Признания в дождливый день

- Я взял его из комнаты Кенчина на днях", - сказал Майки, гордясь своим подвигом. У Такемичи сейчас было много вопросов, например, что Дракен делал с презервативом в его комнате, но у него еще будет время для вопросов, сейчас же они оба достигли той точки, когда уже не могли остановиться. Он погладил мягкие губы Майки подушечкой большого пальца, и младший мальчик раздвинул губы, они оба нервничали, это был их первый поцелуй. Майки решил взять инициативу в свои руки и взял лицо Такемичи между ладонями, оба нервничали, но они должны были это сделать, поэтому губы обоих соединились в мягком и нежном поцелуе, который со временем продлился, и Такемичи, теперь более уверенный в себе, стал ласкать ноги Майки. Оба они нервничали и не знали, как начать, для обоих это был первый раз, и хотя Майки пытался скрыть свою нервозность, было видно, что он боится, Такемичи тоже боялся не меньше, а то и гораздо больше, чем он, в основном боясь причинить ему боль или как-то навредить. - Майки, нам не нужно этого делать, если ты не чувствуешь себя готовым", - очень медленно прошептал он близко к его уху. При звуке его голоса Майки задрожал, по его коже поползли мурашки, как он мог остановиться теперь, когда он зашел так далеко? Его сердце билось тысячу раз в час, затем он взял альфу за плечи и взял на себя инициативу раздеться, Такемичи понял, что Майки не собирается останавливаться, поэтому он начал раздеваться сам, после того как они оба оказались в обоих состояниях, оба молодых человека посмотрели друг другу в глаза. Взгляды обоих отражали похоть, но и любовь, Такемичи с любовью смотрел на омегу и ласкал его щеку, а затем поцеловал его; после этого он начал целовать его шею, и кожа Майки заблестела, когда он почувствовал легкую дрожь. Кожа Майки была совершенно теплой, аромат яблок был довольно сильным и превратился из навязчивого в тот, которым он наслаждался. Такемичи распределял поцелуи от ключицы омеги, вплоть до одного из его плеч, где он оставил небольшой укус. Далее Такемичи взял младшего за плечи и уложил на кровать, а затем продолжил поцелуи, переходя от грудины к началу живота; Майки задрожал, изо рта вырвалось несколько вздохов, он закрыл глаза и просто наслаждался приятным ощущением теплых губ Такемичи, бегущих по его телу. Пока не наступил момент, когда блондин остановился, Майки поморщился, когда почувствовал, что он остановился; Такемичи удалось добраться до его промежности и теперь просто смотрел, телепатически спрашивая его согласия продолжать, Майки понял, что он пытается сказать, и кивнул; тогда Такемичи протолкнул свою эрекцию за ноги младшего мальчика и раздвинул ягодицы блондина. - Такемичи... - Майки покраснел до такой степени, что закрыл лицо подушкой. - Майки, это может быть больно", - предупредил Такемичи с некоторой нервозностью. - Просто сделай это", - ответил он из-под подушки. Такемичи все еще с некоторым страхом ввел указательный палец в полость, Майки вздрогнул от неприятных ощущений, это было действительно больно, несмотря на то, что его тело выделяло много смазки, это все еще было невероятно болезненно для него, болезненные выражения и стоны насторожили Такемичи, который внезапно остановился, и Майки хрюкнул с раздражением, почувствовав, что он остановился из ниоткуда. - Я сказал тебе сделать это", - пробормотал он сквозь зубы, убрав подушку с головы. - Но Майки, я услышал, как ты стонешь, и остановился, потому что не хотел причинить тебе боль", - обеспокоенно ответил он тем же низким тоном, которым разговаривал с ним. Майки выразил свое недовольство и приказал ему продолжать, независимо от того, больно это или нет, он чувствовал себя вполне способным выдержать это. Такемичи осторожно ввел второй палец, Майки издал несколько стонов боли и лежал совершенно неподвижно, чувствуя, как боль утихает по мере того, как проходят минуты. Такемичи сделал круговые движения пальцами и медленно раздвинул их, Майки выпустил несколько слез боли и крепко вцепился в одеяла на кровати, пытаясь вытерпеть это. Несмотря на то, что Майки сказал ему, что они могут остановиться, он отказался и приказал ему продолжать, затем с некоторым колебанием и страхом он ввел последний палец в полость мальчика. Это было соломинкой, сломавшей спину верблюда, Майки издал крик боли, который вскоре попытался подавить, кусая губы, а Такемичи постарался быть послушным и продолжил свою работу по приготовлению омеги. - Такемичи... П-пожалуйста, просто сделай меня своим, - попросил он, покраснев до ушей. Такемичи вынул пальцы из Майки и взял презерватив, который он показывал ему ранее, следуя инструкциям, он правильно достал его из обертки и надел. - Вот и я, Майки... - медленно прошептала она, а затем устроилась между ног омеги. Майки улыбнулся и протянул руки, чтобы заключить его тело в теплые объятия, которые были взаимны. Такемичи медленно проталкивал свое существо в омегу. Тело Майки напряглось, когда он почувствовал, как эрекция альфы входит в него, боль была настолько сильной, что он не мог не закричать, но он отказывался остановиться, все еще веря, что сможет выдержать до конца. Через некоторое время тело Майки привыкло к ощущениям, и едва заметным движением бедер он дал понять Такемичи, что может остановиться, что тот и сделал, вышеупомянутый начал двигать бедрами очень медленно, стараясь заставить Майки почувствовать себя более комфортно и забыть об ощущениях. При каждом удобном случае он целовал его лоб, щеки и даже вытирал каждую слезинку, скатившуюся по его скулам. Через некоторое время температура в комнате начала повышаться, их тела казались такими теплыми, а в комнате раздавалось легкое эхо. Они оба смотрели друг другу в глаза, полностью потерявшись в удовольствии, Такемичи облизал губы и медленно приблизился к лицу другого, чтобы украдкой поцеловать его в губы. Возможно, самым болезненным моментом для Майки был момент, когда дело дошло до узла, он и раньше слышал в школе, что это больно, но всегда думал, что это ложь, чтобы напугать молодых людей, и только сейчас он проглотил свои собственные слова. Чувствовать, как член альфы набухает внутри него, было невероятно больно, так же как и окончательно разбиться в слезах. Когда узел прошел, Такемичи вскоре появился изнутри омеги и поспешил взять его на руки, шепча ему слова любви, которые ему удалось успокоить. Такемичи вскоре извинился и даже заплакал от раскаяния, чувствуя вину за то, что обидел Майки, но Майки только вытер слезы и ласково обнял его. - Даже в этой ситуации ты не перестаешь плакать, герой-плакса, - насмешливо сказал темноглазый. Такемичи только вздохнул с облегчением, увидев, что теперь он в полном порядке. Некоторое время оба молчали, голубоглазый не переставал смотреть на шею Майки без опознавательных знаков, а когда почувствовал на себе его взгляд, улыбнулся и подошел к нему, соблазняя подойти ближе. - Ты хочешь пометить меня, не так ли? Я позволю тебе это сделать, - неожиданно сказал он. - Но... - Такемичи не мог поверить в то, что он говорил ему, сможет ли он пометить Майки? - Я не думаю, что это правильно, мы еще очень молоды. - Такемичи... Разве даже после этого тебе не было ясно, что я хочу, чтобы ты всегда был со мной? - Майки посмотрел на него с раздражением. - Но... Просто я все еще... - он попытался образумить его, однако Майки отказался слушать его оправдания. - Пожалуйста, Такемичи... Я не хочу, чтобы ты покидал меня...