Путь к островам

      Дожди продолжались. Иногда казалось, что солнца больше не будет. Местные жители же радовались дождю. Они собирали воду в бочки и цистерны. Под каждым водостоком стоял какой-то резервуар, который быстро наполнялся. Небо спустилось так низко, что поглотило макушки гор. Океан немного потускнел. Природа наслаждалась и отдыхала прохладой.       Вместе с тем, как почва питалась драгоценной влагой, Иза, полная решимости, упорно работала над новой версией «Открытого окна». Перепечатывая историю в новый документ. Может это было неверное решение — плевать. Впереди будет только успех. Она будет идти вперёд зная, что спину прикроет Леви, а друзья поддержат.       Под отправленной фотографией, где она стояла между «завтра» и «сегодня», в чате было написано много сообщений с шутками. Они были связанны в основном с работой и ночными дежурствами.       Ана: [О ГОСПОДИ МЫ ОБЯЗАНЫ ТУДА ПРИЕХАТЬ ВСЕЙ КОМПАНИЕЙ И Я БОЛЬШЕ НЕ ХОЧУ НИЧЕГО СЛЫШАТЬ!]       Петер: [Иза, успехов с книгой!]       Ацо: [Именно так я выгляжу в 00.00, когда иду закрывать подачу водорода].       Матс: [Согласен с Аной. Вообще, нам бы такую…]       Слова поддержки разожгли ещё большее пламя уверенности и надежды. Иза сидела в плетёном кресле и продолжала писать.       Для начала было решено изменить начало.«Открытое окно» начиналось слишком легко. У Лиры не было ничего, что могло заставить персонажа развиваться. Кроме мистического прохода сквозь монитор и телепортации на остров у неё за душой ничего не оставалось. На тот момент Иза тоже была такая. Попади она на Фиджи до поступления, то, наверняка вела себя так же. Откуда брать пример? Как сделать историю немного глубже? На помощь пришла её же жизнь. Одна часть будет объединять её с Лирой — так решила Иза. Стоя на пороге отчаяния, оплакивая страшный провал, Лира открыла ту заветную фотографию и попала на Вануа-Мбавалу, без документов и хорошего знания языка, с багажом проблем и травм, которые предстояло залечить.       — Идея интересная. Одобряю, — сказал Леви, прочтя новую версию первого эпизода. — Но я хочу, чтобы ты была готова к тому, что некоторые читатели выскажут своё недовольством изменением сюжета.       — Я знаю. Люди могут быть недовольны. Я бы сама рассердилась, если бы издаваемая история резко поменялась. Автор, получается, выставил на прочтение черновик.       — Напомню: многие начинающие авторы так поступали. И обладатель первого места так делал. Это интерактивная платформа. Она не стоит так дорого. Это всего лишь шанс, чтобы издательство предложило контракт с типографией.       — Да. Всё-таки правильно я поступила, что подала заявку не в совсем обычное издательство. В классическое мне бы не взяли, — откинув назад голову, Иза смотрела на серые тучи и падающие вниз капли дождя, стекающие с карниза. — Дожди. Когда-то я их не любила. Будь они весной, летом или осенью. Но теперь мне нравятся дожди. Они приходят, чтобы смыть грязь и пыль после зимы, а летом — чтобы сделать передышку во время жары, охладить разум. Когда идёт дождь начинаешь ценить то, что имеешь: дом с крышей, которая не протекает, добрых людей рядом и вкусную еду.       — Я дождь не люблю. Он мрачный и холодный, — сказал Леви, садясь в кресло напротив, в другой части крыльца.       — Да? — грустно протянула Иза, пожалев и своей псевдо воодушевляющей речи. — Прости.       — Я в порядке. Сколько страниц ты уже написала?       — Сейчас печатаю тридцатую.              Во второй половине дня приехала госпожа Уинаси. Она привезла фрукты и это был просто повод проведать постояльцев. Ей была непонятная эта странная парочка. Вроде бы на острова приезжают влюблённые парочки для того, чтобы провести время наедине, но Леви и Иза были не такими как большинство туристов. Они постоянно что-то записывали и фотографировали, будто журналисты. Иза же с приезда ходила подавленная. А короткая стрижка и хмурый вид намекал госпоже Уинаси о возможной болезни девушки, но больных редко выпускают из больницы и таблеток тоже не видно.       «Господи, у девочки может быть просто такой стиль, а я надумала, что она болеет», — замотала головой хозяйка, останавливая машину.       Подойдя к бунгало, она услышала как кто-то печатает на ноутбуке.       Уинати поднялась и увидела Изу, которая работала сидя в плетёном кресле. Почувствовав взгляд, она подняла голову и поздоровалась, откладывая ноутбук в сторону.       — Bula, my dear. (Здравствуй, моя дорогая), — улыбнулась госпожа Уинати.       — Bula! — жизнерадостно ответила Иза. — Madam Uinati, do the Vanua-Mbawalu have any legends? Any folk tales or anything like that? (Госпожа Уинати, а у Вануа-Мбавалу есть какие-то легенды? Всякие народные сказания или что-то в этом роде?)       — Io… I'll have to think about it. (Что ж… Надо подумать).       Остановившись на крыльце, она упёрлась руками в бока, уставившись в верх, вспоминая фольклор.       — Mbawalu is too small island. It's hard for me to tell anything other than gossip. (Мбавалу слишком крошечный островок. Мне трудно рассказать что-то помимо сплетен).       — Okay.       — I can tell you a couple of legends that my mother told me when I was little. (Я могу рассказать парочку легенд, которые мне рассказывала мама, когда я была маленькой).       — I need it for a book I'm working on. (Мне надо для книги, над которой я работаю.)       Иза неловко улыбнулась. Она пропустила несколько дней толком ничего не изучая, а теперь предстояло нарастить большую базу, да бы «Открытое окно» стало по-настоящему интересным и качественным проектом.       — I will tell the tale of the Amazing Stone. When I was a child, I loved it very much. (Я расскажу сказку о Необыкновенном камне. В детстве я очень её любила.)       Уинати присела на кресло напротив, поправила цветастую юбку и стала рассказывать.       Сказка была про то, как однажды местные фиджийцы отправились в плаванье на другие острова. Они приплыли на какой-то остров, укрепили лодку у берега и один из команды сказал: «Я пойду осмотрюсь». Осматривая остров он увидел двух людей. Один из чужаков бросился бежать, едва увидев его. Фиджиец сразу понял, что это не люди, потому что на острове никто не жил. Ползком подобравшись ко второму, что искал что-то в песке, фиджиец схватил его. Это существо выпрямилось и стало огромного роста и побежал куда-то вверх, на вершину холма. Фиджиец крепко вцепился в его шею. А на вершине холма росло дерево мафа и существо вошло в его дупло, скрывшись. Фиджиец остался стоять рядом с этим деревом, пока не пришёл в себя и не вернулся к своей лодке. Устав, он лёг спать и во сне к нему пришёл дух и велел вернуться к дереву. Он так и поступил. В дереве он нашёл камень, завёрнутый в кусок тапы. Дух велел бережно хранить этот камень, который был прозрачен, словно стекло. Было велено никому его не показывать, а если чего-то захочется, надо было просто посмотреть — и всё будет. Вернувшись домой, фиджиец стал исцелять соплеменников: стоило кому-то заболеть, как он смотрел на камень и сразу говорил больному, что тот поправится и так спасал множество жизней.       — That's the story. I liked it very much. After all, with this stone you could heal any scratch and sickness, and maybe also manage to collect a lot of rainwater. (Вот такая история. Мне очень-очень нравилась. Ведь с этим камнем можно было заживить любую царапину и болезнь, а ещё, может, удастся собрать много дождевой воды), — завершила рассказ госпожа Уинати.       — Wow. A truly amazing stone. (Ого. Воистину чудесный камень), — сказала Иза, перестав записывать. Она ещё раз всё перечитает, исправит опечатки и нормально переведёт.       — That's how you write a book. Now I understand why you came to such a faraway island. (Так ты пишешь книгу. Теперь мне становится понятно зачем вы приехали на такой отдалённый остров), — закивала хозяйка с улыбкой на лице.       Из дома на крыльцо вышел Леви. Он слушал их разговор из гостиной. На душе становилось светлее. Немного инфантильные, но честные слова Изы намекали на возвращение к работе. Будет так же честно с его стороны рассказать про себя, без утаек и молчания. Скорее всего Иза примет это за фантазию и рассмеётся, чем сочтёт его за сумасшедшего.       — Tomorrow the cyclone will end and it will be hot again. (Завтра циклон закончится и снова наступит жара), — сообщила хозяйка.       Иза обрадовалась такой новости. Проверив прогноз погоды она убедилась в большой вероятности солнечного дня и посмотрела в сторону океана.       Хозяйка привезла корзинку с местными фруктами и кокосами. Так же она уточнила дату отъезда. Время на острова Вануа-Мбавалу заканчивалось. Пара дней и предстояло двигаться на Вити-Леву.       — Я пойду заваривать чай, — сказал Леви, когда госпожа Уинати уехала.       — Ладно, — закивала Иза, продолжив сидеть в кресле на террасе, снова принявшись за проект.       На широких перилах стояло радио и приятная, лёгкая музыка расплывалась в свежем воздухе. Иза глубоко вдохнула, посмотрев в сторону океана, ощутив накат умиротворения. В здешней тишине и милой провинциальности душа исцелялась. Когда Иза уезжала из своего посёлка, то пообещала никогда не возвращаться в глушь, так как любая провинция напоминала о болезненном прошлом, но не тут. Но попав в захолустье всё оказалось по-другому. Причина тому была детская заинтересованность и потрёпанный атлас, а поспособствовала этому мечта. Иза уже давно перестала отличать мечту от цели, пускай они сильно отличались. В её судьбе обе мечты превратились в цели, которые она хотела достигнуть.       — Ладно, — произнесла она вслух, — пусть будет зимний набор. Я уже достаточно сделала и заслужила отдых.       На террасу мягко залетел океанский бриз, прошерстив в листках толстой тетради.              На следующий день дождь прекратился. Буквально за ночь небо очистилось от туч и с самого утра начало припекать.       Ближе к полудню Иза собрала небольшой рюкзак, сложив туда тетрадь, пенал, полотенце и маску для плаванья.       — Я пойду к берегу, — сказала она Леви, который сидел на террасе.       — Хорошо.       — Ты останешься?       — Мне нужно закончить с отчётом. Издательство отправило приказ.       — Это финансовый отчёт? — подошла к нему Вукоя, заглянул в монитор ноутбука через плечо редактора.       — Да.       — И много мы протратились?       — Мы вложились в бюджет. — Леви указал на таблицу. — Похоже на Вити-Леву будет больше возможностей использовать щедрость директора.       — Звучит здорово. С Вити-Леву можно попасть на другие острова с большей вероятностью. Даже на соседний Вануа-Леву. Туда паром ходит. И не так редко, как с Мбавалу на Тавеуни. — Иза надела рюкзак. — Слушай, если что, я далеко отходить не буду.       — Я подойду через пол часа.       Вукоя быстро ушла, надев уже поношенные шлёпанцы.       Она вышла на шоссе и проскользнула на тропинку среди зарослей. Убирая листья, нависавшие над тропой, вышла на пляж. Океан был спокойным и приветливо блестел в лучах солнца. Вода меняла свой оттенок. У рифовой отмели лазурь превращалась в бирюзу. Иза присела на песок, снимая шлёпанцы, не в силах оторвать взгляд. Океан гипнотизировал, а горизонт словно звал.       — Наверное из-за такого красивого вида местные решили исследовать другие острова, — подпёрла она голову.       Понаблюдав за волнами, Иза встала и шагнула к воде. Потом вспомнила про замотанную эластичным бинтом ногу, вернулась, сняла бинт и прихрамывая зашла в воду.       — Какая тёплая!       Она шагнула дальше. Было видно крупные частицы песка, мелкие ракушки и рыбок. Побродив вдоль берега, Иза вернулась к сумке, сняла футболку, оставшись в топике купальника и в шортах, схватила маску, с разбега нырнув.       Солёная вода поддерживала, делая тело в разы легче. Иза никогда бы не подумала, что именно на островах Фиджи пригодятся уроки плаванья. Заплыв поглубже, Иза с интересом рассматривая тропических рыбок, что шныряли среди кораллов.       Воздуха стало не хватать. Иза всплыла, чтобы подышать. Повернув голову, она смотрела на берег. Подходящие к песчаной полоску кусты и пальмы.       — Теперь я имею полное право насладиться океаном, — улыбнулась Иза, ложась на спину. Уже смотря в небо, чувствуя тёплый бриз, она тихонько покачивалась на волнах, вспоминая, как в детстве так же дрейфовала, только в озере, недалеко от посёлка. Беззаботность тут же поглотила её. Иза перевернулась со спины на живот, в последний раз глотнула воздуха и нырнула обратно, стремительно гребя вглубь, где на камнях колыхались яркие полипы. Вдалеке темнела глубина, холодным синим цветом, отражаясь сквозь стекло маски в зелёных глазах, прежде видящих только луга и леса. От манящей глубины Изу отвлекла появившаяся рыбка. Она была уродлива, с выпученными глазами и пухлыми губами. Рыская среди кораллов, она нападала на других мелких рыбок. Смотря на неё, Иза вспомнила работу и своего неадекватного напарника, которого выперли с участка, где проходил более лабораторный синтез, и отправили к ней — на опасный участок, производящий цитостатику. Подумав об этом, Иза улыбнулась и поплыла вперёд, тем самым спугнув похожую на коллегу рыбку, которая быстро уплыла куда-то в сторону, оставив крох в покое.       Воздуха снова стало не хватать и Изе пришлось всплыть.       Оказавшись на поверхности, она стала оглядываться, чтобы понять, куда заплыла и найти ориентир обратно на берег, где лежали вещи. Хотелось пить, а в рюкзаке как раз была бутылка с водой. Иза направилась туда, пока не достала ногами дна, после чего стала просто идти, решив дать рукам немного отдохнуть.       — Не привыкла я к такому, — бубнила она себе под нос. — Проще пешком двадцать километров пройти.       Выйдя на берег, Иза достала из рюкзака полотенце и накинула себе на плечи, чтобы не сгореть. Потом расстелила рядом с сумкой небольшое полотно из листьев пальмы, сев рядом, снова уставившись на океан, позабыв о жажде.       За спиной что-то зашуршало. Скорее всего это Леви шёл по тропинке.       — Будешь есть? — зазвучал голос редактора Аккермана.       Он принёс ланч-бокс и что-то ещё в авоське, с которой ходил за продуктами в посёлок.       — Давай, — ответила Иза и чихнула.       — Не вздумай болеть.       Присев рядом, Леви достал из авоськи шляпку и надел её Изе на голову. Солнце припекало.       — На. Поешь, — протянув её ланч-бокс, Леви перевёл взгляд на океан, грустно наблюдая за горизонтом.       — Спасибо.       — Тут так мирно.       — О чём ты? Про тишину?       — Я хотел бы тебе рассказать одну историю.       — Люблю истории, — улыбнулась Иза, откусывая бутерброд.       — Я уже видел океан, будучи солдатом.       — Ты служил в Армии?       — Да. Я был разведчиком. Меня завербовали в армию, выследив в трущобах, где я жил. Их привели слухи и беспечность моей компании, сумевший раздобыть УПМ. Это устройство пространственного маневрирования, которое использовали военные для уничтожения титанов. На первом же задании я потерял своих близких друзей. С этим я отказался и от мысли убить командующего корпусом, хотя у меня было такое желание. Со временем ко мне пришла слава. «Сильнейший солдат человечества» — так называли меня в армии, — рассказывал Леви, продолжая смотреть на океан. — Через какое-то время я освоился, получил ранг капитана и обзавёлся собственным элитным отрядом. Те, кто называл меня «помойной крысой», к тому времени уже померли в пастях тех тварей, которых мы уничтожали.       Иза внимательно слушала, но не понимала контекста.       — Когда пришли новобранцы, там были те, кто детьми видели ужас самой страшной атаки. С ними пришли и перемены. Один из них владел способностью становиться титаном. Так и началось. Переворот, возвращение территорий и сказки, о которых рассказывали, про океан, другие земли оказались правдой. Я следовал за командиром, потом, за близкой коллегой, которая заняла пост после гибели предшественника, до самого конца. Я потерял всех, кто был мне дорог. Но остались те детишки, которые пришли в корпус.       Леви замолчал.       — Слушай, а в какой стране это было? Я не понимаю. В новостях ни про какие войны с «титанами» не рассказывалось. Или это какие-то кодовые слова? Ты, случаем, служил не Ближнем Востоке или, там, в Ираке или Афганистане?       — Нет.       — Не понимаю, — нахмурилась Иза.       — Ты и не поймёшь, — тихо произнёс Леви, посмотрев на неё. — Это было в другом мире, где всё не так как тут.       — Что?       — Это прозвучит как бред, но я попал сюда, прочтя книгу, в которой была история про девушку-врача, у которой была подруга. Эта подруга — ты. Я не знаю как так вышло, но пару лет назад я оказался в твоём мире.       — Как?       — Я не имею понятия. Абсолютно. Когда я оказался тут, то решил, что это моё последние задание перед тем, как вернуться.       — То есть…       — Уверенна, что хочешь услышать конец истории? — спросил Леви.       Иза незамедлительно кивнула.       — В книге твоя подруга вернулась, так как тебя убили.       — Кто? Я слишком мелкая сошка, чтобы убивать. Хотя, может это был маньяк… — задумалась Иза. — А что было дальше?       — Причину так и не нашли. Всё списали на «национальную ненависть», но это, я полагаю, просто отговорка.       — И когда меня убьют?       — Я не знаю. Ключевым моментом считалось лето. В книге было мало рассказано об этом. Твоя подруга вернулась в августе, когда прошло три или четыре недели после убийства. Я думаю, что опасный момент прошёл. Ты на другом конце света. Опасность миновала. Всё хорошо.       — Да. Спасибо. — Иза улыбнулась. — Звучит очень мистично.       — Весьма.       Леви отвернул голову. И на какой ноте его посчитают сумасшедшим? Когда ждать шутку про алкоголь? Вдруг Леви подумал, что будет, когда вернётся. Возможно, это вмешательство в жизнь Изы было лишним. Наверное стоило остаться просто редактором, а не кем-то ближе.       — Это многое ставит на свои места, — сказала Иза, встав на ноги.       — Что же? — встал следом Леви.       — Твоя сноровка, армейская точность и навыки. Всё становится ясно.       Иза сняла шляпку и положила её в сумку. Оставив рядом ланч-бокс, она зашагала к воде, снимая с шеи маску. Леви последовал за ней.       — Без твоей помощи я бы никогда не попала на острова. Спасибо тебе. Я это никогда не забуду, — улыбнулась Иза, повернувшись к Леви.       Он улыбнулся, подойдя ближе.       Стоя к у кромки прибоя, их будто бы захлестнула волна, заглушив тревогу. Протянув руку, Леви провёл ею по голове Изы. Её волосы были ещё мокрыми и липкими от соли. Сделав небольшой шаг вперёд, он обнял её. Вукоя обняла его в ответ.       — Я вся в соли, — смутилась она.       — Плевать.       Склонившись, Леви поцеловал Изу, обхватив за талию.                     Иза сидела на кровати, смотря на раскрытый чемодан. Идея Леви начать собирать вещи заранее была хороша.       — Долго сидеть будешь? — спросил Леви, садясь рядом.       — Я думаю, — ответила Иза. — Неужели я должна была умереть этим летом?       — Да.       — Поразительно. Знаешь, когда я сидела дома после провала экзамена, то думала о смерти. Глупо, так ведь?       — Не думай об этом. Никогда.       С улицы донеслось, как заглушился мотор машины.       — Должно быть это хозяйка, — выпрямилась Леви, встав и выйдя на террасу.       — Bula! — последовал звонки голос госпожи Уинати. — O sa vakacava tiko? How are you guys doing? (Как ваши дела, ребята?)       — Bula! — Иза вышла следом за Леви. — We're doing fine. We're packing. (У нас всё хорошо. Собираем вещи).       — I came to invite you to dinner. My family has prepared our traditional dishes and we want you to join us. (Я приехала пригласить вас на ужин. Моя семья приготовила наши традиционные блюда и мы хотим, чтобы вы присоединились).       Леви и Иза переглянулись. Это было заманчивое предложение и отказывать такой доброй женщине как госпожа Уинати не хотелось. Она была ненавязчивой, внимательной и периодически привозила разные фрукты и закуски.       — We agree. (Мы согласны), — кивнул Леви.       — E totoka! (Отлично!)       Закрыв бунгало, они сели в машину хозяйки- в старенькую тойоту бардового цвета. Под зеркальцем висел оберег в виде черепашки. По дороге в посёлок, где жила госпожа Уинати, она расспрашивала их о том, как отдохнули, как им остров, хотя столько раз интересовалась.       — I'm so glad you enjoyed Vanua-Mbawalu. Many travelers say we are too isolated and boring. Yes, of course the Lau Archipelago is a challenge for the traveler, but we have a very peaceful life. (Я так рада, что вам понравилось на Вануа-Мбавалу. Многие путешественники говорят, что мы слишком изолированы и скучны. Да, разумеется архипелаг Лау — это ещё та задачка для путешественника, но у нас очень мирно течёт жизнь), — говорила она, ведя машину по узкой островной дороге. — Did you go to the mangroves? (А вы ходили в мангровые рощи?)       — No. We forgot about them. (Нет. Мы позабыли о них), — замотала головой Иза.       — E vakacava? (Как же так?) — воскликнула госпожа Уинати. — Well. Near my village the thickets begin. My grandchildren will take you to see it. (Что ж. Рядом с моей деревней начинаются заросли. Мои внуки отвезут вас посмотреть).       Леви и Иза согласились.       Прибыв в деревню, они вышли у небольшого деревянного дома. Он ничем не выделялся от остальных построек деревни. У дверей сидела пара ребятишек. Увидев госпожу Уинати, они повскакивали с мест и со словами «Tubuna yalewa!» (бабушка!) побежали к хозяйке.       — Vakamalua, gone. Era lako mai vei keitou na vulagi. (Тише, малыши. К нам приехали гости), — произнесла госпожа Уинати, подходя к своему дому. — Come in, please, — обернулась она к Изе и Леви.       Они пошла следом в дом.       Обстановка внутри была такой же, как и в бунгало: много дерева, плетённая мебель и относительный минимализм. Старое радио на подоконнике и такой же старый телевизор. Уинати провела их в столовую. Это была комната с плетёным из пальмовых листьев полотном на полу, на котором стояло множество тарелок, мисок и чашек. Стола не было.       — Take a seat. (Присаживайтесь), — подошла к ним фиджийка, вероятно либо дочь, либо невестка госпожи Уинати. Ей английский был более чистым, без местного акцента.       Иза и Леви присели под окном, где, по словам молодой хозяйки было прохладнее. Вскоре собралась вся семья: госпожа Уинати, её дочь Лило, внуки Марама и Туи. Позже присоединись старшие дети — двойняшки Лемеки и Тими.       — My husband and Lilo's husband work for Viti-Levu. There's more work there than we have on Lau. (Мой муж и муж Лило работают на Вити-Леву. Там больше работы, чем у нас на Лау), — рассказывала госпожа Уинати и одновременно накладывала еду.       Их кормили национальной островной пищей. Лово — запечённое мясо с разными плодами было особо вкусным. Сладкая кассава из топиоки с кокосовым молоком едва не послужила началом спора у младших ребятишек. Они кричали друг на друга, пока старшие братья их не разняли. Изу и Леви расспросили о Европе. С интересом слушая рассказ, они удивлялись, как они могут жить далеко от моря. Снег был чем-то мистическим и таким далёким.       — My English is not so good, — неловко произнёс Тими, — but have you been to the mangroves? (Мой английский не так хорош, но вы были в мангровых зарослях?)       Иза замотала головой.       Тими и его брат Лемеки оживились. Они выглядели как два оборванца, которых рисом не корми, а дай куда-то пробраться.       — Kauti ira na noda vulagi ki na veikau. Vakaraitaka vei ira. Era totoka. (Проведите наших гостей к зарослям. Покажите их. Они же прекрасны), — произнесла Лило, когда подошла к братьям, одновременно разнимая вновь подравшихся младшеньких. Послу ужина они отправились в мангровые заросли на семейной лодке. Иза смотрела на деревья, чьи корни поднимались над водой. Заросли выглядели очень красиво, можно сказать — сказочно, будто бы в этих ветвях, прячась в тени от солнца, жили крошечные существа из фиджийских сказок. Хранители острова и леса. Они бегали по поверхности виды, оставляя крошечные круги на воде, а за тем прятались в ветвях.       Лемеки и Тими на перебой рассказывали байки. Проведя вечер в семье хозяйки, Иза уже не хотела покидать Вануа-Мбавалу.       — Нам надо следовать плану, — напомнил Леви.       — Да. Надо двигаться на Вити-Леву, — согласилась Иза, встав со стула и, обойдя чемодан, присела в кресло на террасе.       Наступил день отъезда. Вещи были собраны и проверены, осталось дождаться госпожи Уинати, которая довезёт до аэропорта.       — I'm so glad you visited us. (Я так рада, что вы погостили на у нас), — произнесла она, когда они приехали в аэропорт.       Иза старалась не плакать. Было очень грустно покидать Мбавалу, но с печалью появлялись новые идеи, которые помогут дополнить историю. Во время перелёта она достала из рюкзака ноутбук и печатала. Леви не стал её отвлекать — чем лучше она напишет текст будучи сосредоточенной, тем лучше будет результат. Его задача это сопроводить и обеспечить ей безопасность. Иза и так слишком спокойно восприняла его рассказ. Без расспросов и уточнений. Это было не совсем правильно.       В аэропорту их встретил хозяин снятого издательством домика. Это был крепкий мужчина с крупным носом в весёлой рубашке с местными узорами, которого звали Ади.       — Welcome to Viti-Levu! — радостно произнёс он, пригласив в машину. Впереди ещё была дорога.       Домик был немного больше, но не был вычурным, сохраняя островную аутентичность. На первом этаже была гостиная, ванна и кухня, а на втором спальни. Теперь они жили в посёлке, а не удалённо, как на Вануа-Мбавалу. Тут было больше людей, больше лодок и дороги были лучше.       Стоя у окна своей комнаты, Иза смотрела в сторону океана. Она очень устала и хотела спать, оставив Леви с хозяином Ади, решила побыть одной. Казалось, будто бы что-то было забыто. Словно какая-то важная вещь осталась на Вануа-Мбавалу. Ведомая тревогой она принялась проверять вещи. Так же стоило поработать хотя бы над парой страниц. Размышляя об этом, Иза проверяла вещи. На моменте, когда она убедилась, что всё на месте, в дверь постучали и в комнату зашёл Леви.       — Что ты делаешь? — спросил он у сидящей на корточках у своего чемодана Изы. Вещи были смяты, неряшливо сложены.       — Я думала, что забыла на Мбавалу что-то. Пришлось проверить, — ответила она, сев на пол, перекрестив ноги.       — Связаться с госпожой Уинати?       Леви присел на пол рядом с Изой.       — Нет. Всё на месте. Просто странное чувство, будто я что-то забыла.       — Ты просто прижилась там. Вот и всё. — Леви протянул руку и нежно провёл её щеке.       — Похоже, — согласилась Иза, понимая, что смущается и начинает краснеть. Она отвела взгляд, немного поджимая губы, наслаждаясь нежным прикосновением.       — Когда хочешь поехать в Суву?       — Может завтра? Сегодня я хочу ещё поработать. У меня материала скопилось. Хочу не упустить…- Иза вздохнула, так как действительно устала, но не хотела этого признавать и озвучивать, — …мотивацию.       — Не перенапрягайся только, — сказал Леви, встав с пола.       — Да, господин редактор, — пробурчала Иза.       Она неуклюже встала и подвинула стул к столу.       Леви вышел из комнаты Вукои и закрыл за собой дверь. Мешать было бессмысленно. Времени на Фиджи оставалось не так много. Впереди ещё был долгий перелёт обратно. Он спустился вниз и остановился возле двери на улицу. На окнах были закрыты жалюзи из-за чего улица казалась невероятно яркой. Около минуты Леви смотрел на яркую зелень и синее небо. Подкупал покой. Жаль, что в его юности такого не было, но этот мир будто бы компенсировал то, что было утрачено.