Воспиталка

На кухне вот уже полчаса висит напряжённая тишина, прерываемая лишь размеренным тиканьем часов. Ольга считает капли валерьянки, падающие в её стакан, и подчёркнуто не смотрит ни на дочь, ни на Медведеву. Женщина забывается, со злостью отодвигает стакан и достаёт из кухонного шкафчика крепкую настойку, подаренную ей подругой. Сейчас она как нельзя кстати. За секунду осушив рюмку «успокоительного» Ольга наконец смотрит на Юлю, а затем и на Киру, сидящую за столом напротив. Чикина вся сжимается под прожигающим взглядом матери. Всё это время женщине было плевать на шалости дочки. Но одно дело узнать, что ребёнок курит, и совсем другое — что она встречается с девушкой старше на пять лет, так ещё и с дочерью Андрея, ставшего для Оли женихом. Кира же — наоборот. Держится непринуждённо и даже скучающе. Что-то отрицать и придумывать отмазки было бы слишком глупо, так что до такого уровня Медведева не опускается. Да и рано или поздно Юле в любом случае пришлось бы раскрыться перед матерью. А орать на Киру или как-либо вправлять ей мозги Ольга не имела никакого права. Медведева взрослая и самостоятельная женщина, а мать Чикиной для неё никто. Хотя это громко сказано, учитывая насколько девушка успела к ней привязаться. Как к крёстной или даже родной тёте. — Так… Может вы соизволите объясниться? — тягостное молчание наконец нарушилось негромким голосом Ольги. — А толку? Вы сами всё видели и, я уверена, поняли, что именно происходило, — пожала плечами Кира. Сейчас бы и она не отказалась от рюмочки крепкого «успокоительного». Юлю ответ Медведевой вогнал в тихий ужас, а Ольгу явно выбил из колеи. Она ожидала отмазок, извинений, оправданий, но точно не этого. Да и самой женщине было бы проще поверить во всё это, списать на случайную ситуацию, а потом спокойно продолжить жить своей жизнью, уверенной в том, что твой ребёнок совершенно «нормальный». Потому молчание снова затянулось на несколько минут. — Так ты.? — Ольга обратилась к Юле. Сказать слово «лесбиянка " у женщины не поворачивался язык. Но Чикина и так всё прекрасно поняла. — Да, — это короткое слово расцарапало пересохшее горло, но тем не менее ответ звучал уверенно. — И когда ты собиралась сказать? Юля припала к струйке воды прямо из крана, прежде чем ответить. — Если честно, до недавнего момента вообще не собиралась. — Вот как, — мать прокашлялась и налила себе ещё одну порцию настойки. — И что у вас с Кирой? — Любовь, — казалось бы, такой детский ответ, но в устах Юли он звучал абсолютно серьёзно, что заставило Медведеву улыбнуться, а Ольгу вздохнуть. — Мне сложно это понять, — напряжённо начала женщина. — Но, возможно, со временем станет легче. Просто не смейте больше целоваться в моём доме. Или делайте это хотя бы в моё отсутствие. Щёки Юли превратились в два огромных красных пятна, и Чикина опустила глаза в пол. А Кира лишь едва заметно улыбнулась краешком губ. Не самый плохой исход, который мог бы быть. По крайней мере, Юльку не избили и не выгнали из дома. Через пару секунд обе девушки исчезли из кухни, и Ольга осталась в компании подаренной настойки. Чикина была слишком растерянной и взволнованной для того, чтобы хоть как-то пошутить по этому поводу. Киру это не настораживало. Она понимала, какой серьёзный шаг сделала сегодня Юля, и не собиралась осуждать ту за плохое настроение. — Если хочешь, я могу сегодня переночевать у подруги, а вы с мамой обо всём этом поговорите, — предложила Медведева. — Нет, — Юля покачала головой. — Я не готова и мне страшно. Когда ты рядом, она вряд ли осмелится на серьёзный разговор, так что лучше никуда не уезжай. — Ладно, — пожала плечами Медведева. — Твоё право. Но завтра предлагаю съездить вдвоём в интересное место. — Что за место? — Эй, если я скажу, оно уже не будет таким интересным, — блондинка порадовалась, что смогла хоть ненадолго отвлечь девушку от гнусных мыслей. — Вот завтра и узнаешь. — Но у меня же завтра колледж! — И что? Ты первый раз прогуливаешь? — Кира нахально улыбнулась. — И ты даже не убьёшь меня за это?! — Пффф, — Медведева закатила глаза. — Да когда такое хоть раз было? Юля смешно надула щёки, демонстрируя свою обиду. — Да ладно тебе, не дуйся. Ты ведь радоваться должна! Чикина показала Кире искренний фак и демонстративно отвернулась от блондинки, показывая, что дальше её слушать не намерена. Однако обида растаяла всего через пару минут и оставшуюся часть дня девушки посвятили пустым разговорам. Юля была благодарна Кире за поддержание совершенно глупых тем. А Медведева понимала, что Чикина пытается отвлечься, и всячески ей в этом помогала. Однако засыпала Юлька всё равно в тревожности, а не в предвкушении завтрашнего дня. *** — Ну дай! — Я уже сто раз сказала — нет! Это самое дорогое, что у меня есть. — А я думала самое дорогое, что у тебя есть, это я! — Юля наигранно обиделась. — Не заставляй меня выбирать между вами! Это же просто пытка. — То есть ты хочешь сказать, что любишь какую-то груду металла больше чем свою девушку? — Нет, конечно! Я люблю вас одинаково. Юлька чуть не задохнулась от нового приступа возмущения. — Ну вот и встречайся со своей машиной! — Я обещаю, что дам тебе порулить, как только ты сдашь на права. — Бла-бла-бла… Ты слишком скучная, правильная и старая! — Значит, у тебя ужасный вкус! Спустя ещё десять минут ругательств, Юля довольно садиться на водительское сиденье и ждёт Кириных указаний. Медведева тяжело вздыхает, но подробно рассказывает и показывает алгоритм действий. Но это не особо помогает, ведь через полчаса: — Жми тормоз! Чикина впопыхах нажимает нужную педаль и машина останавливается настолько резко, что, кажется, будто она ударилась о невидимую преграду. А Медведева буквально воет от отчаяния и злости. — Дура! Не так же резко. — Прости, — Юля строит виноватые глазки и надеется, что голову ей не оторвут. И Кира поддаётся на эти очаровательные махинации, тем более видимого ущерба машине не нанесено. Остаток пути проходит без происшествий. И, заходя в большой загородный дом, Юля присвистывает. — Дача от бабушки с дедушкой досталась, после смерти папы выставила на продажу, но никак не можем договориться с потенциальными покупателями о цене, устраивающей всех, — поясняет Кира. — Я думала тебе будет полезно отдохнуть один день от всего. От рутины, города, матери и колледжа. — А может, мне и от тебя хочется отдохнуть? — Да не вопрос, я запрусь в одной из комнат и буду отсыпаться. — Ты вообще знаешь, что на кровати можно не только спать? — закатывает глаза Юлька. Ей порядком надоело, что своё свободное время Кира частенько посещает сну. Чикина подходит к девушке и целует её в губы. На этот раз требовательно и страстно, покусывая нижнюю губу чуть ли не до крови, призывая таким образом к действию. А Кира намёк понимает прекрасно и совсем не возражает. Она подхватывает блондинку на руки и несёт к ближайшей кровати, попутно успевая играть с её шеей. Чикина оказывается на просторной и мягкой двуспальной кровати, и в тот же момент аккуратно застеленное постельное белье становится грудой тряпок от нетерпеливого ёрзания Юли. Медведева нависает сверху, отгораживая девушку от всех переживаний, гнусных мыслей и беспокойства своим запахом, дыханием и движением рук под футболкой. Соски Юли незамедлительно отзываются на ласки, отчего девушка тихонько постанывает. Киру это лишь заводит ещё больше. Одежда, ставшая преградой на пути к желанному телу, летит от кровати как можно дальше, а кожа Чикиной покрывается мурашками то ли от холода, то ли от причудливых узоров, выводимых руками Медведевой на животе. А Кира наслаждается прекрасным видом, открывшимся ей. Впрочем, делает она это не только глазами. Припав губами к левому соску, блондинка перемещает ловкие пальцы на бёдра, ласково их поглаживая. Сил терпеть у Юленьки не остаётся, когда Кира целует внутреннюю сторону её бедра. Она умоляющим взглядом смотрит на девушку, а та лишь хищно улыбается в ответ, продолжая мучить Чикину сладкими ласками. Юля же тянется к любимым губам, которые уже распухли от поцелуев, ровно так же, как и её собственные. Чикина тоже активно исследует тело Киры руками, запоминая каждый изгиб. — Ну давай же! — не выдерживает девушка, когда Медведева начинает медленно водить пальцами между ног Юли. Там уже давным давно мокро и горячо. И Кира самодовольно улыбается. Но тем не менее Юлю больше не мучает, а входит сначала одним пальцем, но, замечая как Чикина сама на него насаживается, прося большего, почти сразу добавляет второй. Движения Медведевой внутри Юли достаточно ловкие и быстрые, отчего Чикина выгибается в спине и не сдерживает стоны. — Твоя мать убила бы нас, будь это её квартира, — хмыкает Кира, спустя несколько долгих минут наслаждения видом такой Чикиной. А Юля на грани оргазма даже не может ничего на это ответить. Спустя пару секунд всё удовольствие от действий Киры остаётся на её пальцах. Медведева нарочито медленно облизывает каждый, пока Чикина пытается унять дрожь в ногах и снова начать здраво мыслить. На это уходит несколько минут. Пока довольные девушки одеваются, на телефоне Юли высвечивается сообщение от контакта «Мама». «Жду вас к ужину. Разговор будет долгим» Но даже это не портит настроение ни одной после недавних действий.