерам?       – Да.       – А что именно нужно? Наручники? Какой-то купол на голову?       – И это тоже. – Котар кивнул. – Но вообще неплохо бы было обшить таким материалом целые каюты, где и будут жить псайкеры.       – Псайкеры? – Мурцатто бросила взгляд на Георга.       – Ну да, – удивился тот. – Охотники госпожи Регали продолжат искать для меня таланты.       – Может быть, для начала попробуем с одной маленькой девочкой справиться?       – Я всё-таки рассчитываю на Котара, – ответил Георг. – Он – вон какой здоровый. Посол, воин, чародей, ремесленник. Как говорится, а кто вы такие, господа?       – Так что вы скажете на предложение? – спросил Котар.       Георг махнул рукой и ответил:       – Полный карт-бланш. Дела идут хорошо, и я рассчитываю, что пойдут ещё лучше, когда в компании появятся собственные предсказатели и манипуляторы.       Мурцатто вмешалась:       – Я тоже хочу предложить свою помощь, Котар.       Он кивнул, она продолжила:       – Представить себе не могу, как Ийдана себя чувствует. Одна! Вокруг чужие люди, которых сложно понять. Я возьмусь обучать её готику, арифметике. Постараюсь объяснить, как себя вести в обществе.       – У нас есть учителя, – произнёс Георг.       – У них и так работы полно, – ответила Мурцатто. – Со временем, может быть, и получится отправить девочку учиться с другими детьми, но сейчас об этом и подумать нельзя. Как нельзя подумать и отправить к Ийдане кого-то неподготовленного.       – А ты хочешь сказать, что сможешь себя защитить? – спросил Георг.       Мурцатто прищурилась и произнесла:       – Я рискну. Не первый раз имею дело с чертовщиной.       – Мурцатто… – попытался Георг.       – Георг! – отозвалась Мурцатто.       – Ну, может, ты хотя бы телохранителя возьмёшь? – Георг кивнул в сторону Ловчего, который, как статуя, так и не двинулся с места и не пошевелился с начала встречи.       – Мне кажется, он её здорово перепугает, Георг. – Мурцатто перевела взгляд на Ловчего и сказала: – Не хотела оскорбить.       – Не стоит, – ответил он. – Всё нормально.       Котар же усмехнулся над предположением Мурцатто, а потом сказал:       – Мне кажется, эту девочку ничем не испугать.       Георг хлопнул в ладони, привлекая внимание, и спросил:       – Какие-нибудь ещё есть вопросы? Предложения? – Не дождавшись ответа, Георг продолжил: – Ну, раз вопросов нет, то предлагаю разойтись. Я ещё даже не завтракал, а вы мне уже с утра настроение портите!       На выходе из каюты Котар остановил Мурцатто, поклонился ей и сказал:       – Благодарю. Вы не представляете, как я ценю вашу помощь.       – У меня был… – Голос Мурцатто дрогнул, но она прочистила горло и продолжила: – Я растила ребёнка и представляю, что на вас свалилось.       – Просите, что хотите.       Мурцатто ответила:       – Я не ради награды. Просто… не хочу, чтобы Георг нажил себе ещё одного врага. Из-за его врагов страдает много людей. Ийдана же должна стать нам другом.       – С ней непросто.       Мурцатто хмыкнула и ответила:       – С детьми вообще сложно, Ангел.