Like father – like son

      Кастиэль устало и нарочито медленно плетëтся на кухню, встряхивая мокрыми после душа волосами словно пёс. В руке он держит старую и потрëпанную кассету, которую его попросили принести дети, и Кас даже не помнит названия песен на ней. Он просто определяет нужную по количеству блестящих рисунков на пластиковом корпусе. Сегодня Энни с Джоном хотят ту, на которой есть маленькая наклейка с котятами в корзинке и много-много цветочков с сердечками из глиттера.       Когда дело касается их счастья и детских попыток слелать их дом гораздо уютнее (по их меркам), Кастиэль не может отказать. Обклеить потолок вырезками из газет? – Он поможет с этим и купит небольшие светящиеся звёздочки, чтобы рисунку солнышка не было так одиноко. Сделать из гаража ночное «пристанище» для диких енотов и собак? – Хорошо, главное во время убираться и не забывать выпускать их по утрам. Разодрать обои в прихожей, потому что в доме резко закончилась вся бумага для рисунков, а у них появилась новая гениальная идея, которую обязательно надо было увековечить? – Бумагу он купит, а обои можно переклеить и позже.       Уже по инерции, Кас аккуратно обходит домик из одеял и стульев, который расположился почти у самой двери к кухне. Краем глаза Кастиэль успевает заметить в нём маленькое, довольно фырчащее серое пятнышко и вздыхает, надеясь, что Салатик – ещё совсем маленький енот, – не утопил очередную книгу в его отсутствие.       Стоит ему только ступить за порог, как дети с возгласом подбегают. Энни – стараясь как можно быстрее выхватить кассету, а Джон – просто потому что он Джон и любит обнимать Каса.       – Па-ап, – Тот с облегчением выдыхает, словно этот день без отца был самым трудным в его жизни. Джон ещё что-то нечленораздельно бормочет, но Кас так и не догадывается, что тот имеет виду.       – Привет, солнышко, – Мягко и с тёплой улыбкой начинает Кастиэль, ласково поглаживая сына по волосам, – Вы достроили тот домик на заднем дворе?       – Почти. Мне пришлось опять отговаривать отца, что создать племя и совершать набеги на соседние дома на деревьях - плохая идея.       – Я так-то ещё здесь, – Щурится Бен, тыкая в сторону Джона кухонной лопаткой, – Hola, детка, – Кивает Касу, а после отворачивается обратно к сковороде, – И ты не понимаешь всю суть этой идеи, мелкий, когда мы захватим их территорию, то сможем собирать с них плату и весь бизнес ахуенных палок будет у наших ног.       – Тебе девяносто лет, какие драки с детьми за палки? – Джон отстраняется от Кастиэля, – Даже Энни этим не занимается.       – Вообще-то восемьдесят девять.       Вздохнув, Джон качает головой и подходит к столешнице, аккуратно приподнимая сестру, чтобы та наконец смогла вставить кассету в магнитофон.       «Heat of the moment» начинает плавно доноситься из динамиков, ровно такой громкости, чтобы Солдатик не начинал ворчать. Энни счастливо хихикает и, когда Джон отпускает её на пол, пихает его в бок с вскриком «Ты вóда!».       – Да я же не.. – Он недоуменно разводит руками в стороны, глядя на быстро убегающую сестру, – Боже, Энни, – Обречённо стонет, но направляется в след за ней, очевидно, поддаваясь.       Кастиэль с улыбкой провожает их, а после прикрывает глаза и делает глубокий вдох:       – М-м, бекон?       – Наши дети резко захотели ебучую-мать-его-пасту, поэтому можешь подать мне соль, малыш? – Тянет Бен, изредка покачивая головой в такт мелодии.       – Я удивлён, что кухня всё ещё в порядке.       – Не пизди, я лажал всего пару раз.       – Пару десятков раз, – Кас протягивает ему сольницу, которую успел схватить с полки, – Не испорть сковороду снова, пожалуйста.       – Не сомневайся во мне, Кх-хаа.. – Поперхнувшись, он машинально поддаётся назад, чувствуя, как чужие руки медленно обвивают его торс, ненавязчиво притягивая к себе, – О, Кас, – Тихо смеётся, – Я тоже скучал по тебе.       И Кастиэль с трепетом выдыхает ему в плечо, замолкнув на время. Бен, кажется, даже не замечает отсутствие реакции, лишь счастливо напевает припев.       – Люблю тебя, – В итоге само срывается с языка, – Очень, – Кас зарывается носом в загривок Солдатика, горячо дыша.       – Кас.. – Снова повторяет тот, хихикая, – Я тебя тоже. Ты же знаешь.       Немного помедлив, Кастиэль проводит языком по шее Солдата, чувствуя, как тот вздрагивает и качает головой:       – Кас, детка, я бы с радостью сейчас нагнул тебя, но меня Энни живьём сожрет, если я не сделаю ей карбонару, – Разочарованно вздыхает.       – Уверен, что смог бы?       – М? – Бен чуть оглядывается назад, наигранно приподнимая брови, – О-о, mon amour, ты такой милый, когда пытаешься командовать.       – Мы оба знаем, что ты это любишь, – Спокойно и тихо отвечает Кас, поднимая руку с груди мужа до его шеи, – Я прав, mon chéri? – Сжимает ладонь, заставляя Солдата откинуть голову назад, упираясь затылком в плечо Кастиэля.       – Бля, Кас.. – Тот шипит, – Слушай, детка, ты неправильно произ.. – Усмехается, но тут же всхлипывает, когда Кас наклоняет голову и грубо прикусывает кожу под челюстью, а после невольно тянет, – Кас.. Кас, я..       Кастиэль фыркает, отстраняясь только для того, чтобы недовольно промычать, понимая, что след после укуса совсем скоро пропадёт и вновь вцепляется зубами в место над кадыком Солдатика.       – Кас, твою ж-.. МА-АТЬ БЛЯТЬ! – Бен дëргается, когда лопатка, упавшая в сковороду с беконом, разбрызгивает кипящее масло повсюду, – СУКА! ЕБАНЫЙ В РОТ, КАС! ЕБУЧЕЕ МЯСО, БЛЯДЬ! СУКА-А-А!       – ЗАЧЕМ ТЫ ЕГО СТОЛЬКО НАЛИЛ?! – Кас отпихивает Солдата в сторону и выключает газ на конфорке, – БЕН, БОЖЕ, ЭТО ТЕБЕ НЕ ФРИТЮР! – Накрывает всё крышкой, – ТЫ ИДИОТ?!       – ДА ОТКУДА МНЕ БЫЛО ЗНАТЬ БЛЯТЬ?!       – БЕН.. БЕН, УБЕРИ СТАКАН С ВОДОЙ, ПРИДУРОК, ТЫ ХОЧЕШЬ НАХРЕН УГРОБИТЬ ПЛИТУ ОПЯТЬ!? БЕН, ТВОЮ МАТЬ.. БЕН, НЕЛЬЗЯ В КИПЯЩЕЕ МАСЛО ВОДУ ЛИТЬ, ЭТО ПЛОХАЯ ИДЕЯ!       – ОНО У МЕНЯ В ГЛАЗАХ, КАС, Я НИХУЯ НЕ ВИЖУ! ***       Солдат щурится:       – Идеально.       Наконец, Бен заваливается на кровать и со стоном вытягивается во весь рост, немного подпрыгивая из-за матраса.       О, чëрт, он более чем доволен собой. Возможно не так сильно, как когда у него получилось, – действительно получилось, – приготовить вполне себе съедобное печенье, пусть оно и было больше похоже на динозавров-инвалидов, а не на то, что было указано на упаковке с формочками. Но он всё равно гордится этой победой.       Теперь, помимо двух обычных подушек, на их с Касом кровати были все остальные, что он с дочерью смогли найти в доме. Ещё две большие по бокам, а все углы были так или иначе забиты маленькими подушками, которые Энни сразу же принесла из зала. Один большой плюшевый кот тоже вскоре оказался на кровати, как и ещё несколько таких же собак. Три пледа скомканы в конце. И Бен знает, что посреди ночи проснëтся от того, что Джон будет пытаться вытащить один из-под енота, который совсем скоро появится и заснёт на них.       Так что да, он абсолютно точно доволен.       Немного приподнявшись, Солдатик всë-таки взбивает две основные подушки, когда слышит тихую поступь. Он даже удерживается от ухмылки, продолжая пытаться придать «идеальную» мягкость уже второй, чтобы вновь опуститься на неё щекой, подложив руку под подушку.       В конце концов, Бен очень любит поддаваться, ведь в противном случае у Каса бы давно развились комплексы по поводу того, что он недостаточно силён, чтобы завалить Солдата на ближайшую поверхность и.. О, ему определённо не стоит думать о своём муже, пока его дочь в очередной раз пытается совершить покушение на его жизнь в целях мести за свою поломанную игрушку. Считайте Бена консервативным, но он никогда не понимал женщин в этом плане.       Даже с закрытыми глазами ему не составляет труда определить, что Энни, – стоит отдать должное, довольно скрытная для своего возраста, – уже рядом. Слишком сложно оставаться с серьёзным выражением лица, так что он кусает щеку изнутри, чтобы не расплыться в улыбке.       Она делает ещё один маленький шаг, прежде чем Бен внезапно подрывается, не вставая с кровати, и поднимает её на руки, прижимая к себе:       – Попалась!       – Не-ет, ну пап.. – Хнычет Энни, пока Солдат поворачивается на другой бок, утаскивая её за собой, – Нечестно!       – Разве? – Бен приподнимает брови, прекращая взъерошивать волосы дочери ладонью, – О, нет, малышка, нечестным будет считаться.. Это!       Выдержав ещё одну небольшую паузу, из-за которой Энни недоуменно хмурится, прежде чем Солдатик немного отстраняется и резко начинает щекотать её.       – Не-ет, пап! Пусти, папа! – Сквозь смех она пытается выкрикнуть, но выходит только писк, – Папа!       – Что-что? – Мягко спрашивает тот, – Дерись!       Бен с злым хохотом возвышается над Энни и наигранно-низким голосом тянет:       – Ведь слишком многие из нас до сих пор хотят сражаться и ненавидеть.       – П-хх, па-ап!.. – Энни пинает его плечи руками, как вдруг Солдат останавливается и с возмущением шепчет:       – И это всё? Так быстро сдаёшься? Давай, Энни! Ты определённо подыгрываешь мне, да?       – А ты определённо отвра.. ПА-АП, ХВАТИТ!       Довольно улыбаясь, Бен пропускает тот момент, когда её глаза вспыхивают золотым, а на торшере взрывается лампочка.       – О.. Кас опять будет.. – Солдатик обречённо стонет, и, когда Энни ударяет его по щеке, театрально падает, – Не-ет, это ещё не конец! Я отвлёкся, это был нечестный приём!       – И это ты мне говоришь?       – Я вне правил, – Хихикает Бен, пока его толкают к краю кровати, – Неужели ценой оторванной лапы у того зайца будет моя жизнь? Детка, разве ты можешь так поступить со мной?.. – Оборачивается, глядя на задумчивое лицо дочери.       Спустя мгновение, прикинув сколько страданий вытерпел бедный плюшевый заяц, пока ему пришивали обратно лапу, Энни пожимает плечами:       – Да.       – НЕТ, СТОЙ.. В КАКОМ СМЫС..       Ещё одного толчка хватает и Бен перекатывается и падает, вполне реально ударяясь спиной об пол.       – Вы закончили? – Аккуратно спрашивает Кастиэль, косо поглядывая на Солдата, который высунул язык и уже с минуту лежит, закрыв глаза.       Впрочем, неудивительно то, что в эту же секунду тот приподнимается, а затем следуют два возгласа:       – Кас!       – Папа!       Энни даже смотрит почти так же, как Бен, из-за чего Кас в ответ нежно улыбается.       – Мы всё принесли, – Джон подталкивает отца и сам проходит вместе с ним, быстро кидая несколько пачек с чипсами и остальными закусками на кровать, – Это что, опять лампочка?       Хмыкнув на бормотания Солдатика, Кастиэль ставит бутылки сока рядом и наклоняется, чтобы Бен схватился за его руку и наконец поднялся.       – Опережаю вопрос, нет, Кас, мы не будем смотреть твою скучную херню, – Морщится Солдат, – Тем более это всегда мелодрамы какие-то.       – О, правда? А может ты опять через десять лет будешь говорить, что эти самые фильмы - те самые основы, которые должен посмотреть каждый?       – Они ведь как хорошее вино, а ему нужно настояться. Нет, погоди, по-моему это было про..       Бен фыркает, когда Кастиэль легонько ударяет его в плечо.       – Мы хотим «Звёздные войны»! – Энни дёргает Каса за штанину, пока её брат устраивался на подушках, параллельно открывая ноутбук:       – М-м.. Какую именно часть мы хотим?       – Ваш отец не помнит вообще ничего, кроме той сцены, где Вейдер шинковал повстанцев, так что включай «Скрытую угрозу», – Солдатик фыркает, поднимая Энни на руки, и плюхается на кровать, почти преданно глядя, как та переползает через него к Джону, чтобы начать хрустеть закусками. Прищурившись, он думает, что это уже привычное дело, но всё равно неприятно понимать, что пачка крабовых снеков явно приоритетнее его.       В любом случае ему становится плевать на это сразу же, как Кас мягко подталкивает его, чтобы лечь рядом.       Уместившись без проблем на большой кровати, Бен притягивает Каса ближе, устраивая голову у него на груди, и лениво моргает, глядя на заставку. Он пересматривал всю серию фильмов с Энни кучу раз, но такие вечера всегда кажутся особенными, пусть и проводятся относительно часто. И Кас, который ласково проводит ладонью по его волосам – ещё одна из причин, по которой он всë-таки закрывает глаза.       Джон с Энни раскрыли, кажется, уже третью пачку чипсов и пытаются выяснить, какая же будет самая вкусная, а какую лучше оставить Бену.       Постепенно он перестаёт следить за звуками рядом, ибо те словно застилаются едва ощутимой пеленой, а мысли даже не нужно контролировать. Чëрт, он действительно счастлив сейчас.       Кастиэль мягко зарывается пальцами в его волосы, целует в макушку и не отстраняется. Тёплое дыхание ощущается приятно, как и весь Кас.       – Папа не смотрит? – Удивлённо спрашивает Энни, почти выводя Солдата из дрëмы.       – Папа приехал только несколько часов назад, помнишь? – Кастиэль шепчет и оставляет на нём ещё один поцелуй, прежде чем отвести взгляд обратно на экран ноутбука. Возможно ему придётся снова просить детей объяснять всё, но это уже и не имеет значения, – Пусть поспит.       Его рука постепенно перемещается на шею, а после спину Бена, медленно поглаживая. С тихим сопением тот ещё сильнее жмётся к Касу, только сейчас засыпая.       Ночь обещает быть спокойной. ***       – Я не понимаю, почему он просто решил «уладить», – Джон хмурится при этом слове, намереваясь захлопнуть книгу, – Это.. Разве Прескотт заслужила такого отношения к себе?..       Нахмурившись, Кастиэль немного прикрывает ноутбук, чтобы посмотреть на другой конец стола и увидеть, что тот взял А. Хейли на этот раз.       – Джон, послушай..– Ещё раз взглянув на приевшиеся таблицы, Кас закрывает вкладку с ними и сосредотачивает всё внимание на сыне, – Питера он.. А-ам.. – Едва начав говорить, Кастиэль запинается, когда с криками к ним в зал вбегают его муж с дочерью.       – Ка-ас!       – Па-ап!       Он переглядывается с Джоном, а после трет переносицу, удручённо спрашивая:       – Да?       – Она говорит, что Человек паук круче Дедпула, ты представляешь? Кас, ты представляешь? – Бен возмущённо жестикулирует, – Боже, я так и знал, что и её коснётся это дерьмо..       Протянув долгую паузу, Кастиэль кашляет и выгибает бровь:       – Ты спорил весь этот час с нашей семилетней дочерью о том, что Уэйд круче Паркера?       – Да, а что?       Кас озадаченно смотрит на Бена и медленно переводит взгляд на Энни, которая так же нетерпеливо поставила руки по бокам.       – И вы хотите, чтобы я сказал, кто лучше?       – Чëрт возьми, да, Кас!       Даже Джон тихо усмехается, глядя на неподдельную серьёзность отца с сестрой, но быстро теряет интерес, все-таки выбрав другую книгу из рядом стоящей стопки.       – Что-ж.. – Со вздохом начинает Кастиэль, – Думаю, мне всё-таки больше по душе Солдатик.       – Ох, – Солдат прикладывает руку на сердце, – Я тоже тебя люблю, Ка-ас..       – Я ведь сказал про Солдатика, а не про тебя, верно?       – Да пошёл ты, – Хмыкает Бен, – Идём, детка, эти задроты всё равно ни черта не понимают.       – А ещё Солдатик отстойный в комиксах, – Энни хватает отца за руку, смеясь в ответ на его обиженное выражение лица, – Что? Ты сам видел.       – Ладно, у меня там действительно рожа херовая.       Когда те уходят, даже прекратив на какое-то время пререкаться, Кас вновь поворачивается к Джону.       – Ты думаешь о том же, о чëм и я? – Спрашивает тот, на что Кастиэль кивает.       – Железный человек лучше?       – Чëрт, да. ***       Бен пожалел об этой идее уже спустя двадцать минут. Нет, зацеловать Каса перед уходом и оставить его наедине с собой на целый день – правильно. Пусть займётся своими странными-гиковскими вещами, пересмотрит любимые документальные фильмы про птиц, да хоть йогой займётся, хотя Солдат и не уверен, шутил ли Кас, когда говорил об этом, но он с охотой посмотрел бы. В общем Бен уверен, что Кастиэлю хотя бы несколько раз в месяц нужно отдыхать от них.       Вот только он не учёл того, что этих детей почти невозможно завлечь чем-то, пока они едут.       Если в первые полчаса в машине они были заняты тем, что обваливали кислых червячков в чипсах, а потом скармливали это всё Бену, то дальше было хуже.       На первой же остановке, когда Солдатик заправлял машину, Энни оказалась на переднем сиденье и перерыла весь бардачок, где нашла пачку презервативов из которых надула шарики. И, конечно же, она потом таскалась с ним пол дня, потому что отобрать что-то у неё невозможно.       Хотя и получилось уговорить её оставить «шарик» в машине, у входа в кофейню Энни решила, что ей очень подойдёт куртка Солдата, поэтому тому пришлось проходить всё оставшееся время в одной футболке, когда же Энни всюду бегала, воображая, что вместо джинсовки на ней плащ.       Героически отстояв длинную очередь, Бен делает заказ и по привычке тянется к внутреннему карману куртки, вспоминая, что та сейчас не на нём. Быстро оглядевшись, Солдат наклоняется вправо, чтобы схватить дочь, попытавшеюся отбежать к какому-то свободному столику:       – А-ап, что я тебе говорил? – Он быстро поднимает её на руки.       – «Здрасьте»? – Похлопав глазами, Энни обращается к бариста, на что та улыбается, пока варит кофе, и машет ей рукой.       –Это тоже, но нет, – Фыркает Бен, все-таки забирая кошелёк из кармана, – Я говорил тебе не убегать, а спокойно постоять со мной.       – Но так скучно..       – Ты пообещала.       – Пообещала.. – Энни грустно повторяет, прокручивая в пальцах кольцо, которое она уже несколько раз ломала, на шее Солдатика.       – Аккуратнее, – Солдат мягко берёт её ладошку в свою, коротко целуя маленькие пальцы, едва выглядывавшие из-под рукава.       – Я знаю! – Та взволнованно вскрикивает, выдергивая ладошку, – Хватит постоянно напоминать!       – Извини, – Тихо говорит Бен, вытаскивая две купюры из кошелька, – Держи.       Энни, что ожидаемо, быстро переключается и хихикает, отдавая одну бариста, а вторую оставляет в небольшой банке для чаевых, получая ещё один поцелуй в макушку от Бена. Забрав два сэндвича, она пытается взять ещё и большой стакан кофе, однако его быстро забирает Солдат.       – Я тоже хочу!       – Куда тебе ещё и это? – Скомканно попрощавшись, Бен отпускает дочь на пол, направляясь к выходу, – Ты и так как.. Э-э.. Не важно, Энни.. Жуй уже.       – Жую, – Энни кое-как закатывает рукава, когда Солдатик придерживает ей дверь кофейни, и откусывает небольшой кусок от сэндвича, замечая, как Джон закрывает багажник машины, – Ты нашёл? Ты нашёл!?       Улыбнувшись, тот трясёт помятым комиксом и наклоняет голову:       – Этот?       Бен хмыкает, все-таки забирая еду у дочери после её визга, и обходит машину, забираясь на водительское сиденье.       – Да! Да! Джон, Боже! – Она всё ещё кричит, бегая вокруг брата, – Джон, ты лучший!       – Я знаю, – С довольной улыбкой тот отдаёт Энни комикс, – Не теряй больше.       Глядя в зеркало заднего вида, Солдат качает головой. Возможно сейчас он понимает, что было легче просто привести детей в книжный и оставить их там на весь день. В любом случае они уже достаточно далеко от ближайшего такого магазина, поэтому это можно отложить до следующих выходных.       Когда двери почти синхронно закрываются, а тишина вновь разбавляется разговорами о том, в какой же части комиксов Стив Роджерс лучше, Бен включает магнитолу и плавно выезжает со стоянки. Не проходит и нескольких минут, как его дочь наклоняется к нему с задних сидений и раскрывает комикс в начале, что-то тараторя про Кэпа с Агентом-13.       – Они нашли друг друга-а! – Пропевает та, когда Джон аккуратно усаживает её обратно, пристегивая ремнём, – Эй!       – Там патрульный.       Бен фыркает:       – Заботишься о сестре только для видимости?       – Я просто выполняю твою работу, – Джон закатывает глаза, – Ну, а ещё они обычно очень надоедливы.       – Вы могли просто использовать свои щенячьи глазки и нас бы даже не оштрафовали, – Солдат пожимает плечами, – И та-ак.. Что насчёт той ярмарки?       – А ты научишь нас воровать билеты из автоматов? – Переглянувшись с сестрой, он щурится.       – Конечно. И накупим всякой бесполезной херни.       – Там должны быть фигурки котят! – Энни болтает ногами, переворачивая страницу комикса, – Я слышала!       – О, ну тогда фигурки котят и бесполезная хрень. ***       Кастиэль расслабленно откладывает книгу на небольшой столик у дивана и прикрывает глаза, намереваясь заснуть под тихое сопение енота на его груди, который свернулся на нём словно большой кот.       Однако громкая мелодия заставляет его недовольно выдохнуть и потянуться рукой к телефону.       – Да, Джон? – Он протирает глаза ладонью, едва разглядев текст на экране.       – Это я, Кас.       – Бен? Что с твоим телефоном?       – Энни на нëм хуету какую-то смотрит. По-моему наша дочь будет пытаться стать драконом по советам из ютуба.       – Бен, – Стонет Кас, откидываясь обратно на подушку.       – А-ам.. Я просто спросить хотел, – Солдатик прочищает горло, – Просто.. Возмо-ожно.. Вот просто гипотетически, что если мы спиздили небольшого надувного розового бобра?       Кас выдерживает паузу и громко вздыхает, сжимая пальцами переносицу.       – Ты на громкой связи, mon amour, – Тянет Солдат, – А мы ведь не ругаемся перед детьми, да?       – Бен, ты буквально.. – Кастиэль замолкает, – Послушай, я мог понять того скелета из кабинета биологии.. Но бобëр?..       – Его зовут Джон! – Говорит Энни прямо в динамик, – Нет, не ты! Это Джон младший! – Она фыркает, отвлекаясь на брата, – Па-ап, а как там Салатик?       Коротко взглянув на всё ещё спящего енота, Кас зевает:       – Он в порядке, малышка. С котом соседским бегал на заднем дворе, пока я цветы подрезал.       – Я выбила тебе птичку, папа! – Та, кажется, забирает телефон у отца, – Я сама стреляла в тире! Там ещё были черепашки и большие-большие собачки, но я специально попала в столько баночек, чтобы взять тебе птичку.. Вроде это сова.. Или филин..       – Энни.. Спасибо, милая, ты такая молодец! – Кастиэль расплывается в улыбке, – Может быть ты ещё и стреляла лучше, чем отец?       Она хихикает:       – Да! Я смогла четыре раза подряд попасть дротиками в центр, а папа нет!       Едва заметив звуки напоминающие плавное торможение машины, Кас поджимает губы, стараясь не начать улыбаться ещё шире, когда после этого слышит тихий шёпот Бена:       – ..Mon minou, постарайся тоже поспать чуть-чуть, нам ещё долго ехать домой.       – Хорошо, пап, – Вздохнув, Энни немного возится и всё посторонние звуки резко пропадают, словно кто-то выключил громкую связь, – Папа сказал сказать тебе, что он любит тебя, потому что он думает, что ты будешь ругаться из-за бобра.       – О, Господи, я не буду..       – Па-ап! Папа сказал, что он не будет ругаться!       Подавив усмешку, Кас отстраняет телефон от уха, когда Солдат, так же громко как Энни, едва ли не кричит в динамик:       – КА-АС, Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ-Я!       – Я ТОЖЕ ЛЮБЛЮ ТЕБЯ, ПРИДУРОК! – Выкрикивает Кастиэль.       – ОХ, КАС.. – Тот набирает воздуха, словно готовясь начать какую-то глупую тираду, но их дочь восклицает:       – Всё! Всё, пап, там зелёный, отдай телефон, это я с папой разговариваю!       – Ты вообще спать должна!       – С тобой поспишь!       – Да заткнитесь вы! – Сонно шипит Джон.       Прикрыв глаза, он ещё с минуту ждёт, когда все закончат пререкаться и слышит тихий голос Энни.       – Пап, поговоришь со мной ещё немного?       – Конечно. Так.. – Кас подавляет усмешку, – ..Что там за бобёр?       – Ты не представляешь! ***       – Кас?       Бен оглядывается по сторонам, когда заходит в зал, не найдя при этом Кастиэля в спальне. Он делает ещё несколько шагов и замечает вновь разожженый огонь в камине.       – Ка-ас? – Солдат привычно протягивает его имя, вновь откликая его.       Немного смутившись, Солдатик подходит к дивану и морщится, услышав музыку из наушников, которая, как и всегда, была включена едва ли не на полную громкость. Бен выдëргивает один наушник из уха Каса, наконец обращая на себя внимание.       – А? – Тот сонно хмурится, немного выпрямляясь, будучи почти вжатым в угол дивана, – а, Бен.. Это ты..       Кастиэль зевает и немного поворачивает голову, позволяя Солдату снять ему второй наушник, между тем другой рукой аккуратно разглаживая спутанные волосы Каса.       – О, Господи.. – Кастиэль трëт лицо ладонями и с упрёком говорит, – У меня твой плейлист включился, когда аудиокнига закончилась..       Не сдержавшись, Солдатик хихикает и выключает Металлику в плеере, а после кивает на старый кожанный плащ в руках Каса:       – Он снова порвался?       – Нет, я.. Просто проверял в каком он состоянии.       Немного пригладив плащ, Кастиэль разворачивает его и смотрит на коричневый воротник, где уже почти стëрлась бирка с ещё старым знаком «V» и годом выпуска, но Бен уверен, что Кас помнит и знает буквально каждый шов на этом плаще.       Он садится рядом с ним и вздыхает:       – Кас, это просто одежда. Тебе ведь не нужно так дотошно к нему относиться.       – Это не просто одежда! – Обиженно хмурится Кастиэль, – Это мой плащ.       – Ну, вообще-то он изначально был моим.       – Но моим-то он был дольше.       Бен закатывает глаза, укладывая голову на плечо Каса и внимательно наблюдая за его плавными движениями, когда тот осматривает всю кожу и короткие стежки, сделанные уже им самим.       Ему всё ещё достаточно трудно понимать, как за десятки годов почти беспрерывной носки этот плащ всё ещё не превратился в дряхлый кусок тряпки.       – Мх-хмм.. Я и не отрицаю, – Солдат переводит взгляд на Кастиэля, немного придвинувшись ближе к нему, – Это всё потому, что этот плащ пах мной и ты каждый раз чувствовал, словно это я обнимаю тебя, когда ты надеваешь его? – Он невинно хлопает глазами и улыбается.       – Нет. Он пах перегаром, рвотой и сигаретами. Мне пришлось несколько раз стирать плащ после того, как ты мне подарил его.       – Нет в тебе ни капли романтики, любовь моя.. – Дуется Бен, забавно вытянув губы и наваливаясь на Каса ещё сильнее и вырывает из его рук плащ, не глядя закидывая его на спинку дивана, – А я-то думал..       Тот тихо смеётся, позволяя уложить себя на спину:       – Всё, всё, хватит, – Он ласково ведёт руками по шее Бена, невольно заставляя того немного поддаться назад, ближе к чужим ладоням, и прикрыть глаза, а не удерживать Кастиэля своим телом.       – Хватит что? – Солдат насмешливо приподнимает брови в ответ на многозначительный взгляд Каса, – Мне уйти? Ой-ой, тогда ты предлагаешь мне вернуться в нашу холодную и одинокую без тебя спальню, свернуться калачиком и начать рыдать?       – А ты обычно так делаешь? – Хмыкнув, Кастиэль целует его в щëку и обвивает руками плечи Солдатика.       – Конечно, а ты не знал?       – Предполагал.       Кас выдыхает тихий довольный звук в шею Бена и прикрывает глаза, когда Солдат постепенно опускается полностью и немного заваливается на бок, чтобы удобнее прижать к себе Кастиэля.       – М-м.. Может сегодня закажем что-нибудь, а ты ляжешь пораньше? – Солдатик зарывается носом в макушку Каса, – Я бы сам приготовил, но без тебя я.. Ты сам знаешь.       Кастиэль мягко ворчит:       – Да, в прошлый раз ты весь пол маслом залил, – Он плавно гладит руками спину Бена, – Но я пообещал Энни помочь сплести те кулоны с камешками.       – О? Так из-за них она вытащила меня вчера в пять утра на пляж?       – Мне казалось, что ты догадался, – Устало хихикнув, Кас с хрипом немного вытягивается, разминая затëкшие плечи и спину, – Боже, лишь бы она заснула ещё в начале..       Солдат удивлённо приподнимает брови, забавляясь:       – А вот несколько лет назад ты был на взводе только от мысли, что Энни нужно оставлять одну на ночь, – Бен смеётся, когда Кастиэль грубо толкает его, – Ой, да брось.       – Ты буквально вчера заснул с ней, потому что она говорила про коврового монстра.       – Ну.. – Тот выдыхает усмешку в волосы Каса, – Она попросила меня остаться. Сам знаешь, желание женщины - закон.       – Почему-то это правило резко заработало в твоей жизни только с появлением Энни.       – В нашей жизни. И да, но зато она уже научилась вертеть всеми нами, используя тогда только одно слово.       – Почему ты говоришь «зато», словно это что-то хорошее..       Кастиэль качает головой, раздражённо вздыхая. Он понимал, что их дети будут расти гораздо быстрее, чем это делают другие, однако даже это никогда не исправит того, что именно первым сказала их дочь. Но это стоит оставить на совесть Бена.       – Ну что? – Улыбаясь, Солдатик дразнит его, – Ты ведь всё равно понимал, что «Бля-блять» значило, что ей нужен был какой-нибудь плюшевый кот с полки.       – Бен, я просто хотел отдохнуть, помолчи хоть немного, – Зевнув, Кастиэль бормочет, постепенно начиная чувствовать привычную усталость, но после оставляет небольшой поцелуй на ключицах Солдата, – Пожалуйста.       Бен смеётся, зарываясь пальцами в волосы Каса и, словно невзначай, гладит, заставляя того тихо засопеть, вслушиваясь в треск огня. ***       – Джон, хватит жрать тесто!       Солдатик оттаскивает сына от чашки с шоколадным тестом, которое до этого сделал Кастиэль, и чихает, когда Джон кидает ему в лицо мукой, прыснув от смеха.       – Ты, маленький.. – Он тоже хватает горсть муки и бежит за Джоном.       Вернувшись, Кас мешает ложкой чай в кружке и подходит к столу, за которым сидит Энни.       – Получается?       Кастиэль целует её в макушку и смотрит на начало маленькой разноцветной сетки из ниток, которая была связана грубыми узелками. Впоследствии в неё должны были бы положить небольшой камень и завязать всё вместе, а некрасивые концы, которые станут продолжением одной нитки, скрыть бусинами.       – Оно не такое, как на картинке.. – Энни расстроенно смотрит на стол и поджимает губы, – И камушек..       – Малышка, – Вздохнув, Кас наклоняется, чтобы в него не попала летящая мука и садится рядом с дочерью, – Я могу взять?       Она кивает, и Кастиэль ставит кружку на стол и берёт в руки сетку, немного расправляет её, поправляя ряды, чтобы сделать их более ровными.       – Смотри.. – Кас расплетает один ряд, который был слишком маленький и не позволял надеть этот «мешочек» на камень, – Я знаю, что это выглядит не так, как ты хотела, но это только твоя первая попытка. В следующие разы всё будет выглядеть лучше и лучше, а пока.. Попробуй завязать не так туго, потому что в конце ты всё равно сможешь именно этот ряд затянуть и камень не будет болтаться внутри этой.. – Он непроизвольно делает жест рукой в воздухе, – Сетчатой штуки.       Кастиэль улыбается ей и отдаёт вещи обратно, принимаясь за потеплевший чай. Расслабившись, он прикрывает глаза, грея руки об кружку, и пытается послушать радио, которое перекрикивают Солдат и Джон. Он уже собирается отпить немного, когда Джон перескакивает через другой конец стола, раскачав его.       – Джон.. – Кас хмурится, чуть не пролив на себя чай.       – Извини, пап! – Тот хихикает, убегая дальше и подскальзывается, когда Бен хватает его со спины, из-за чего они оба падают вместе.       Качая головой, Кастиэль косится на тех двоих которые, полностью покрытые мукой, дерутся и пихают друг друга. Солдатик рычит, но тут же начинает фыркать и плеваться, когда часть муки попадает ему в рот.       – У меня получилось! – Энни улыбается и протягивает отцу получившуюся подвеску, – Но..       Кастиэль берёт её в руки и смотрит с гордостью.       – Но что? – Он хмурится, когда Джон и Солдат начинают кружиться вокруг, стараясь рассмотреть маленький кулон, – Бен, с тебя сыпется всё.. Иди отряхнись, весь стол испачкаешь.       Энни немного недовольно наклоняет голову в бок:       – Это больше похоже на обычный камень в вязанном носке.       – Ну, именно это и предполагалось под этой хиппи-херней, – Солдатик стряхивает с головы муку и дует на волосы сына, чтобы тот начал недовольно ворчать, а потом ворошит и его волосы тоже, – И вообще, если не нравится - отдай мне, я его повешу куда-нибудь.       Бен довольно хмыкает, прижимая к себе Джона за плечо, и указывает на енота, тоже грязного с лап до хвоста:       – А то он опять раздерëт и сожрëт. Ему ж плевать, что это камень.       – Я могу купить глины или замешать.. – Кас замолкает, принюхиваясь, – Бен? По-моему что-то подгорает.       Солдат хмурится, но тут же начинает шипеть и подбегает к плите.       – Бля-я.. – Он вытаскивает противень с печеньем и вздыхает, – Нет, ну.. Есть можно, я думаю..       Кастиэль недовольно смотрит на Солдатика, когда Энни дёргает его за рукав.       – А если.. А можно ведь просто камень просверлить и так повесить?       – На самом деле вполне.       Бен громко опускает противень на стол и со вздохом ставит руки по бокам.       – Я мог принять, что я не могу даже по времени уследить, чтобы они нормально приготовились, но.. – Солдат берёт одно печенье в форме динозавра, – Кас, они выглядят так, словно пережили все муки ада.       – Чисто технически ты прав, – Кас смотрит на динозавра с отваленным хвостом в руке Солдатика, – Почти тоже самое, что и 320 градусов для печенья.       – Они хотя бы друг друга на дыбу не поднимали, – Бен пожимает плечами, откусив голову динозавру, – Фу.. Горькое.       – Что такое дыба? – Энни хлопает глазами, когда все замолкают на мгновение.       – А, ну это..       Кастиэль бьёт Солдата по плечу, заставляя замолчать.       – Принесёшь дрель, дорогой?       – Что? – Тот морщится, – Я знал, что у тебя есть склонность к подобному, но..       – Бен, – Кас трëт переносицу, – Камень.       – Лучше не стало, понимаешь?       Выдохнув, Кастиэль начинает вынимать печенье и складывать его в тарелку.       – Я так и не поняла, как какая-то дыба связана с печеньем и дрелью.. – Энни переводит взгляд то на Джона, то на отца, но ей на колени садится енот, и она начинает стряхивать с него муку, позабыв о словах.