Сделка

— Что? — Я хочу устроиться сюда. Это возможно? — Карие глаза Твика уставились на меня, будто он не расслышал моих слов. В целом, я даже не знаю, что именно побудило меня принять столь резкое решение, но разве это плохо? Я давно думал поменять что-то в своей жизни и, раз уж такой шанс мне был предоставлен, я могу не только провести время с пользой, узнавая все больше информации о Твике, но и заработать на карманные расходы. — Зачем тебе работа здесь…? — Твик пытается найти подвох, рассматривая мою физиономию. — Чел, мне просто нужны деньги! Да и вообще, ты что против моего присутствия здесь? — Нет… кх, ладно! Я скажу родителям про тебя. Дома меня ждал сюрприз в виде хлама, разбросанного повсюду. Сразу становится понятно, чьих именно рук дело, а также что родители, кажется, задерживаются на работе. В глаза бросается чужая обувь, стоящая аккуратно, в отличие от ботинок сестры. У Триши гости? Я снимаю куртку и кроссовки, аккуратно раскладывая все по местам. — Можно войти? — Стучусь в комнату сестры, но остаюсь без ответа. Беспокоиться о личном пространстве этой малявки мне вовсе не хотелось, но у нас, вроде как, был уговор не входить друг к другу без стука после нескольких неловких ситуаций. Однажды я застал ее, прячущую мамины сигареты в боковой карман рюкзака, после чего получил смачный удар по лицу. Спорить с этой тупицей мне вовсе не хотелось, но я ведь постучал, поэтому имею полное право войти не дожидаясь ответа. Комната оказалась пуста, но в глаза вновь бросился ужасный беспорядок. Раздражительно вздыхаю, закрывая дверь. Шуршание, доносящееся из моей комнаты, заставляет бегом направиться туда. — Какого черта?! — Распахиваю дверь, находя Тришу и незнакомую девочку, сидящих на моей кровати. На незнакомке надето мое старое худи с порванным рукавом. Я непонимающе таращусь на девчонок, но, к моему удивлению, подруга Триши выглядит дружелюбно, хоть и неопрятно. — Эм… привет! — Она радостно спрыгивает с кровати, подбегая ко мне. Я разглядываю незнакомку поближе, замечая синяк под глазом и пластырь на левой щеке. — Привет… ты кто вообще такая? — Карен, моя одноклассница. Я взяла твое старое шмотье, так что мы уже уходим. — Триша встает после незнакомки и берет ее за руку. Карен выглядит очень смущенной тем, что ей пришлось надеть мою одежду без спроса, но, если честно, мне по барабану. — Что-то случилось? — Я вновь перевожу взгляд на синяк, украшающий лицо девочки. Происходящее выглядит очень странно. Триша никогда не была альтруистом, пытающимся помочь кому-то, а еще у нее никогда не было настоящих друзей, если мне не изменяет память. Карен не выглядит как кто-то, кто готов общаться с моей сестрой и терпеть ее невыносимый характер. — Все в порядке! Просто мне сейчас нельзя идти домой по некоторым причинам. За мной скоро придет брат, так что я постараюсь не мешать! — Боже, Карен, забей на этого придурка. Давай, пошли в приставку играть. — Триша тянет девочку за руку, пока та неловко улыбается мне. Я присаживаюсь на кровать. Карен и правда не похожа на идиотов из компании Триши, что вселяет надежды. Я решил отбросить мысли о Трише и ее новой подруге, включая свой ноутбук. Первое, что я увидел — пропущенные сообщения в фейсбуке. «Привет, это Токен! Прости, меня не было сегодня на занятиях, так что напишу здесь. У тебя реально классные фотки, чел. Продолжай в том же духе! Как насчет фотосессии для меня и Николь? Разумеется, я все оплачу :)» — Я невольно улыбаюсь экрану. Было приятно услышать это от него. Он упоминал, что тоже фотографирует. «Хорошо. А свои фотки покажешь?» — Токен отвечает почти сразу, присылая наиболее удачные снимки: портреты Николь, пейзажи, фотографии с друзьями, сделанные, казалось бы, случайно, что придавало им живость. Вроде ничего необычного, но мне правда понравилось. «Крутяяяяг. Чего не пришел в школу?» «Батя забрал меня в поездку к родственникам. Полный отстой, чел.» — Я вспоминаю сегодняшний утренний разговор с отцом. Мне становится не по себе, но я все же решаю удостовериться в его словах. «А мой батя сказал, что твой батя — его работодатель, или типа того. Забавно.» «Ой, ого… я спрошу об этом. Ладно, я немного занят! Напишу чуть позже :)» — Токен пропадает из сети. Я решил написать Твику. «Известно че там с работой?» «Тебя взяли. Поздравляю.» — Почему-то слишком сухо отвечает Твик, удаляясь из сети в точности, как и Блэк. Я решаю лучше изучить его страницу, поскольку раньше мне было просто лень. На аватарке красуется логотип кофейни, а на стене нет ничего, кроме более подробной информации касательно этого заведения. Слишком скучно, учитывая характер Твика и количество значков на его рюкзаке. Обычно люди, увлекающиеся тем же, чем и Твик, более активны в социальных сетях, чем в жизни, это я могу сказать по себе. Внезапно раздается звонок в дверь, отчего я подпрыгиваю на месте. Звонок в этом доме невыносимо громкий. Я знаю, скорее всего за Карен пришел ее брат, но все же решаю спуститься. К моему великому удивлению, я вижу Маккормика, обнимающего девчонку. Как я сразу мог не догадаться… — Эм, привет. — О. Так это твой дом? — Кенни поднимает на меня взгляд. Под его глазом и на щеке красуются яркие синяки, которых не было этим днем. Я обеспокоенно оглядываю парня, не решаясь задать лишние вопросы. Все и без этого слишком очевидно. — Проходи. Я сейчас закажу пиццу. — Я присаживаюсь на диван рядом с сестрой. Она выглядит слегка обеспокоено, не отводя глаз от Маккормиков. Впервые за долгое время на ее лице вырисовывается грусть. В интернете нахожу номер единственной рабочей доставки, как раз из той забегаловки, где мы обедали днем ранее, и заказываю три больших пиццы. Кенни снимает обувь и проходит в гостиную. — Знаешь, ты не должен был ничего заказывать. Мы, вроде как, собирались уже уходить. — Сегодня ночуешь тут. Карен поспит в комнате Триши. — Кратко бросаю я, пока Кенни переглядывается с сестрой. Им не нужно ничего говорить, чтобы понять, насколько они благодарны данному жесту. Кажется, Триша тоже не против. То время, что мы провели вместе, оказалось даже лучше, чем я мог представить. Совместный просмотр фильмов, игра в плейстейшн, поедание дешевой пиццы — то, чего мне не хватало все это время. Я не совсем понимаю, как так вышло, что два дня, проведенные в новой школе, оказали такое влияние на меня, но, если честно, мне на это плевать. Главное — то тепло, которое я не испытывал никогда ранее. Триша впервые за несколько лет ладила со мной, как и должно было быть изначально. Я не помню, когда в последний раз видел ее теплую улыбку, излучающую свет. Кенни и Карен оказались слишком дружны, что можно было понять. Оказаться в их ситуации — страшный сон, через который они вынуждены пробивать себе путь в светлое будущее, проходя испытания день за днем. Они просто не могут существовать раздельно. Родители, вернувшиеся на удивление поздно, обнаружили нас в самый разгар спора насчет просмотренного фильма. По их лицам было видно, что они не против нашей социализации в кругу новых знакомых. — Хочешь сказать, что мы будем спать вдвоем? — Ехидно интересуется Маккормик, пока я прикладываю лед к его синяку на щеке. Надо было сделать это еще несколько часов назад, но наша главная задача в тот момент заключалась лишь в побеге от реальности. — Нет. Я постелю одеяло на пол и лягу отдельно. — Для меня даже не стоял вопрос, кто именно займет единственную кровать. Да, она двуспальная, но делить ее с Кенни не входило в мои планы уж точно. — Прикалываешься? Ты реально благотворительностью решил заняться? — Нет. Тебе просто нужнее. — Если честно, мне всегда было насрать на чужой комфорт, но эта ситуация была из ряда вон. Кенни валялся бы на полу, не знай я его характер. Этот парень просто не заслуживал такого к себе отношения. — Чувак, можешь не верить, но я ни разу до этого не спал на кровати. Просто забей, пол реально удобен, если постелить что-то. — Я уставился на парня, переваривая новую информацию. Нет, это не было открытием, если исходить из моих догадок касательно его дома, но, блять, это слишком дико. — Значит, это будет твой первый раз. — Мой первый раз будет с тобой. — Маккормик вновь ехидно ухмыляется, отчего у меня перехватывает дыхание. Лицо заливается краской, но я, разумеется, никогда это не признаю. — Ты же не отделаешься? — Раздраженно вздыхаю я. — Не-а. Не бойся, я не маньяк-насильник. — Ладно. Но только при условии, если ты не будешь мешать спать. — Оки-доки. Мы лежим в полной темноте, и лишь фальшивые звезды на потолке освещают комнату зеленоватым оттенком. Однажды родители подарили мне их, чтобы я украсил комнату в старом доме. Кажется, тогда мне было лет девять. По какой-то причине я потерял их, быть может, это дело рук Триши, но, собирая вещи для переезда сюда, я нашел их, спрятанные за шкафом. — Ты любишь космос? — Первым подает голос Кенни. Вопрос не нуждался в ответе. — Да. В детстве я мечтал стать космонавтом и улететь отсюда. — На это была причина? Или ты просто пересмотрел фильмов? — Маккормик хихикает. — Причина была. Но это уже неважно. — Почему неважно? Мне правда интересно. — Кенни поворачивается ко мне лицом в ожидании рассказа. Вываливать эту информацию на него было бы глупым решением, но впервые за всю жизнь мне была предоставлена возможность излить душу человеку, которому я доверяю. — Только если расскажешь, что происходит у тебя дома. — Тебе правда интересно…? — Иначе не спросил бы. — Хорошо, но ты будешь первым! — Я тяжело вздыхаю, собираясь с мыслями, но все же решаюсь начать историю. — У меня был друг. Он совершил самоубийство, когда нам было по десять. У него был синдром Туретта, и он просто не справился с давлением. Он был единственным дорогим мне человеком. Знаешь, я не плакал на его похоронах. Вокруг все считают, будто я ужасный человек, не способный на какие-либо эмоции и сострадание. — Кенни уставился на меня с широко распахнутыми голубыми глазами. Я ожидал его осуждение, но он просто обнял меня, прижимая к себе настолько близко, насколько только возможно. Я почувствовал тепло, которое не испытывал ни разу за всю свою жизнь. — Ты приютил меня и Карен у себя дома, а теперь говоришь, что не способен на сострадание?! Какой уебок вбил это в твою голову?! Крейг, ты, блять, единственный, кто сделал что-то подобное для меня! Разве это не доказывает, что у тебя светлая душа?! — Маккормик срывается чуть ли не на крик, пытаясь донести свои мысли до моей тупой башки. В один момент по щеке начинает течь слеза, а затем вторая и третья… я просто перестал отдавать себе отчет, обнимая друга в ответ. Я не помню, когда последний раз плакал от переизбытка эмоций, но что-то подсказывает — это происходит впервые. Рассказ Кенни мы решили оставить на завтрашнее утро.