Save my soul

Небо зиждилось рассветом над Валентайном. Артур Морган устало наблюдал как солнце медленно отвоевывает свою территорию у ночного неба. После того, как Мэри вновь уехала, он ощущал непомерную усталость и опустошение. Мысли витали на задворках сознания, но их было не ухватить, поэтому Артур тупо глядел на пустующие улицы и курил. Редкие прохожие выходили из своих домов, направляясь по делам. Мир вокруг никак не изменился, все шло своим чередом, как и пару недель назад, как и будет идти спустя много лет. Но внутренний мир Артура был разрушен полностью, будто на него сбросили ядерную бомбу, он буквально был отравлен своим же существованием и постепенно умирал от собственной никчемности, не представляя, что его могло бы спасти. Морган на автомате доехал до лагеря, лошадь привязывать не стал. Подходя к своей палатке услышал, как его окликнул Датч: — Хей, Артур, уже нашел какое-нибудь перспективное дело? — Давай позже это обсудим, Датч, — Артур хмуро глянул на него и уже планировал идти дальше. — Подожди, — голос Датча изменился, и стал более ласковым, кажется, он волновался за Моргана — Мой мальчик, ты же знаешь, что всегда можешь обсудить со мной все что угодно? Не хочешь зайти ко мне в палатку и поговорить? Артур мялся, он не был уверен, что Датч сможет ему дать то, в чем он сейчас нуждается. Но в итоге все же согласился, ведь как бы он ни отрицал, но все же ему сейчас нужна была поддержка, тем более от такого близкого человека.

***

Датч точно знал как поступить. Он медленно приблизился к Моргану и коснулся его губ своими. Артур, почувствовал горячий язык во рту и его тело покрылось мурашками, он слегка отшатнулся от Датча. Не то, чтобы для него это было неожиданностью, но такое случалось редко. Последний раз они с Датчем целовались сразу после ограбления парома в Блеквотер, в тот момент адреналин играл в крови, а эмоций было так много, что ими хотелось непременно с кем-то поделиться. Артуру было 20, когда он лишился девственности с Датчем, но они никогда не обсуждали ни ту ночь, ни те, что последовали за ней. Во время таких интимных моментов они интуитивно прятались от команды, стараясь вести себя как можно тише. Также и в этот раз, несмотря на то, что Датч одной рукой грубо сжимал волосы Артура, а другой уже потирал его член через штаны, Морган держал себя в руках и не издавал ни звука. Но как же ему хотелось отпустить контроль и полностью отдаться Датчу, чтобы именно ВанДерЛинде полностью управлял процессом, а Артуру оставалось лишь стонать. Звук расстёгнутой ширинки, и вот, Артур Морган уже без штанов и трусов, но все еще в рубашке. Он в последнее время стеснялся своей формы, все же ему уже не 25, от неправильной еды и алкоголя у него появился небольшой животик, а сигареты и тяжелый труд сделали кожу грубой, ему вообще в последнее время казалось парадоксальным, что его может хоть кто-то хотеть. Но Датч же доказывал обратное, Артур явно чувствовал бедром насколько сильным было возбуждение лидера банды. Как только Морган представил, как этот горячий член будет входит в него, растягивая стенки, то непроизвольно всхлипнул прямо в поцелуй. Оба замерли. — Тише мой мальчик — воздух был вязкий как масло, поэтому слова, словно нож, разрезали его. — Нам не нужны зрители, ведь так? — Артур кивнул слегка испуганно, будто ребёнок, ему действительно не хотелось, чтобы их с Датчем интимную атмосферу кто то нарушил. Датч решил не медлить и уложил Артура на кровать, места было немного, поэтому ему пришлось привстать для того, чтобы раздеться самому. Его мальчик был уже полностью готов: под свободной рубашкой был виден контур стоящего члена, а на месте головки, на трусах, виднелось мокрое пятнышко — кто-то был сильно возбужден. Артур слегка прикусил губу и ждал прикосновений Датча, казалось ему сейчас нужна вся ласка и любовь на которую тот способен, но Датч решил иначе. Он уверенно развернул Артура к себе спиной, смазал свой член слюной и грубо вошел. Артур выгнулся, а губы застыли в немом крике. Он не ожидал, что будет так резко, обычно Датч был нежен и всегда хорошо его подготавливал, но не в этот раз. Если первый толчок еще был неожиданностью, и Артур тогда даже не успел осознать, что произошло, то все последующие он прочувствовал очень хорошо. Артура будто пронзали кинжалом, стенки его ануса потрескались и с каждым движением обтирались все сильнее, доставляя невыносимую боль. Артур не мог закричать или хотя бы застонать, поэтому он просто пытался схватиться хоть за что нибудь, чтобы чувствовать поддержку. Датч чувствовал как его мальчик трясется и сжимается, и чтобы тому было легче переносить отсутствие ласки он двумя пальцами огладил щеки Артура и проник ими ему в рот. Артур сразу схватился за эту соломинку, и стал с жадностью обсасывать пальцы, — все же Датчу небезразлично, что он чувствует. С каждым толчком глаза Моргана все больше наполнялись слезами, причем не столько от физической, сколько от эмоциональной боли. Ему было обидно, что Датч сейчас поступает с ним так жестоко, ведь он думал, что найдет утешение в объятиях ВанДерЛинде и хотя бы на время забудет о своих переживаниях после расставания. Его член уже опустился и ни о каком возбуждении не было и речи, он лишь слабо подрагивал при толчках и очень тихо всхлипывал. В момент, когда Артуру стало невыносимо это вытерпеть и он был готов закричать, Датч аккуратно вытащил член, развернул своего мальчика к себе лицом и очень нежно поцеловал. Артур зажмурился, но его слезы продолжали течь из глаз, затем падая на кожу Датча. Они размазывались между их щек, и попадали в рот, придавая солоноватый привкус их поцелую. Поцелуй был так нежен и ласков, что Артур не мог не застонать прямо в него.