Long-awaited Meeting

***

В школе стояла напряженная обстановка: учителя суетились, бегая с этажа на этаж, пытаясь разобраться в сложившейся ситуации, ученики галдели друг другу наперебой, строя гипотезы о природе произошедшего. Большинство поддалось панике, меньши́нства же, в отсутствие взрослых, старались подавить суетливые всполохи всеобщего крика и вернуть прежний порядок. Это случилось во время занятий. До звонка оставались считанные минуты. В классах стоял гул голосов; кто-то переговаривался с соседом по парте, кто-то усиленно обращал на себя внимание учителя, то качаясь на стуле, то кидаясь обертками от конфет в соучеников. Ударная волна приближалась, издавая характерный гул и непонятные колебания на горизонте. В момент, когда волна прошла через здание школы, выбило окна во всех кабинетах, воздух наполнился тяжестью и свинцовым привкусом, характерно повеяло гарью. В момент катаклизма, Мисселина вела урок мифологии, увлеченно ведая своим подопечным о происхождении всевышнего и их поднебесного, а также подземного мира. После скоропостижной кончины Геральда на поле боя, школа лишилась ценнейшего из сотрудников, а белокурая ангел — первой и единственной любви. После его потери, она не нашла сил вернуться к своему прежнему предмету — истории, всеми фибрами души надеясь, что если она займет пост почившего возлюбленного, память о нем оставит свой отпечаток на истории не только школы, но и истории одной битвы, из которой он так и не вернулся. Тема урока плавно перетекала в другую тему, так больно отзывающуюся в ее сердце. Ученики слушали не перебивая, внимая каждому сказанному слову о том, сколько ангелов и демонов отдали свое бессмертие во имя достижения светлого будущего для юных поколений. Когда ангел говорила о Геральде, она грустно улыбалась, вкладывая в каждое слово особую ценность, которую он для нее представлял и по прежнему представляет. Она ведала о бесчинствах, которые творили приспешники Мальбонте, о том как трое ублюдков, которых Мисселина лживо и совершенно неискренне называла «предателями» убили Геральда. Мисселина не поддалась всеобщей панике. Она спустилась со второго этажа в холл школы, гадая, куда же ей податься, чтобы принести хоть немного пользы? Она огляделась: из дальнего угла холла, где находится ниша, доносился тихий, едва уловимый детский плач. Ангел почувствовала слабую, колеблющуюся энергию, и поспешила к её катализатору. На скамье сидела маленькая девочка, до жути напуганная всем происходящим и не знающая в ком найти утешение и поддержку. — Здравствуй, милая, — учительница опустилась на скамью, стараясь говорить полушепотом, дабы не напугать малышку. — Здравствуйте, — она всхлипнула, подняв ледяные очи на добродушную незнакомку. — Где твои родители, милая? — В Аду, — девочка оттянула свой кудрявый локон цвета воронова крыла, — они не придут. — Почему? — Белокурая искренне недоумевала: как родитель может бросить своё чадо на произвол судьбы? — Папочка и мамочка работают, им не до меня. — Но, кто-то же заберёт тебя домой? — Да, но… — Агнесса! — Раздался крик со стороны парадного входа. — Мамочка! — Девочка соскочила со скамьи и ринулась, забавно перебирая ножками, к матери. Последняя подхватила дочь на руки, закружив на месте. — Я… я боялась, что ты не придешь за мной, — Агнесса спрятала личико в маминых волосах, крепко ухватившись ручками за её шею. — Ну как же я тебя брошу, доченька? Учительница наблюдала за семейной идиллией издалека, ничуть не обижаюсь на то, что девочка столь скоро позабыла о ней. Она поднялась со скамьи по прошествии нескольких минут, когда мама с дочерью уже покинули стены школы и направилась на второй этаж, как вдруг… — Здравствуй. Этот хриплый, мелодичный голос, этот тембр, эта интонация. Она обернулась. Всего в нескольких метрах от неё стоял Геральд, практически не изменившийся с момента их последней встречи: голубые, кристально чистые глаза, таящие в себе всю глубину пережитого, чуть бледнее нормы кожа, на первый взгляд кое-где огрубевшая, усталая ухмылка, выражающая, она знала, тихое счастье от долгожданной встречи. Казалось, это абсолютно другой человек, ныне ей не встречавшийся, но факт оставался фактом даже не смотря на ее неверие - это он, демон, которого она так и не смогла разлюбить. В её глазах заблестели слёзы, то ли от тоски, что наполнила её сердце, то ли от абсурдности этой ситуации. Ангел слетела с лестницы, и кинулась к нему в объятия, обхватывая его корпус ногами. — Любимая, — гордо произнёс демон, а затем рассмеялся, совсем как прежде, закружив ангела на месте. — Любимый, — смеялась она сквозь слёзы, сжимая в кулачках основания его крыльев. Его теплое, прерывистое дыхание, так приятно щекочущее нежную кожу ангела, распаляло в ней то самое чувство, которое она испытывала всякий раз, когда находилась с ним наедине. Он задышал куда более прерывисто и глубже, руками обводя контуры ее ягодиц, плотоядно следя за ее реакцией. В былые времена, демон был готов поспорить, она бы зарделась от смущения, спрятала бы взгляд под рядом пушистых ресничек и молчаливо бы ожидала его дальнейших действий, но сейчас его ангела будто подменили: поддавшись этому удивительному чувству, когда всё твоё тело пульсирует, конечности подрагивают от перевозбуждения и становятся тяжелее свинца, Мисселина впилась в его губы страстным поцелуем. Ее губы жадно проходились по его губам, сминали, оттягивали, их языки не единожды сплетались, а дыхания сливались воедино. Их ничуть не смущали посторонние, что пораженно наблюдали за пламенем страсти, вновь разгоревшемся между возлюбленными, ибо после того как она потеряла его, а он — её, каждая секунда проведенная друг подле друга была дороже всего на свете. — Ни одно предложение, даже самое грамотно сформулированное, не способно передать того, насколько сильно я скучала по тебе, — она прижалась к его плечу, стараясь перевести дыхание после того безумства, что вытворяли их губы и языки. — Я безумно боялся уходить, боялся оставлять тебя, — он шептал ей на самое ухо, тем самым доставляя Мисселине одновременно и дискомфорт, и необычайно приятное чувство. — Геральд, но… но как? Я держала твой хладный труп вот этими руками, я была на твоих похоронах, я плакала на твоей могиле, я практически перебралась жить на кладбище, я говорила с твоим памятником… — Боюсь, что тебе не понравится то, что я расскажу, — демон насупил брови, желваки заиграли на его скулах, он в отвращении поморщился. — Это как-то связано с тем, что произошло сегодня со школой? — Да, милая, — он кивнул, потеревшись носом о её носик. — Расскажи мне обо всём, — учительница невесомо коснулась его губ, и подняла свой взор на него. — Это будет долгий разговор.