—а что, мурзилка? не нравится?

      всё тело жутко ныло и болело, боль разливалась по всем конечностям, пульсировала в висках. азик сидел, прислонившись к рекламному щиту на автобусной остановке. время, кажется, было около девяти вечера, похоже, район был немноголюдный. кроме боли во всём теле, неприятностей добавляла и погода. холод будто заползал под кожу и от этого кареглазый озяб.       азику казалось, будто у него сломаны все рёбра. «как же живут то эти хрупкие и чувствительные людишки?» — подумал бывший демон.       мессир хоть и был страшен в гневе, азазель был рад, что это всё закончилось. сатана его конкретно заебал. «азик, сделай то, сделай сë» и прочее. азазель был его шестëркой, он ощущал себя мальчиком на побегушках, его это не устраивало и, несмотря на то, что сатана его чуть не убил, азик наслаждался вкусом свободы. азазелю было наплевать на то, что теперь он — простой смертный. «зато теперь не на побегушках у дьявола» — подумав, ухмыльнулся парень. края губ защипало от боли.       пора бы думать, кто сейчас сможет помочь тому, кто пару часов назад был демоном.       на ум почему-то сразу пришел даниэль. азик сам этому удивился, но, немного подумав, решил обратиться за помощью к ангелу.       даня был самым, блять, святым существом во всей вселенной, как казалось азику. нет, он был в этом уверен. даниэль и вправду был самым добродушным из всех существ, которых знал красноволосый.       оглянувшись, азик понял, что он, оказывается, в нужном районе — он запомнил, где на время поселились два ангела, пришедших на землю, чтобы остановить темный план сатаны. азик, хромая, еле-еле дошёл до нужной квартиры. три коротких стука, и даниэль появился в дверях.       —тот бородатый здесь? — тяжело дыша, спросил азик, желая услышать «нет». если григорий здесь, то он точно отправит демона куда подальше и не захочет ему помогать. ну, минимум, начнёт отчитывать даниэля за его желание помочь кареглазому.       —григорий ушел за доместосом, — спокойно ответил даня, а оглядев парня запаниковал, — боже, азик, что с тобой случилось? ты ранен? тебе нужна помощь? проходи, я сейчас помогу, —он с порога засы́пал азика вопросами, и тот уже в который раз смог убедиться в том, что даниэль — реально самый благодушный ангел.       блондин, подхватив азика за талию, помог дойти ему до дивана. азазель лëг, поморщившись и простонав от боли.       —так, — даниэль, выдохнув, положил обе руки на грудь азика. бывший демон тут же почувствовал приятное покалывание и тепло, разливающееся по всему телу. боль потихоньку утихала.       азик завороженно смотрел на своего спасителя: даня выглядел безумно красиво при приглушённом свете. его кудрявые локоны казались такими мягкими и, наверняка, пахли каким-нибудь приятным и сладким шампунем–азик решил, что позже обязательно это проверит. кожа дани была идеальной. молочного цвета, с небольшим количеством мелких веснушек, которые можно заметить, если приглядеться повнимательнее. азику вдруг очень захотелось прикоснуться к бархатной, на вид, коже. эта мысль всего на секунду промелькнула в голове азика, и он, заворожëнно уставивишись на даниэля, протянул свою руку к чужому лицу.       —азик, ты ч-чего? — смущëнно спросил даня, смотря на красноволосого удивлённым глазами, но не отстранился от чужих рук. азик поглаживал щеку ангела, едва касаясь её подушечкой большого пальца.       —а что, мурзилка? не нравится? — с ухмылкой спросил парень.       даня промолчал и отвëл свой взгляд. его руки всё еще лежали на груди азика, от которой исходило небольшое золотистое свечение. азику никогда не было так хорошо, тепло и спокойно. он почувствовал, что ему стало намного лучше. боль в теле прошла.       —ну, что? — прервал долгую тишину даня, — ты как?       азик всё это время смотрел на даню. нет, он пялился. откровенно пялился на обаятельного блондина, не отрывая взгляда.       —мне уже лучше, — коротко ответил азик.       даня поджал губы. у него было желание услышать хотя бы сухое «спасибо». хотя, даниэль ведь ангел. он должен творить добро безвозмездно. но от азика почему-то так хотелось услышать хоть какое-то формальное выражение благодарности. даня решил, что от него такого ожидать не стоит и решил сменить тему:       —может, ты хочешь чая? я недавно попробовал с малиной, мне понравилось. это было вкуснее, чем какая-то синяя жидкость, которая стоит в ван...—вдруг азик резко прервал парня:       —мурзилка, замолчи, а? даня опешил. он хотел было уйти в другую комнату, чтобы оставить азика одного, и встал с дивана, на котором лежал красноволосый, но вдруг его схватили за руку.       азик, прикусив губу, жалостливым взглядом смотрел на зеленоглазого, держа его своей рукой за запястье. даня обратно сел на диван.       азика мурзилка зацепил с первой встречи. ему и впрямь был интересен даня. кудрявый заинтересовал парня своей святостью, правильностью и..красотой. азик правда считал ангела красивым. у него были зелёные глаза, которые светились, как у ребенка, когда он смотрел на колу, выпиваемую азиком, чудесные светлые кудряшки, которые забавно пружинили, когда ангел снимал свою беретку.       азику, который был полной противоположностью ангела, на удивление, правда понравился даня.       парни молча смотрели друг на друга несколько минут, а может и час. азику казалось, что рядом с таким существом, как даня, время пролетает незаметно.       азику было, если честно, наплевать, что будет дальше. он и не знал, что будет с ним дальше, ведь он теперь простой смертный и больше не служит сатане. так раз азику плевать (или он сам этого хочет?), то он тянется к лицу дани, который до этого пристально и как-то задумчиво глядел на гостя, а сейчас удивлённо заморгал. азик нежно (это не похоже на его обычное поведение, но рядом с даней по-другому никак нельзя) взял лицо дани в свои ладони и трепетно коснулся его губ. они были такими же бархатными, как кожа самогó ангела и с привкусом..малины. азику, в любом случае, это нравилось. парни закрыли глаза, и их сердца учащенно забились. даня начал робко отвечать на поцелуй, но через пару секунд прервал его, мягко отстранив от себя азика.       —что-то не так, мурзилка? сомневаюсь, что тебе не нравится, — ухмыльнувшись, сказал кареглазый.       —мне кажется, то, что мы делаем — неправильно, — растерянно ответил даня, бегая глазами по лицу азика, пытаясь перевести дыхание.       —дань, ну, считай, таким способом я благодарю за то, что помог мне. я теперь не чертëнок, а простой человек. дело рук мессира. и да, я теперь смертный. если бы не ты, мурзилка, я бы сдох уже, честное слово, — с искренностью произнёс азазель и улыбнулся, смотря в светящиеся данины глаза напротив.       теперь, ангел сам прильнул к губам азика, отдавшись во власть такого греховного, но манящего искушения. азик, углубив поцелуй, игриво укусил нижнюю губу блондина. даня ойкнул. красноволосый тут же начал зализывать место укуса, будто извиняясь, и зарылся рукой в кудрявые волосы даниэля.       «его волосы и вправду мягкие на ощупь, как и на вид», — улыбнувшись в поцелуй, подумал азик. он всë-таки это проверил.       «эта благодарность лучше, чем сухое «спасибо», — подумал даня, также улыбнувшись в поцелуй.