Крис и Михайлова

Захарова прижала к стене, целуя жадно и властно, словно пыталась впитать её полностью, присвоить себе и показать, кому она по-настоящему принадлежит. Девушка держалась за Крис так крепко, как могла, пока та пятилась к кровати, уводя девушку за собой. Крис садится на кровать, усаживая другую на свои колени. Мокрые и ледяные волосы Кристины порой касаются горячего тела Юли — но это наоборот возбуждает ещё сильнее. Девушки как будто участвовали в соревновании по продолжительности поцелуев, ни одна не желала отпускать, пока губы сливались воедино. Опьяняет, когда они трутся друг о друга оголёнными телами. Захарова плотно затаила дыхание в момент, когда Юля слезает с колен и усаживается на колени на пол, прикусывая губу. Она кладёт руку на бедро Крис будто спрашивая разрешение. И Крис хочет покачать головой отрицательно, потому что боится; но вместо этого неуверенно кивает, сглатывая ком в горле. Юля мягко улыбается, будто уверяя, что всё будет хорошо. Ей хочется сделать приятно своей второй половинке. Хочется, чтобы Кристина не чувствовала боль, хочется, чтобы она забыла раз и навсегда прикосновения брата и помнила только нежные движения Юлии Юля с нажимом протискивает меж ног другой руку, чтобы раздвинуть их. Юля целует внутреннюю сторону бедра Крис со всей нежностью, которую только может дать. Облизывает. Толкает мягко старшую в грудь, чтобы она полностью откинулась на кровать: та не сопротивляется, ложится. Юля боится. Боится даже коснуться, боится причинить боль, потому что Кристина кажется хрупкой именно в такие моменты. Когда ей больно, когда она сломлена. И хочется зализать каждую рану, как кот, хочется доставить такое удовольствие, которого она никогда не испытывала. Хочется заменить ей алкоголь, сигареты и наркотики. Хочется, чтобы Захарова выпивала до последнего глотка ; чтобы курила, пока не закончится; чтобы употребляла. Хочет заставить её забыть всю боль, которая досталась ей просто так. По воле Бога. Дыхание обдает клитор Крис и та закидывает голову, кусая губы. Уже не терпится попробовать девушку, как лакомый кусочек. Кончиком языка дотрагивается и сразу же делает большой мазок, то замедляясь, то ускоряясь. И слышит тихий стон, оттого на лице Юли и появляется едва видная гордая улыбка. Потому что ей приятно. Чёрт возьми, она простонала. добавляет с аккуратностью один палец. Узко. — Расслабься, — молит Михайлова массируя клитор большим пальцем в момент, когда отстраняется от него. Крис томно выдохнула, и другая довольно снова прильнула к клитору, чувствуя, что девушка и вправду расслабилась. Добавляет ещё один палец, медленно толкаясь внутрь. Михайлова делает круг языком по клитору и отрывается, отдавая всю власть одним пальцам. Кристина рвано вздыхает, слегка выгибаясь в спине, сжимая свою грудь. Юля делает толчки двумя пальцами, большим нежно массируя клитор, а свободной рукой она скользит по полыхающему телу Захаровой. Девушка скидывает руку той с груди и сама кладёт на грудь руку, проводя пальцем по твёрдому соску. Крис слегка привстаёт, чтобы коснуться желанных губ. Михайлова смазано целует, а другая стонет в поцелуй, когда Юля ускоряет пальцы. Отстраняются друг от друга и старшая снова падает на кровать, прикрывая глаза и закрывая рот рукой, чтобы не закричать от удовольствия. Михайлова оставляет влажные поцелуи на подтянутом животе. Руки Кристины сами глубоко зарываются в нежные волосы сжимая их. Сердце начинает колотиться с новой силой, когда она чувствует, что совсем скоро удовольствие достигнет пика. Тихо стонет, сжимая волосы девушки от неописуемых ощущений в матке. Захарова глаза распахивает, когда её всю накрывает невероятно огромная волна удовольствия. Прогибается в спине, с губ слетает громкий хриплый стон, внутри всё сжимается до боли. — Господи, блять... — шепчет со сбитым дыханием старшая.