Ich liebe dich, meine Sonne.

люблю.

       Новогодняя ночь живописна: фейерверки, бой курантов, запах мандаринов, украшенная ёлка и мигающие гирлянды — всё мило. Новый год без новогоднего настроения — простой день, от которого хочется как можно скорее уйти. Поверьте, Дзёно сделал именно так.        С семьёй сидеть ужасно скучно. Каждое их слово о том, что-де ты ничего не ешь, раздражает. Чтобы не допустить ошибок, Сайгику решает провести Новый год пусть и не дома, зато с любимейшим и родным человеком. Обыкновенно юноша говорил о своем уходе, однако в этот раз родители были требовательны, сказавши, что Дзёно должен присутствовать за столом во время обращения президента. Но ему ведь это не надо. «Уж с Тэтте поприятнее будет. Он хоть и раздражает, да не так, как эти звери», — думал незрячий, устало вздыхая.        И вот, за десять минут до нового года Сайгику закрывает дверь своей комнаты, а затем открывает окна. Плюсы жить в одноэтажном частном доме — вот они! Юноша спрыгивает, а затем не торопясь идёт к деревцу, под которым уже сидел его возлюбленный. Конечно же, Дзёно не одет должным образом: тёмно-алое худи и чёрные джинсы явно не угодят зимней температуре. Он дрожит от холода, а второй парень, заслышавши хруст снега под чужими ногами, сразу понимает, кто это. Вставши с земли, покрытой белой пеленой снега, Тэтте подходит к незрячему и закутывает его в тёплый плед. Конечно, он знал о планах парня, поэтому и прихватил с собой что-нибудь тёплое, чтобы любимый не замёрз совсем. Прижавши к себе сбежавшего, Суэхиро целует его в макушку и усмехается. — Мог бы и одеться потеплее, — с теплым смешком, который согревает душу изнутри, шепчет темноволосый, взявши Сайгику за руку. — Пошёл к чёрту. Не тащить же мне куртку через весь дом? Мать бы увидела, а там... Впрочем, я бы здесь не стоял.        Тэтте легко улыбнулся. Они оба выдержали недолгую паузу, а затем одновременно захихикали. И теперь, держась за руки, они садятся под то же дерево. Если ты, читатель, думаешь, что наш великий Дзёно замёрз, то — не-а! Возможно, он бы и впрямь посинел от холода, если бы просто стоял в пледе. Но ведь его обнимает Суэхиро, и жар внутри разливается по всему телу, приятно согревая.        Они разговорились. Их разговоры были буквально ни о чем: о чем думают, о том и говорят. Но через несколько минут оба юноши услышали грохот — это были фейерверки. «Значит, пришел уже новый год», — думает про себя мечник, после чего прижимается губами к уху Дзёно, обжигающим шёпотом произнося: — с Новым годом, meine Sonne. Ich liebe dich, — после чего улыбается и слышит ответ. — и тебя с Новым годом, lieber Kätzchen. Und ich liebe dich, — Сайгику прячется лицом в плече Тэтте, отмазываясь, что у него якобы нос замёрз.        Они никогда не говорили друг другу слова любви на родном языке. Немецкий и французский им полюбились больше. Хотя, французский от них также можно было редко услышать, а вот немецкий — почти всегда. Главное, что они оба знают, что чувствуют друг к другу. И совсем неважно, как это проявляется.