Новогодняя ёлочка

*** Когда соседи Антона и Арсения слышат фразы на подобии «у тебя криво стоит!», « да ты можешь нормально вставить?!», «да он большой слишком, не влазит.», «у меня всё вот влазит! Видишь?» они наверное думают о чём-то не том. Но на самом деле парни собирают ёлку. Точнее Арсений собирает, а Антон недовольно критикует и поправляет всё косяки Попова. ... Арсений уже хнычет от того, что он собирает грёбаную ёлку второй час. То Шастуна, видите ли, не устраивает как стоит ствол ёлки. Криво ему. Вот он вновь собрал ёлку. Ну сейчас-то точно любимый всё оценит. Скажет что у брюнета ручки золотые, и что он создан для собирания ёлок. – Шаст! Всё! Я собрал! – кричит старший и любуется ёлкой, сидя по-турецки. Антон приходит и хмурясь подходит к ёлке, обходя её. Он остановился рядом с Арсением, который неотрывно смотрел на него ожидая похвалы за чудную работу. – Бери ствол в руку – командует шатен. Арсений подумал, что за шикарную работу он заслужил награду. Он схватил член своего парня через домашние штаны и довольно заулыбался. Антон охнул и ударил Попова по руке. – ствол ёлки. Мой ствол ты ещё не заслужил. – рыкнул зеленоглазый. – да он идеально стоит! – протестует мужчина. Но ему пришлось встать, чтобы оглядеть ёлку. – знаешь, что?! Собирай это говно сам! – разозлено сказал мужчина и громко затопал идя в спальню. Шатен остановил парня, хватая за руку и притягивая к себе. Он завернул мужчину в объятия и положил тому подбородок на голову. – ну не злись. – невинно сказал Антон. Будто не он говорил, что Попов будет сидеть тут вечность, пока не соберёт ёлку. Сейчас Шастун гладит своего мужчину по животу и успокаивает своим дыханием и сердцебиением. Голубоглазый успокаивается и даже сам ластиться навстречу к ласкам Антона. – давай мы сейчас вместе украсим ёлку... – Арсений устало вздохнул. Не очень он рад такому. Новогоднее настроение опустилось к нулю из-за этих ёлок. – а потом, будет сюрприз – шатен горячо шепнул последнюю фразу на ухо, опаляя горячим дыханием ухо Попова. Так же он сжал ягодицу брюнета, намёкая какой подарок будет для него. Это послужило хорошей мотивацией и Арсений сам достал игрушки. Они наряжали ёлку еще битый час. А затем, даже не дойдя до кровати, повалились на пол рядом с ёлкой. Но шатен, через некоторое время лежания на полу, решил встать и умчать в спальню. Попов заинтересованно поглядывал на Антона и прислушивался к звукам, что слышатся из их спальни. Арсений уже и забыл, что его ждало поощрение за украшение ёлки. Но это действо возлюбленного, напомнило ему. Антон вернулся с чём-то в руках. Руки он спрятал за спину и мужчина не мог разглядеть, что там. Но по глухим стуком чего-то об чего-то, он понял что предмет не один. Антон подошёл к любимому и сёл к нему на бёдра. Он спрятал вещи за пышные ветви ёлки. Голубоглазый смог разглядеть лишь знакомый бутылек смазки, а вот второй предмет не уловил. Шастун прилёг на любимого человека при этом выгибаясь в пояснице и оттопыривая зад. Нижний с интересом наблюдал что тоже собирается делать его любимый. Антон впился глубоким, горячим поцелуем в губы Арсения. Второй начал привычно отвечать на прелюдию. Они умело переплетали языки и ласкали свои рты, прекрасно зная, где самые чувствительные точки. Поцелуй продлился не так уж и долго, ниточка слюней скрепляла их губы и это было даже романтично. Но верхний быстро разорвал эту ниточку. Он заполз руками под футболку и начал гладить живот пробираясь к соскам. Они выпирали из-под тонкой ткани, и от этого, хотелось уделить им больше внимания. – я буду принимать? – интересуется Попов и кладёт свои руки на бёдра шатена. Второй утвердительно закивал головой и пошло улыбнулся. Антон вёл себя нежно. Сексуально выгибался, показывал нарастающее наслаждение. Но при этом ластится к мужчине и показывал свою открытость и преданность. Брюнета это поведение возбуждало очень уж сильно. Он сжимал бёдра шатена чуть ли не до синяков, намекая, что уже хочет. Но шатен лишь игрался, распаляя ещё больше, хотя казалось бы, куда больше. Соски у Арсения становились каменными из-за прикосновения нежных пальчиков к его эрогенным зонам. К тому же, кольца Шастуна, холодили кожу, что вызывало новый табун мурашек. А те, приливали все к соскам, делая их бордовыми. Антон щупал, мял, вертел розовыми бусинками в разные стороны. Он чуть привстал на коленях, когда почувствовал постепенно напрягающийся член под собой. Шатен прекратил всё ласки и спустился ниже бёдер. Теперь он хотел приступить к главному. Он приспустил домашние штаны Арсения и попросил его раздвинуть ноги пошире, лёгким похлопыванием по бедру. Нижний, повиновался, он раскрылся сильнее, предоставляя возможность разглядеть себя. Он был в ожидании, что же Шастун предпримет дальше. Второй задумался над чем-то и затем сам себе кивнул. Он достал из-под ветки искусственной ёлки бутылочку смазки и выдавил себе на пальцы, но перед этим снял кольца. Нижний уловил запах клубники от смазки. Но у них же такой не было. Мужчина удивился. Он приподнял таз, позволяя, проникнуть в себя пальцам. В голубоглазого вошёл первый палец. Он вошёл не туго. Но затем он увидел, что Антон наклоняется ближе к его отверстию и позже чувствует язык внутри себя. Он простонал. Ведь это одна из самых его любимых практик. Шатен лизал сжимающуюся дырочку и проникал языком. Затем, не отрываясь ртом от зада Арсения он вытащил этот палец и налил себе ещё немного смазки. Затем помотал пальчиком измазанным в искусственной смазке перед губами Арсения. Нижний не понимал, что от него хотят. Верхнему пришлось на мгновение остановиться от растягивания языком, чтобы сказать. – оближи. – сказал он. Арсений схватил руку шатена и протянул к своим губам. Он попробывал смазку на вкус и она была сладковато-кислого вкуса. Параллельно с тем, как Арсений пробовал смазку на вкус, он ещё и ласкал языком пальцы шатена. Он посасывал их и обводил языком. Но Антон вырвал их изо рта мужчины и вновь добавил смазки на руку. Лизать зад было сложно. Челюсть затекала, а Шастун захлебывался слюнями, которые стекали ему обратно в рот. Он отодвинулся и принялся растягивать только пальцами. Он вставил один и начал сгибать его. Арсений стонал довольно тихо. Очевидно, что он сдерживался, но когда Антон его раскрепостит, то брюнет, забудет сдерживаться и будет очень громким. Антон растягивал неспешно и долго. За это время, Арсений уже успел истечь естественной смазкой. – ну чего так долго? – хнычет старший, вертя задом. – Арсюш, там такая штучка, для которой нужно хорошенько подготовить твою попку, чтобы не доставить тебе дискомфорта. – сказал шатен и высунул пальчики из растраханного отверстия. – а теперь ляг на живот. Мужчина повиновался. Для этого верхнему пришлось привстать. – только покажи мне это – сказал мужчина. Антон наклонился к самому уху Арсения и прошептал. – я покажу эту штучку, сначала твоей попке, а затем ты скажешь, что это. – под конец фразы зеленоглазый лизнул шею напоследок. Из-за чего Арсений вздохнул. Антон достал секс-игрушку в виде ёлочки. Она была необычная. Но это Антон покажет позже. Он смазал ёлочку смазкой и приставил её ко входу Арсения. Затем медленно вошёл ею, внимательно смотря как она погружается. Он вошёл по первую часть ёлочки. Затем добавил смазки и начал медленно погружать вторую часть. Арсений пыхтел стараясь расслабиться, ведь шатен до сих пор не попал по простате. – это ёлка? – поинтересовался мужчина. В этот момент Антон начал вытаскивать игрушку, которая вошла только наполовину и попал по простате. Арсений громко, гортанно застонал и схватил ковёр в руки. – да, милый. Это ёлочка. – утвердил Антон. У самого-то член жутко болел из-за долгого напряжения. Шастуну лишь оставалось его поправлять, чтобы не упирался в шов домашних штанов. Антон вытаскивал и впихивал игрушку под мелодичные стоны мужчины. Ведь нижний был уже где-то не в этой реальности. Из его глаз лились горячие, обжигающие слезы. Он срывал голос под стоны. Хватался за ковёр мертвой схваткой, а затем отпускал, когда шатен остановился. На игрушке была кнопочка. Антон её включил и ёлочка завибрировал внутри мужчины. Но она ещё и светилась в его заднице. Да, это был вибратор, который переливается цветами радуги как в гирлянде. Арсений стонал от вибраций, но шатен вытащил игрушку и показал её Попову, демонстрируя как она переливается. Мужчина замер и даже, кажется, затаил дыхание когда, разглядывал игрушку. Он пытался сфокусировать взгляд на ëлочке, но от удовольствия глаза никак не могли сфокусироваться. Затем Попов простонал что-то вроде «охуеть» и шатен впихнул игрушку обратно. По его рукам стекала смазка, от чего брюнету хотелось обсосать эти руки, которые просто созданы для секса и дрочки. Шастун трахал парня до тех пор, пока он не заговорил. – да трахни уже меня! – вскрикнул он. Шатен вытащил игрушку и выключил её, откладывая её подальше. Антону сорвало тормоза окончательно. Он стянул штаны, отбросил их в сторону. Когда они летели в другой угол комнаты, чуть не задели ёлку, над которой голубоглазый долго мучался. На его члене выделялось много смазки и предэякулята. Эта смесь скатывалась по члену до самых яичек. Сам орган налился кровью и был красным, из него выглядывала малиново-красная головка, которая привлекательно поблескивала при свете. Шатен вошёл сразу резко, на всю длину. Нижний охнул от неожиданности. – тих, тих, тих – прошептал Арсений. – я же сейчас кончу – предупреждает мужчина и зеленоглазому приходится замереть внутри любимого, чтобы пик блаженства отошёл. После того как Попов снова начал умолять начать двигаться, то верхний, не разогревая медленным темпом, начал быстро вбиваться в растраханный вход. Верхний идеально попадал по простате, он это делал так часто, что брюнет не успевал стонать. Шатен трахал слишком быстро. Арсений деже не понял, что он кончил. А Шастун понял по сжавшемуся колечку мышц на его члене. Он сам издал звук наподобие стона и толкнувшись пару раз слишком глубоко, довёл себя до оргазма. Горячая жидкость выплеснулась прямо в нутро нижнего. Шатен, запыхавшись, вышел из покрасневшего, пульсирующего отверстия и начал успокаивающе гладить любимого по спине. После он поцеловал его во влажный от пота затылок и лёг рядом с ним. Антон целовал любимого в скулы, когда тот отходил от сильного оргазма. Они пролежали так ещё несколько часов. Ну теперь им есть что вспомнить за новогодним столом. А возможно и даже мотивация повторить этот фокус ещё раз. Кто знает.