Fragments of love

— Рэтчет, не удерживай меня! — голос Джаза с каждой секундой становился громче, почти срываясь. — Я не могу просто сидеть и ждать, пока она где-то страдает! — Джаз, тебе нужно успокоиться! — рыкнул медбот, но серебристый лишь оттолкнул его руку. — Успокоиться?! Ты просишь меня успокоиться, когда эта дура пропала?! Когда, может быть, она сейчас кричит от боли, а мы тут просто сидим и болтаем?! С этими словами он вылетел из медотсека, громыхая шагами по металлическому полу. Двери штаба едва успели раскрыться, как он уже оказался в зале, где находился Оптимус. Лидер автоботов стоял у голографической карты, но, услышав яростный топот и сжатый голос Джаза, сразу понял: разговор будет нелёгким. — Оптимус! Где поисковые отряды? Почему её всё ещё нет?! — Мы направили разведку, Джаз, — спокойно ответил Прайм. — Мираж и Айронхайд прочёсывают сектор, где её видели в последний раз. — Этого мало! — сорвался лейтенант, шагнув ближе, оптика пылала, будто искра внутри вот-вот взорвётся. — Ты сам говорил, что человечество — наши союзники! А теперь одна из них пропала, и всё, что ты можешь сказать «они прочёсывают сектор»?! Оптимус выдержал паузу. Его голос был мягким, но твёрдым: — Мы не можем позволить себе действовать безрассудно. Если за этим стоят люди, Джаз...возможно, военные или учёные, нам нужно знать, с кем мы имеем дело. — Мне плевать, кто они! — рявкнул он, сжав кулаки. — Я найду их и раздавлю, если хоть один из них причинил ей боль! Я захороню каждого придурка! Хаунд подошёл сбоку, тихо положив руку на его плечо. — Эй, полегче…мы все переживаем. Мы найдём её, слышишь? Лейтенант резко вдохнул, словно пытаясь вернуть себе контроль, но в голосе по-прежнему звенела боль: — Она не заслужила этого. Она просто хотела помочь…быть рядом. Оптимус кивнул и повернулся к остальным: — Отряды "Браво" и "Омега" встать на позиции. Проверить все возможные координаты. Никаких рисков, но действовать быстро. Мираж откликнулся первым: — Уже в пути, Оптимус. Если она где-то в городе, мы её найдём. — Хорошо. — Прайм повернулся к Джазу. — И ты идёшь с нами. Но, прошу, сохраняй ясность. Не дай эмоциям затмить рассудок. Джаз на мгновение замер, потом кивнул, но в его оптике горело пламя, которое не могло погаснуть ни приказом, ни доводами. — Если кто-то посмел её тронуть, — тихо произнёс он, — я им покажу, что значит трогать то, что принадлежит мне...

***

Тем временем. Лиза попыталась пошевелить руками, но ремни лишь сильнее врезались в кожу. Холод металла, яркий свет, и всё вокруг будто давило на сознание. Один из учёных подошёл ближе, держа в руках планшет. — Не стоит сопротивляться, мисс Уитвики. Это только осложнит процесс. — А может, вы просто отстегнёте меня, и я вам все объясню? — усмехнулась она сквозь страх, но взгляд оставался дерзким. — Мне даже интересно, какой у вас диагноз: добровольное безумие? Учёный лишь слегка улыбнулся, не поднимая глаз. — Удивительная храбрость...Вот почему вы нам интересны. Ваша нервная система выдержала воздействие энергосигнала, исходившего от автоботов. Это невозможно для обычного человека. — Что? — она нахмурилась. — Да вы вообще с ума сошли! Я…Я просто человек! — Возможно, уже нет, — тихо ответил другой. — Мы должны это проверить. Ради науки. — Ради науки? — прошипела она. — Да пошла ваша наука к чёрту! Она резко дёрнула руками, и один из ремней с грохотом сорвался. Учёные отшатнулись, а её глаза сверкнули. — Я вас предупреждала...если выберусь отсюда, — её голос стал ледяным, — я сделаю так, что вам самим захочется лечь на свои столы. Он придет по ваши души...О, и поверьте, он не оставит вас в живых.

***

Does no one know

Who they're dealin' with?

Think I'll let it go?

Forget and forgive?

The rage in me

Is terminal

There's no remedy

But to...

Burn 'em all

I still got a job to do

My mission's incomplete

Only a traitor could consider making peace

The people has to pay

For what they did that day

For what they took away!

В этот момент раздался грохот. С потолка посыпалась пыль, свет замигал. За стеной что-то взорвалось — резкий удар, от которого дрогнули стены лаборатории. Учёные вскрикнули, кто-то уронил планшет, другой кинулся к пульту, но было уже поздно. Металлическая дверь выгнулась наружу, и в следующий миг её просто снесло ударом. В проёме стоял Джаз. Его визор горел холодным, хищным светом. За его спиной мелькали силуэты Оптимуса, Айронхайда и Хаунда, но тот, кто шагнул первым, был он. — Где она?! — Его голос был низким, дрожащим от ярости. Учёные отшатнулись, но один из них, тот самый, с шприцем в руках, быстро сориентировался, повернувшись к пульту. Его пальцы дрожали, но он нажал кнопку. Лиза, которая уже почти освободилась, вздрогнула..к её руке вновь приблизился металлический манипулятор. — Стойте! — рявкнул Оптимус. — Мы пришли поговорить, а не… Щёлк. Игла вошла в кожу. Голубоглазая вскрикнула. Её тело выгнулось, взгляд потух. На миг воздух будто сжался в вакуум, а потом всё взорвалось. — Нет! — Джаз кинулся вперёд, но не успел. Он поймал её в момент, когда она безвольно осела в его ладонях. Её дыхание рвалось: короткое, неровное, ускользающее. — Лиз…Эй… — он стал шептать, будто от этого зависело всё. — Слышишь меня?..Это я, малыш…Держись. Но ответа не было. Тишина. Только гудение приборов и ритмичное биение его искры, отчаянное, неуравновешенное. — Ты…— Ушастый медленно поднял голову. Его взгляд встретился с глазами того самого учёного. — …её убил. Айронхайд сделал шаг вперёд: — Джаз, не… Но было поздно. Всё помещение окутал резкий металлический визг — Джаз сорвался. Он метнулся, схватил человека одной рукой и швырнул через лабораторный стол. Металл поддался, разлетелся. Второй учёный закричал, но Хаунд среагировал, прижимая его к стене. Оптимус попытался вмешаться, но лейтенант был вне себя, искру выжгло до безумия. — Ты хотел экспериментов?! — взревел Джаз, возвышаясь над человеком. — Сейчас будет тебе эксперимент! Оглушительный удар. Потом второй. Кровь на белом халате, треск металла, запах озона. Айронхайд рванулся, чтобы остановить его, но Оптимус поднял руку: — Не вмешивайся. Пусть. Когда Джаз наконец отстранился, учёный уже не шевелился. Он стоял, тяжело дыша, будто возвращаясь из глубины ярости. Потом медленно повернулся к Лизе. — Забрать её… — прохрипел он. — Сейчас же.

***

Storm's comin'

I can see the clouds

No runnin's gonna save you now!

And hard rain is gonna fall down like gravity

Like gravity!

Eye for an eye says you owe me a debt!

Blood demands blood, gonna get my hands wet!

The flood's comin', now you can bet on tragedy

Like gravity!

На базе Рэтчет сразу подключил аппаратуру. Медотсек был полон мягкого света и механического шепота приборов. Лиза лежала на кровати, подключённая к системам жизнеобеспечения. Мониторы мерцали ровными линиями — тонкая грань между жизнью и смертью. — Она… — Рэтчет покачал головой. — Кома. Организм борется, но если вещество проникло глубоко, прогнозы плохие. — Делай что можешь, — тихо сказал Прайм. — Она одна из нас. Она сестра Сэма. Джаз стоял в углу, неподвижный. С него всё ещё стекала чёрная копоть. Его оптика была погашена, только внутри слабое свечение, почти мёртвое. Рэтчет подошёл ближе: — Джаз…тебе нужно отдохнуть. — Я не могу, — ответил он глухо. — Если я отдохну, она останется одна. Он сел рядом с капсулой, опустил руку, положив ладонь на стекло. Его голос был почти неслышен: — Эй…Ты ведь сильная, да? Ты обещала, что не бросишь меня. Так не вздумай сейчас...слышишь? Тишина. Только ровное «пиии» аппаратов. Айронхайд заглянул в отсек, но тут же замер, видя, как Джаз сидит там, словно статуя, не отрывая взгляда от Лизы. — Он даже не двигается, — пробормотал тот. — Ни слова, ни искры эмоций. — Он держит всё внутри, — ответил Рэтчет. — Но если она не проснётся…боюсь, Ад покажется райским садом.

***

Прошло два дня. Джаз не отходил. Иногда он включал для неё музыку...тихую, ту, что она любила. Иногда говорил с ней, будто она слышит. — Помнишь, ты смеялась, когда я фальшиво спел? — шептал он. — Я спою хоть тысячу раз, лишь бы ты снова открыла глаза, детка. Он устал, но не ушёл. Даже Оптимус понимал: пока она не вернётся, он не живёт. А в тени, в глубине базы, Рэтчет просматривал данные крови. Формула, введённая учёными, была не просто наркотиком или ядом, в ней было что-то чужое. — Это не человеческая технология, — тихо сказал он. — Это что-то кибертронское. Джаз услышал. Медленно поднял взгляд. Его оптика вспыхнула. — Значит, — произнёс он холодно, — она не умерла просто так. Кто-то знал, как это сделать. И в этот миг боль сменилась другим чувством: охотничьим инстинктом. Тем, что уже не оставит в живых никого, кто стоял за этим.

***

You think you're Autobot's great savior?

Will you still when I return the favor?

Take the one you need

Make you watch 'em bleed

Will you break thinking how you couldn't save they?!

Wishin' you were there when they needed you

The only soul who's ever completed you

Maybe then you'll get a little heated too

And understand why this is what I need to do!

Storm's comin', I can see the clouds

Металлический корпус медотсека тихо гудел, наполненный мягким светом. Рэтчет вышел, оставив его одного снова. В комнате осталась только она и он. Лиза лежала неподвижно, почти прозрачная под бледными лампами. Её дыхание, еле слышный шорох, как ветер среди обломков. Джаз стоял рядом, не двигаясь. Визор мерцал синим: привычным, спокойным цветом, отражая пульсацию аппаратов. Но внутри него буря давно вышла из-под контроля. Искра билась неравномерно. Каждый звук капель, каждое «пиии» вонзалось, как лезвие. — Они знали, что делают, — прошептал он. — Не просто случай. Не просто ошибка. Это ловушка. Для неё…для меня. Для всех нас. Он сжал кулаки, металл застонал. — Они коснулись того, что моё. В этот момент визор вспыхнул: синий цвет сменился глубоким пурпурным, а затем кроваво-красным. Красный, холодный, как пламя на пепелище. — Нет… — он выдохнул, будто пытаясь удержать контроль. — Не сейчас…не снова… Но голос в его голове уже проснулся. Грубый, искажённый, пропитанный сарказмом и злостью. «Ты слишком долго прятался, Джаз. Слишком долго играл в героя. Они взяли твою игрушку, и ты всё ещё думаешь, что можешь спасти её, не запачкав рук?» Он закрыл глаза, но голос не утихал. «Ты знаешь, кто ты. Твоё имя — Мейстер. И я помню, как ты заставлял мир дрожать. Не остановишь — я возьму контроль сам.» Визор мигнул, красное пламя вспыхнуло ярче. Металл под его ладонями задымился. — Заткнись… — прошипел он, прижимая ладонь к голове. — Я не он… «Ты — это я. Ты просто забыл, как приятно убивать ради тех, кого любишь.» Он вздрогнул, опустив взгляд на Лизу. На миг, на один единственный миг, её пальцы дёрнулись, почти незаметно. Он застыл. — Лиз? Ответа не было. Только лёгкое движение ресниц, слабое, но живое. И этого оказалось достаточно. — Они хотели превратить тебя в эксперимент… — его голос стал ниже, холоднее, будто говорили двое одновременно. — А теперь они сами станут им. Он шагнул к двери. Визор уже стал полностью алым. Когда Рэтчет вернулся, дверь медотсека была распахнута, воздух пах озоном, а на панели оставались следы обожжённого металла. Джаза не было. Только тихий, глухой след по рации: — Цель: найти тех, кто стоял за этим. — Имя поисковика: Мейстер.