Решающий анекдот

На улице пахнет ночной свежестью. Из дворца неподалёку раздаётся сладковатый запах благовоний, а из глубин сада — аромат всевозможных цветов, которые только и можно было собрать и посадить во дворце. Здесь, среди этого обилия зелени посреди пустыни, освещённого луной, любой бы смог почувствовать на душе спокойствие и умиротворение… …Но только не он, к сожалению. Юноша в тюрбане расшитым золотом и украшенным драгоценными камнями нарезал круги по дворцовому саду, напряжённо размышляя о чём-то. Яркое перо, которым головной убор был украшен, то и дело опускалось вниз, отчего приходилось его сдувать раз за разом. К сожалению, ни к чему молодой человек не пришёл — быть может, в слишком уж трудной ситуации он оказался, или же его отвлекали звуки напряжённой игры в карты на фоне. — Айя! — неожиданно пискнула маленькая девочка на фоне, да поправила шапку, сползшую набок. — Вы только подумайте: проиграть в карты — ковру! Стыд и позор, ох-ох-ох-ох… Щелчок пальцами — и карты, и игральный стол мигом растворились. Крошка, тоже растворившись в воздухе, появилась перед юношей, который готовился начать обходить уже одиннадцатый круг по саду. — Ну что, надумал что-нибудь? — после этого вопроса тот ещё больше помрачнел. — …Это не сработало. Принц даже разговаривать со мной не захотел. — выражение лица его совсем в тоску вгоняло, отчего малышка-джинн зевнула, да протянула тому свою ладошку. Недолго думая, юноша положил ей в руку одну блестящую монетку моры. — Ох, если уж ты настолько сильно хочешь получить мой совет, то… — в руках у неё появляется книга под названием «1000 и 1 секрет идеальных отношений», на обложке которой была изображена сама джинн. Та развернула книгу страницами к юноше, и на весь разворот было вычерчено всего два слова: «Будь… честным!». — …И что это значит? — То и значит, милок! Скажи ему правду о том, кто ты есть. Будешь врать — он тебя ещё сильнее возненавидит. — ковёр, с которым до этого малышка играла в Священный призыв семерых, подлетел к беседующим ближе, и выразил своё согласие с чужими словами. — Ну же, Сайно, ты же на деле такой очаровашка: я же видела, как ты краснел, когда о своём желании рассказывал! Стать принцем ради того, чтобы стать ближе к принцу — роман с таким сюжетом точно стал бы бестселлером!.. В общем, настоящим ты определённо ему понравишься. Сайно замер ненадолго, задумавшись над словами малышки-джинна. Та уже было выдохнула спокойно, как вдруг он ответил, отвернувшись: — …Исключено. Узнав о моём происхождении, он лишь посмеётся надо мною. — Ну, по статистике, люди зачастую предпочитают весёлых и смешных партнёров… — в воздухе возникла доска с диаграммой, и джинн указкой показала на самую большую долю круга. Настала тишина. Джинн поняла, что допустила фатальную ошибку в тот момент, когда Сайно молча взобрался на ковёр-самолёт. — Ой-ой-ой-ой-ой! Стой же! Стой, дурак! Ты сейчас всё испортишь! — завопила она, но юноша уже не слышал её — к тому моменту на ковре он взмыл вверх, и начал постепенно подбираться к террасе, ведущей из покоев принца, что возвышалась над садом. По мере приближения к той самое террасе, нос всё чётче и чётче улавливал приятный травяной запах… Он был слегка пряным, но не таким приторным, как запахи заморских цветов и благовоний вниз — те и в ряд с этим запахом не стояли. Он Сайно нравился гораздо больше. Ковёр остановился прямо у ограждения террасы. Юноша поднялся на ноги и только успел перелезть через ограду, как осознал, что за полупрозрачным шторками, скрывающими чужие покои, кто-то стоит и очень упорно и внимательно глядит на него. Тёмные лисьи уши, прямые волосы до плеч, такие же тёмные, и все они золотыми украшениями усыпаны, отчего неизвестный в свете ламп наружных скромно блистал, словно далёкая звезда. А глаза, как опал, свой цвет меняли в зависимости от угла обзора… …Так джинн Дори за несколько монеток моры учила Сайно описывать внешность, чтобы точно завоевать сердце чужое. Тот до сих пор помнит совет крохи, заключавшийся в том, что черты человека нужно обязательно сравнивать с чем дорогим, и желательно драгоценным… — …Как я погляжу, ты настолько груб и невоспитан, что даже решил ночью пробраться в королевские покои? — он сделал один-единственным шаг вперёд, да скрестил руки на груди. Неземной красоты юноша глядел на Сайно со всей строгостью и укором, с какими только мог глядеть. Даже несмотря на то, что второй должен был почувствовать стыд, он не мог опустить своего взгляда, и смотрел только на лиса напротив… …Ох, и угораздило же его влюбиться в прекрасного принца из сказок. — Я… Кхм. Приношу свои извинения. — кое-как выдавил из себя он, кулаки сжимая нервно. Сердце колотилось быстро-быстро — и от волнения, и от внезапно нахлынувших нежных чувств. — Просишь прощения? В таком случае, попрошу тебя загладить свою вину тем, что ты незамедлительно покинешь эту террасу. — ушки лисьи плотно прижались к голове, а хвост позади нервно закачался. Послышался тихий звон — это золотые цепочки вместе с драгоценными камнями бились друг о друга во время движения. Немного ещё поглядев на обомлевшего Сайно, чьё обычно серьёзное и непоколебимое лицо в этот момент выглядело совсем уж растерянно, принц развернулся к тому спиной направился в свои покои. Архонты… Неужели их разговор так быстро закончится?.. Сайно хотел было с позором лететь вниз, обратно в сад, как вдруг маленькая розовая птичка-колибри села ему на плечо, и зашептала в напряжении: «Останови его! Скажи, что хочешь с ним поговорить!» — …Принц Тигнари! — несвойственно для себя повысил он голос, а после кашлянул. Принца, конечно же, это остановило, и тот развернулся, глядя на юношу вопросительно. — …Я бы хотел поговорить с вами. В момент, когда он это произнёс, Сайно пришло осознание: он совсем не знает, о чём говорить. — Поговорить? О чём же? — принц выгнул бровь, и всё же решил послушать своего самоназванного жениха. Если он произнесёт сейчас какую-то сладостную чушь, Тигнари точно больше даже смотреть на того не будет, сколько султан ни будет уговаривать его. «Скажи ему правду, правду!» — пищала маленькая колибри, перелетая с одного плеча лже-принца на другое. Сайно старательно её игнорировал, отчаянно пытаясь придумать, что сказать вместо этого, и… — …Знаете ли вы, что получится, если соединить свинью и хиличурла? — принц дёрнул ушком, да склонил голову — видно, что не знает. Сайно кашлянул и выдал с максимально серьёзным и спокойным выражением лица: — Хилихряк. Прошло мгновение, два, три… И, неожиданно, принц тихо засмеялся, отчего юноша, честно говоря, не на шутку удивился — любой другой от его чувства юмора захотел бы сбросить Сайно прямо с балкона. — Ты совсем дурак? — пусть даже его и назвали дураком, этого чудесного смеха было достаточно, чтобы почувствовать гордость. — Это до абсурдного несмешно. …А вот это уже оказалось больно. Настолько, что Сайно голову опустил, и тюрбан золотом расшитым упал на пол террасы, а сам лже-принц, недолго думая, молча перелез через ограду… Да вниз полетел? — А!.. — ушки принца дёрнулись, а глаза широко распахнулись. — С-стой же, ты!.. …И да вверх поднялся? Что же это такое? — Вы просите меня остаться? — моргнув, спросил он, выглядывая из-за ограды. Сердце Тигнари от испуга билось быстро-быстро, и он глядел на Сайно как на ожившего мертвеца. Недолго думая, принц стремительно стал сокращать расстояние между ними. — Что же это значит?.. Почему ты не упал? — Ох… Всё благодаря ковру-самолёту. — жестом попросив своего молчаливого друга подняться над оградой, Сайно предстал перед Тигнари сидящим на красивом, и наверняка очень дорогом цветном ковре, расшитом золотистыми и серебряными нитками. — …Он совершенно разумный, и умеет летать, да так высоко, что достанет даже до… Звёзд. Птичка колибри облегчённо выдохнула: пусть Сайно так и не сказал принцу правду, но зато он хотя бы смог перевести в разговор в русло получше. Рано радовалась, правда. События далее развивались стремительно: Тигнари быстро поднял с пола тюрбан чужой, да надел её на чужую голову задом наперёд, после чего фыркнул недовольно. Сайно ещё несколько мгновений безуспешно пытался повернуть тюрбан правильной стороной, пока вовсе не снял его… — …Точно дурак. С подобным нужно быть осторожнее, и не бросаться с террасы, когда внизу — только твёрдая земля. — выглядел принц очень недовольным. И, видно, очень забеспокоился, когда его «жених» чуть не упал вниз. Сайно еле заметно улыбнулся. Тигнари дёрнул ушком, удивившись. — …Простите. Я удалюсь с террасы, как вы и просили. — вместе с ковром он поднялся ещё чуть выше. — Но… Удалитесь ли вы с неё вместе со мной? Он протянул руку Тигнари. — Если вы покинете свои покои и улизнёте из дворца со мной, эти покои больше не будут называться королевскими, а просто покоями. — принц ничего ему не ответил, и юноша тут же дёрнулся. — Ох, я объясню: если вы уйдёте, то здесь больше не останется никого королевских кровей… А значит, они больше не будут королевскими. …Это что, ещё одна несмешная шутка? Тигнари, тихо вздохнув, взялся за руку Сайно. Он просто попробует. Ничего более.