Дом

      Каз проснулся от ощущения нехватки воздуха и сразу почувствовал запах дыма, который буквально ударил в нос. Он резко выпрямился и поморщился от ощущения затекших мышц — он умудрился заснуть прямо за столом. И только тут понял, что значит дым и доносившийся снаружи треск горящего дерева. В Клепке пожар. Каз вскочил и, не обращая внимания на стрельнувшую резкой болью ногу, бросился к двери. С лестничной площадки ему в лицо дохнуло невыносимым жаром. Снизу доносились крики. Каз отшатнулся, лихорадочно прикидывая план действий.       Спускаться к выходу обычным путем — явно не вариант. Лестница уже была полностью в огне, и Каз просто не смог бы пробраться по ней, оставшись в живых. Оставалось окно и крыша. Каз вылез из окна и, подтягиваясь на руках, забрался на крышу. Внизу на безопасном расстоянии собрались любопытные, и уже суетилась пожарная служба.       Каз с его больной ногой лазил по крышам, конечно, и близко не так ловко, как Инеж. Но всё же кое на что был способен. Так что он перебрался на крышу соседнего здания и аккуратно спустился. Дико жаль было брошенную в комнате любимую трость, но с ней в руках он не смог бы выбраться.       Спускаясь, Каз старательно держался в тенях. Он собирался притвориться, будто покушение удалось, чтобы удобнее было выследить злоумышленников и избежать сопутствующего ущерба, когда они попытаются убить его снова. Он ни секунду не сомневался, что это была именно диверсия — Клепка загорелась не сама по себе и не по чьей-то глупой небрежности.       Опять-таки он не умел так виртуозно растворяться в тенях, как Инеж, но вполне способен был оставаться незамеченным.       Так, держась в тенях, и бдительно сканируя окрестности, он обошел Клепку, чтобы проверить, сумели ли выбраться его люди. Напротив входа Каз обнаружил Анику, Пима и несколько младших членов. Это, конечно, далеко не вся его банда, но многие сейчас были в клубах и на заданиях.       Аника вдруг рванулась к Клепке с явным намерением броситься в огонь. Но Пим остановил ее, схватив за талию и прижав к себе.       — С ума сошла? — сказал он. — Ты уже никому не поможешь. Только сама погибнешь.       — Мы не можем просто стоять и смотреть! — яростно возразила Аника, безуспешно пытаясь вырваться.       И тут Клепка с грохотом и треском обрушилась, пламя взметнулось вверх, рассыпая вокруг искры и обгоревшие обломки дерева. Все инстинктивно отпрыгнули на более безопасное расстояние. Каз с болью наблюдал, как на глазах исчезает его дом. Он убьет виновного.       — Нет! — отчаянно вскрикнула Аника, перестав вырываться из хватки Пима.       — Мы узнаем, кто виноват, и отомстим, — мрачно пообещал он.       Молодежь выглядела понурой и подавленной, а Аника, кажется, плакала. Каз подавил глупое желание протереть глаза. За все годы совместной работы он ни разу не видел Анику плачущей. Похоже, выбрались все-таки не все. Каз нахмурился. Счет пока еще неизвестного злоумышленника только что возрос до заоблачных высот. Он будет убивать его (или их) долго и мучительно.       — Пим! Аника! — к месту происшествия со всех ног мчались Джеспер и Уайлен. — Что случилось?       Лейтенанты Каза повернулись к ним, и Джеспер с Уайленом резко затормозили, на их лицах проступила паника.       — Что… — начал Джеспер, а потом хрипло выдохнул: — Каз?       Аника прикусила губу и покачала головой.       — Он был у себя наверху, — угрюмо пояснил Пим. — Лестница вспыхнула буквально за несколько секунд. И по ней уже было ни подняться, ни спуститься.       — Поджог? — спросил бледный Уайлен.       — Наверняка, — согласился Пим.       Каз не стал наблюдать дальше. Он не сомневался, что Джеспер предложит кров старым товарищам. А Пим с Аникой прекрасно справятся с самыми насущными вопросами. Каз собирался вскоре наведаться в особняк Ван Эка, чтобы успокоить их и составить план действий. Сейчас же ему предстояло вычислить злоумышленников по свежему следу.

***

      В гостиной царило мрачное уныние. Джеспер никак не мог осознать случившееся. Каза многие хотели убить, и некоторые были достаточно дерзки, чтобы попытаться, но до сих пор он всегда выходил сухим из воды. И Джеспер привык думать, что он сумеет выкрутиться в любой ситуации, что никто не сможет сокрушить короля Бочки. Он почти забыл, что при всей своей гениальности Каз всё же оставался человеком. Смертным.       Возвращение к реальности стало горьким и мучительным.       — Завтрак? — нерешительно предложил Уайлен, явно пытаясь хоть немного отвлечься от мрачных мыслей.       Присутствующие уныло кивнули без всякого энтузиазма.       Аника с Пимом отвели выбравшуюся из пожара молодежь в «Клуб ворона», поставили в известность о случившемся остальных Отбросов, на время разместили кого могли в клубах, а потом вся верхушка банды Каза собралась в особняке. Все понимали, что кто-то должен теперь занять его место, но все оттягивали этот момент. Будто назначение нового босса сделает смерть Каза окончательной. Будто сейчас еще можно что-то вернуть.       В унылой тишине отчетливо раздались знакомые неровные шаги. Только без привычного стука трости. Все замерли и посмотрели друг на друга чуть ли не с ужасом, но одновременно с надеждой. Несколько мгновений спустя в дверях появился Каз. Взъерошенный, посыпанный пеплом, в кое-где обгоревшей одежде и явно крайне уставший. Но живой. Он обвел присутствующих быстрым цепким взглядом и едва заметно кивнул, будто удовлетворенный инспекцией.       — Босс! — Отбросы повскакивали со своих мест, с восторгом уставившись на него.       — Каз! — одновременно воскликнул Джеспер и пронесся по гостиной, чтобы стиснуть его в объятиях.       Он знал, что Каз не любит, когда его внезапно хватают, но ничего не мог с собой поделать. Облегчение и счастье видеть этого ублюдка живым затмили всё остальное. Каз ощутимо напрягся, но не оттолкнул его и не пытался вырваться. Впрочем, Джеспер быстро его отпустил, дабы не искушать судьбу.       И тут до Джеспера дошло.       — А где ты был до сих пор? — подозрительно спросил он.       — Выслеживал поджигателя, — само собой разумеющимся тоном ответил Каз, проходя в комнату и падая в ближайшее кресло.       — То есть ты хочешь сказать, — медленно произнес Уайлен, — что позволил всем думать…       Каз отмахнулся, не дав ему договорить:       — Мне надо было, чтобы поджигатель решил, будто покушение удалось. Поэтому я не мог появиться рядом с Клепкой у всех на виду.       Отбросы понимающе покивали, но Джесперу дико захотелось врезать своему лучшему другу. Прямо-таки кулаки чесались. Сдержав этот порыв, он просто выплюнул:       — Ну ты и придурок….       Каз смерил его холодным взглядом:       — Если ты отбросишь сентиментальность и включишь голову, Джес, ты поймешь, что я прав.       Врезать ему захотелось еще больше. Не в последнюю очередь потому, что он действительно был прав.       — Потери? — тем временем спросил Каз, повернувшись к своим лейтенантам.       — Четверо, — мрачно доложила Аника. — Дерек, Киг, Рубен и Марк.       Каз стиснул челюсть, в его темных глазах вспыхнул опасный огонь. Джеспер подумал, что не завидует тому самоубийце, который поджег Клепку.

***

      Едва «Призрак» пришвартовался в порту, Инеж помчалась в Клепку, оставив Шпекта разбираться с обычными формальностями.       Несколько дней назад на захваченном судне работорговцев Инеж обнаружила весьма любопытную переписку. Из этих писем она узнала о существовании заговора против Каза, о том, что заговорщики собираются поджечь Клепку так, чтобы сжечь его вместе с ней. И самое беспокоящее — среди Отбросов был предатель, который поставлял заговорщикам нужную информацию.       Не теряя времени, Инеж рванула домой, молясь Святым, чтобы успеть вовремя.       Вместо Клепки она обнаружила пепелище. Всё внутри оборвалось. Опоздала. После пожара явно уже прошло некоторое время. Вокруг никого не было, кроме обычных прохожих, которые не обращали внимания на то, что осталось от Клепки, как если бы это не было для них новостью. Усилием воли подавив панику, Инеж развернулась и поспешила к особняку Ван Эка. Там она точно сможет узнать все новости.       Не потрудившись стучаться в парадную дверь, Инеж проникла в особняк через окно и прислушалась. Из гостиной доносились голоса, туда она и направилась. И обнаружила там помимо Джеспера и Уайлена Ротти и Родера. Каза не было. Инеж похолодела. Почему его нет, если здесь его люди? Если только… Она тряхнула головой, отметая эту мысль.       — Где Каз? — спросила она.       Все присутствующие вздрогнули, резко повернувшись к ней.       — Инеж! — воскликнул Джеспер, театрально схватившись за сердце. — Просил же не пугать меня так.       В другое время Инеж ответила бы шуткой, но сейчас ей было не до того.       — Где Каз? — повторила она, обведя всех напряженным взглядом.       — Ты была в Клепке, — вздохнул Уайлен.       — С боссом всё в порядке, Призрак, — поспешил заверить ее Родер, понимающе улыбнувшись. — Но где он конкретно сейчас, мы не знаем — отправился разбираться с поджигателем. С ним Аника и Пим.       Инеж облегченно выдохнула. Но тут же озабоченно спросила:       — Он знает, что среди Отбросов есть предатель?       Ее заявление произвело эффект разорвавшейся бомбы. Сначала повисла мертвая тишина, а потом все одновременно заговорили, бурно жестикулируя.       — Откуда такие сведения? — спросил Ротти, перекрывая шум, и все словно по команде замолчали. — Не подумай, что я не верю тебе, но… Сама понимаешь.       Инеж кивнула — она понимала. И без лишних слов протянула ему письмо, найденное на корабле работорговцев. Ротти пробежал его глазами. На его челюсти заиграли желваки, когда он стиснул зубы.       — Марк… — недоверчиво пробормотал Родер, который читал вместе с ним. — Но он же…       — Погиб в пожаре, — закончил вместо него Ротти.       — Или сделал так, чтобы вы подумали, будто он погиб, — предположила Инеж.       — Вполне вероятно, — согласился Родер.       — Вот крысеныш! — выплюнул Ротти.       На его лице четко было написано, что попадись ему Марк, тот пожалеет, что на свет родился, не говоря о том, что связался с Отбросами.       — Я найду Каза, — сказала Инеж и, не дожидаясь ответа, выскользнула из комнаты.       Ей не нравилась мысль, что в этой операции он без нее, при этом не зная о существовании предателя. Она слишком привыкла всегда прикрывать ему спину, всегда тенью следовать за ним. Даже когда он запрещал ей.       Долго искать не пришлось. Инеж обнаружила Каза, едва преодолев квартал от особняка Ван Эков. Он стоял в тени узкого переулка, прислонившись спиной к стене одного из домов. Вместо его любимой трости с головой ворона в его руках была обычная деревянная трость, на которую он тяжело опирался. Ни Пима, ни Аники рядом не наблюдалось — вероятно, закончив дело, он оставил их зачищать место.       Со своего пункта наблюдения на крыше Инеж не могла понять, ранен ли он, и поспешно спустилась. Каз моментально насторожился, хотя она не издала ни единого звука, и безошибочно нашел ее взглядом. На его усталом лице появилась слабая улыбка, от которой сердце Инеж забилось сильнее.       — Инеж, — произнес он. — Не ждал тебя в ближайшее время.       Она улыбнулась в ответ, но сразу снова стала серьезной.       — На одном из кораблей, которые мы захватили, я нашла сведения о готовящемся на тебя покушении. Вернулась, чтобы предупредить, но очевидно опоздала.       — Даже так? — Каз оторвался от стены и шагнул к ней. — Похоже, масштабы этого дела куда серьезнее, чем я думал.       Инеж в свою очередь шагнула к нему, быстро осмотрев на предмет повреждений. Видимых ран не нашла и преодолела оставшееся между ними расстояние одним молниеносным движением, чтобы крепко обнять его, уткнувшись лицом в грудь.       — Я так рада, что ты жив, — глухо произнесла она. — Когда я увидела сгоревшую Клепку, я подумала…       Голос сорвался, и Инеж не договорила, заново переживая ужас того мгновения. Каз молча крепче прижал ее к себе и поцеловал в макушку. Некоторое время они стояли, обнявшись, пока Каз не произнес:       — Не беспокойся — с виновными я разобрался.       Это напомнило Инеж о том важном, что она собиралась ему сообщить. Немного отстранившись, чтобы посмотреть ему в лицо, она сказала:       — Среди Отбросов есть предатель.       — Был, — мрачно поправил Каз; Инеж озадаченно моргнула, и он добавил: — С ним я тоже разобрался.       Инеж предпочла не уточнять подробности. Вместо этого она предложила:       — Пошли домой?       И тут же пожалела о своих словах, когда в темных глазах Каза мелькнула боль. Его дом был уничтожен.       — Я хотела сказать: в особняк, — поправилась Инеж и, немного поколебавшись, добавила: — Ты отстроишь Клепку заново — еще лучше прежней.       — Конечно, — согласился Каз. — Но Дерека, Кига и Рубена уже не вернуть.       Двое старых товарищей, которых Инеж считала своими друзьями и которым доверял Каз. И совсем юный мальчишка-посыльный. Она прикусила губу в попытке сдержать слезы. Инеж понимала, каково сейчас Казу. Ей тоже приходилось терять людей из команды, своих соратников. И как бы Каз это ни отрицал, он заботился о своих людях и тяжело воспринимал потери.       Инеж отступила из его объятий и взяла за руку, мягко потянув за собой. Каз, не сопротивляясь, последовал за ней.       — Я рад, что ты здесь, — тихо произнес он.       Инеж улыбнулась, уловив то невысказанное, что он вложил в эти слова. На тебя я могу положиться. Тебе могу открыть то, что тяготит меня. Ты нужна мне сейчас, как никогда. Спасибо, что остаешься со мной. Спасибо, что всегда возвращаешься, несмотря ни на что.       И тут Каз добавил — неожиданно вслух:       — Ты — мой дом.       Инеж даже с шага сбилась на мгновение, а потом крепче сжала его ладонь.       — А ты — мой.