Почему ты вновь бросаешь меня?

Шумом наполнен зал заседаний в башне золотого карпа, последние события подняли весь заклинательский мир на ноги. Цзинь Гуаньшань на радостях устроил большое собрание, празднуя недавнюю кончину старейшины. — Старейшина И Лин мертв? Кто же смог убить его? -Конец злодеяниям своего сородича положил никто иной, как его шиди, Цзян Чэн. Цзян Ванинь нервно потер кольцо на пальце и решил далее не слушать, нервно сводя брови к переносице. — Глава ордена Цзян, вижу вы сегодня не в духе. На лице Чзян Чена появилась кривая ухмылка. — Не стоит внимания, был беспокойный сон. Откланившись главе ордена Цзинь, Цзян Чэн присоединился к беседе Лань Хуаня и Не Хуайсана, потому что знал, они не будут говорить о нём, лишь выразили соболезнования, продолжая обсуждения… Ни одно собрание не принесло столько боли, сколько принесло это. Больше всего хотелось сбежать, как жалкому трусу, закрыться в спальне… Солнце давно село за горизонт, а лодка только причалила в пристани лотоса. Отдав последний приказ, глава тут же направляется в свои покои. Бессильное падение на жёсткую кровать, тихий выдох в простыни. -Вей Ин. Неужели, всё что они говорили правда? Может и правда твоя вина, не ты ли ранил его перед смертью, не ты ли предал его?! Если бы ты был рядом, неужели он покинул бы этот мир так рано. Храни ты душу брата, избрал бы он тёмный путь, стал бы приспешником зла? -Почему. Почему ты оставил меня, как и каждый из вас, матушка? сестра? Ты обещал остаться со мной до конца, почему же ты предал меня? Разве не ты виновен в смерти родных, будь ты осторожнее, мог бы сберечь их! И ты всё равно обвинял его, только его, эгоистично игнорируя вину других. Разве смеешь ты ещё называть его имя? Думать о нём? Обвинять его? Ты просто жалок, смирись, ничтожество.