Будничные галлюцинации

Четверг       Ты ждал этого весь день. По приходе ты вырубил свет во всем доме и рухнул в кровать в столь унизительной надежде на то, что твой ночной гость смилостивиться и посетит тебя пораньше. Ты не знаешь, что это вообще такое, но мысль о том, что тебе лишь мерещится, ты отмел уже давно вопреки голосу разума. Да и если мерещится – пусть, только бы это продолжалось и дальше. Ты ведь становишься взбудораженным от одной лишь мысли о том, как оно касалось тебя прошлой ночью, и жаждешь повторения.       Настолько жаждешь, что, поняв, что раньше полуночи оно не появится, невольно досадливо вздохнул да отправился готовить себе нехитрый ужин и кофе. Нужно ведь было отвлечься на что-то другое и не думать. Просто не думать, жить дальше свою жизнь, верно?       И вот наконец ты лежишь в постели. Ты ждешь, сняв предварительно белье, потому как хочешь верить в то, что оно будет лишним. Времени уже часов одиннадцать, с каждой прошедшей минутой волнение где-то внутри тебя все возрастает и возрастает. Тебе так хочется верить, что оно вернется, хотя с чего ты решил, что так и случится?       Ты лежишь с закрытыми глазами. Лежишь долго, пока не понимаешь вдруг, что звуки вокруг тебя стихли, не слышно тиканья часов. И снова запахло рекой, сначала совсем не заметно, потом сильнее, и еще сильнее. Сердце начинает биться быстрее, ладони потеют. А бедра касается что-то до приятного прохладное.       Ты выдыхаешь. На приоткрытых губах появляется что-то склизкое. Ты не против – щупальце проскальзывает к тебе в рот. Ты стараешься подавить рвотный рефлекс, когда оно касается корня языка, и оно тебе в этом помогает, будто бы специально не проникая глубже и позволяя тебе самому водить языком по гладкой скользкой поверхности. Ощущается это скорее как странный поцелуй.       Пока ты отвлекся на это, нечто, оглаживающее тебя по бедру, скользнуло вниз. Оно обводит своим кончиком все, что находится в твоей интимной зоне, пачкая слизью, а ты изнываешь от желания, ерзая на месте и что-то нечленораздельно мыча. Наощупь ты добираешься до щупальца, а затем аккуратно направляешь его к своему члену, дрожа от нетерпения. Оно вновь охотно складывается вокруг твоей плоти кольцами, отчего ты благодарно стонешь, продолжая посасывать штуку у себя во рту. Ты не знаешь, почему оно это делает, но разве это имеет значение?       Ты позволяешь, ты готов позволить уже, кажется, все, что угодно, лишь бы продолжить тонуть в этой пахнущей водой неге. Еще одно появившееся словно из ниоткуда щупальце поглаживает тебя по твоей груди, уже намеренно задевая соски и заставляя тебя невольно дергаться. Тонкие кончики обвиваются вокруг твердых бусин, а ты в ответ сдавленно пищишь от восторга.       Внезапное проникновение в узкую дырочку заставляет тебя вздрогнуть и протестующе замычать. Щупальце тонкое маленькое и склизкое, совсем не приносит дискомфорта, но от этого тебе еще стыднее. Щеки вспыхивают алым, после чего ты откидываешься назад, на подушку, и смиренно вздыхаешь. Ты ведь готов и к этому, не так ли? Одна мысль о стимуляции со всех сторон заставляет тебя извиваться, словно змею.       Признаться самому себе и утонуть в ласке этого прохладного нечта было, кажется, лучшим из твоих решений. Ты стонешь, уже в полный голос стонешь, потому что штуку из твоего рта благополучно вынули, мечешься по кровати и воешь от наслаждения.       Одна из них обвивает твое горло и невольно сжимает, перекрывая кислород, отчего ты сдавленно сипишь, упираясь с силой пятками в простыни. Дышать трудно, и от этого тебе еще хуже – или лучше? Ты ведь отчего-то все еще возбужден и громко стонешь. Дышать и вправду нечем, в глазах начинает темнеть, ты перестаешь так усиленно дергаться, а потому щупальце, словно поняв, что сдавливает хрупкую человеческую шейку слишком сильно, послушно ослабляет хватку. Ты инстинктивно делаешь глубокий вдох, а на выдохе закатываешь глаза и благодарно что-то с трудом проговариваешь пересохшими губами, хотя никаких членораздельных звуков ты произнести толком и не можешь: оно все еще остается на твоем горле.       В тебя заталкивают еще одно, побольше. Кольца на твоей плоти начинают пульсировать интенсивнее, ты визжишь и пытаешься схватиться руками за какую-то из этих конечностей, потому как боишься, что еще одно – и тебя точно порвет. Руки внезапно обвиваются влажным браслетом и заводятся за твою голову. Ты обездвижен. Было бы страшнее, если бы тебя не гладили так ласково и не обходились с тобой так, как обходятся с дорогой игрушкой.       Ты решаешь довериться. Послушно обмякаешь в этой склизкой хватке, потому как больше ни на что не способен, позволяя ему выласкивать себя везде. Ты очень смутно надеешься, что оно не сделает больно, ведь ничего подобного ранее оно не делало. Ты слишком измучен, чтобы противиться.       И оно не делает. Движения щупалец внутри тебя плавные и мягкие, ноги твои и руки крепко, но все-таки аккуратно держат, член обласкан браслетом склизкой щупальцы, а соски натираются до такой степени, что делаются чувствительными, отчего каждое прикосновение прохладного нечта к ним невольно заставляет тебя прогибаться в спине. Голову кружит настолько, что ты забываешь, где находишься.       Ты не знаешь, сколько это длится. Может, пятнадцать минут, а может час, может быть и дольше часа. Ты теряешь счет времени и готов уже полностью раствориться в этой сладкой влажной неге в желании кончить еще, еще, доведя себя до потери сознания. Ты помнишь, как тебя, измученного, обессиленного и почти всего перепачканного в слизи, оставляют на постели, но не помнишь, как засыпаешь.