кольцо

— Нам никто никогда не поверит. Зоро наклоняет голову, размышляя. — Что мы женаты? — Что мы что угодно, — говорит Санджи. — Но да, это особенно. Зоро моргает, словно эта концепция слишком чужда его крошечному мозгу из простого мха. — Но я подарил тебе кольцо, — говорит он и поднимает левую руку, безымянный палец которой обвивает серебряное кольцо. — Мы подходим друг другу. Санджи усмехается. — Как будто кого-то ещё волнуют такие вещи. Он смотрит на своё кольцо. Они действительно подходят друг другу, за исключением имен, выгравированных на внутренней стороне ленты — имя Санджи на имени Зоро и наоборот. Приятный штрих, надо признать, но в целом вещь выглядит как-то простовато. — Между прочим, это не так, как на самом деле. Ты бросил кольцо через голову Усоппа после ужина, а я чуть не уронил его — это вряд ли считается предложением. Зоро снова моргает, и с каждым удивленным морганием он выглядит всё более смущённым. Санджи жалеет его простой мозг за то, что ему приходится так много работать сегодня. — Ты, — говорит Зоро, затем останавливается. — Ты хочешь, чтобы я опустился на одно колено? — Я вышвырну тебя за борт, если ты когда-нибудь попытаешься сделать это на Санни, — немедленно говорит Санджи, прежде чем у моховой головы могут появиться какие-либо идеи. Санджи любит свою долю романтизма, но он знает, что Зоро не такой человек и, ну, неважно. Если бы он хотел шикарных ужинов и дорогих цветов от своего партнёра, он бы не стал встречаться с этим грубияном. — Всё в порядке, не думай об этом слишком много. К большому удивлению Санджи, Зоро не выглядит умиротворенным. Вместо этого слова Санджи, похоже, имеют противоположный эффект — Зоро выглядит так, будто он на грани какого-то срыва. Он избегает взгляда Санджи, и хотя он, вероятно, кажется таким же спокойным и собранным, как обычно, Санджи знает, где искать признаки — подергивание пальцев, дрожание голоса. — Хорошо, — говорит Зоро, и его голос звучит так, будто он в шаге от того, чтобы обнажить свои мечи и слепо размахивать ими в никуда. — Хорошо, — повторяет он, а затем тихо добавляет под смущенное покашливание: — Но ты все равно будешь носить кольцо, верно? Рука Санджи, на полпути к карману, чтобы взять сигарету, замирает. — А? Зоро всё ещё смотрит в сторону. — Ты все равно будешь носить кольцо, верно? — На переносице у него красная полоса; слабая, но есть. — Я надену своё. Ха, думает Санджи и не может удержаться от ухмылки. Значит, этот грубиян всё-таки кое-что смыслит в романтике. — Да, Маримо, — говорит он. Он рассеянно прикасается к кольцу, холодному на ощупь, но каким-то образом по-прежнему согревающему его. — Не волнуйся. Санджи действительно любит свою долю романтизма.