Дружба?

— Снова ты к полудохлому другу своему собралась? — бросил оборотень полушутя, когда Мия уже стояла у выхода из квартиры. Впрочем, вопрос был риторическим, ведь девушка заранее предупредила парня, что они с Виктором собрались на выставку, посвящённую художникам Северного Возрождения. — Мия, вот честно, любой другой на моём месте уже бы ревновать начал… Выглядела девушка, к слову сказать, просто превосходно. У Рождённой Луной было негласное правило: если она шла на мероприятие, посвящённое искусству, то сама считала должным выглядеть как его произведение. — А ты не ревнуешь, значит? — спросила Мия, растянув свои милые губки в хитрой улыбке. — Ну… — протянул Макс, неожиданно резко, в противовес обманчивой плавности всего голоса, потянув любимую за руку и крепко прижав девушку к себе. Проведя кончиком носа по её шее и опалив нежную кожу горячим дыханием, парень заставил Мию издать томный вздох, едва слышный для человека, но вполне уловимый для оборотня. — Разве что совсем немного. В голосе Макса не было ни тени недовольства – лишь игривые нотки и хрипотца, выдававшая его ненасытное желание. Казалось, с Мией он был таким почти всегда. А сама девушка… что ж, стоило признаться: чтобы выбраться из страстных объятий любимого волка, ей каждый раз приходилось прикладывать немалые волевые усилия. — Макс, родной… я же опоздаю, — лепетала Мия, чувствуя, как с каждой секундой её всё больше одолевало желание отставить свои планы и провести с Максом всю ночь без сна. И оборотень прекрасно понимал это: чуткое обоняние бесцеремонно разоблачало состояние девушки. — Ладно, — вздохнул парень, нехотя выпуская любимую. Он бы с огромным удовольствием вовлёк её в страстный поцелуй, но на губах Мии, как назло, красовалась бордовая помада. Однажды Макс уже упустил этот факт, также решив поцеловать девушку на прощание. Вот только потом ему пришлось выслушивать, что из-за него она опоздала, потратив время на то, чтобы поправить макияж. «Так что пусть идёт, — думал Макс, вспоминая тот случай – неудобный для Мии, по-нелепому смешной – для него. — Зато, когда вернётся, уже никакая помада нас не остановит». — Беги на свою выставку, — бросил Макс, всё-таки оставив поцелуй на шее девушки и игриво прикусив мочку её уха. — Но если я уже засну к твоему возвращению, то ты пропустишь самый жаркий секс в своей жизни. — В таком случае постараюсь не задерживаться, — усмехнулась Мия, пряча за весёлой улыбкой предвкушение грядущей ночи. — Всё, я побежала. Не скучай! У подъезда Рождённую Луной ожидал Виктор на своём автомобиле. Только завидев Мию, вампир вышел из машины. Поприветствовав подругу и сдержанно приобняв её, он открыл девушке дверь пассажирского сидения. — Выглядишь восхитительно, — отметил мужчина, как только друзья выехали с парковки на дорогу. — Уверен, за право написать твой портрет сражались бы лучшие художники Ренессанса. — В период Возрождения, кажется, в почёте был другой тип женской фигуры, — парировала Мия. — Это правда, — отвечал Виктор, ничуть не смутившись. Напротив, он был рад видеть, что их культурное времяпровождение приносило свои плоды, и девушка стала лучше разбираться в идеалах мирового искусства. — Стройность и миниатюрность – плод моды Нового времени. Например, готов поспорить, что Джеймс Уистлер с огромным удовольствием запечатлел бы тебя на холсте. Ты бы прекрасно смотрелась на месте Джоанны Хиффернан в его «Симфонии в белом». Образ у тебя как раз подходящий. — Спасибо, Вик, — промолвила девушка с весёлой ноткой в голосе, неосознанно поправив юбку белого платья. — Твои комплименты, как всегда, на высоте. — Я лишь говорю то, что вижу… — заявил вампир, впрочем, уголки его губ раскрылись в едва заметной улыбке. — Кстати, как прошло ваше с Максом путешествие? — Просто прекрасно. Канада – замечательная страна. И, что самое главное, его семья приняла меня как родную. Не знаю, говорил ли раньше с ними Макс насчёт моего полувампиризма, но, общаясь со мной, Фоллы не выказывали никакого недовольства по этому поводу. Наоборот, расспрашивали меня о битве с Итаном, а после сказали, что Макс меня не зря героем называет… Виктор с интересом слушал историю своей подруги, до тех пор пока они не доехали до места проведения выставки. Мия же, находясь с вампиром, в очередной раз ловила себя на мысли, насколько она была рада, что они смогли сохранить дружбу. Ведь Виктор как никто другой разделял её интерес к искусству, и с каждым их разговором, с каждой их встречей Мия открывала для себя что-то новое. Первое время, когда девушка вступила в отношения с Максом, она переживала, что у Виктора остались к ней чувства, и дружба с ним могла негативно отразиться как на самом вампире, так и на её любимом оборотне. Но этот вечер напомнил Мии, что старые волнения потеряли свои основания. Она давно перестала смущаться изящных комплиментов Виктора, убедившись, что их причиной были лишь его аристократическое воспитание, изысканный вкус и способность восхищаться красотой девушки, даже если она не принадлежит ему в полном значении этого слова. Со временем вампир завоевал и доверие Макса, в том смысле, что у оборотня не было причин ревновать свою девушку. А в любви Мии парень не сомневался, напротив, с каждым днём они оба всё больше уверялись в серьёзности своих намерений и глубине своих чувств… Оскар Уайльд говорил: «Дружба между мужчиной и женщиной невозможна. Страсть, вражда, обожание, любовь — только не дружба». Виктор комментировал изречение великого писателя так: «Эти слова правдивы лишь при условии, что сердца обоих друзей изначально были свободны. Ты, Мия, девушка любящая и любимая. А я умею разделять восхищение женщиной и желание обладать ей». Макс же, в очередной раз провожая свою возлюбленную на встречу с вампиром, просто говорил ей: «Я тебе доверяю. И безмерно люблю». А Мия со всей искренностью могла ответить парню тем же.