Идеальный подарок

Ночная перестрелка в торговом центре – не то, в чём Порш хотел участвовать перед самым Новым годом. Но так уж сложились обстоятельства. Впрочем, закончилось всё благополучно: ни сам Порш, ни кто-либо другой из телохранителей Кинна пулю не словил. Полчаса спустя, пока остальные избавлялись от тел их противников, Порш позволил себе немного прогуляться по тёмным просторным коридорам, красочно украшенным к празднику. На стенах висели еловые лапы, перевитые гирляндами огней, оконные стёкла кто-то профессионально разрисовал снежинками, автоматы с водой, кофе и едой были покрыты красно-зелёным серпантином. Однако даже многометровая ёлка с разноцветными гирляндами, шарами и звёздами не создавала положенного праздничного настроения. Чтобы хоть как-то унять ощущение пустоты внутри, Порш с силой ударял своими ботинками о плиты пола, и гулкое эхо его шагов нарушало тишину этого огромного здания. Остановившись рядом с одним из автоматов, Порш фыркнул. Тот был украшен особенно ярко. И всё же стаканчик горячего кофе показался ему вдруг верхом мечты. - Ну, скорее же... - закинув в автомат несколько монет, ворчал Порш в ожидании своего напитка. - Ага, наконец-то! Взяв в руку стаканчик с кофе, он хотел было уже вытащить тот из автомата, но... - Тьфу, вот ведь!.. - случайно уколовшись о колючий лист пластикового остролиста, Порш, выругавшись, отдёрнул руку. - Что там? Дай-ка посмотреть, - потребовал неожиданно оказавшийся рядом Кинн. Порш машинально, без всякой задней мысли протянул ему пострадавшую руку. Из неглубоких царапин на двух пальцах выступили капли крови. Кинн взял руку Порша и поднёс к своему рту. Расширенными глазами Порш следил за тем, как тот прильнул губами к ранкам. - Кинн... - прошептал Порш едва слышно. Кинн посмотрел ему в лицо, и Порш застыл как вкопанный, поражённый силой страсти, сверкавшей в его взгляде. Зрачки Кинна расширились, глаза потемнели от желания, и он отпустил руку Порша. Инстинктивно, не понимая, что делает, Порш поднёс ладонь к своему рту и тоже прикоснулся губами к ранкам, словно пробуя на вкус его поцелуй. - Порш... - тяжело сглотнув, начал Кинн. Вот только Порш не позволил ему договорить, быстро покинув коридор.

✧☆✧

У Кинна появилась ещё одна забота, которую никак не обойдёшь. Его с каждым днём всё сильнее влекло к Поршу, а только этого сейчас и не хватало – серьёзной связи с собственным телохранителем! Времена настали особенно опасные, и, если бы Кинну и пришла в голову блажь с головой окунуться в чувства, надо быть последним дураком, чтобы выбрать такого дерзкого парня, как Порш. Конечно, Порш являлся его телохранителем уже достаточно долго и в последнее время даже вполне успешно справлялся с заданиями, чтобы доказать – и он на что-то годится. Неизвестно лишь, кому Порш это доказывал – Кинну или себе самому. Слабо подчиняющийся, вздорный, упрямый... Характер непредсказуемый, взрывной, как порох. Бедным будет тот человек, кто получит Порша со всеми потрохами. Пытаться его приручить – это всё равно, что ступать по минному полю. Нечего даже думать о Порше в подобном ключе. Себе во благо. “Тогда что я здесь делаю?” - задался вопросом Кинн, инстинктивно пятясь от края бассейна в своём доме и прячась за выступающую стену. Здесь его никто не увидит, зато у него отсюда имелся прекрасный обзор, и, чёрт подери, ему нравилось то, что он видел! Порш медленно подходил к бассейну, определённо намереваясь спокойно поплавать этой ночью, пока все спят. Кинн окинул его быстрым, жадным взглядом с головы до ног. Вот всё-таки Порш – это долбанное совершенство. Кинна всё сильнее захлёстывала горячая, душная волна. Он смотрел на почти обнажённого Порша и впитывал в себя его красоту. У края бассейна Порш чуть размялся, в то время как у Кинна перехватило дыхание при виде дразняще натянувшихся на ягодицах плавательных шорт. Войдя же в воду, Порш сильным броском нырнул в кристальную глубину воды и вынырнул уже на середине бассейна. Перевернувшись на спину, он поднял к высокому потолку мокрое лицо и вытянулся, блаженствуя в неспешном плавании. Кинн наблюдал за ним, зачарованный, долгие, томительные минуты, пока это не стало невыносимо. Тогда он пошёл к бассейну, раздеваясь на ходу. Кинн вошёл в воду бесшумно, без единого всплеска, и погружённый в свои мысли Порш его не заметил, но минутой позже, ощутив чей-то взгляд, открыл глаза и увидел, что уже не один. Задохнувшись от удивления, Порш нырнул, нахлебался воды и тут же выскочил на поверхность, фыркая и отплёвываясь. - Какого хрена, Кинн?! - крикнул он. Кинн усмехнулся. Это привело Порша в ещё большее недовольство. - Ни в жизнь не поверю, что тебе просто захотелось поплавать! - ощетинился он. - Причём именно сейчас, здесь и со мной! Ты, гад, подглядывал! Ударив ладонями по воде, Порш обдал лицо Кинна целым фонтаном брызг. Кинн даже не стал ему что-то отвечать или как-то оправдываться. Он просто рванул вперёд, на Порша, и жарко поцеловал. Почти сразу Порш воспротивился. О, ещё как! Однако Кинн был сильнее. А ещё – проницательнее. Что-то такое заметил он в сопротивлении Порша, что позволило понять – тот отталкивал его не всерьёз. И спустя несколько минут это подтвердилось. Более того – Порш, наконец, ответил на поцелуй. Переплетясь телами, они погрузились в воду. Порш действительно был бессилен противиться страсти, внезапно захватившей его в плен, как сомкнувшаяся над их головами вода. Бассейн был неглубоким, и пальцы их ног, коснувшись дна, тотчас оттолкнулись, посылая тела наверх. Порш не отдавал себе отчёта, как случилось, что его руки охватили плечи Кинна. Как случилось, что тело прижалось к телу. Порш лишь в упоении ощущал, как соприкасаются их языки, как наливается жаром член и как член Кинна протискивается между его ног. На мгновение они оторвались друг от друга, глотнули воздуха; их взгляды встретились, спрашивая и отвечая, и, снова сплетясь руками и ногами, они слились в новом жгучем поцелуе. Задыхаясь, Кинн вытащил Порша из воды и растянулся рядом с ним на полу у бассейна. Какие-то долгие, жаркие минуты они лежали в молчании, восстанавливая дыхание, созерцая друг друга сквозь зыбкое забытье. Потом пальцы Кинна медленно заскользили по плечам Порша и вниз по рукам, достигли бёдер, двинулись дальше, назад, стиснули прохладные ягодицы и крепко сжали. Порш почувствовал, как тысячи чёртовых бабочек забились, затрепыхались в его венах. Руки, помимо воли, сами по себе принялись исследовать тело Кинна. С губ Порша сорвался тихий стон, когда Кинн стал целовать его шею, нежно покусывая, порой останавливаясь, чтобы лизнуть и ощутить вкус кожи. - Порш... - мягко выдохнул Кинн. Пальцы Порша впились в его плечи. В последнее время Кинн – вольно или невольно – вкладывал столько чувства в то, как произносил его имя... И Кинну даже не нужно было говорить что-либо ещё. Всё было предельно ясно и так. Порш долго не желал задумываться о тех изменениях, что происходили между ним и Кинном, о той тяге, что становилась лишь мощнее день ото дня... Но сколько можно закрывать на это глаза? Сейчас Порш по-настоящему отпустил себя и растворился в потрясающем наслаждении, в расцветающих в нём новых ощущениях от близости твёрдого мужского тела, а не мягкого, женского. А уж от осознания того, что рядом с ним сейчас находился именно Кинн... Порш словно горел, сгорал и снова загорался. Кинн слегка раздвинул его ноги, проскользнув между ними своим членом, вперёд и назад, ещё и ещё. Порш не сдержал очередной стон, в исступлении целуя Кинна, охваченный яростным желанием, прижимаясь к Кинну теснее. Порш хотел Кинна, и никуда от этого не деться – как будто он только для того и стал телохранителем этого мафиози, чтобы отдаться буйной, всепоглощающей страсти, просто гипнотической в своём накале. Оргазм был сокрушительным. А ведь Кинн даже не стянул с него шорты. Придя в себя, Порш взглянул на Кинна и отметил, что тот тоже получил удовольствие. И вот что теперь делать, что говорить?.. В голове Порша была пустота. В конце концов, они просто снова начали целоваться. - Повторим как-нибудь? - с улыбкой только и спросил Кинн перед тем, как они мирно разошлись по своим спальням. - Возможно, - улыбнулся Порш ему в ответ.

✧☆✧

Утомлённый рассудок Кинна без устали перебирал в памяти все воспоминания о Порше. Тот ничего ему не обещал, не предлагал ничего, не делал ему никакого знака, свидетельствующего о сильном чувстве. Кинн не мог обвинять его в предательстве. И всё же боль переросла в гнев. Кинн хотел посмотреть Поршу в глаза и заставить признать свои чувства или, по крайней мере, сказать, что было ложью, а что правдой. Кинн, конечно, имел право на получение объяснений. Вот только Порш оставил его, не сказав ни слова, заставляя постоянно задаваться вопросом, что же между ними пошло не так. “Это и было всё время его планом?” - размышлял Кинн с растущим отчаянием. Порш хотел лишь дружбы со своим боссом? Или всё-таки хотел его любви, но только до тех пор, пока это будет тайной? Теперь, когда Порш с позволения Корна стал телохранителем Вегаса, Кинн будто бы больше не имел для него никакого значения. Но разве Порш не начал всерьёз влюбляться в него? Кинн знал, что не вообразил себе нежность в голосе Порша, когда тот, увидев как-то раз его искреннюю улыбку, сказал: “Улыбайся так почаще, Кинн. Мне это очень нравится”. Зачем ему было это говорить, если он не имел это в виду? Уставший Кинн с изумлением наблюдал, как все в доме старались лишний раз не попадаться ему на глаза, милостиво оставив его в покое. Единственным человеком, с кем он общался в последние дни, был Танкхун, который неожиданно оказался хорошим источником поддержки. Конечно, брат поддерживал его множество раз и раньше, но никогда – столь явно. Всегда это было завуалированно и с охами, вздохами. Вероятно, сейчас Танкхуна тоже крайне задело то, что Порш ушёл из основной семьи в побочную. - Ну же, Кинн! Что я могу сделать? - спросил Танкхун во время перерыва тренировки Кинна, когда тот просто сидел на полу и пил воду. - Должно же быть хоть что-то, что заставит тебя почувствовать себя лучше. Я не могу больше смотреть на твои страдания! Продолжишь так и дальше – не заметишь пулю в перестрелке! Кинн повернулся к брату с мрачной улыбкой. - А может, я жду эту пулю? Танкхун выругался и стукнул его по плечу. - Хорошо, больше не буду так шутить, - Кинн примирительно поднял вверх руки, потом опустил их и вздохнул. - Не беспокойся. Я подозреваю, что почувствую себя лучше через какое-то время, но в данный момент я сомневаюсь, что когда-либо снова буду чувствовать себя нормально. - Порш поступил неправильно. Опять, - недовольно пробормотал Танкхун, после чего вскинулся. - Хочешь, я выловлю его в баре Йок и поговорю с ним? Напомню, как его накачали наркотиками? - Знаешь ведь, доказательств, что за этим стоял Вегас, у нас нет, - Кинн пожал плечами и безрадостно усмехнулся. - Нет, твой разговор с Поршем ничего не даст. Судя по всему, Вегас знатно запудрил ему мозги. - Ооо, ну хорошо, оставим Порша! - Танкхун экспрессивно взмахнул руками. - Что я могу сделать для тебя? Кинн, просто скажи мне, чего ты хочешь. - Брат, - Кинн печально вздохнул, - я хочу только Порша, связанного подобно новогоднему подарку и полностью в моём распоряжении. Поскольку ты не можешь сделать так, чтобы это произошло, мне больше ничего не нужно. Его заявление сопровождалось длительным молчанием, затем он почувствовал похлопывание руки Танкхуна по своему плечу.

✧☆✧

На следующий день Кинн заперся в своей спальне и предпринял подлинное усилие, чтобы стряхнуть с себя окутывавшую его меланхолию. Он принял продолжительную горячую ванну, надел пижаму, лениво пробежался взглядом по своему расписанию на этой неделе и, в конце концов, решил выпить что-нибудь алкогольное. Снаружи было прохладно и ветрено, и Кинн поёжился, взглянув через окна своей спальни на серое небо. И когда он отказался от идеи алкоголя в пользу набега на кухню за тостами и кофе, в дверь его спальни энергично постучали. - Кинн! - послышался взбудораженный голос Танкхуна. - Кинн, открой мне! Кулак брата вновь обрушился на деревянную панель, словно его вопрос не имел отлагательства. Озадаченно нахмурившись, Кинн открыл ему дверь. - В чём дело? - требовательно поинтересовался он. - Ты чуть дверь не сломал. Танкхун ворвался в спальню с очень странным выражением лица. Оно было слегка торжествующим, а сам он весь светился коварством – Кинн мимоходом отметил, что это выражение его брат определённо спёр у какого-то персонажа из очередного просмотренного сериала. Волосы Танкхуна – каштановые и недавно свежеокрашенные – были растрёпаны, а новый эксцентричный костюм выглядел мятым. - Ты... ты что – подрался? - растерянно спросил Кинн. На лице Танкхуна отразилась смесь насмешки и вызова, из-за чего он стал казаться младше своих лет. Когда же Танкхун заговорил, его голос был запыхавшимся: - Я был очень занят сегодня. - Делая что? - с подозрением уточнил Кинн. - Ну, так Новый год на носу! Я приготовил тебе подарок! - гордо сообщил Танкхун, уперев руки в бока. - Должен тебе сказать, что ради него мне потребовалось немало потрудиться, пришлось даже позвать на помощь... ну, неважно. Давай лучше не будем зря тратить время на разговоры. Одевайся и пошли! Кинн уставился на него в полном замешательстве. - Я должен сам забрать мой подарок? Знаешь, я предпочёл бы подождать до наступления Нового года. - Этот подарок не будет долго ждать, - с серьёзным видом сказал Танкхун. Опустив руку в карман, он извлёк оттуда очень маленький ключ с легкомысленным красным бантиком. - Вот, возьми, - Танкхун вложил ключик в ладонь Кинна. - И никогда не говори, что я не готов пойти ради тебя на всё, братишка. Ошеломлённый, Кинн уставился на ключ в своей руке. - Я никогда не видел такого ключа, - медленно проговорил он. - От чего он? Его брат ответил с раздражающей улыбкой: - Одевайся, и сможешь узнать. - Танкхун, - Кинн тяжело вздохнул, - я утомлён, голоден и хочу просто... Однако тот поразил Кинна, резко обхватив его плечи ладонями и пристально посмотрев на него. - Кинн, - настойчиво произнёс Танкхун. - Хотя бы раз в жизни не спорь. Просто сделай, как я тебе сказал. Одевайся и возьми с собой чёртов ключ! Кинн закатил глаза. - Я не в настроении для твоих шуток, - сказал он. - И не желаю никуда идти. Но я сделаю тебе одолжение. Только учти: если этот подарок – нечто меньшее, чем что-то поистине королевское, я буду очень недоволен, Танкхун, очень. У меня есть хотя бы несколько минут, чтобы привести себя в порядок? - Есть, - нетерпеливо кивнул Танкхун. - Но поторопись. Кинн в очередной раз вздохнул, покачав головой. У него появилось странное подозрение. - Танкхун, - прошептал он, - что ты сделал? Танкхун не ответил, лишь махнул рукой в сторону гардероба. Кинн не мог не удивляться еле сдерживаемому избытку братских чувств Танкхуна. Тот практически пританцовывал вокруг него подобно какому-то эльфу, когда спустя несколько минут Кинн шёл за ним по коридорам дома. Без сомнения, Танкхун думал, что его таинственный подарок поможет Кинну отвлечься от разбитого сердца... и, хотя уловка брата была очевидна, Кинн оценил его заботу. - Почему ты не мог принести подарок в мою спальню? - Кинн пронзил брата взглядом, полным сомнения. По какой-то причине этот вопрос заставил Танкхуна рассмеяться. - Это было бы несколько затруднительно, - туманно произнёс он, продолжая посмеиваться. Остановившись перед дверью, ведущей в одну из пустующих комнат дома, Танкхун хлопнул Кинна по плечу. Плечи Кинна скоро будут в синяках, серьёзно. - Ну, удачи! - Танкхун хитро улыбнулся и торжественно распахнул перед ним дверь. Кинн безучастно посмотрел в темноту комнаты, в глубине которой определённо слабо мерцали свечи. Странность происходящего спутала мысли Кинна, превратив их в бессвязный клубок. Удачи? Что, чёрт подери, Танкхун имел в виду? Не было ли это случайно связано каким-нибудь образом с Поршем? Если это так, то он прибьёт своего брата! Повернувшись обратно к Танкхуну, Кинн увидел только его удаляющуюся спину – брат спешно уходил, оставляя его одного. - Что за?.. - возмущённо начал было Кинн, но вдруг услышал какой-то приглушённый звук из комнаты перед ним. Этот звук встревожил его, вызвав покалывание в шее. У Кинна перехватило дыхание, и он крепче сжал ключ, пока бороздки этой изящной вещицы не врезались в ладонь. Кинн заставил себя пошевелиться. Один шаг, другой, вот он переступил через порог комнаты и прошёл в её глубь. Остановился Кинн внезапно. Скорее даже оцепенел, в шоке уставившись на развернувшуюся перед его взором картину. Это была спальня, довольно просторная, но в ней находились лишь три предмета мебели: ночной столик, массивная резная кровать из чёрного дерева и шкаф. Однако другой участник этого рандеву, похоже, прибыл не так охотно, как Кинн. “...я хочу только Порша, связанного подобно новогоднему подарку и полностью в моём распоряжении”, - легкомысленно сказал он своему пересмотревшему сериалов брату. И Танкхун, безумный идиот, так или иначе, сумел воплотить его мечту в жизнь. Порш, Порш-горячий-беспечный-телохранитель, лежал на кровати в потрясающем красном костюме. Его руки были скованы над головой чем-то похожим на пару металлических манжет красно-зелёного цвета, соединённых цепью и замком. Цепь проходила сквозь пару вырезанных отверстий в мощной спинке кровати, надёжно удерживая телохранителя. Голова Порша приподнялась от подушки, и глаза сверкнули неестественной чернотой на его покрасневшем лице. Он с силой дёрнул манжеты, что непременно должно было поранить его скованные запястья. - Сними с меня эти долбанные штуки, Кинн! - прошипел Порш, и ярость в его голосе заставила Кинна вздрогнуть. Порш походил на великолепного дикого тигра. - Мне жаль, - сказал Кинн, задохнувшись, и инстинктивно бросился вперёд, чтобы помочь ему. - Проклятье... это был Танкхун... Я не знаю, что это пришло ему в безумную голову... - Я убью его, - пробормотал Порш, продолжая неистово дёргать своими скованными запястьями. - Порш, подожди, ты поранишься, - с беспокойством остановил его Кинн. - У меня есть ключ. Только полежи спокойно и позволь мне... - Ты попросил его сделать это? - разъярённо потребовал ответа Порш, когда Кинн забрался на кровать рядом с ним. - Нет, - мгновенно ответил Кинн, затем почувствовал некоторую неловкость. - Не совсем. Я только сказал брату, что хотел бы... Он замолчал и прикусил губу. - Понимаешь, мы обсуждали твой уход в побочную семью, и я... - продолжая чувствовать неловкость, Кинн переполз через Порша, чтобы добраться до замка наручников. Соблазнительный изгиб плеча Порша скользнул по нему, и Кинн всем телом содрогнулся, словно от ожога. К его досаде, ключ выпал из пальцев и провалился между постелью и спинкой кровати. - Не шевелись, - сказал Кинн, отводя пристальный взгляд от лица Порша и передвигаясь выше по его телу, чтобы достать ключ. Нелегко было избегать контакта с глазами Порша, когда их лица были так близки. Его тело было неподвижным под Кинном. Пока он пытался найти ключ, дыхание Порша изменилось, став глубоким и частым. Кончиками пальцев Кинн зацепил ключ и вытащил его из-под постели. - Я нашёл его, - пробормотал он, рискнув бросить взгляд на Порша. Глаза того были закрыты, а рот почти касался шеи Кинна. - Порш? - прошептал Кинн в болезненном замешательстве. Выражение лица Порша стало замкнутым и жёстким, глаза потемнели. - Отопри эти чёртовы штуковины, Кинн! - он загремел цепью, которая соединяла наручники. Этот звук заставил Кинна опомниться. Он увидел глубокие царапины, оставленные звеньями цепи на твёрдой древесине, но, несмотря на неустанное движение и трение, дерево пока сопротивлялось металлу. Кинн посмотрел на ключ в своей руке. Вместо того, чтобы воспользоваться им и открыть наручники, он крепко сжал ключ в ладони. Ужасные, злые мысли пришли ему в голову. Справедливым было бы как можно скорее освободить Порша. Но Кинн не хотел поступать справедливо. - Прежде, чем я отпущу тебя, - заговорил Кинн низким голосом, совсем не похожим на его обычный, - я бы хотел получить ответ на один вопрос. И вопрос этот... Почему ты предпочёл мне Вегаса? Порш посмотрел на него с тем же арктическим холодом во взгляде. - Да чтоб я сдох, если стану отвечать на какие-либо вопросы, будучи прикованным к кровати! - огрызнулся он. - А если я освобожу тебя? - спокойно спросил Кинн. - Тогда ответишь? - Нет, - буркнул Порш. Кинн искал в его глазах какой-нибудь признак того парня, в которого влюбился, того Порша, который был самокритичен, задорен и дерзок. Однако в глубинах ледяной темноты его глаз была только горечь, как будто Порш растерял все чувства к нему, самому себе и всему, что имело значение. Требовалось нечто из рук вон выходящее, чтобы достучаться до этого несгибаемого незнакомца. - Но почему Вегас? - упорствовал Кинн. - Ты же говорил, что всего лишь поверхностно общаешься с ним, когда он приходит. Ты солгал мне тогда, раз в итоге переметнулся к нему? Решил, что он может предложить тебе нечто большее, чем основная семья... чем я? - Побочная семья лучше мне подходит, чем когда-либо могла бы подойти основная, - со сдерживаемыми эмоциями проговорил Порш. - И Вегас в качестве босса тоже подходит мне лучше, чем подходишь ты, Кинн. Кинну стало больно дышать. - Потому что Вегас более дружелюбный? Более понимающий? - заставил он себя спросить. - Или, может, Вегас просто нравится тебе сильнее, чем я? Порш попытался произнести слово “да”, но оно так и не сорвалось с его губ. Он решил ограничиться одним коротким кивком. Этот жест должен был бы уничтожить Кинна, поскольку подтверждал все его сомнения. Но выражение лица Порша... пульсирующая жилка на его щеке, его странный остекленевший взгляд... На долю секунды показалось, что он охвачен сильнейшей агонией. И этому могла быть только одна причина. - Ты лжёшь, - осознал Кинн. - Нет, не лгу, - Порш нервно сглотнул. Внезапно Кинн дал волю отчаянным мыслям, которые пульсировали в его голове. Он стал тем, кому нечего терять. - Тогда я докажу тебе, что ты лжёшь, - сказал Кинн прерывающимся голосом. - Докажу, что я могу дать тебе в сто раз больше, чем Вегас. - Как? - не понял Порш. - Я займусь с тобой сексом, - заявил Кинн, садясь рядом с ним. Его пальцы расстегнули единственную пуговицу на ярко-красном пиджаке Порша, коснулись отворотов, и Кинн развёл полы дорогой ткани в стороны. - Прямо сейчас, на этой кровати, когда ты не можешь воспрепятствовать этому, - добавил Кинн. - И я не остановлюсь, пока ты не признаешь, что лжёшь. Так или иначе, я получу от тебя объяснение, Порш. Он определённо удивил Порша. Кинн знал, что тот не ожидал такого напора от него. - У тебя духа не хватит, - бросил Порш тихо. Это решило его ближайшее будущее. Кинн, разумеется, не мог отступить после такого вызова. Он решительно распахнул пиджак на Порше сильнее, потом занялся брюками. Кинна охватило чувство нереальности всего происходящего, когда он вытащил ноги Порша из брюк. Костюм Порша скрывал так мало, что тот с таким же успехом мог быть и голым. Кинн бы не удивился, если бы Порш начал сопротивляться, но тому явно было не до сопротивления или злости. Порш казался... зачарованным. Его пристальный взгляд скользнул по телу Кинна, задержавшись на распахнутом вороте чёрной рубашки, затем возвратился к лицу. - Хватит, Кинн, - вздохнул Порш. - Во всём этом нет никакого смысла. - Я с этим не согласен, - возразил Кинн. Он соскользнул с кровати и быстро снял с себя всю одежду, кроме боксеров. - Я собираюсь заставить тебя поговорить со мной, Порш, и ради этого пойду на всё, - уверенно произнёс Кинн. - Прежде, чем я закончу, ты растеряешь всю свою выдержку и будешь способен только умолять. Порш раздражённо прищурился. - Во-первых, я не стою таких усилий, - процедил он сквозь сжатые зубы. - Во-вторых, ты не решишься так поступить со мной, Кинн. - Я достаточно решителен, - заверил его тот. Порш начал дёргать наручники с удвоенной силой, и его лицо внезапно исказилось от... страха? Беспокойства? - Чёрт тебя подери, Кинн, я восхищён твоим упорством, но ты должен всё это немедленно прекратить! - вспылил он. - В конце концов, ты не получишь ничего, кроме разочарования. Отпусти меня, придурок! Кинну понравилась эта вспышка отчаянной ярости. Это означало, что он преодолевал стены, которые Порш пытался выстроить между ними. Преодолевал, оставляя своего бывшего телохранителя уязвимым для последующего нападения. - Ты можешь кричать всё, что тебе хочется, - усмехнулся Кинн. - Тут всё равно нет никого, кто мог бы тебя услышать. Эта часть дома почти всегда пустует. Кинн заполз на кровать, и всё тело Порша напряглось. - Ты сошёл с ума, если думаешь, что рано или поздно я сдамся тебе на милость, - едко проговорил Порш. - Я думаю, что вскоре ты будешь сотрудничать с большим энтузиазмом, - Кинн получал извращённое удовольствие от того, что он становился более рассудительным и спокойным в то время, как Порш всё больше сердился. - В конце концов, за исключением того случая со мной у бассейна, у тебя не было парня... сколько времени? Примерно никогда? А последний секс с девушкой, спорю, был давно. Поверь, Порш, ты позволишь мне сделать с тобой всё, что я захочу. - А как же Вегас, к которому ты постоянно меня ревнуешь? - мышцы на предплечьях Порша напряглись сильнее, когда он вновь потянул за наручники. - Я мог переспать с ним к настоящему моменту, возможно, уже раз десять. - Но не делал этого, - отчеканил Кинн, глядя ему в глаза. - Он не привлекает тебя – это было очевидно с самого начала. Вот только, вопреки этому пониманию, всё же трудно было не ревновать тебя. Я должен был убедиться в твоём к нему равнодушии. И сейчас, когда ты солгал, я убедился. Осталось только заставить тебя самого признать это вслух. Пристальный взгляд Порша скрестился с его взглядом. Холода во взгляде Порша уже не было, наоборот, он сверкал от злости. - Остановись, - голос Порша стал взвинченным. - Я предупреждаю тебя, Кинн, остановись сейчас же. - Или что? - Кинн приподнял бровь. - Что ты можешь сделать, чтобы наказать меня – хуже, чем то, что ты уже сделал? Вид тела Порша, находящегося в его полной власти, вызывал благоговение. - Я не хотел причинить тебе боль, - Порш отвёл взгляд в сторону. - Да, сначала я искренне тобой увлёкся, но потом... потом я старался не давать тебе даже шанса, Кинн. Старался обратить всё в дружбу. А ведь даже дружба – это довольно сложная штука между телохранителем и его боссом. Но я, правда, старался, чтобы мы оба были... просто на дружеской волне. - Да, - Кинн кивнул. - Однако потом это всё равно переросло в нечто другое, и мы оба знаем это. Он легко коснулся волос Порша, обрамляющих лицо. Затем кончики пальцев Кинна провели по горячей коже в области ключиц. Порш дёрнулся от ощущения его прохладной ладони, шумно выдохнув сквозь зубы. Как часто Кинн мечтал сделать это: полностью исследовать тело Порша, долго ласкать его... - Скажи мне, почему ты стал телохранителем Вегаса, если влюбился в меня, - в голосе Кинна даже не было вопроса, лишь утверждение и требование признаться. - Ничего подобного, - сумел выдавить Порш. - Как ты не можешь понять это своей упрямой головой... Его слова закончились резким стоном, поскольку Кинн решительно устроился между его ног. Порш не сдержал дрожи. - Хорошо, - выдохнул он, неподвижно застыв. - Хорошо, я признаю это... Я люблю тебя, Кинн. А теперь немедленно прекрати! - Стань моим, Порш, - согревшись душой от его признания, с улыбкой настоял Кинн. - Пообещай, что покинешь побочную семью и вернёшься в основную, ко мне. - Нет, - Порш упёрто мотнул головой. - Я тоже люблю тебя, Порш, - Кинн гладил его лицо и шею, спускаясь руками по торсу, ладонями ощущая ритм сердца Порша. Шёлк подтянутой кожи Порша завораживал. Кинн хотел прикоснуться к этой коже губами. - И раз мы любим друг друга, Порш, между нами не должно быть никаких препятствий, - убеждённо припечатал он. - Любовь ничего не меняет, - почти вскрикнул Порш, - Кинн, идеалистичный ты дурак! Его дыхание прервалось, когда Кинн схватился за боксеры Порша, стянул их с него и отбросил тонкое бельё прочь. Теперь Порш был в одном лишь распахнутом красном пиджаке, и слегка подрагивал от прохладного воздуха. - Ты хочешь, чтобы мы по-настоящему стали близки? - шепнул Кинн, сам едва осмеливаясь поверить в саму эту возможность. - Я знаю, что ты представлял себе это, Порш, так же, как и я. Он склонился над Поршем, коснувшись своей грудью его груди. Порш вздрогнул от потрясения, которое испытал при соприкосновении их тел. Он продолжал отворачиваться от Кинна, крепко сжав губы и прерывисто дыша. - Поцелуй меня, - убеждал его Кинн. - Поцелуй меня, Порш. Порш вздохнул и покорно прижался к его губам. Кинн пылко ответил ему, целуя снова и снова. Он коснулся скованных запястий Порша, и кончики пальцев скользнули по его ладоням. Порш страдальчески зашептал, уткнувшись Кинну в шею: - Да, отпусти меня, Кинн... ключ... - Нет, - Кинн передвинулся, проложив своими нетерпеливыми губами дорожку поцелуев по коже его горла. - Ещё рано. Тело Кинна, полное желаний, молило о большем. Он жадно упивался Поршем, а тот задыхался от его жара и настойчивости. Порш невольно изгибался и прижимался к нему как можно сильнее, но всё равно этого было недостаточно. - Порш, я хочу тебя... - низко и хрипло вырвалось у Кинна. - Хочу тебя так сильно, что могу умереть от желания. Он снова поцеловал Порша. Затем одним лихорадочным движением завёл его ноги себе за спину. - Нет, - столь же хрипло выдохнул Порш. И уставился в потолок, казалось, подчинив себе своё тело и запретив ему реагировать. Но как только прохладные руки Кинна скользнули по его бёдрам, с губ Порша сорвался стон. Кинн был удивлён его незамедлительной реакцией. - Кинн... - полный муки взгляд Порша обратился к его лицу. - Кинн, послушай меня. Я не хочу, чтобы это произошло. Это причинит нам обоим лишь боль в конечном итоге. Пришло время остановиться. Окончательность его отказа было невозможно проигнорировать. Кинна затопило чувство абсолютного поражения. Он глубоко вздохнул, потом ещё раз, но ничто не могло облегчить боль в его груди. - Хорошо, Порш, - с трудом согласился Кинн. Он вновь потерял Порша, теперь уже навсегда. Нащупывая ключ, Кинн не смотрел ему в глаза. Как только Кинн повернул маленький ключик в замке, мир перевернулся. Порш со скоростью атакующего зверя освободил свои запястья и набросился на него. Кинн, слишком ошеломлённый, чтобы как-то реагировать, оказался под ним на спине. Обнажённое тело Порша буквально вмяло его в постель. Изумлённый Кинн лежал тихо и неподвижно, бросая внимательные взгляды на напряжённые черты лица Порша, на его зажмуренные глаза. Тот же рвано выдохнул и открыл глаза, которые превратились в горячие чёрные кристаллы. Кинна терзала мысль о том, что Порш может сейчас ему сказать. Без сомнения, Порш устроит ему разнос за эту выходку, и он, безусловно, это заслужил. - Кинн, придурок чёртов, я так сильно тебя люблю, - пылко произнёс Порш со всхлипом, взяв его лицо в свои ладони, чем поразил Кинна до глубины души. Приподняв Порша, Кинн потянул на себя покрывало, пока они не оказались завёрнутыми в кокон. Порш обнял его. Ноги Порша обвились вокруг ног Кинна. Дрожащий и измученный, Порш расслабился в его руках. Касаясь пальцами растрепавшихся волос Порша, Кинн тихо заговорил: - Порш, я знаю, что не заслуживаю тебя. Но я полюбил твой неукротимый дух, твою силу и красоту... Именно. Какой же ты красивый до чёртиков… Пусть я и не сразу понял, насколько ты особенный. Порш приподнялся на его груди и посмотрел ему в лицо. - Я могу сказать то же самое о тебе, Кинн, - серьёзно признался он. Глядя в его глаза, Кинн немного помолчал, затем с силой зажмурился. - Тогда я не понимаю... Скажи мне, наконец, что такого сделал Вегас, чтобы ты отвернулся от меня? Порш не торопился с ответом. Было ясно, что он не хотел рассказывать, но больше не собирался отказывать Кинну в правде. - Да ничего Вегас не сделал, - со вздохом начал Порш. - Он вообще не имеет к этому никакого отношения. Это всё твой отец, Кинн... И он рассказал. Рассказал обо всём, что недавно узнал. О том, что на самом деле стояло за его назначением в телохранители, что стояло за весьма благожелательным отношением к нему господина Корна. - ...и я просто... - Порш устало взмахнул рукой. - Я не стал устраивать лишних разборок. Просто высказал всё, что о нём думаю, и свалил в побочную семью. Ведь необходимо держаться от тебя подальше, учитывая... - Я в это не верю. Не верю, что мы являемся братьями, - резко перебил его Кинн. - Ты спрашивал об этом у него прямо? - Нет, но... всё ведь ясно и так, - растерянно объяснил Порш. - Ничего не ясно! - рыкнул Кинн. - Порой отец говорит правду кусками, да и то – когда выбора иного нет. Но я всё выясню.

✧☆✧

Несколько дней спустя Кинн встал с кровати, покачнулся, но сумел устоять на ногах. - Ну, нет! Кинн, ты что делаешь? Ложись немедленно, - раздался вдруг взволнованный голос Порша. - Я уже в порядке, - отмахнулся Кинн. - Ни хрена! Доктор сказал, что действие лекарств продлится ещё сутки, - Порш взял Кинна за руку. - Возвращайся в постель, упрямец. - Нет, - Кинн отвёл его руку. - Ранение было пустяковым, и всё уже зажило. Лишь голова от лекарств болит, но болит наплывами. В любом случае, я должен возвращаться к делам. Кинн решительно направился к выходу из своей спальни. - Погоди! - крикнул ему в спину Порш. Кинн обернулся. Порш же вдруг понизил голос до интимного шёпота: - Я знаю, как удержать тебя в спальне. Кровь застучала у Кинна в висках. Он увидел, что на лице Порша играет обольстительная улыбка. Нет, не могло такого быть, чтобы Порш имел в виду то, о чём подумал Кинн. Или всё-таки могло? Порш сбросил с себя жилетку, стянул галстук. - Вернись в постель, Кинн. Обещаю, ты не пожалеешь, - произнёс он тоном опытного соблазнителя. У Кинна от волнения пересохло во рту. Он не прикасался к Поршу с того самого дня, когда Танкхун фактически вручил ему Порша в качестве новогоднего подарка. С того времени прошло несколько дней, за которые Кинн получил от отца подтверждение, что они с Поршем не являются братьями, а ещё словил пулю от одной из новых группировок Бангкока. И как же после всего этого хотелось, наконец, вновь ощутить под своими ладонями гладкую кожу Порша... - Нет, лучше ты иди сюда, - предложил Кинн. Порш отрицательно покачал головой и забрался на кровать, приглашающе облокотившись на постель. Кинн мысленно выругался. Он не мог сделать то, чего Порш хотел, – и вовсе не из-за того, что у него раскалывалась от боли голова. Заниматься сексом сейчас, когда они ещё даже не поговорили о том, насколько их отношения серьёзны... Кинн не желал, чтобы у Порша сложилось ложное представление об этом. Или – чтобы Порш не воспринимал его, как своего парня. Это может всё отравить. Пока восстанавливался от ранения, Кинн много думал об этом и пришёл к выводу, что им нужно начать всё заново. Для начала сошла бы и какая-нибудь банальность, вроде самого обычного свидания. Тогда всё будет совершенно иначе. И Порш оценит, насколько Кинн серьёзен по отношению к нему. С другой стороны, и мысль о близости с Поршем перед всем этим, была крайне привлекательна. Кинн искренне не знал, что выбрать. Но вот – он представил себе Порша без одежды, и всё в нём моментально среагировало на волнующее видение. Кинн медленно направился к кровати. Умом он понимал, что делать этого не надо, но противиться вспыхнувшему желанию было выше его сил. Приблизившись, Кинн окинул Порша внимательным взглядом. Прислонясь к спинке кровати, тот уже расстегнул свою рубашку. - Сам снимешь одежду или её снять мне? Как ты хочешь? - проговорил он чуть хрипловатым голосом. Кинн не мог оторвать взгляда от представшего перед его взором зрелища. Соски Порша вызывающе выглядывали из-под расстёгнутой рубашки, а брюки сильно натянулись в области паха. - Нет. Я не разденусь, - пробормотал Кинн, пытаясь изо всех сил противиться своему желанию. - Кинн, тебе нужно лечь в кровать и отдохнуть, - уговаривал Порш. - Если я лягу в кровать с тобой, когда ты выглядишь таким образом, то никакого отдыха не будет, - парировал Кинн. Порш вздохнул. - А если ты будешь бродить по дому, спускать и подниматься по лестницам в таком состоянии, как сейчас, то можешь упасть в обморок, - спокойно указал он. - Ты же сам жаловался на головокружение. Одарив Кинна завлекающей улыбкой, он стянул рубашку с плеч, обнажив торс. Кинн вновь мысленно выругался. Да он уже готов был зубами сорвать с Порша всю одежду! К чёрту все эти благие намерения! Это был его Порш, который находился в его спальне и соблазнял его. Кинн устремился к нему. Однако, когда Кинн оказался рядом с ним на кровати, Порш быстро натянул рубашку обратно и, прежде чем Кинн успел среагировать, на молниеносной скорости запер все двери, ведущие к выходу из спальни. - Вот так! - торжествующе возликовал Порш, встав на колени и засунув все ключи далеко под балконную дверь. - Теперь тебе придётся остаться в постели. Ты сейчас слишком ослаблен, чтобы даже разбить стекло на этой двери. Не выберешься, Кинн. “Так это была всего лишь игра?” - возмущённо пронеслось в мыслях Кинна. - Я могу позвать брата, - усмехнулся он, напустив на себя невозмутимый вид. - Ха! - Порш с самоуверенной улыбкой встал с колен. - Он скажет тебе то же самое, что и я: ложись в постель. - Только с тобой, - подчеркнул Кинн. И снова устремился к Поршу, на ходу снимая с себя рубашку и расстёгивая брюки. - Теперь, когда ты начал это, Порш, тебе придётся довести всё до конца. - Кинн, тебе в любой момент может стать хуже, - с беспокойством сказал Порш. - Твоему телу, в самом деле, нужен отдых. Кинн, наконец, справился с брюками и отшвырнул их в сторону. - Снимай одежду и забирайся обратно в постель, - включив босса, приказал он. - Ты же сказал, что в этом случае не сможешь отдохнуть, - с сомнением протянул Порш. Кинн тяжело вздохнул. Так могло продолжаться целый день. А он не намерен попусту терять время. Подойдя к кровати, Кинн притворился, что у него вновь закружилась голова, и покачнулся. Порш, тревожно охнув, бросился ему на помощь. Кинн схватил его в охапку и бросил на кровать. - Кинн, у тебя болит голова... - начал было Порш. - Ты хотел видеть меня в постели, так ведь? - рыкнул Кинн, опускаясь на него сверху. - Я хочу, чтобы ты отдохнул, - веско подчеркнул Порш. - И послушай... Если ты волнуешься насчёт наших отношений, то перестань. Я больше никуда от тебя не денусь. Мы всё успеем. - Умом я это понимаю, - Кинн прикрыл на миг глаза, затем его взгляд вновь стал чуть ли не демоническим. - Но, Порш, если ты думаешь, что можешь обольстить меня, заманить в постель и после этого бросить, то ты ничего не знаешь обо мне. Он наклонился, чтобы поцеловать Порша, однако тот отвернул лицо в сторону. Поцелуй пришёлся в шею. Впрочем, уже спустя пару секунд Порш со смиренным вздохом обвил Кинна руками за плечи. - Не вини меня, если потом свалишься, - проворчал он. - Это была твоя идея, - с улыбкой напомнил Кинн. Он слегка прикусил шею Порша и провёл по ней языком. - Я... не мог придумать, как иначе заставить тебя вернуться в постель, - прерывисто пробормотал тот. - Тогда запомни, что этот способ всегда будет срабатывать очень хорошо, - рассмеялся Кинн. - Но, Кинн... - Порш всё ещё сомневался, тревожась о его состоянии. - Тсс, - с новым смешком шикнул Кинн, целуя его шею. - Я занят тем, что “отдыхаю”. Порш фыркнул, а потом тоже рассмеялся. - Скучал по твоим шуткам, - признался он. - А ты скучал по моим остротам? Скучал по мне? - Постоянно, - не стал скрывать Кинн и прижался губами к его губам. Когда-нибудь он насытится Поршем? Всё, что Кинн мог сделать сейчас, – это сдержать себя. Но он продолжал целовать Порша со всем пылом, который накопил за прошедшее время. Несомненно, следовало начать со свиданий, вот только сейчас Кинн не мог оттолкнуть Порша. И сам не мог позволить себя оттолкнуть. Кинн столько дней провёл, тоскуя и мечтая о нём, о том, чтобы просто обнимать его, быть рядом... - Что ж, - сияя, прошептал Порш, когда Кинн, наконец, оторвался от его губ, - думаю, ты действительно скучал по мне. - Похоже, ты тоже скучал по мне, - в тон ему отозвался Кинн. - Всего лишь каждый миг каждого дня, - заулыбался Порш и, проведя ладонями по его шее, посмотрел ему в глаза. - Я так быстро влюбился в тебя, Кинн... Даже раньше, чем сам это понял. Осторожно, теперь тебе никогда от меня не избавиться. Ты мне нужен, просто необходим. Кинн опасался придавать слишком большое значение словам Порша. Тем не менее, они произвели на него впечатление. Кинн никогда не думал, что найдёт того, кто будет испытывать такое же желание, как и он, кто будет испытывать потребность в нём. Откровенность и открытость Порша покорили его. - Ты тоже будь осторожен, Порш, - коротко поцеловав его в губы, с опасной улыбкой предупредил Кинн. - Все силы мафии бросятся за тобой, если ты ещё хоть раз покинешь меня. В действительности это тебе никогда от меня не избавиться. - Как романтично, - Порш расхохотался. - Хорошо-хорошо, я уже дрожу от страха. - Да, ты дрожишь, - обнимая его, Кинн, в самом деле, чувствовал дрожь Порша. - Но не от страха, а? И Кинн стал резко прокладывать поцелуями дорожку вниз по его телу. Затем, словно ураган, вновь ворвался в приоткрытый рот Порша, дразня, ещё сильнее возбуждая, будя сладкие мечты об ином, более интимном проникновении. Каждая ласка, каждое прикосновение усиливали чувственный голод Порша. Он не мог больше ждать. Порш отчаянно извивался под Кинном, желая ощутить его всем телом. - На тебе всё ещё есть одежда, - пробурчал Порш, нетерпеливыми пальцами дёргая боксеры Кинна. - То же самое могу сказать о тебе, - хохотнул тот. - Мм... в самом деле, - Порш призывно шевельнул бёдрами. - И брюки на мне слишком тесные. - Вот как? Сейчас помогу, - Кинн подмигнул и приподнялся над ним. Он ловко стянул с плеч Порша рубашку и, расстегнув, сбросил на пол брюки. Затем стащил с них обоих боксеры, лёг на Порша и прижался своим обнажённым телом к его обнажённому телу. Порш издал стон – ни с чем не сравнимый стон чистого наслаждения, и лицо Кинна осветилось торжествующей улыбкой. - Какой же ты сексуальный мерзавец! - чуть ли не на грани отчаяния выпалил Порш, уткнувшись ему в плечо. - И я слышу это от столь же сексуального мерзавца, - усмехнулся Кинн, скользя горячими поцелуями по его груди. Секунду помедлив, Кинн обхватил губами сосок – и Порш ахнул, корчась в невыносимо сладкой муке. - Чёрт, ммм... - хрипло выдохнул он. Порш никогда не думал, что способен так остро чувствовать ласки. Но именно так и обстояло дело – от любого прикосновения Кинна он конвульсивно выгибался, запрокидывая голову, с бесстыдством предлагая ему себя. - Не останавливайся... - почти взмолился Порш, когда Кинн отвлёкся от него, чтобы достать смазку. Тот мягко рассмеялся. - И не собирался. Вскоре Порш уже постанывал и извивался от гораздо более чувственных ласк. Ему казалось, что ласкающие пальцы Кинна излучают огонь и в любой миг он может вспыхнуть. И что самое странное – Порш страстно ждал приближающегося пожара. - Кинн... - с нарастающим возбуждением вздыхал он. Поцелуи Кинна были настойчивыми, глубокими и лихорадочно-жаркими. Не прерывая поцелуя, он в какой-то момент крепко обхватил бёдра Порша и медленно, уверенно вошёл в него. Порш невольно издал короткий стон – и на этом мучительные ощущения закончились. Боль была кратковременной, вполне терпимой, и он очень скоро начал получать столь же сильное удовольствие, что и Кинн. Порш двигался с ним в одном ритме, поднимаясь и опускаясь в такт его движениям. Порш чувствовал себя так же потрясающе, как и тогда, когда пальцы Кинна нежно ласкали его, только сейчас было ещё лучше. Темп движений нарастал. Кинн всё глубже проникал в тело Порша. Всё более влажной становилась их кожа, а тела – жаркими. Сердца бились сильно, быстро. - Порш... Порш... - почти на каждом выдохе шептал Кинн, зажмурив от восторга глаза. Они двигались словно прекрасно прилаженные и смазанные части механизма. Они извивались, приподнимались и метались на кровати. Скорость и давление продолжали нарастать. Казалось, всё вышло из-под контроля. Это была дикая, изматывающая гонка... Упоительный трепет эйфории – подарок освобождённой страсти – они испытали вместе. В себя приходили медленно и постепенно. Последние лучи заходящего солнца освещали спальню мягким золотистым светом, преображая всё вокруг. Два сплетённых тела, прекрасных и совершенных, словно окунулись в ало-золотой поток.

✧☆✧

В свете слабого утреннего света на столике виднелась полупустая бутылка шампанского, два бокала (один – беззаботно перевёрнутый), блюдо с ягодами, маленькие серебряные вазочки с остатками марципанов и рассыпанная шоколадная стружка. Весь этот натюрморт усыпали нежные лепестки белых роз. Дорожка хрупких лепестков тянулась к кровати, а там лепестки покрывали простыни, одеяло и подушки, на которых мирно спал Порш. Кинн, переполненный счастьем, не мог, да и не хотел спать. Этот необыкновенный, сладостный день должен длиться вечно. Не отрывая восторженного взгляда от Порша, он вспоминал их яростный, торопливый секс ночью, их красивое занятие любовью на рассвете, долгое купание вдвоём, завтрак и разговоры до хрипоты. Они пили шампанское, кормили друг друга ягодами и сладостями, смеялись и говорили, говорили, говорили. - Хватит глазеть на меня, Кинн, - проснувшийся Порш со смешком пихнул его в бок. Кинн улыбнулся, упал на него сверху и обнял, заглядывая в сонные глаза. - Не терпится вновь увидеть на тебе тот красный костюм, - признался он, поцеловав Порша в уголок губ. - Я ведь так и не насладился этим зрелищем в полной мере. - Ты ещё скажи, что хочешь опять приковать меня к кровати, - хохотнул тот. - Это Танкхун сделал, а не я, - напомнил Кинн. - Ну, если бы я тебя не остановил, ты же, не раздумывая, воспользовался бы ситуацией, разве нет? - поддразнил его Порш. - Возможно, - задумчиво протянул Кинн и зевнул, прикрыв на миг глаза; после бессонной ночи его веки закрывались сами собой. Однако стоило Поршу пылко поцеловать его, как Кинн моментально встряхнулся. У Порша столь легко получалось воспламенить его, сделать так, чтобы этот огонь горел долго, и они оба нежились в этом тепле. - Люблю тебя как безумный, - прошептал Кинн в губы Поршу. В ответ Порш снова поцеловал его, и этот поцелуй обещал быть продолжительным и далеко не последним на сегодня. Вылезать из кровати даже ради празднования Нового года откровенно не хотелось. Возможно, так они и отпразднуют – в постели, наслаждаясь друг другом и перемежая поцелуи шампанским. Порш с силой обнимал Кинна, всё ещё не до конца веря в то, какие потрясающие отношения в итоге между ними сложились. Кинн буквально ворвался в его жизнь подобно выстрелу, разрушая хрупко выстроенный мирок. Теперь Порш жил в постоянной опасности, которая упрямо наступала ему на пятки. Однако одновременно с этим... Кинн стал настоящим спасением. Порш и не подозревал, в какой жил пустоте до их встречи.

✧☆✧

Телохранители выстроились в две шеренги, образовав длинный проход к двери. Ким и Порче тоже были здесь. В первых рядах Кинн увидел Танкхуна. Полная боевая готовность была заметна даже у него. Пит, Арм и Пол стояли рядом с ним – необычайно серьёзные, как будто лучше всех осознавали важность предстоящей битвы. Присутствующие замерли в молчании. На лицах застыло ожидание. - Прикрой меня сбоку, если вдруг что, - взволнованно прошептал Порш, затем незаметно сунул Кинну в ладонь какой-то баллончик. - Теперь мы готовы. - Что это? Слезоточивый газ? - уточнил Кинн. - Взбитые сливки, - торопливо ответил Порш. - Я подслушал план Танкхуна, когда выбирался на кухню. Они хотят разрисовать нас шоколадным кремом, облить карамелью, а потом обсыпать конфетти. Так что я прихватил на кухне пару баллонов взбитых сливок. Будем бить их же оружием. - После нашего побега от семейного празднества я был готов ко всему, но это... - Кинн крепче притянул к себе Порша. - Это не сулит ничего хорошего. - Кинн! Порш! Мы ждём! - не выдержав, пропел, мелодично растягивая слова, Танкхун. - Как ни крути, но если вы собираетесь сегодня же продолжить свой долбанный медовый месяц, то принять заслуженное наказание всё равно придётся! Семья – превыше всего, Кинн! А ты так скверно с нами обошёлся, фактически самоустранившись от семейного торжества! Правила в нашей семье распространяются и на тебя! И наказание за их нарушение – тоже! Отец дал добро, и ты будешь наказан, Кинн! По шеренгам телохранителей прошло нервно-весёлое оживление. Они явно что-то задумали... - Господин Танкхун, вы же обещали не устраивать безобразий, когда радовались моему возращению в основную семью! - выкрикнул Порш, теснее прижимаясь к Кинну. - Кто?! Я?! - от возмущения глаза Танкхуна стали почти круглыми. Повисла неловкая пауза. - Ах, да, - как ни в чём не бывало добавил он через секунду. - Я забыл. Телохранители загоготали, усиленно стараясь маскировать это кашлем. Кинн хмыкнул. У него было самое лучшее празднование Нового года из всех возможных. И вот теперь... придётся за это заплатить. Но Кинн всегда был богатым. А с Поршем стал ещё богаче. Так что – да, Кинн готов заплатить любую цену. С лихвой. Готов, даже если в результате окажется выпачканным в шоколаде и карамели, что с концами разрушит весь его долго выстраиваемый образ мафиозного босса. - Вперёд, Порш! - вдруг подбодрил друга Пит, с маньячным блеском в глазах взводя курок на своём пистолете, стреляющем карамелью. - Уверен, вы прорвётесь! - Порш, напомни, чтобы я тебя уволил и официально представил всем, как своего парня, если нам всё-таки удастся добраться до выхода из дома живыми и не потерявшими чувство собственного достоинства, - с тяжким вздохом произнёс Кинн и, поцеловав Порша в висок, стал встряхивать баллон со сливками. - Замётано, - счастливо улыбнулся Порш.