Сделка

Комната Твика оказалась еще грязнее, чем неделю назад. Очевидно, он не предпринимал ни единой попытки навести порядок, лишь сильнее захламляя жилое пространство. Выяснилось, что Твик просто-напросто не хотел выходить из собственной берлоги, чтобы лишний раз не попадаться на глаза родителям, хотя, не думаю, что это было каким-то секретом. Количество кружек из-под кофе поражало и ужасало. Я насчитал целых пятнадцать. — Откуда у вас столько кружек дома? — Я разглядываю грязную посуду. На некоторых чашках начала появляться плесень… — Мама коллекционирует. Нормальные люди привозят их как сувениры, но она просто заказывает через интернет. Смотри, — Твик берет в руку самую чистую кружку из всех, — эта из Испании. Но я более чем уверен, что она приехала из Китая. — Он усмехается, что подхватываю и я. Рассматривать грязную посуду мне не хотелось, но каждая чашка и правда имела собственный рисунок в виде карты определенной страны. Я взял четыре кружки, еле удерживая их в руках, потащил на первый этаж в раковину на кухне. Я мягко намекнул Твику, что справлюсь сам, лишь попросив его придержать для меня дверь. Я был уверен, что он не донесет чашки в целости и сохранности. — Получается, вы нигде никогда не бывали? Может хоть одна чашка и правда сувенирная? — Перетащив всю посуду, Твик принимается мыть те кружки, которые не покрылись плесенью. Он объяснил это страхом перед бактериями. — Нет. Я боюсь длинных поездок. Ты знал, что шанс умереть в пути до аэропорта гораздо выше, чем при полете на самолете?! А я ведь и летать ужасно боюсь!!! — Твик чуть не выронил намыленную кружку, но вовремя успокоился. — Я однажды летал. Вроде ничего страшного. — Пожимаю плечами. По началу, конечно, я тоже боялся отрываться от земли, но вскоре тревога сменилась умиротворением. Сидя у окна, было очень здорово наблюдать за миром с высоты птичьего полета. — Я был в Перу. — Ого! — Твик не наиграно удивился, хотя я не видел в этом ничего крутого. — Возможно, я бы хотел побывать где-нибудь, но для этого нужно избавиться от тревожности. — Ты когда-нибудь был у психолога? Знаешь, он мог бы помочь тебе. — Ха?! Думаешь, предки позволят мне записаться к нему?! Вдруг кто-то узнает, что в их «прекрасной» кофейне работает шизофреник?! — Твик выделяет слова кавычками, активно жестикулируя с губкой в руке. — А почему бы не записаться тайно? Тебя нехило так колбасит, это ненормально. Не думаю, что твои предки узнают об этом. — Крейг, у нас один психолог на весь город и это мистер Маки! Ты думаешь, что предки не узнают?! — Я знал, что его привычка размахивать руками не доведет до добра, и, как по закону подлости, Твик все же роняет кружку на пол, разбивая ее вдребезги. Никогда ранее я не видел настолько испуганное выражение лица у человека… — Блять. — Тихо бормочу я, принимаясь собирать осколки с пола. Твик все так же стоит как вкопанный, не смея пошевелиться, лишь наблюдает за тем, как я выкидываю когда-то красивую кружку в мусорку. — Это была Франция. — Твик не смеет отвести взгляд от пола, его слегка передергивает. — Любимая мамина кружка из коллекции… — Подумаешь. — Беру его за плечи, пытаясь успокоить, но он лишь отталкивает меня. Я понимаю, что у него начинается истерика. Он хватает себя за волосы, закрывая руками лицо. У Твика подкашиваются ноги, сбивается дыхание, а я, не зная что делать, хватаю его за руку и усаживаю на кухонный стул. — Крейг, она убьет меня… — Твик пытается дышать, но у него получается с переменным успехом. Я более чем уверен, что подобные панические атаки у него происходят очень часто, и он просто научился контролировать свое тело, но все равно меня это очень напугало. Я присаживаюсь на колени, чтобы быть одного роста с Твиком, сидящим на табуретке. — Она выиграла эту кружку в каком-то конкурсе и именно с нее началась эта коллекция… — Мы найдем точно такую же и купим. — Беру Твика за руку, крепко сжимая его ладонь в своей. После того дня, проведенного у Кенни, я перестал так сильно бояться проявлять собственные чувства. Мне казалось, что прикосновения способны успокоить Твика, но он не прекращал дрожать, как травинка на ветру. — Если она спросит про кружку, просто скажи, что это я ее разбил. Подумаешь, проблема… — Она не поверит! Эта кружка была у меня в комнате! Она говорила мне не брать ее, но я не послушал!!! — Теперь уже Твик сжимает мою ладонь до боли крепко. — Все будет в порядке. У вас еще десятки таких же кружек. Мы успеем заказать именно Францию до того, как она заметит пропажу. Главное вынести мусор, мало ли увидит осколки… — Твик поднимает взгляд кофейных очей прямо на меня, рассматривая мое спокойное лицо. Его явно удивляло то, насколько холодно я реагирую на стрессовые ситуации. Возможно, в его семье и за разбитую кружку может нехило так влететь, но у меня дома подобное даже за проблему никто не считает. Ему действительно необходим специалист, способный разобраться с его тараканами в голове. — Спасибо… — Спустя три минуты на лице Твика все же начала вырисовываться слабая улыбка, оповещая об окончании истерики. Я поднимаюсь с пола, протягивая ему руку, чтобы он поднялся вместе со мной. Только сейчас я обращаю внимание на его волосы. — У тебя мыло в волосах. — Усмехаюсь я, помогая встать на ноги. Кажется, пока он рвал пряди на голове, его руки все еще были в средстве для мытья посуды. — Где?! Мы не могли справиться с уборкой намного дольше, чем предполагали изначально. Наши надежды уложиться в час рухнули, когда Твик затеял битву подушками. Нам нужно было поменять постельное белье, ведь нынешнее не менялось уже несколько недель, и Твик, совершенно неожиданно для меня, напал со спины, ударяя со всей силы мягким оружием из птичьих перьев. Битый час мы носились по комнате, словно нам не семнадцать, а на десять лет меньше. Как итог: еще больше мусора и грязи. Никто из нас не жалел об этом спонтанном решении вспомнить детство. Даже жалко, что я родился в Денвере, а не в этом захолустье. Быть может, мы с Твиком были бы еще ближе, а Трише не пришлось уламывать меня на глупую сделку. — Слушай… — Неловко начинает Твик, развалившись на собственной кровати. — Через две недели у меня день рождения. Я обычно не праздную, но теперь у меня есть список того, кого я бы хотел пригласить! — Мои глаза округляются от удивления. Твик старше меня? Нет, разница в полгода не такая существенная, но все же… — Это намек на то, что я нахожусь в этом списке? — Да. Надеюсь, ты придешь. — Твик смотрит на меня с надеждой, боясь получить отказ, хотя о каком отказе вообще может идти речь? Конечно я приду. — Спрашиваешь еще. Где праздновать будем? — Эм, ну. Я думал, что у тебя, если ты, конечно, не против. Понимаешь, тут будут мои предки… — Сознание моментально отключается, как только Твик озвучивает эту мысль. На несколько секунд меня охватила эйфория и предвкушение от классного вечера, но в момент все это рушится от осознания. Триша. Трише нельзя контактировать с Твиком, иначе это плохо кончится. — Нет, прости. — Неловко отвожу взгляд, прокашлявшись. — Почему бы не попросить Токена? У него же целый особняк свободный. — Мне неловко просить его. Мы с ним не общаемся так, как с тобой. Да и к тому же, он не будет устраивать вечеринку из трех человек. Я не смогу пригласить много людей на свой день рождения. — Твик вновь дергает плечом, напрягаясь всем телом. Представил огромную вечеринку в неоновом свете? — Я просто напрошусь в гости. У него же и правда огромный домище, думаю, он не против дружеской посиделки, тем более в честь дня рождения друга. — Судя по задумчивому лицу Твика, ему правда интересен данный вариант. Все же, очевидно, праздновать в огромном доме лучше, чем в собственной конуре с неадекватными родителями. — Ладно. Но если он откажется, то просто сходим прогуляться! — Лучезарная улыбка вновь украшает лицо Твика. Мне хочется сфотографировать его, как жаль, нет камеры под рукой. — Кстати, ты пойдешь на хеллоуинскую вечеринку? Тоже у Токена. — Судя по лицу Твика, прямо сейчас я выгляжу как Клайд во второй день нашего знакомства. Каким бы придурком я его не считал, он был прав — время идет слишком быстро и ты начинаешь задумываться о том, что будет в недалеком будущем. Прошло чуть больше недели с начала учебного года, но эти дни пролетели слишком быстро. Не успеешь и глазом моргнуть, как настанет хэллоуин, а вместе с ним и вечеринка в особняке. Я не праздновал этот день после смерти Томаса (он был единственным другом, разделяющим мои интересы и желание делать парные костюмы), но новые знакомства и уверенность в том, что рядом со мной нужные люди, дают огромное желание к социальным взаимодействиям. Теперь мне, прямо как и Клайду, хотелось поскорее завалиться в чужой дом, напиться дешевого алкоголя, и, быть может, действительно провести этот глупый праздник хорошо. — А меня пригласили?! — Реакция Твика менялась так же быстро, как помехи на старом телевизоре. Вновь странная ассоциация, но теперь она имела больше смысла, чем сравнения с милыми животными. — Вообще-то, Токен устраивает вечеринки только для крутых ребят! Никто никогда не приглашал неудачников вроде меня. — Ты же дружишь с Токеном. Мы вместе в кафешку ходили, и он нормально к тебе относился. Я не думаю, что он и Николь против твоего присутствия. — Не понимаю, что именно этим хотел сказать Твик. У меня была уверенность в том, что Токен в хороших с ним отношениях. — Токен классный парень, но все же на вечеринки никогда не приглашал. Его тоже можно понять, никто не хочет видеть меня на праздниках по очевидным причинам. — Это что еще за причины такие? — Не будь придурком, Крейг! А если меня паническая атака схватит?! А если надо мной решат подшутить и подмешают что-то в алкоголь?! Это огромный стресс!!! — Твик вновь тянется руками к белокурым прядям, но я вовремя останавливаю его странную попытку селфхарма, перехватывая цепкие лапы невротика. — Успокойся, чел. Разве тебе не хочется хотя бы попробовать? — Хочется… — Неуверенно отвечает Твик. — Токен пригласит тебя на вечеринку, а я присмотрю за тобой. Ничего не случится, если мы будем вдвоем, верно? — Слабо улыбаюсь, пытаясь приободрить друга. — Ты и так уже слишком много для меня сделал! Для чего тебе вообще все это?! — Сказать правду Твику — лишиться его доверия навсегда, но я ведь действительно хочу проводить с ним время. Сделка с Тришей никак не влияет на наши взаимоотношения. — Я же ничего для тебя не сделал. — Ты стал моим другом… — Твик очень крепко сжал мою ладонь, демонстрируя свою благодарность. Казалось, будто нас пронзил разряд электричества. Странное чувство заставило неловко улыбнуться. Тепло, появившееся в груди, быстро расползлось по телу, казалось, обволакивая все мои органы. По описанию звучит мерзко, но на деле очень приятно… Грохот, доносящийся с первого этажа, заставил Твика резко отпустить мою конечность. Он, слегка вскрикнув, отстранился от меня, сменив позу. Теперь он сидел, вновь запуская цепкие лапы в мягкие пряди. — Это родители вернулись! Смотри, мы сейчас выйдем из комнаты, и я провожу тебя до перекрестка. Не вступай с ними в разговор!!! И не упоминай кружку… — Я киваю, вспоминая, который сейчас час. Мы спустились и, к огромному разочарованию, не смогли быстро проскочить мимо предков Твика. Его отец начал расспрашивать нас о том, как мы провели сегодняшний день, и вообще по какой именно причине я нахожусь у них дома. Несуществующий совместный проект стал хорошим оправданием. — Сынок, где моя кружка? — Голос, доносящийся из кухни, заставил Твика потерять дар речи, встать посреди комнаты без возможности пошевелиться. Снова шок, который он испытал сегодня днем… — Миссис Твик, я ее разбил. Приношу свои извинения. — Осознав, что Твик не способен хоть как-то ответить собственной матери, решаю взять ситуацию в свои руки. Сохранить спокойствие оказалось действительно не просто, но, мне кажется, я держался молодцом. Почему именно сейчас ей приспичило приготовить кофе именно в ЭТОЙ кружке? — Ох. Ничего страшного, ребятки. — Она натянуто улыбается, выглядывая из кухни. Улыбка выглядела до того фальшиво, что меня пробила дрожь. Чувствую, как за мой рукав хватается Твик, утягивая за собой в сторону выхода. — Я куплю Вам новую!!! — Все, что успеваю крикнуть вслед, перед тем, как Твик захлопнул дверь. Твик чуть отходит от дома и вновь глотает ртом воздух. Очередная паническая атака или он пытается успокоиться? — Тише, тише… — Подхожу ближе, вновь укладывая свои руки на его плечи. — Все же хорошо прошло. Теперь она знает и, вроде как, даже не сердится. Мы просто купим ей новую, подумаешь… — Ты не понимаешь!!! — Твик хватает меня за куртку с такой силой, что я боюсь за ее сохранность. — Она ничего никогда не скажет при посторонних!!! Для нее важно то, как она выглядит в чужих глазах! — Твик пытается отдышаться, но у него выходит с огромным трудом. — Твик, все нормально… — Она в ярости, Крейг. Если в доме что-то не идеально, она начинает крушить все подряд и устраивать истерики… — Признание, свалившееся на меня, казалось, освободило Твика от ноши, с которой он очень долго жил по соседству. Он роняет голову мне на плечо от безысходности. — Она не пьет свои таблетки уже месяц, считает, что полностью вылечилась, но это не так. Отец не в состоянии ее успокоить… — И что ты планируешь делать? — Приобнимаю Твика, похлопывая по спине. Он снова без куртки. — Пойду и спрячусь в комнате. — Недовольно бормочет он, уткнувшись носом в мою куртку. Я просто не могу предложить ему переночевать у себя дома. Триша слишком опасна для нашей дружбы. Я не хочу, чтобы все это закончилось раньше времени. Сердце хоть и обливается кровью, но ничего другого я просто не могу сделать в данной ситуации. — Хорошо. Будь со мной на связи. Не высовывайся из комнаты, сиди, пока они не успокоятся. — Хорошо… — Пожалуй, самое тяжелое расставание с момента начала моей новой жизни.