парень зоро, который живет в канаде

      Нами впервые слышит о его существовании, когда натыкается на признание.       Она увидела знакомые зеленые волосы, прежде чем поймала пару, стоящую лицом друг к другу под клёном. Девушка — кто-то из её однокурсников, она узнает позже — ученица младшего класса Зоро, которая изучает ту же специальность. Её глаза опущены, лицо краснее листьев на дереве; выражение лица Зоро, напротив, выглядит абсолютно неуютным в состоянии наполовину паники, наполовину запора.       Нами не шпионит, но это общественный парк, и она представитель общественности.       — Ты мне нравишься, Ророноа Зоро, — говорит девушка низким и мягким голосом, — Ты пойдёшь со мной на свидание?       Нами жалеет бедную, милую девочку. Как подруга детства Зоро, она знает эту старую песню и танец лучше, чем большинство: Зоро собирается начать рассказывать о своей мечте в трогательно расплывчатой попытке отвергнуть её — о том, что у него есть обещание, которое нужно выполнить, и цель, к которой нужно стремиться, и поэтому у него нет времени заводить романтические отношения с кем-либо. Эта девушка — как и другие девушки, которые были до неё — будет настаивать на том, что она понимает, даже когда это явно не так. Она скажет, что всё равно хочет попробовать. И в этот момент Зоро будет выглядеть так, будто скорее проглотит все три своих меча одновременно.       Это движение туда-сюда будет продолжаться до десяти неловких минут.       Она не первая и не будет последней.       За исключением того, что песня так и не прозвучала, а Зоро, похоже, выучил новый танец.       — Мне жаль, — отвечает он твёрдым и уверенным голосом. Явный отказ. — У меня уже есть парень.

***

      — Итак, — она подходит к нему, как раз в тот момент, когда девушка со слезами на глазах исчезает за углом. — Парень.       Однажды ей надоест, что Зоро подпрыгивает, как испуганный кот, когда слышит её голос, но сегодня не тот день. Всегда приятно помнить, что она всё ещё находится на вершине социальной пирамиды их кампуса.       — Что тебе до этого? — ворчит Зоро, резко, но не жестоко, и он позволяет ей идти в ногу с ним.       — Да ладно, правда? — Она толкает его локтем, вероятно, сильнее, чем необходимо. — С каких пор? Ты никогда не тусовался ни с кем, кроме нас, а Луффи приходилось вытаскивать тебя каждый раз. Когда ты никуда не выходишь, ты спишь. Или тренируешься.       — Ну, так получилось, что я встретил его во время тренировки, — возмущенно отвечает Зоро, пытаясь отбить локоть Нами. — Точнее, в спортзале. Мы всё время случайно выбирали одни и те же временные интервалы и вскоре поладили.       — Верно, — решительно говорит она. Забывчивый, жестокий Зоро, с нулевым опытом романтики, волшебным образом находит общий язык со случайным мужчиной. — Как… удобно.       — Не знаю, что ты пытаешься сказать, — Зоро свирепо смотрит в ответ. — Но это так, ведьма.       — Хорошо, — отвечает она тоном, который, она надеется, передаёт, насколько это не нормально.

***

      Гранд Лайн ни в коем случае не маленький университет, но новости быстро распространяются в его сообществе — к тому времени, когда наступают выходные, все уже слышали о новом парне Зоро.       И мельница слухов в кампусе сходит с ума.       Видите ли, к постоянному замешательству Нами, Зоро популярен. Он отчужденный и грубый, что каким-то образом превращается в крутость, и за шесть месяцев учебного года он получил больше признаний, чем зачётов в колледже. Он отвергает их все, как и следовало ожидать, но его обычная отговорка «быть слишком занятым для любви» каким-то образом делает его ещё более мечтательным и желанным.       Но теперь оправдание меняется, и половина женского населения кампуса в смятении. Интересно, кто этот таинственный парень? Как он выглядит? Что он за человек?       По слухам, он высокий. Почти такой же высокий, как Зоро, с разницей в росте всего в сантиметр. Его волосы светлые, золотистые, и достаточно длинные, чтобы развеваться на ветру, но не слишком, чтобы запутаться. У него мягкие, гладкие челюсти и яркие голубые глаза. Он фантастический шеф-повар, в очереди на наследование ресторана с двумя звездами Мишлен в Ист-Блу. Он…

***

      — …Ненастоящий, верно?       Они сидят за уличным столиком за прилавком Хатчана с такояки. Зоро только что вышел в туалет, и поскольку никто не сопровождает его, чтобы показать дорогу, у них будет по крайней мере тридцать минут, чтобы обсудить это.       — Слава гребаному богу, Усопп, — плачет Нами, уронив голову на руки, лежащие на столе. — Я думала, что я единственная, кто сходит с ума. Высокий, светловолосый, красивый. Хрестоматийный признак фильмов о любовном интересе. Что будет дальше? Он давно потерянный принц из Норт-Блю?       — Кто такой давно потерянный принц из Норт-Блу? — спрашивает Виви, садясь рядом со своей девушкой.       — У Зоро совершенно ненастоящий парень, — вздыхает Нами.       При этом в глазах Виви мелькает мрачный взгляд.       — О, он вроде как есть, не так ли? — спрашивает она, прикрывая рот одной рукой в печальном проявлении жалости. — Кто-нибудь вообще знает его имя? Зоро упоминал о нём хотя бы раз?       — Думаю, это было… Санджи, — нерешительно говорит Усопп, слово незнакомое на его языке. — Или что-то в этом роде, — быстро отступает он.       — Хорошо, Санджи, это уже начало, — Нами открывает Instagram на своем телефоне и вводит имя в строку поиска, прежде чем снова продолжить поиск. — Что насчёт фамилии?       — Я думаю, просто Санджи, — пожимает плечами Усопп. — Слышал, что у него была какая-то вражда со своей родной семьей, он сбежал из дома, когда ему было восемь, и больше никогда не называет их фамилии.       — О, я тоже это слышала, — вмешивается Виви. — Говорят, что эта семья — королевская фамилия где-то в их родословной, завоеватели и разжигатели войны. В наши дни они по-прежнему контролируют не менее сорока пяти процентов военной промышленности нашей страны.       Они смотрят друг на друга, пока до них постепенно доходит информация.       — Он совершенно ненастоящий, — стонет Нами.

***

      За все десять лет, что Нами его знает, Зоро всегда был плохим лжецом — он никогда не видел смысла даже в самой белой лжи, предпочитая бои на мечах дипломатии. Но на этот раз он, должно быть, был в таком отчаянии, потому что вместо того, чтобы отступить, они всё больше слышали о фальшивом парне по имени Санджи, и Нами клянется, что каждая новая информация звучит ещё более фальшиво, чем предыдущая.       — Он иногда остается у меня на ночь, — говорит им Зоро однажды во время обеда, между глотками риса. — Он всегда готовит мне обед. Как этот.       Нами смотрит на коробку для завтрака в руке Зоро. Рис выглядит жемчужно-белым и пышным, овощи идеально отварены и приправлены, и она почти уверена, что мясо было приготовлено в виде искусно созданного смайлика, когда Зоро впервые открыл крышку. Не может быть, чтобы что-то настолько совершенное было домашним.       — Верно, — говорит она, мысленно отмечая, что нужно проверить, в каком круглосуточном магазине продается бенто этой конкретной марки.       — Он сказал, что будет занят на работе, извини, — говорит Зоро в другой раз, когда Робин пытается пригласить Санджи на ужин. Он одаривает их гордой улыбкой и нахально говорит: — Есть ресторан, которым он должен управлять. Знаете, он су-шеф.       «В нашем возрасте?» — Нами не спрашивает, но она бросает на Зоро обвиняющий взгляд, когда Усопп предлагает:       — Может, нам тогда сходить в его ресторан?       Зоро пренебрежительно машет рукой.       — Это всё модно и дерьмово, вам, ребята, это не понравится.       — Возможно, для нас с Робин это не было бы слишком, — подбадривает Брук, но обсуждение мгновенно прерывается нытьем Луффи: «Не ешь без меня», и на этом планы ужина заканчиваются.       — Получил вчера, во время нашего спарринга, — ухмыляется Зоро, как только кто-то спрашивает о новом синяке, расцветающем у него под ключицей. — Повару удалось прижать меня.       — Ему удалось прижать тебя, — недоверчиво повторяет Нами. — Он прижал тебя. Трехкратного победителя чемпионата All Grand Line по кендо и обладателя чёрного пояса по айкидо Ророноа Зоро.       — Я знаю, это было потрясающе, — взволнованно говорит Зоро, не обращая внимания на подозрения Нами. — Я имею в виду, да, меня немного разозлило, что я проиграл, но это тоже было довольно жарко.       Нами не нужно было слышать последнюю часть, но что более важно:       — Разве ты не говорил, что он шеф-повар?       На этом Зоро делает паузу. Он хмурится.       — Какое это имеет отношение? — он спрашивает так, будто каждый день сталкивается с шеф-поваром, надирающим ему задницу.       Нами гладит его по голове и жалеет, что он переутомляет одну клетку мозга.

***

      Ложь Зоро, какой бы неуклюжей и нелепой она ни была, очевидно, работает. Нами наблюдает, как всё меньше и меньше девушек останавливают его на пути, чтобы признаться в своей вечной любви, и когда Нами переходит на второй курс — третий для Зоро — большая часть женского населения Гранд Лайн обратила свой взор на следующего задумчивого старшеклассника по имени Трафальгар Ло.       Это, естественно, означало бы, что Зоро наконец-то заткнется об этом фальшивом, несуществующем, воображаемом парне, верно?       Ошибка.       — Повар бы так испугался, — вспоминает Зоро однажды, когда Луффи и Усопп бегают по двору, каждый с кузнечиком в руке. Нами содрогается при этом зрелище — она всегда ненавидела жуков — но пытается сосредоточиться на этой совершенно новой информации о Санджи, которая продолжает казаться случайными фактами, вытащенными из шляпы фокусника.       — Разве ты не говорил, что Санджи был мастером боевых искусств? — указывает Чоппер. В старшей школе у Чоппера летние каникулы, так что в эти дни он чаще посещает их кампус, чем нет, и Нами любит его блестящий, наблюдательный вклад.       Зоро смеется, не обращая внимания на очевидное противоречие.       — Да, но он глуп, когда дело касается насекомых. Однажды он нашел таракана на нашей кухне, и он так громко кричал, что сосед вызвал полицию.       — Значит, он мог избить двадцать взрослых мужчин за один раз, — медленно говорит Нами, — но он бы закричал и полез на столешницу при виде крошечного таракана.       — Да, это было так чертовски смешно, — соглашается Зоро.       Нами поворачивается к нему лицом, на кончике её языка крутится ругань, но зрелище перед ней лишает её дара речи.       На лице Зоро лёгкая улыбка. Она никогда не видела ее на его лице, не такой — мягкой и золотисто-теплой, более сладкой, чем она когда-либо думала, на что он способен. В ней есть привязанность — настоящая, неподдельная привязанность, как будто он действительно вспоминает приятные моменты, и…       Это зашло слишком далеко.

***

      — Мы зашли слишком далеко? — спрашивает Усопп с другого конца дивана.       — Что? Нет, — говорит Нами. Она снова осматривает комнату — все их друзья сгрудились вокруг дивана Зоро, наблюдая за дверью с разной степенью беспокойства. — Ладно, может быть, заходить в его квартиру, пока его нет, немного экстремально, но подумайте вот о чём: он дал нам свои ключи.       — На крайний случай, — рационально указывает Дзинбэй.       — Я голоден, — говорит Луффи, потому что ребенок так и не научился читать атмосферу.       — Это чрезвычайная ситуация, — настаивает она, игнорируя Луффи. — Он явно слишком сильно поверил в свою собственную ложь, и мы, как его самые близкие и, возможно, единственные друзья, должны организовать вмешательство — о, он возвращается домой, вот оно!       Дверь квартиры распахивается, когда Нами встает, чтобы поприветствовать Зоро, и…       Вместо этого заходит блондин.       Нами останавливается как вкопанная.       Блондину не требуется много времени, чтобы заметить буквально толпу в гостиной, и после минуты смущенного молчания он заканчивает тем, что вежливо кивает.       — О, привет. Моховая голова не сказал мне, что его друзья приедут.       — Мы не должны были, — выпаливает Усопп, который всегда быстрее всех находит объяснение или оправдание. — Ну, мы его друзья, мы не грабители или что-то в этом роде, не волнуйся, но он не знал, что мы приедем, потому что он был — мы были — это вмешательство.       — Ох. Хорошо. — Ещё одна пауза. Озабоченный хмурый взгляд. — Для Зоро? Зачем?       — За наличие воображаемого парня, — говорит Нами. — Простите, вы…?       — Парень Зоро.       — О.       Наступает ещё одна, более долгая неловкая пауза, и Нами медленно рассматривает мужчину перед ней — светлые волосы, голубые глаза. Почти такой же высокий, как Зоро. На нём белый двубортный пиджак — очевидно, униформа шеф-повара, — и одежда плотно облегает его руки и грудь, обрисовывая под ними сплошное скопление мышц.       Высокий, светловолосый и красивый. Шеф-повар и мастер боевых искусств.       — Чёрт возьми, — слова срываются с её губ, прежде чем она может остановить себя. — Ты настоящий.       Словно щелчок выключателя, вся комната взрывается от волнения, когда все немедленно устремляются к Санджи, задавая ему различные вопросы, самый громкий из которых — Луффи:       — Ты повар, верно? Ты можешь приготовить мне еду?       Санджи, к его чести, неплохо справляется с ситуацией, отвечая Луффи быстрым «да, да» и отвечая на остальные вопросы один за другим, пока идет на кухню. Он, кажется, не подавлен, уже легко вписывается в их группу друзей, и, чёрт возьми, какие жертвы принес Зоро языческому богу, чтобы заполучить себе идеального парня?       Как по команде, входит Зоро с громким:       — Эй, эй, что, черт возьми, здесь происходит?       — Санджи готовит мне еду, — взволнованно кричит Луффи из кухни.       Санджи смеется над этим, протягивая Луффи что-то похожее на вареные клецки на закуску — как ему удается так быстро разобраться с ребенком, удивляется Нами — и ухмыляется Зоро.       — Ну, твои друзья устраивают интервенцию, — он указывает на окружающих его людей, — потому что, очевидно, ты изменяешь мне с воображаемым парнем.       Зоро моргает.       — А?       — Мы приносим извинения за недоразумение, — вмешивается Робин, — мы думали, что Зоро просто придумал воображаемого парня в качестве предлога, чтобы отвергнуть потенциальных поклонников в нашем кампусе.       — Ты просто звучал слишком идеально, Санджи-бро, — добавляет Фрэнки. — Зоро-бро не умолкал о том, какой ты горячий, крутой и потрясающий. Лучший шеф-повар и лучший мастер боевых искусств в городе, полный комплект, в общем.       — Ого, — чересчур драматично воркует Санджи, — Маримо действительно говорил так обо мне?       — Заткнитесь, вы все, — рычит Зоро, пытаясь вытолкать всех из кухни. Он явно взволнован, на его лице расцветает темно-красный румянец, но он все равно бормочет: — Я не сказал ничего неправдивого.       Настала очередь Санджи краснеть.       — Перестань смущать, придурок, — ворчит он, наклоняясь, чтобы нарезать имбирь на столешнице, но Нами могла видеть, какими красными были кончики его ушей.       — Подождите, — говорит Нами, игнорируя суматоху, когда Зоро удается вытолкать всех остальных обратно в гостиную, потому что у неё по-прежнему так много вопросов. — Зоро попросил меня найти номер телефона в его контактах ранее, и я не видела там Санджи.       Санджи смеется над этим.       — Конечно, — говорит он, даже не потрудившись оторвать взгляд от кастрюли, — он, вероятно, назвал меня «бровастый» или что-то в этом роде.       — На самом деле, это красивый бровастый, — кричит Зоро из гостиной.       — Потому что это намного лучше…       — Я назвал тебя красоткой!       — Тупица, — кричит Санджи, но слово пробивается сквозь улыбку, и Нами снова осознает, что они флиртуют. Зоро флиртует. Туповатый, забывчивый Зоро, который не знал бы романтики, если бы она ударила ему в голову, на самом деле флиртует прямо сейчас.       Со своим самым настоящим парнем.       Она оставляет Санджи творить свою магию. Остальная часть группы устроилась поудобнее дома, как они это часто делают, а Усопп и Луффи сражаются за пульт. Она находит Зоро развалившимся на диване с банкой пива в руке — не часть суматохи, но в ней комфортно.       У Нами всё ещё так много вопросов, но, вероятно, есть только один достаточно важный, чтобы задать его сейчас.       — Он сделал тебя счастливым, да?       Снова улыбка — мягкая и медленно начинающаяся, так, как она не думала, что это возможно. Взгляд Зоро невольно устремляется на кухню, и когда он говорит, его тон наполняется любовью и согревает его.       — Да, Нами. Я счастлив.       — Хорошо, — говорит она. Она думает о том, как Санджи заполняет пространство квартиры Зоро, как будто он был создан, чтобы быть здесь. Она смеется. — Боже, он такой нереальный.       — Я знаю, — ухмыляется Зоро, и они сидят в уютной тишине, пока Санджи не зовёт их на ужин.