Snow On The Beach

Чимин сидел на низеньком раскладном стульчике, вытянув ноги, и смотрел вдаль. Море сегодня было спокойным. Белая пена от ленивых волн еле-еле задевала сухой песок. Бездействовать было прохладно, но Чимин хорошенько запаковался перед поездкой на пляж, открытыми у него были только глаза и переносица. Людей на пляже было мало, их темные фигурки то уменьшались, то увеличивались. Чимина никто не узнавал и не беспокоил, пока рядом, прямо за его спиной, неожиданно не зашуршал песок. — Вот ты где, — раздался сверху знакомый голос. Чимин поднял голову и не поверил своим глазам. — Тэхён? А что ты здесь делаешь? Ты же должен быть у родителей. Неожиданный гость улыбнулся и, протянув руку, помог Чимину встать. — Я был у родителей. Но сегодня мой день рождения, — оправдываясь, произнес Тэхён. — Я собирался позвонить тебе позже, когда вернусь домой, — сообщил Чимин, приспустив шарф, чтобы его лицо было видно. — Я подумал… какой это день рождения, если я не увижусь с тобой, — еще более виновато добавил Тэхён и слегка развел руки, мол, он не мог ничего поделать. Чимин усмехнулся и покачал головой. — Все нормально, я не сержусь. Я на твоем месте, может, поступил бы так же, — сказал он. Тэхён пытливо заглянул ему в глаза, проверяя эти заявления. — Мне все равно стыдно, что я нарушил наш уговор. Прости, — в безысходности проговорил он. — Перестань. Я рад тебя видеть. Правда. — Чимин пихнул его в бок кулаком и встал рядом, чтобы они оба смотрели на воду. Тэхён задел его руку костяшками пальцев. Чимин поспешно спрятал ладонь в карман. Дольше одной сладкой секунды на публике они не могли себе позволить. Их чувства были сильны и от того разрушительны. Страсть и невероятная привязанность друг к другу могли погубить их жизни и жизни всех остальных вокруг. Поэтому они составили правила, которых жестко придерживались, чтобы не попасться никому на глаза. Одним из пунктов этих правил был безмятежный отдых с семьей в одиночестве. Если кто-то уезжал к родителям, второму запрещалось приезжать в гости. Они скучали друг по другу, и внезапный визит мог раздуть тоску по близости до небывалых размеров. Тогда родители отходили на второй план, а так не должно было быть. — Как ты узнал, что я здесь? — поинтересовался Чимин. — Твоя мама сказала, — признался Тэхён. — Ты уже заезжал к нам домой? — удивился Чимин. — Да. Я думал, ты там. Хотел сделать сюрприз. — Тэхён все еще выглядел, как нашкодивший пес. — Разве не я должен делать сюрпризы в твой день рождения? — насмешливо спросил Чимин. Тэхён промолчал и подарил ему смущенную улыбку. — День рождения надо отмечать с родителями, — напомнил Чимин. — Ты давно не праздновал его с ними. — Они поздравили меня утром. Даже торт был, — защитился Тэхён. Чимин посмеялся, переминаясь с ноги на ногу на холодном песке. — Я уеду вечером обратно, не волнуйся. Я на своей машине, — сказал Тэхён, махнув рукой в сторону шоссе. — Мама и папа захотят, чтоб ты поужинал с нами, — хитро прищурившись, выдал Чимин. — Только они? — брякнул Тэхён, и веселье из их диалога тут же куда-то испарилось. Чимин нахохлился, уставившись на море. Тэхён тоже посмотрел на горизонт. — Тут красиво. — Он знал, как Чимин любит море. Может, он приехал сюда предаться каким-то личным мыслям, а Тэхён испортил ему идиллию? — Лежал бы снег, было бы еще красивее, — мечтательно заметил Чимин. — Может, еще выпадет. — Нет. Последний раз пусанский пляж видел снег где-то тридцать лет назад. — Серьезно? — Тэхён решил, что его разыгрывают. — Даже если в городе ложится снег, на пляже его почему-то нет. Может, ветром сдувает. — Чимин пожал плечами, вовсе не придуриваясь. — У нас и вода никогда не замерзает у берега. — Мм… — глубокомысленно промычал Тэхён. Они постояли молча еще какое-то время. — Ты точно на меня не сердишься? — тихо проронил Тэхён чуть погодя. — Тэхён! — Чимин закатил глаза и вновь захихикал, как прежде. — Я же сказал, что нет. Сегодня у тебя день рождения, тебе все можно. Тэхён смотрел на него в упор, по-прежнему не слишком доверчиво. Чимин разгадал смысл его взгляда. Тэхёна стоило бы пристукнуть, а потом зажать на заднем сидении машины. Но Чимин, правда, не сердился. Его любимый человек хотел ласки в свой день рождения, и он мог и хотел дать ее ему. — Поехали домой. Я первый, ты следом, — скомандовал Чимин, складывая стул в плоскую форму, чтобы было удобнее нести. Он тоже приехал на пляж на машине, никто из них не мог бросить тут свое авто, так что придется ехать «паровозиком». Ужин прошел очень весело. Родители Чимина души не чаяли в Тэхёне. За столом, заставленным кучей тарелок, они рассказывали новые и старые истории, много смеялись, подливали друг другу вино и обсуждали самые разные вещи от покупки обуви до состояния мирового сообщества. Тэхён сразу понял, что Чимин не отпустит его без ночевки. Только он хотел открыть рот и заикнуться, что он за рулем, и вино ему нельзя, как Чимин уже чокнулся с ним бокалом и сделал глоток. Тэхён нарушил правило, и последствия стремительно нарастали, как снежный ком под перчатками детей в зимнюю пору. Чимин всегда казался самым собранным из них двоих, но это был лишь фасад, и Тэхёну это было хорошо известно. Активный, любвеобильный, чрезмерно заботливый и услужливый — Чимин следил, чтобы Тэхён попробовал все блюда, чтобы в его тарелке всегда было мясо, чтобы на него не дуло из окна гостиной. Он прикасался к нему множество раз, как делал это постоянно в объективах камер, но им обоим этого было мало. Они будто играли с ленточкой от подарка, а внутрь коробки заглянуть не могли. После ужина, закончившегося около десяти вечера, Чимин и Тэхён поднялись на второй этаж в комнату Чимина. Они договорились, что спокойно разместятся вдвоем на большой кровати Чимина, все равно будут болтать половину ночи. Чимин закрыл дверь на замок, сразу как они вошли. Свет им был не нужен. Зачем видеть друг друга, если они и так всегда рядом? Чимин отвел Тэхёна на середину комнаты подальше от двери, и они взялись за руки. В тишине было слышно не только дыхание, но даже шуршание одежды под пальцами. Нежный, сладкий миг перед поцелуем всегда дразнил их своей протяженностью. Они переживали разлуку и предвкушали воссоединение, касаясь лиц друг друга то носом, то щекой, то лбом. Чимин мял свитер на рукавах Тэхёна, а потом большие теплые руки бережно сжали его пальцы и прижали их к груди. — С днем рождения, — тихо вымолвил он, уже неплохо различая в темноте любимое лицо. Тэхён улыбнулся, и Чимин почувствовал себя так, словно выиграл в каком-то безумно важном конкурсе. Они были вместе, и терять минуты было так глупо. Чимин поцеловал его первым, и эмоции моментально окутали его вихрящимся коконом. — Чимин-и… — Шепот в губы самым теплым и бархатным тембром. Чимин обвил шею Тэхёна руками, прижимаясь к нему. Глубокий поцелуй захватил обоих в плен, источая соблазнительное блаженство. Тэхён держал Чимина в тесных объятьях, и каждое движение его любимого человека рассказывало ему о том, что тот чувствует. Чимин не был спокоен. Он то наваливался вперед, то ослаблял хватку. Зажатые плечи выдавали его нервное состояние. Тэхён понял, что сейчас произойдет, еще до того, как Чимин сморщил нос и всхлипнул. — Ну, что ты… Чимин-а? — Он попытался снова поцеловать его, но Чимин совсем закрылся, спрятав лицо на его плече. — Прости. — Судорожный вздох, маленький нос засопел в трикотажный свитер, а пальцы снова начала царапать рукава. — Это ты меня прости. Я не должен был… — Тэхён не договорил фразу, боясь, что разозлит Чимина своими извинениями, которых тот не ждет. — Почему мы должны скрываться? Разве мы делаем что-то плохое? — сквозь слезы пробормотал Чимин. — Нет, мы не делаем ничего плохого. — Тэхён обнял его крепче, поглаживая по спине. — Не плачь. Надо было мне позвонить сначала. Похоже, я тебя слишком поразил своим появлением. — Это не твоя вина, — прошептал Чимин обессиленно. — Ах… Он вытер нос тыльной стороной ладони и обхватил плечи Тэхёна руками, устроившись в его объятьях еще уютнее. — Мне так хорошо с тобой, — добавил он уже ровным, но все еще печальным тоном. — Я, правда, рад, что ты здесь. — Я знаю. Но мне так жаль, что я довел тебя до слез. — Тэхён погладил его по голове, чтобы помочь успокоиться. Чимин отстранился от его плеча и потянул парня за собой к письменному столу у окна. — Скажи мне. Сейчас, — попросил он. Тэхён моментально заулыбался, будто его чем-то ужасно смутили. Чимин же уселся на край стола и поманил Тэхёна ближе к себе. — Скажи. Хочу, чтобы ты первым сказал, — мило повторил он. Тэхён обнял его за талию, позволив Чимину сжать его бедра ногами. Это было еще одно правило. Не говорить о любви слишком часто, ведь в противном случае это могло вызвать привыкание и обесценивание чувств. Простые слова, у которых было много значений, для них двоих превратились в личную магию, которая вдруг решала все проблемы, стоило только их произнести. — Я люблю тебя, — выдохнул Тэхён мягко и ласково, держа в руке подбородок Чимина. Пухлые губы тронула счастливая улыбка. Чимину было тяжело таить свою любовь от близких и родных. Он не показывал им и малой части того, что, на самом деле, чувствовал к Тэхёну. Как будто реку застроили плотиной, не позволяя обрушиться питательной влагой на зеленые поля. Но когда они были наедине, они были свободны. И правила тут были не нужны. В этом крохотном мире только для них двоих. — И я тебя люблю, ТэТэ-я, — с удовольством вымолвил Чимин и тут же подался вперед. Новый поцелуй был слаще первого. Теперь Чимин не дрожал, и Тэхён знал, что все прошло. Как всегда проходило между ними. Они даже позволили себе немного страсти, сминая губы друг друга настойчиво, до влажных чмоков и учащенного дыхания. День рождения был просто предлогом увидеться. Айдолы давно перестали придавать значение своим дням рождения во всей этой суматошной кутерьме шоу-бизнеса, когда жизнь расписана на годы вперед. Любовь словно была еще одним фанатом, неуклонно напоминавшим о важности этой даты, которую обязательно нужно было отпраздновать поцелуем. Дыхание Чимина осело на подбородке Тэхёна, когда они опомнились, что заходить слишком далеко нельзя. Спальня родителей находилась в другом конце коридора, но риск все равно был слишком велик. — Ты в порядке? — спросил Тэхён. Чимин съехал со стола на пол и потерся лбом о свитер любимого, радостно улыбаясь. — Поцелуй меня еще, — попросил он, не выпуская его талию из рук. Тэхён понежился о его губы своими и титаническим усилием воли отвернулся, чтобы не впиться в них снова с прежней пылкостью. Они легли на кровать, не переодеваясь. Профиль Тэхёна в ночной темноте выглядел особенно прекрасно. Чимин любовался им, прижимаясь щекой к подушке, пока они разговаривали. — Нужно пересмотреть наши глупые правила, — предложил Тэхён. — Думаешь? — Чимин усмехнулся на слово «глупые». — Мы же взрослые сознательные люди, — убеждал его Тэхён, пытаясь сдержать улыбку. — Давай не сегодня. Мне лень ворочать мозгами. — Чимин вытянул шею и цапнул плечо Тэхёна зубами. — Ты превращаешься в зомби? — с интересом отреагировал Тэхён. Чимин захихикал и принялся вытаскивать изо рта ворсинки от свитера. — Когда-нибудь это станет нормой, и больше никто не будет страдать, — вдруг выдал Тэхён, закинув руки за голову. — Ты про нашествие зомби? — пошутил Чимин, укладываясь головой на его грудь. — Нет. Я про нас с тобой. — Тэхён вздохнул, приобняв Чимина одной рукой. — Кто-то же должен проложить путь. Ведь в этом мире все возможно. Даже снег на вашем пляже раз в тридцать лет. — В твоих словах все звучало хорошо, кроме упоминания срока в тридцать лет. — Чимин зевнул и поерзал щекой, находя место, где стук сердца Тэхёна был слышен отчетливее. — Когда на пляже Пусана выпадет снег, я поцелую тебя, и мне будет все равно, кто на нас будет смотреть, — заявил Тэхён с вызовом. Чимин засмеялся, хотя в тайне ему очень понравился такой вариант. Если бы они постоянно одергивали себя и не творили безумные, потрясающие вещи, то ничего не добились бы в жизни. — Это может произойти и лет через двадцать, — напомнил он. — Нам будет по сорок семь. Я бы посмотрел на это… Напишут ли о нас столько статей, как пишут сейчас? — Напишут. Ты же сам говорил, что мы и в семьдесять лет будем зажигать на сцене, — насмешливо ответил Тэхён. — Давай послушаем музыку. — Чимин принес на кровать телефон и наушники. — Включи что-нибудь грустное. Тэхён недоуменно сощурил глаза. — Грустное? Зачем? — Ну, то есть медленное, — цокнул Чимин. — Баллады я имел в виду. — Если снова начнешь плакать… — Не начну! Чимин лег боком, а Тэхён прижался к нему сзади. Они часто слушали музыку именно так в постели. Даже управляли плейлистом с телефона в четыре руки. Пока Тэхён искал песню, Чимин тискал его запястья, дергал за волоски на коже или мешал, тыкая пальцем в экран как попало. Когда трек был выбран, их ладони соединялись воедино, а пальцы заводили медленный танец. Контраст размеров забавлял их и никогда не ссорил. Тэхён целовал луну на шее Чимина и то и дело касался числа тринадцать на запястье. Баллады вызывали в них разные чувства — от умиротворения до тоски. Они подпевали словам, если знали их, а если — нет, то жадно вслушивались, чтобы найти в них себя. Изредка ротацию в эфире этого мини-радио получали их собственные песни. Чимин чаще всего просил «Christmas Tree». Он знал ее наизусть вплоть до значения каждого иностранного слова. Но заплакать его заставила не она. Какая-то новая песня, вышедшая всего две недели назад, вдруг задела в нем что-то. Тэхён заметил блеск на щеке Чимина и тут же отобрал у него наушник. — Чимин… — Да все нормально. Просто атмосфера у песни какая-то печальная, — возмущенно принялся оправдываться тот. — Эта музыка и эти напевы «у-ху-у-у-у»… Впечатлился я просто. Тэхён выслушал его, не перебивая, а затем поцеловал одинокую соленую дорожку на щеке. — Все хорошо, — повторил Чимин, утягивая его лицо к себе, чтобы поцеловать в губы. Отвергнутый телефон продолжал воспроизводить песню за песней, но никто не слышал их, кроме подушки, под которую Тэхён затолкал наушники. Тихое любовное воркование длилось еще минут двадцать, а потом они переоделись в удобную одежду для сна и залезли под одеяло. Чимин прижал ноги к ногам Тэхёна, чтобы согреть его холодные пальцы. Едва ли заметив, они успешно позабыли о том, что завтра им придется снова расстаться. Чимина разбудил голос отца, заглянувшего в спальню около одиннадцати утра. Сперва он испугался, что они с Тэхёном могут спалиться, если лежат в обнимку, но, к счастью, за ночь они не раз меняли позу и сейчас лежали каждый на своей половине кровати. — Мама интересуется, когда вы спуститесь к завтраку? — тихо спросил отец. Чимин пригладил растрепанные волосы, сидя в постели, и посмотрел на мирно спящего Тэхёна. Нужно было поднимать его, чтоб он успел приехать в Тэгу засветло. — Дайте нам полчасика, хорошо? — зевая, ответил Чимин. — Хорошо. Не торопитесь, — кивнул отец и, затворив дверь, удалился. Чимин навалился сверху на Тэхёна и надавил пальцем на его нос. Никакой реакции. — Тэхён-а… Пора вставать, — протянул он нежно, потормошив парня. — Н-н… — загудел Тэхён. — Ну эту школу… Чимин захихикал, обхватив его руками. — Тэхён! Мы уже давным-давно закончили школу. Вставай, говорю! — Он принялся раскачивать любимого за плечо еще активнее. Тэхён открыл глаза и озадаченно повернулся на спину. Он тяжело вздохнул и осмотрел комнату, осознавая, где он. — Кто-то заходил? — Спросонья он слышал еще чей-то голос. — Папа. Зовет завтракать, — объяснил Чимин. — Блин. Это я оставил дверь открытой, пока в туалет ходил ночью, — признался Тэхён. — Да нет. Было бы странно, если бы он пришел, а дверь оказалась закрыта. Все нормально, — махнул рукой Чимин. — Поднимайся. Тэхён сел, сгорбившись, и тихо застонал. Мышцы затекли после сна. Чимин улыбнулся и кинулся разминать ему плечи и шею. Тэхён довольно забухтел, понемногу выпрямляя спину. Напоследок Чимин обнял его за шею и чмокнул в макушку. — Дашь мне щетку зубы почистить? — спросил Тэхён, выползая из-под одеяла. — Можешь даже душ принять, я тебе все выдам, — предложил Чимин. — Нет, не хочу мыться, — отказался Тэхён. — Только щетку. Совместные умывания в ванной, завтрак и проводы прошли, на удивление, спокойно и безболезненно. Они снова встретятся уже через неделю, когда вернутся в Сеул. Глупо было бы страдать и цепляться за руки в этот момент. Но все же, как только машина Тэхёна отъехала от дома, Чимин ощутил знакомую пустоту, которая всегда образовывалась после подобного расставания. Чтобы заполнить ее, он решил не отходить от родителей, ведь именно за этим он и приехал в их дом на новогодние каникулы, чтобы больше времени провести с семьей. Чимин посмотрел с отцом новости по телевизору, что вылилось в двухчасовой разговор обо всем на свете. Потом он предложил матери помочь с приготовлением блюд к новогоднему ужину. Ему поручили вымыть и почистить кучу разных овощей, чем он и занялся с большим усердием. На кухне, как и в гостиной, вещал свой телевизор. Чимин прислушивался к фоновому шуму, изредка поглядывая в экран. Он как раз чистил картошку, когда до его ушей стали долетать интересные слова из речи местного диктора. — В Пусане выдался необычайно снежный день. Осадки падают, не переставая, уже больше часа. Снег запорошил не только тротуары и шоссе, но и знаменитый пляж Пусана. Последний раз такой сильный снегопад город видел в тысяча девятьсот девяносто первом году. Чимин глянул в окно, а затем уставился в телевизор, не веря своим глазам. В видеорепортаже показывали его любимый пляж, и он весь был сплошь белый. Некоторые люди уже даже снеговиков начали лепить. Забавное обещание Тэхёна тоже всплыло в его памяти. Но он уже был далеко и вряд ли повернет назад. «Нужно съездить, посмотреть на снег», — подумал Чимин, надеясь, что до завтра пляж так и останется белым. Закончив с овощами, он отчитался об этом маме и ушел в ванную принять душ. Уже когда он сушил волосы, из его комнаты донеслась мелодия телефонного звонка. Тэхён должен был позвонить, когда доберется до дома. Чимин поспешно заскочил в комнату и принял вызов. — Алло? — Почему ты не сообщил мне, что у вас выпал снег? — с ходу выдал Тэхён. Чимин не сразу нашелся, что ответить, настолько нагло звучал его лучший друг. — А когда у тебя идет снег, ты тоже всем подряд сообщаешь? — спросил он, пытаясь отшутиться. — И вообще откуда ты узнал? — Да об этом везде только и говорят. По радио, в инете и так далее, — возмутился Тэхён. — А ты мне даже не написал ничего. — Ну, выпал у нас снег. И что? — Что, что? Твой пляж засыпало снегом, а этого не случалось целых тридцать лет, — возбужденно произнес Тэхён. — Так. Ты сейчас где? — Чимин заподозрил неладное. Тэхён быстро выстреливал колкими фразами, а тут вдруг замолчал. — Только не говори, что ты на этом дурацком пляже. Там сейчас слишком много людей. И вообще ты не успеешь домой приехать, Тэхён! — взмолился Чимин. — Я не на пляже, — ответил Тэхён. В его голосе ощущалось некое озорство. — Ты дома? И снова молчание. Чимин перевел звонок на видео-вызов, но Тэхён не принимал его. Наконец, на экране телефона появилось его серьезное лицо. — Покажи мне, где ты, — попросил Чимин. Тэхён облизнулся, приподнял уголки губ и отвел телефон чуть в сторону. Он стоял на улице, а в его волосах застряли хлопья снега. — Где ты? — Терпение Чимина было на исходе. — Наши отношения такие же прекрасные и уникальные, как этот снег. Может, хватит с нас правил и слез? Почему мы не можем рассказать обо всем людям, которых любим так же сильно, как друг друга? Это знак свыше, Чимин-и. Тэхён сменил камеру с фронтальной на обычную, и Чимин увидел двор дома своих родителей. Он в шоке распахнул глаза. — Я собираюсь исполнить свое обещание прямо здесь и сейчас. Надеюсь, ты готов к этому. — С этими словами Тэхён зашагал вперед. Чимин бросил телефон на кровать и побежал на первый этаж. Прогрохотав по лестнице, он услышал звонок в дверь. — Я открою, — крикнул он и помчался к двери. Он хотел остановить Тэхёна. Но были ли для этого весомые причины? Чимин дернул дверную ручку и увидел «свое сумасшествие». Тэхён будто явился в этот мир из другого измерения. Белый снег в черных волосах, мягкая улыбка, сияющие глаза. Они не могли открыться всему миру. Он был так жесток, что даже посвящать родителей в детали своих отношений было опасно. И все-таки Тэхён стоял на пороге, решительный и явно отморозивший себе голову. И Чимин желал броситься к нему в объятья. — Тэхён-а… — то ли с мольбой, то ли с тоской выдохнул Чимин. Тэхён посторонил его, зашел в дом и захлопнул за собой дверь. Чимин только-только успел сглотнуть, а большие ладони Тэхёна уже обхватили его лицо. Казалось, поцелуй будет дерзким и пылким, но губы Тэхёна, наоборот, излучали нежность и покорность. Чимин легко бы оттолкнул его от себя, но он не стал этого делать. Он прижался к прохладной куртке и поцеловал его в ответ. Тэхён больше не мог видеть, как сдают нервы Чимина. Инициатором свода правил был именно Чимин. Пока существовали правила, ему было легче держать себя в рамках. Но на пользу ему это не шло. Чимин чувствовал себя прокаженным, словно скованным цепями, и, как бы Тэхён ни убеждал его, все равно терзал себя, что подставляет всех и вся, влюбившись в человека одного с ним пола. Чтобы доказать ему обратное, нужно было пойти на крайние меры. Вопреки всему они имели право хотя бы на свободу рядом со своими родными. — Они здесь? — прошептал Чимин, боясь оборачиваться. Тэхён легонько кивнул, смущенно улыбнувшись. — Мне страшно, — одними губами проговорил Чимин. — Мне тоже. — Тэхён крепко взял его за руку и потянул за собой. Отныне не будет, как прежде. Снег на пляже — странное, но невероятно красивое явление. Еще вчера оно казалось невозможным, но тридцать лет это большой срок. Да и, в конце концов, разве BTS когда-то ждали, пока им проложат путь?