Fragments of love

Утро на базе было непривычно тихим. Ни тревог, ни переговоров по внутренним каналам. Только лёгкий гул машин, ровное дыхание генераторов... Рэтчет сидел у пульта, проверяя стабилизационные данные. Его пальцы слегка дрожали: впервые за долгое время не от усталости, а от того, что всё наконец-то шло правильно. Он перевёл взгляд на экран, где ровно и спокойно мерцала зелёная линия пульса. — Давление в норме, дыхание ровное… — пробормотал он и позволил себе выдохнуть. — Чёрт возьми, Лиза, ты упрямая, как и он. — С чего бы это вдруг мне не быть упрямой, если мой напарник тот ещё упрямец, — отозвался хриплый, но узнаваемый голос с койки. Медбот резко обернулся. Лиза уже сидела, слегка опершись на край кровати. Щёки бледные, губы потрескавшиеся, но глаза были живые. Те самые, с голубыми искрами, которых им всем не хватало. — Ты…Тебе нельзя вставать! — Ага, щас, — буркнула она, пытаясь спустить ноги с койки. — Попробуй меня останови, док. Джаз мгновенно оказался рядом, удерживая её, чтобы не рухнула. — Полегче, котенок. Не устраивай марш-бросок в первый день. — Ну хоть кто-то рад меня видеть, — усмехнулась она, облокотившись на него. В дверях уже стоял Мираж с приоткрытым ртом и чашкой энергона, которую он мгновенно пролил, едва увидев её живой. — Я…это…Рэтчет, скажи, что я не глючу! — Не глючишь, — устало, но с улыбкой ответил медик. — Она очнулась. — Очнулась?! Мини босс очухалась!— голос Хаунда раздался так громко, что, кажется, дрогнули стены. Он ворвался в отсек, подмигнул ей и тут же получил локтем от Рэтчета: — Тише ты, идиот! У человека реабилитация! — Да ладно тебе, док, — ухмыльнулся Хаунд, подходя ближе. — Глянь на неё! Сидит как ни в чём не бывало! — Потому что я офигенная, — хрипло сказала девушка, а потом слабо рассмеялась. — Но от кофе я бы не отказалась. Мираж мигом сорвался: — Уже бегу! Только не падай в обморок, ладно? А то я с этой стороны базы не добегу! Рэтчет закатил глаза, но уголки губ дрогнули. Джаз молчал, глядя на всё это с лёгким недоверием и тихим счастьем, которое наконец прорвалось сквозь холод последних недель. Оптимус появился позже всех. Его шаги были привычно тяжёлые, уверенные. Когда он вошёл, разговоры стихли. Он посмотрел на Лизу — и впервые за долгое время на его лице появилось что-то, похожее на тёплую, человеческую улыбку. — Добро пожаловать обратно, Лиза. Твоя сила воли это пример для многих из нас. Она кивнула, чуть неловко, но с достоинством: — Просто…не смогла оставить вас всех без присмотра. Кто-то же должен вас выручать, когда всё снова пойдёт по жопе. Оптимус тихо рассмеялся. — На этот раз мы постараемся обойтись без катастроф. Хаунд фыркнул: — Сомневаюсь, босс. Эта парочка, гарантия катастроф. — Эй! — возмутилась голубоглазая. — Мы всего-то один раз взорвали ангар! — Дважды.— поправил её лейтенант. — Ну ладно, дважды, — пожала плечами она. — Но оба раза было весело. Все рассмеялись. Даже Рэтчет. Смех звучал немного глухо — от облегчения, от усталости, от того, что мир снова стал тёплым. Джаз наклонился к ней, тихо, чтобы никто не услышал: — Знаешь, я всё ещё готов на твоё предложение. — На какое? — Уехать далеко-далеко. Только ты и я. Она улыбнулась, устало, но искренне: — Когда-нибудь, Джаз. Только не сегодня. Сегодня…я просто хочу почувствовать, что всё это действительно происходит. Он сжал её пальцы. И впервые за много недель ни у кого не дрожали руки.

***

Когда двери медотсека распахнулись, в воздухе сразу стало теплее. Даже Рэтчет, обычно хмурый и сосредоточенный, чуть отступил в сторону, уступая место тем, кого Лиза ждала, пусть и не признавала этого вслух. Сначала показалась Джуди, глаза покрасневшие от слёз и бессонных ночей, но улыбка та самая, материнская, от которой внутри становится немного спокойнее. За ней пошел Рон, сдержанный, но в его взгляде мелькало облегчение. И наконец...Сэм, который тащил за собой огромный букет и умудрился зацепиться им за дверной проём. — Окак. Вы пришли... — Господи… — Джуди сорвалась на бег. — Лиза! — Она бросилась к дочери и обняла её так, будто пыталась впитать обратно, словно боялась, что та снова исчезнет. — Ты даже не представляешь, как мы молились, как надеялись... Лиза обняла её в ответ, с трудом сдерживая слёзы — Мам, всё нормально…я же сказала, я всегда возвращаюсь. Сэм подошёл чуть позже, неловко улыбаясь: — Ну что, малая, в следующий раз, может, просто позвонишь, а не в кому падаешь? — А ты всё такой же идиот, — усмехнулась она, легонько стукнув его по руке. Но когда Джуди отстранилась, её взгляд остановился на Джазе. Он стоял чуть поодаль, руки скрещены, голосовой модуль тихо гудел, будто он не знал, что сказать или как вообще себя вести. Отвык. Женщина подошла ближе, и в её взгляде было всё: благодарность, облегчение…и что-то почти родственное. — Джаз… — сказала она мягко. — Пять лет я наблюдаю, как ты рядом с ней. Как ты терпишь, переживаешь, защищаешь. И теперь…Ты сделал невозможное. Он попытался отшутиться, но голос всё равно сорвался на тёплый оттенок: — Просто не мог позволить, чтобы она вот так ушла, мэм. Она не из тех, кто должен сдаваться. Джуди улыбнулась и чуть покачала головой. — Знаешь, я ведь давно поняла, — сказала она, — если кто и сможет выжить рядом с моей дочерью, то только ты. Лиза закатила глаза, но щеки всё же предательски порозовели. — Мам!.. — Что? Мы все знаем, что ты бы не провела столько времени с кем-то, кто тебе не дорог. Рон, стоявший рядом, лишь усмехнулся: — Я, может, не часто вмешиваюсь, но думаю, Джуди права. Этот парень сделал для тебя больше, чем кто-либо. Джаз чуть опустил взгляд, но в его оптике мелькнул тёплый отблеск. — Не знаю, что сказать, сэр. Просто рад, что она снова здесь. Джуди сложила руки и с лёгким смешком добавила: — Знаешь, Джаз…я уже пять лет думаю, что однажды ты всё-таки сделаешь предложение. Так что если соберёшься, не тяни, ладно? Лиза резко обернулась к ней: — МАМА! ТВОЮ НАЛЕВО! Сэм, хихикая, сказал: — Ну всё, жених, теперь без вариантов. Семья одобрила. Джаз усмехнулся, глядя на Лизу: — Похоже, мне пора искать кольцо, а? Она закатила глаза, но не смогла скрыть улыбку: — Попробуй только, и я сбегу снова. Он шагнул ближе, наклонился чуть ниже её уровня, взгляд стал мягче, серьёзнее: — Тогда я просто найду тебя снова, детка. Как всегда. Джуди посмотрела на них обоих и, улыбаясь, вытерла глаза: — Вот теперь…я спокойна.

***

Утро выдалось тихим, редкость после всех бурь последних дней. Сквозь приоткрытое окно медотсека проникал мягкий свет, ложился на белые простыни и тёпло скользил по коже. Воздух пах стерильностью, металлом и…Джазом. Он сидел рядом, глядя, как она спит. Впервые, спокойно. Без дрожи, без кошмаров, без этой тяжёлой тени на лице. Только ровное дыхание и редкое движение ресниц. — Подъём, спящая принцесса, — тихо произнёс он, склоняясь ближе. В ответ лёгкое ворчание: — Мм…нет…я умерла, оставь меня в покое… Он фыркнул, оперевшись на край кровати, и, не удержавшись, кончиками пальцев провёл по её щеке. — Ты уже была мертва, помнишь? Так что, пожалуй, нет, детка, не вариант. — Джаз…— она не открыла глаз, улыбнулась. — Дай мне ещё десять минут… — Ты говорила то же самое три часа назад. — Его голос звучал мягко, с тем самым бархатным тембром, от которого внутри становилось тепло. Она чуть повернулась к нему, уткнулась носом в его грудь и шепнула: — Так вот и сиди. Ты удобный. Он усмехнулся, накрыв её плечи ладонью: — Ты используешь меня как подушку. Неблагодарная женщина. — А ты..А ты как батарею. — Она чуть прижалась крепче, глаза всё ещё закрыты. — Тёплый, мурлычущий и слишком заботливый. Джаз наклонился ближе, так что его голос прошёл прямо у её уха: — А ты слишком упрямая, чтобы признать, что тебе стало лучше. Она тихо рассмеялась. Смех был хриплый, но живой, тёплый. — Может, я просто хочу побыть рядом. — Побыть рядом можно и на ногах, — поддразнил он, касаясь пальцами её волос, осторожно убирая прядь с лица. — Ну же, вставай. Кросс уже третий раз спрашивал, не умерла ли ты снова. — Передай ему, что если будет шуметь, умрёт он, — пробормотала она, всё-таки открывая глаза. Их взгляды встретились: её усталые, но светлые глаза, и его нежные, в которой отражалась она. Несколько секунд они просто молчали, потом она вытянула руку и провела пальцами по его щеке. — Ты ведь не спал, да? — Я же сказал, что не отпущу, — ответил он тихо. — Не мог. Она приподнялась на локтях и, слабо улыбнувшись, коснулась лбом его груди. — Тогда не отходи. Даже когда я снова начну вредничать. — Даже тогда, — пообещал он, слегка сжимая её ладонь. — Хотя, если будешь продолжать вот так не вставать, придётся нести тебя на руках. — Это угроза или предложение? — Скорее, это факт. — усмехнулся он. Она подняла взгляд, и в нём мелькнула та искорка: живая, дерзкая, настоящая. — Ну тогда...неси. Только аккуратно, я всё ещё хрупкая. Он подхватил её легко, будто невесомую, и она, спрятавшись у него на руках, тихо прошептала: — Вот теперь утро похоже на жизнь.