Criminal love

      Как же хорошо оказаться в родных стенах квартиры, в которой провел все свое детство. Отца дома не было, но, узнав, что дочь нашлась, он уже на всех парах ехал через всю Москву, чтобы поскорее оказаться дома. Плевать на все дела, есть повод важнее, чтобы уехать.       Пока же Аграновская сидела за столом и спокойно ела то, что на скорую руку сготовила мама. Женщина же думала, что её там держат в строгих условиях, а по итогу дочь даже не с особым-то энтузиазмом все ест. — А ты совсем не соскучилась по домашней еде что ли? — спросила Ирина Николаевна, смотря, как девушка делает глоток своего любимого зеленого чая с фруктовым вкусом. — Я же говорила папе, что все хорошо. Меня кормили нормально, я ходила в душ, под конец со всеми стала нормально общаться. Но вот отпускать меня никто не собирался, потому что деньги им очень нужны. Вот такие люди, — ответила Ева, но до конца все-таки всю правду не раскрыла.       Все таки сейчас, для неё самой же, нужно промолчать о многих моментах. Если у неё все получится со Смоловым, то когда-нибудь он познакомится с её родителями, поэтому палиться нельзя. Но и строить из себя жертву она не будет, никому не нужны эти лишние переживания. — Хотя бы так, значит, там не совсем бездушные люди были, — улыбнулась мама. — А ты ведь видела их лица? Ты же сможешь их описать, чтобы потом Арсений смог их найти?       А вот об этом Аграновская совсем не подумала. Конечно же, отец не имеет желания оставлять людей, что украли его дочь, безнаказанными. Теперь Еве нужно как-то решить этот момент, заставить успокоиться и не предпринимать никаких мер. — Я не хочу этого. Если бы мы не начали там более менее общаться, то я бы была только «за», но я не буду. У них у всех тяжёлая судьба, поэтому жизнь их и так наказала. Пускай живут с этим дальше, тюрьма не для них, — кивнула девушка. — Что изменилось у вас за это время? — Да что изменилось? Поседели мы с отцом за это время, вот что изменилось, — они тихо засмеялись. — С тобой не связаться, не узнать, как ты. Но я посмотрела тогда видео, где тебе плечо порезали. Как рана? — Да все хорошо уже, — Аграновская приоткрыла ключицу. — Мы как раз тогда ещё не ладили, а сейчас все нормально. Но я так рада наконец оказаться дома. — А мы как рады, ты не представляешь. Душа наконец успокоится.       Женщина пересела к дочери и заключила её в свои объятия. Так тепло и уютно. Такая атмосфера её окунула в детство, когда родители также обнимали её, ещё маленькую, гладили по спине и успокаивали из-за разбитых коленей.

***

      Посидев ещё не долго, Ева пошла в свою старую комнату. Папа ещё не приехал, поэтому будет время достать старый телефон и симку, чтобы быстренько забить туда номера парней. И уже выйдя на балкон, девушка решила набрать Федю.       Ветер обдувал нежную кожу лица. Свесив одну руку с карниза, Аграновская прижала айфон к уху, слушая, казалось, бесконечные гудки. Хотелось услышать голос Смолова, узнать, что он уже доехал домой и все хорошо. — Да? — наконец послышался на той стороне голос молодого человека. — Ну что, вот звоню тебе, — улыбнулась Ева. — Ты где сейчас? — Сейчас вот дома, скоро поеду к пацанам. Как тебя встретили? Счастливы? — по-доброму усмехнулся Фёдор, а на заднем плане послышался детский голос. — Отлично встретили, — протянула девушка, прислушиваясь к тонкому, девичьему голосу. — Мама пыталась накормить, не знает же, что я хорошо питалась. Пыталась узнать, буду ли я описывать ваши лица, чтобы нашли. Вроде бы смогла убедить, что не нужно. — Да, кстати, я забыл с тобой поговорить об этом. Но ты все-таки умная девочка, я был уверен в этом с первого дня, когда ты не хотела просто сидеть, сложа руки. Слушай, я позвоню тебе чуть позже, хорошо? Алина крутится рядом, время ей уделить тоже нужно. — Конечно. Можешь писать, так проще. Буду ждать.       Его дочку зовут Алина. Впервые парень сказал её имя девушке, ведь даже парни его не знали. Слишком Смолов скрывает информацию про свою семью, но сейчас уже начал доверять Еве, поэтому, не задумываясь, назвал девочку по имени.       После этого девушка позвонила своей лучшей подруге, чтобы сообщить, что она в порядке. Варя сразу же начала просить, чтобы девушки поскорее увиделись, ведь просто хотелось встретиться с человеком, за которого она переживала, узнать, как оно вообще было, и обсудить все новости.       Но пока у Аграновской в планах находиться в кругу своей семьи, поэтому сказала, что встретиться получится только завтра. Возможно, на следующий день она найдёт время и на Федора, с которым ей хотелось оказаться совсем в других условиях.       Наконец приехал домой и отец. Казалось, что мужчина просто растаял, когда увидел перед собой дочь — живую и здоровую. Арсений Евгеньевич просто не отходил от девушки весь вечер и только через время решил начать разговор о тех людях, что её похитили. — Послезавтра поедем в отделение, я уже договорился, — улыбаясь, произнёс Аграновский, а Ева нахмурилась. — Для чего? — спросила она, ставя на стол стакан сока. — Как для чего? — даже удивился отец. — Будешь описывать лица людей, что держали тебя где-то насильно. Сколько их там было? Каждого, по возможности в точности, опишешь следственному комитету, быстро найдём этих подонков. — Я не буду этого делать, — проговорила Аграновская тоном, который не предполагал возражений. — Я уже маме говорила об этом. У них и так жизнь тяжёлая, судьба наказала. Если бы меня там били, насиловали, а уж тем более убили бы — тогда да, тюрьма по ним плакала бы, а так, я не хочу их сдавать. — Я чего-то не понимаю может? В смысле ты не хочешь их сдавать? Помимо кражи человека на них ещё повесят статью о вымогании денег, между прочим. Два миллиона евро, Ева! Это не 100 рублей, это большие деньги. А ты? Ты сидела там больше двух недель, в заточении, без возможности связи. Ты давно такой благодеятель? — повысил голос мужчина. — Если я сказала, что не буду этого делать, значит не буду. Я общалась с ними и узнала каждого получше. Я не буду им и так портить судьбу тюрьмой. Они хорошие люди, которые просто попали в такие обстоятельства. Им тоже хочется нормальной жизни, но иногда вот получается, что занимаешься совсем не тем, чем хотелось бы! — также достаточно резко произнесла Ева. — Поэтому просто успокойся и прислушайся ко мне — не нужно этого делать.       Аграновский внимательно смотрел на дочь и старался понять, что могло ей двигать, когда она говорила об этом. Может они так её запугали, что теперь девушка не хочет как-либо действовать против них? Ну не может же быть такого, что она по собственному желанию готова дать им спокойно жить дальше и все забыть? — Ладно, пускай будет по-твоему, — сквозь зубы проговорил мужчина. — Считай, что я закрыл на это глаза. Но в памяти у меня останется все.       Вроде бы Евангелина выдохнула. Никто же не сможет их найти, если она ничего не будет рассказывать. Не позволит ни сесть им в тюрьму, ни вновь заниматься этим.

***

      Впервые за эти несколько недель Аграновская так хорошо спала. Ближе к ночи девушка уехала в свою квартиру, запасные ключи от которой были у родителей. Ночь в удобной постели, в привычной атмосфере. Так классно.       Сегодня Ева позволила себе поспать столько, сколько требуется её организму, поэтому встала она только ближе к 12 часам. Ночью девушка успела договориться, что увидится с Варей вечером, а скоро должен приехать Смолов.       Поэтому она быстро поднялась с постели, чтобы сбегать в душ, так как нужно привести себя в нормальный вид. Ева и так долго находилась при нескольких парнях в не очень-то хорошем виде, теперь пора бы вспомнить, что она, между прочим, очень даже симпатичная девушка. Agra_eva: Чем вы меня кормили? У меня опять армия прыщей на лице выскочила. Это все вы! Miranchuk__jr60: Заметь, они у тебя появились именно тогда, когда ты стала готовить сама, так что все вопросы не к нам. Miranchuk: Да-да, при наших кулинарных шедеврах ты не жаловалась. Диман, ну скажи? Dima_barinov: Да! — Предатели, — недовольно проговорила Аграновская, стоя перед зеркалом. — Я уже забыла, как косметикой пользоваться. Надо хотя бы тон выравнять.       Так непривычно находиться в одиночестве, что Ева начала уже разговаривать сама с собой. Хочется, чтобы кто-то отвечал. Почему бы тогда не поговорить с умным человеком — с самой собой?       Через полчаса, когда девушка была полностью готова и делала завтрак, в дверь раздался звонок. Даже как-то волнительно, будто она впервые окажется с молодым человеком наедине. И вообще, он обещал приехать чуть позже. — Привет, — довольно протянула Аграновская и обняла Федю, бегло целуя в губы. — Привет, — улыбнулся Смолов и нагнулся, чтобы развязать шнурки на своих найках. — Ты у нас не наготовилась? Почему я об этом вообще чисто случайно вчера узнал от пацанов? Ты там кашеварила, оказывается, неделю. Я думал, что Антоха пошутил тогда, а нет. — Во-первых, я живу одна, никто мне здесь готовить не будет. Пришлось доставку продуктов на дом заказывать. Во-вторых, я встала только час назад, отсыпалась в родной кровати, — потянулась Ева, уходя обратно на кухню. — Да и чего я кашеварю? Чисто кашу варю. Хотя да, получается, что кашеварю. И на одну порцию. — Я не голоден, не переживай, — Фёдор сел за стол и смотрел на то, как она мешает уже готовую кашу.       Вообще, как будто все стало намного проще. Если ещё пару дней назад парня пугало их тесное общение, то сейчас он будто выдохнул, будто все именно так и должно быть.       На секунду молодой человек даже представил, что Аграновская стоит около плиты после их совместной ночи, готовит завтрак. Наверное, в ближайшем будущем так оно и будет, если все пойдёт хорошо. — Я успел соскучиться, — Смолов притянул её за руку к себе, сажая на колени. — Не думал, что такое возможно, но сегодня я проснулся именно с этой мыслью. — Так быстро? А как тогда ты будешь расставаться со мной, когда поедешь домой? — усмехнулась девушка, обнимая Федора за плечи. — Даже не знаю. Наверное, даже пару слезинок пущу, — наигранно надул губы парень. — Но как-нибудь вытерплю.       Ева провела одной ладонью по его щетине, утопая в его глубоких, карих глазах. Вот знали бы родители, что сейчас дочка сидит в объятиях человека, что украл её. Наверное, маму сразу бы схватил инфаркт, а папа бы первым делом вызвал ментов.       Но ей так хорошо с ним. Когда-то боялась, а теперь знает, что за его крепким плечом ей ничего не угрожает. С этими мыслями Аграновская аккуратно прикоснулась к сухим, пухлым губам, даря нежный поцелуй. И разница в возрасте её ни капли не смущает. Тогда она честно рассказала Феде о том, что думает на этот счёт.       Скорее всего, это даже просто тонкий психологический момент. Всю жизнь Ева была именно папиной дочкой, поэтому, возможно, подсознательно девушка и ищет себе мужчину старше, чтобы рядом был человек, похожий на отца. Конечно, зачастую с этим возникает и куча других проблем, но обычно девушка не переходила грани. — Ну и что мы делаем? — улыбаясь, протянула Аграновская.       В поцелуе Смолов начал опускать свои руки с талии на её бедра, а после и вовсе губами перешёл на её шею. Девушке было приятно, поэтому она прикрыла глаза, опуская свои ладони на его плечи, чтобы все-таки в нужный момент остановить.       Ева прекрасно знала и не раз слышала, что каждый поставил крест на личных отношениях, поэтому и такая спешка Феди в принципе ясна, но ей так сильно торопиться не совсем хотелось. Но не уверена, что сможет сдержаться, но стоит попробовать. — Когда были твои последние отношения? — прошептала Аграновская и почувствовала, как Фёдор остановился после этого вопроса и поднял глаза на неё. — Что? — Ты вот прямо сейчас хочешь об этом поговорить? — нахмурился он. — Да, именно сейчас, — пожала плечами Ева. — Так когда? — Давно. Больше трех лет назад. Это та девушка, что родила Алину, — лицо парня быстро изменилось.       Сколько бы времени не прошло, но боль так и не уходила. Боль от потери любимого и такого родного человека, с которым планировал семью. После смерти Кати Фёдор совсем бы потерялся в этой жизни, но ему не давала погаснуть дочь. Ради неё девушка умерла, поэтому он не смог обесценить эту утрату. — После этого было что-то мимолетное — познакомился в клубе, угостил коктейлем, секс. Дальше не заходило, потому что даже желания не было, — продолжил Федя. — И сейчас я впервые за это время почувствовал не простое желание уложить на первую горизонтальную плоскость, а что-то более ценное и важное.       Такой, казалось бы, простой вопрос вытянул из Смолова многое. В очередной раз девушка убедилась в его чувствительности и удивительной способности скрывать свою боль. За его спиной многое, не каждый смог бы такое выдержать. — Все, больше не трогаю эту тему, не переживай, — Ева зарылась пальцами в его волосах. — Давай я поем и пойдём погуляем? Нечего дома сидеть, я уже насиделась. — Пойдём, — улыбнулся Смолов и выпустил её из своих объятий.       Давно он так ни с кем откровенно не разговаривал. Неужели и правда они так уверенно идут к таким важным и высоким чувствам? На этот вопрос сможет ответить только время.