Now it's your turn. (Endless quest)

Светлое вчерашнее небо стало тёмным и невзрачным, будто оно вспомнило самое ужасное воспоминание и стало не контролируемо горевать о своей потери прямо над тихим кладбищем. Среди разных маг о по середине была одна, около которой стояла одна девушка. Она была одета в чёрное короткое платье, чёрные сапоги и чёрный платок, который аккуратно ложился ей на голову. В руках, которые были покрыты чёрными перчатками, она держала четыре розы. А по белокурым щекам катилась прозрачная слеза. Она стояла над могилой Вероника Николо. Глаза у девушки были чисто голубые, будто лазурное небо в ясный день. А волосы, словно спелая только что собранная пшеница. Он умер всего в шестнадцать лет. На могиле красивым шрифтом написаны годы рождения и смерти 28.06.05.15.2010.2026. Эта девушка очень хорошо помнит это время, самый ужасный май в её жизни. К той же самой могиле подходило уже знакомое нам лицо, Денис Златочашев. Он был в чёрном утончённым костюме и с парой роз в руке. — Ангелина! — девушка резко обернулась на его зов, расширяя свои глаза. — Что такое, Денис? — её голос был тихим, но она говорила так не специально, в её Итальянской речи был слышен лёгкий русский акцент. — Я так и знал что ты тут., — он потихоньку стал приближаться к ней, смотря на могилу мёртвого мальчика. — Я знаю что этот день дорог тебе, как и он сам. — Да… в этот день мы с ним познакомились… Бедняжка, умер от рук тупой шлюхи… мой… мой., — Ангелина стала плакать сильнее, пытаясь вытереть свои слезы белым платком. Денис аккуратно обнял её, целуя в лоб. Хотя. в тайне Денис не очень любил этого Вероника. Это был её первый и самый любимый парень, поэтому Денис ревновал и очень сильно. Он очень хотел, чтобы она забыла его, отпустила. В душе он ни разу не испытывал к Веронику сожаления. Ор испытывал только ревность, которая иногда подыграла его душу и иногда очень тяжело быть с Ангелиной с натянутой маской того, что ему жалко какого-то шестнадцатилетнего мальчика, который умер непонятно когда и которого он знать не знал! Хотя. он даже кот внешность не знает, что уж говоря о характере. От Ангелины правды не будет, в её глазах он всегда будет хорошим и идеальным человеком, по которому она безумно скучает и ничто её не утешает. — Ты помнишь Филиппе? — Г-Господина Филиппе? Двоюродный брат Вероника? Да, я помню его… — У нас есть шанс отомстить за Вероника — Ах? К-Как?! *** Неапольская заправка сегодня работала очень хорошо. Машин сегодня было много, как денег за сегодняшний день. И вот, пока все подъезжают на машинах, прячась от яркого солнца, то уже знакомое нам лицо, Виттория Фуго подходит с кружкой в руках. Пока высокий узкий мужчина заправляет одну машину, то Виттория подходит к нему. — Извините, а вы не можете сказать сколько будет стоить один такой стакан топлива? Мужчина оглянулся на неё, осмотрел её с ног до головы и посмотрел на неё как на дуру. — Вы хотите, чтобы я налил вам его в стакан? — Да, а что? — Пауза. Для Виттории то было обычным делом уже как восемь лет. Но первый год ей конечно это казалось странным и ей было немного стыдно просить об этой необычной услуге. — Ох, ладно., — мужчина покосился на неё, в потом не спеша и неохотно все же налил ей в кружку немного бензина. — с вас одно евро. — Большое спасибо! —Виттория улыбнулась и достала купюру, вручив её мужчине. А потом она развернулась и пошла, пытаясь не разлить топливо внутри стакана. Виттории нравилось яркое солнце, которое часто было в Италии. Да, дожди тоже успокаивают, но именно солнце вызывает какое-то странное чувство внутри. И всегда, когда она пытается загореть, то её кожа только краснеет от солнца, но так и не становится темнее. Она часто смотрит с завистью на Балдассаре, который как только выходит на улицу тут же загорает. Наконец Виттория стала приближаться к юридическому университету «Benessere». Сейчас это самый лучший юридический университет в Италии. И Виттория безумно гордится тем, что детектор этого университета человек с её фамилией. *** Кабинет директрисы находится на пятом этаже семиэтажного университета. Это небольшая комнатка с белыми стенами, большим столом и большим окном. Обычно тут всегда убрано и чисто пока не заходит… она. — Мама, мама, пошли гулять! — беловолосая девочка врывается в такой же светлый кабинет, как и её глаза. Своим громким детским голосом она заставляет «взрослую» блондинку на неё смотреть. — Минутку. Мне нужно дописать несколько бумаг и пойдём, — сказала последняя поправив очки, за которыми были лиловые глаза. Директриса всегда была одета в довольно обычный деловой костюм. Но иногда она была без галстука, и сегодня как раз такой день. — Дяде Джоритто некогда со мной играть! Он дерётся! — Удачи ему… — пробормотала директриса вчитываясь в бумаги. — Вот дядя Балдассаре совсем не умеет играть! Он придумывает безумно дурацкие игры. Такие как «принеси, падай», «24 часа без дяди Балдассаре челенж». А ещё онищас пулял меня мыть посуду, говоря, что это игра! Он настоящий изверг! Ему вообще меня не жалко! — Ох уж этот дядя Балдассаре, — Блондинка подписала очередной документ, а затем отложила его в сторону и встала. — Все, пошли. — Ура! Коридоры университета были заполнены учениками и была большая честь видеть их директрису, хоть она и часто тут проходит. И стук её каблуков слышен всегда, даже если вокруг шум и гам. И очень иронично, что человек, который находится в мафии директор юридического университета. Сама директриса не много что знает в юридической сфере. Но некоторое в ней запра… кхм, никаких спойлеров! Некоторое она знает. Наконец они вышли на улицу и на пороге университета директриса увидела Витторию. Она действительно была удивлена. В это время Фуго младшая обычно работает. Эля тоже была рада её увидеть и тут же обняла её. — Что тебя сюда привело, «отец»? — сказала директриса подходя к Виттории поближе и смотря на неё сверху вниз. — Ха… Ты помнишь последнее представление Just Me? Там были два парня: розоволосый и фиолетовый. Так вот, сегодня мы с ними встретились, в потом разделились. Джоритто пошёл один а нам сказал идти вместе. Но. как ты думаешь что? — Балдассаре сказал что не пойдёт с тобой, потому что ты будешь пересказывать им историю России и Франции? — Да, вот так и сказал! — пожаловалась Виттория. — Но я же совсем немного раз их читала. — «Отец», пятьдесят четыре разв прочитать историю Франции — это не мало. — Мало! Не спорь со старшими! — скомандовала Виттория. — И… Скарол! Я даже не спросила как у тебя дела! — Все нормально, студенты учатся, яд делается. Элю недавно водили к стоматологу. Два раза. Сделали ей обезболивающий укол, дали ей какую-то маленькую розовую пластиковую собачку, а давать вырывать зуб она отказывается. Смотрит на стоматолога как на врага и рот не открывает. — Эля, какой ужас, ты что, манипулятор? Мне так стыдно за тебя… — Мама! Он был очень страшным! И зубы вырывать тоже очень страшно! Ты бы видела его глаза! — чуть ли не плача ответила ей Эля. — Ну ладно, ладно, не надо плакать, моя милая, — Виттория нагнулась и обняла её, целуя в лоб. — А ты то сама как? — Ты думаешь, я имею самочувствие? — А, точно! Как я могла забыть, Скарол! *** «Скарол». Пирожки разработанный двумя девочками в 2022-2021 годах. В основном её делала лучшая подруга Виттории, а она ей помогала делать Скарол более реалистичные, а так же программировала её. Сакарол — это нейросеть. И. создавать её было довольно тяжело. Но в итоге, с редкой прмощью некоторых взрослых, Скарлет получилась в 2022 году, 26 апреля. И. потому Виттория и «отец» для Скарол, а та самая лучшая подруга Фуго младшей «Мать». А так же, на самом деле Эля при удочерении была записана на Витторию. Она обоих их называет мамами, но Скарол больше занимается её воспитанием. *** Ну и в это время, Джонаро, Аки и Балдассаре отравились в квартиру к последнему, дабы попить вина. Пока Аки и Балдассаре разговаривали и пили, то Джонаро просто обижено сидел и слушал их «взрослые разговоры». Пить ему не разрешали, хоть Балдассаре иногда пытался кроить Джонаро, но Аки говорил то, что Джонаро несовершенно летний и что вина ему нельзя, а затем сам выпивал бокал, который Балдассаре предлагал Джонаро. — Кстати, Аки, а ты кем работаешь? — спрашивает подписавший Балдассаре. — Я? Гинекологом, — ответил Аки, допивая бокал с вином. — Ого, вот это ты везучий… — пробормотал Балдассаре икая. — Слушай, Балдассаре, — Джонаро раздраженно прервал их разговор, — Где у тебя тут туалет? — А? Прямо и налево. — Спасибо., — Джонаро вышел из-за стола и на самом деле, он совсем не собирался в туалет. Балдассаре жил на первом этаже, поэтому выпрыгнуть через окно будет ещё легче, не придётся использовать стенд. Как только он зашёл за угол, который велик туалету, Джонаро подошёл к окну рядом с дверью, аккуратно открыл, чтобы его товарищи ничего не услышали и выпрыгнул через него. Джонаро, правда, не знал куда он пойдёт. Да и тем более не к кому. Гулять ко нечего скучно, но не скучнее, чем просто сидеть с этими двумя пьяницами и слушать их разговоры о женщинах. Единственный плюс, Неаполь был красивым городом и модно просто походить и полюбоваться им. Джонаро достал из кармана наушники, в затем включил какую-то рандомную песню, продолжая идти. Но не все было так мирно и спокойно. Как только он подошёл к центру Неаполя, то его заметила Ангелина, которая в то время шла в магазин, но нашла кое что по интересней. Когда Джонаро зашёл в безлюдный переулок, то услышал шаги за собой и резко оглянулся. Было видно, что Ангелина шла прямо на него. — Мальчик, что ты здесь делаешь? — не очень громко спросила она. — Это. неважно! Я не буду отвечать незнакомым людям! — Ой, значит ты у нас довольно правильный. Но тебе не кажется, что так ты только разозлишь своего собеседника, — Ангелина подошла поближе. — Nutcracker! — рядом с ними стал появляться белый изящный рояль с золотыми узорами. Джонаро тут же понял что это враг и призвал свой стенд тоже. Но тут его кто-то схватил за горло а сзади стал приближаться «летающий» нож. Это способность Nutcracker, невидимая. Почуя приближающийся нож, одна из рук Riddon Arm. Выхватила нож и направила его в сторону Ангелины, сидящей за роялем и готовой сыграть что-то. Но тут этот нож остановился и вонзился в кого-то другого, невидимого. — Чт-Что это такое?! — Джонаро попытался нанести ей удары со всех сторон одновременно, используя Riddon Arm, но ничего не получалось они ударялись обо что-то, но не об Ангелину, которая уже стала играть «Лебединое озеро», и очень умело. Она уже давно была известной пианисткой по всему миру, но Джонаро никогда не интересовался таким. — Это? Мой стенд. Тут Джонаро со всей силы что-то ударило в лицо, это заставило его упасть думая о том, что за сила у неё такая. Но, будто не давая ему вставать или думать, к нему тут же прилетел удар в голову, а потом грубый пинок. Его стенд Riddon Arm попытался ударить воздух вокруг него., но. все это было бесполезно! Джонаро кто-то встал на руку, ломая её, от чего Нарциссо издал неприятный и негромкий визг, держа эту руку другой рукой. Ангелина стала слегка улыбаться, пока люди, которые видимы только ей ломают Джонаро позвоночник. Ведь. этот двоюродный брат её мёртвого возлюбленного сказал, что Вероник упокоится только тогда, когда группировка, которая виновна в его смерти будет разгромлена и уничтожена. Это все только ради Вероника… всё ради него… — Вот же. кгх… — Эй ты, дура классическая, что за представление? Работаешь теперь персонально, как шлюха?! — закричал кто-то издалека. Но голос был известен Джонаро. Это была Just Me. Ангелина замерла на мгновение. Этот стенд был ей знаком. Но она не помнит где она её видела. И. она чувствовала гнев. очень сильный… — Ты… — Я?! Я знаю твою силу! Моя тупорылая хозяйка далеко, поэтому работать в постную силу я не смогу, как и противостоять тебе! Потому я заберу этого мальчика и все. Договорились? — Ты. так просто не уйдешь! *** — Эля, ну как так можно? Делать обезболивающий укол ты не боишься делать, а зуб вырывать боишься? Ты же знаешь, что это не очень больно? — ругала свою приемную дочь Виттория. — Если ты не дашь стоматологам вырвать свой зубик, то он у тебя будет болеть и потом тебя повезут в больницу на операцию. А там будут другие плохие дети, и там будет очень душно. — Мама Виттория, не надо меня пугать! Вырывать зуб очень страшно! Дядя Балдассаре сам так сказал! Скарол же просто спокойно смотрела на деревья, любуясь природой. Как вдруг Виттория закашляла и из её рта хлынула алая кровь, которую она попыталась сдержать рукой. Она текла по её одежде и капала на тратуар. — Мама, у тебя зуб выпадает?! — задрожала Эля, обнимая Виторию. — Н-Нет. просто кое кто слишком далеко ушёл. *** — Джонаро, дурень, не смей мне тут вырубаться! — скомандовала Just Me, пока бежала держа Джонаро на руках. Её ноги резали «летающие» ножи но она продолжала бежать, оглядываясь на Ангелину, которая уже не играла за роялем, но музыка все равно играла. — Слушай, ты можешь нас поднять на крышу? Во первых: я скоро тебя уроню, во вторых: я использую свой яд. — А? Хорошо… — Just Me, перекинула Джонаро себе на плечо, немного наклонилась и прикоснулась своим браслетом к земле, наполняя её ядом, после чего Riddon arm ухватился за подоконники, в потом взял из четырьмя руками и перенёс на крышу. После чего Just Me выдохнула и положила Джонаро на бетон, тяжело дыша. — Дурень, что ты здесь делаешь. почему ты не с остальными?.. — Я. я ушёл от них, потому что они. просто пили и ничего не делали. — Ох, хахаха, если Джоритто узнают, то им обоим сильно достанется! Будет ньересно посмотреть… — Скажи… что это у неё за способность такая? Ты знаешь? — Я раньте пересекалась с ней. Её способность трудно угадать, но это. она может призывать мертвых пианистов. Даже тех, которые один раз сыграли на нём или прикоснулись к клавишам на одну секунду. Это… невидимые призраки. и они могут сделать с тобой все что угодно, но ты им ничего не сделаешь. — Вот это… способность конечно. Я думаю, что она заставляла всех своих родных прикасаться в клавишам, чтобы она могла видеть их после их смерти. Это. довольно удобно… правда… — Ладно, пошли немного южней. Я не могу долго быть далеко от своей хозяйки иначе она совсем умрет. У неё же теперь и ноги изрезаны. Мне то не больно, а ей… Ха! Да ладно! Пусть помучается! Для профилактики! — Почему ты так ужасно о ней говоришь? Она же твой хозяин… — И что? И это обязует меня подчинятся ей и говорить о ней только хорошее? Она этого не заслужила! Пусть мучается! Я же боль не чувствую, ха-ха! — Just Me залилась громким злодейским смехом, придерживая свой живот. — Садистка… — Э, говори за себя, мальчик!