горят мосты и мы любуемся на огонь

на сегодня обещали плохую погоду на сегодня обещали просто пиздецки ужасную погоду, дождь, ветер, и возможно даже чёртову грозу, но дазай хотел стать повелителем молний, а ацуши казалось что их четверка стала проводить вместе слишком мало времени, по этому мнения чуи и акутагавы никто уже и не спрашивал. их просто насильно вытащили на улицу, а рюноскэ ещё и денег заставили взять. в прочем, как всегда и именно из-за этого шин соукоку ждали своих друзей уже ровно в одиннадцать часов, в чёртовы каникулы, хотя могли бы спать в своих уютных кроватках, каждый у себя дома. и только через минут десять пришли шатен и рыжий — боже, можно было ещё дольше? — закатив глаза, спросил их личный «денежный мешок» — я не виноват что чиби-чу так долго собирается! совсем как девчонка, ей-богу! — надулся шатен, но тут же получил подзатыльник от накахары, которого это сравнение с девчонкой явно не радовало — не забывай что ты, маньяк суицидальный, проспал и бежал ко мне со всех ног, а после, пытаясь делать на ходу кофе для меня, чтоб мы быстрее вышли, разлил и рассыпал все что только можно, и после этого ты безумно долго это все убирал — явно сердито проговорил чуя — а ещё, по твоей милости я остался без утреннего кофе — господи, долбаёбы, ни дня без приключений не можете. хоть бы один раз у вашего дуэта все нормально прошло, а не через жопу — презрительно глянув на эту парочку, прошептал брюнет, но больше возмущаться не стал, ведь это было бесполезно — все, ребятки, успокойтесь, пойдёмте лучше в парк! — наконец подал голос ацуши, и они стали двигаться в сторону того самого парка, который, кстати, был самым любимым у ацуши спустя, примерно, минут пятнадцать, ребята дошли до назначенного места. накахара рухнул на ближайшую скамейку и сухо сказав «все, я спать», закрыл глаза и принял горизонтальное положение, видимо всерьёз собираясь вздремнуть но разве дазай ему позволит? осаму подошёл к скамье и стал пристально рассматривать лежащее на ней тело, после чего легонько тыкать в руки и ноги невысокого парня, на что он просто тихо промычал и отвернулся от столь раздражающей морды своего лучшего друга — боже, чибико, ты разве ещё не отоспался на каникулах? — нет, не отоспался, представь себе — довольно тихо буркнул чуя, отмахиваясь от осаму, как от надоедливого камара на улице стало холодать, по этому голубоглазый чуть поежился из-за того, что был в довольно лёгкой одежде, но вставать со скамейки не собирался, как бы шатен не пытался его поднять — слизняк, ты никогда о здоровье не заботиштся. на — и после этого, дазай накрыл чую своей мягкой и теплой черной кофтой накахара все же сел и тупо уставился на вещь, которой его друг накрыл его, а после поднял взгляд на дазая — эт чё? — кофта — понятно, блять, что не маяк. нахуй она мне? — чтоб не замёрз — и без тебя, отморозок, от холода не умру но кофту чуя все же забрал. скачала вдохнул её запах, а после, головой зарылся в неё и начал щекой тереться о безумно мягкую вещицу. дазай все же отошёл от обладателя маленьких и красивых веснушек — звёздочек — которые ему так нравилось разглядывать на лице миловидного паренька на уроках, чтоб его не ударил этой же кофтой, но наблюдать все так же продолжил а накахара, заканчивая тереться щекой о, как он подумал, слишком мягкую для шатена кофту, все же лег и укрылся ей, будто одеялом, как и задумывалось исначально дазай же, в мгновение ока оказавшийся возле чуи, сначала аккуратно, боясь что чуя все ещё злой, начал поглаживать его по довольно длинным рыжим волосам, которые шатен всегда у него обожал. иногда даже сам вызывался расчёсывать, чтобы ещё разок прикоснуться к ним. гладил медленно, боясь потревожить. по тому что чуя — нечто хрупкое, что-то, что легко можно разбить. и осаму не разбивает и надеется что не разобьёт больше никогда а накахара сначала пытается как-то увильнуть от рук дазая, кривится когда шатен рукой зарывается в волосы, но потом успокаивается и спокойно лежит не рыпаясь. дазаю можно, всегда было и будет можно. и волосы, и светлая кожа с милыми веснушками-звездами, и весь накахара в целом принадлежал дазаю. хоть и не официально, ведь даже они об этом только догадывались, но чуя был только осаму, а осаму, соответственно, чуин. все просто в это время, ацуши и рюноскэ гуляли по парку, оставив голубков одних — не люблю парки — немного раздражительно и как-то устало произнес акутагава — а что так? — удивился накадзима. он, что неудивительно, обожал парки всей своей душой — людей много. они противные — сказал он, и убрал руки в карманы своей, черной как ночь, олимпийки — ааа… а я думал сами парки не любишь. здесь очень красиво и спокойно! — неловко улыбнулся ацуши, продолжая поддерживать беседу — угу. и многолюдно — после этого, говорить о парках они закончили. но они все равно беседовали о разных вещах, о погоде, о каких-то новостях из школы, о них самих, в принципе обо всем. они любили вот так просто и легко разговаривать. они нуждались в словах, чтобы не совершить ошибок. никогда больше. ни разу вообще, говорил по большей части именно ацуши, акутагава чаще всего выступал слушателем, но и он иногда что-то отвечал и пытался поддержать беседу ни о чем, или просто так говорил какие-то фразы или оповещал ацуши о чем-то — смотри, собака бежит — о, птица. красивая — хочешь, я тебе волшебный камень подарю? с точками какими-то накадзиму это забавляло, и он всегда отвлекался от рассказа о чем-то и отвечал рюноскэ, даже если это было просто какое-то слово сказанное просто так у ацуши понемногу начали замерзать руки из-за холода и акутагава это заметил — холодно? — произнес обладатель черных волос с белыми концами на челке, смотря на руки ацуши — да не сильно если честно, не обращай внимания! кхем, в общем, там когда федя к нему подо- — договорить ему не дало то, что его рука уже находилась в кармане олимпийки парня — аа, зачем, аку? — ацуши немного растерялся из-за такого неожиданного действия — тебе холодно, вот и все — пожав плечами, произнес рюноскэ, а-ля «ничего не обычного, чего ты удивляешься?», а после, вытащив обе руки из карманов, снял перчатку с одной из рук — держи, тигр ацуши слегка покраснел из-за действий друга, но все же перчатку надел и руку из кармана не вытащил, даже совсем немного прижался к рюноскэ. конечно, чтоб теплее было. больше ведь нет причин, да? когда беловолосый почувствовал на своей коже редкие прохладные капельки дождя, то он сразу начал тащить акутагаву к чуе и дазаю, где второй уже кружился и кричал о том, что начал идти дождь. в прочем, одна из пар, поняла куда идти, только по этим выкрикам на них в это время уже странно косились люди находящиеся в парке дождь начинал лить уже довольно сильно, по этому накахара предложил идею зайти в магазин. как это связано — никто не понял, ведь они так-то собирались гулять под дождем, а не под крышей какого-то магазина правда потом до акутагавы дошло, что он просто хочет потратить его деньги, и отвесил чуе слабый подзатыльник. но в магазин они все равно пошли, ведь идею поддержал ещё и ацуши накадзима и чуя взяли себе мороженое. ну, точнее ацуши взял им мороженое, по тому что накахара слишком долго выбирал. а акутагава и осаму остановили свой выбор на самых дешёвых сухариках. но потом они пошли ещё и чуе за кофе, ведь слово «принцессы» — закон наконец-то выйдя из кофейни, ребята увидели что на улице был ужасно сильный ливень, да ещё и с ветром. осаму сразу начал прыгать по лужам, а чуя тихо жалел свои волосы, после чего начал бегать за дазаем, ведь брызги попали на его одежду. примерно в этот момент аку и ацу осознали с какими долбаебами они дружат уже 3 года. да, и правда, надо бы прекращать — эй, а вы чего не веселитесь? — пока шатен оторвался от разъярённого накахары, он решил развеселить ещё двух друзей — нам и без детских догонялок весело, если ты не заметил — закатив глаза, ответил рюноскэ — даа? — даа — а мне кажется что нет! дазай прыгнул в большую лужу прямо перед ними, из-за чего на их штаны попало много грязной воды, а после плеснул эту же воду им в лицо. и когда он успел её набрать? сзади встал накахара. перед лицом стояли акутагава и ацуши. искра, буря, безумие. и тут в небе что-то громыхнуло. — гроза! — чуть ли ни засиял дазай — урааа, я наконец-то стану повелителем молний! — ты станешь только повелителем ебланов, мудак ты чокнутый! — крикнул чуя, до сих пор стоя сзади осаму — да брось, чуечка! — дазай развернулся и очень быстро подошёл к чуе, одной рукой приобнимая его за плечи, а другую же он поднял к небу — смотри — ударь молния, если я люблю моего чиби! — очень громко крикнул осаму, после чего молния все же ударила и на несколько секунд осветила небо — идиот — толкнул чуя своего друга, хотя сейчас он уже сомневался в том, что они дружат, а не встречаются, и стремительно начал краснеть. сейчас он был похож на спелый помидор или клубнику а осаму просто притянул чую ещё ближе и просто обнимал а ацуши, посмеиваясь, взял акутагаву за руку, и посмотрел на небо — я тоже акутагаву люблю.. — и молния вновь ударила, небо вновь стал светлым, а акутагава вновь улыбнулся. вновь поцеловал накадзиму и они вновь были счастливы. и им было хорошо рядом друг с другом мокрые и холодные, зато вместе. навсегда