Монстры

Двоякое ощущение - раньше Хосок не понимал до конца, что это значит. Теперь это то, что он чувствует. Привычный мир исчез, люди гибнут, впереди неизвестность - это страшно и грустно. Но он может ходить и совсем не чувствует боли, с которой сроднился за время, проведенное в больнице. Это радостно и волнующе. Он так рад возможности снова двигаться, проживать каждый новый день, бывать где-то, кроме палаты. Он рад тому, что у него появились друзья - Намджун и Юнги. Наверное, с его стороны это некрасиво, радоваться в то время, как остальные страдают. Но его, будто, освободили из заключения, отменили смертельный приговор, разрешили жить. Хосоку стыдно, но не получается не радоваться. Профессор Шин говорит, что это нормально. Было бы плохо, не радуйся он. Намджун считает, что в нынешней ситуации и так хватает пессимистов и отчаявшихся. Он говорит, что им всем нужен кто-то, способный находить радость в мелочах и зажигать в людях надежду. Хосоку нравится как это звучит. Юнги ничего не говорит и в этом его поддержка. С ним так хорошо молчать. В больнице кипит жизнь. Люди заняты делами. А они, мутанты, существуют как-то особняком и в общей деятельности открыто не участвуют. Занимаются, в основном, добычей необходимых вещей и провизии, для тех, кто не в курсе. Хосок тоже был не в курсе, пока парни не привели его на "совет". Тогда он узнал, что управляют всем происходящим в их "доме" вовсе не горланящие на собраниях в лекционном зале люди, спорящие, кто главнее. На "совете" никто из пустого в порожнее не переливает. Задачи ставятся четкие и предлагаются конкретные варианты решения. Потом назначается ответственный человек и план принимается к исполнению. И к мутантам тут относятся спокойно, с уважением, признавая, что у них есть свои преимущества. Хоби нравится наблюдать, как мягкий Намджун уверенно отстаивает свою точку зрения, аргументируя ее и склоняя оппонентов на свою сторону. Как обычно дерзкий и язвительный Юнги ведет себя вежливо и уважительно с теми, кто этого, по его мнению, достоин. Члены "совета", понимают, сколько всего зависит от мутантов. Лим Хэвон отправился в свое опасное путешествие. С ним за компанию напросилась Суа, которая хотела попробовать найти маму. Их осталось трое. За прошедшее с катастрофы время "совету" многое удалось сделать. Обеспечить базу запасами провизии, одежды, лекарств, топлива. Найти с десяток выживших. Устроить "безопасную" зону. Сейчас вокруг больницы строили ограждение, чтобы защититься от внезапного нападения монстров. Постепенно люди привыкали жить в новом мире. И Хосок привыкал тоже. Он играл с детьми из педиатрии, развлекал тетушек, пока они перешивали одежду или готовили еду, помогал ухаживать за раненными. Всюду с собой он носил камеру и снимал то, что хотел запомнить. Ему везде были рады, не смотря на то, что все знали, что он мутант. Однако, самому Хоби было комфортнее всего с Намджуном и Юнги. Он давно перебрался жить в их комнату. Некоторые вещи стали привычными. Хосок таскает с собой пластыри для неловкого, как новорожденный жеребенок, Намджуна, ловит падающие предметы и засыпает под неразборчивое бормотание и чирканье карандаша по бумаге. Просыпается под храп и отбирает у заснувшего юного гения карандаш, чтобы он себе глаз не выткнул. Утром делает два кофе и идет в небольшую комнатку, бывшую сестринскую, или кладовку, или что это было раньше. Находит там среди завалов разнообразного оборудования, записей, пустых кружек бледного, как вампир, Юнги, который, кажется, вообще не спит, и воскрешает его дозой кофеина. Это всегда забавное зрелище. Хоби заметил интересную штуку: если его самого везде принимают с улыбками и умилением, к парням относятся по-другому. Намджун для жителей больницы что-то вроде небожителя. Он очень умный и вежливый и вся его неуклюжесть на людях куда-то пропадает. К нему относятся с почтением, но отстраненно. Люди будто бы считают неуместным обращаться к нему напрямую. Если хотят попросить что-то, то делают это через Хоби. А вот Мин Юнги все боятся. Он не делает ничего пугающего. Не отрывает головы котятам, не бьет морды, не рычит, не ходит в монстрячей полуформе, он даже голоса не повышает. Но везде, куда бы он не пришел, становится тише. Юнги никогда не встревает в споры и обсуждения, если это не в "совете". Он слушает с абсолютно безразличным выражением лица и смотрит. От его взгляда у людей мурашки. Хосоку интересно, как это получается, потому что на самом деле Юнги супер заботливый и шутки у него прикольные, хоть и мрачноватые. - Привет, брооо! - врываясь в сумрачную коморку здоровается Хоби. Черноволосая растрепанная макушка торчащая из пледа даже не вздрагивает, только медленно поворачивается ровно настолько, чтобы идентифицировать есть ли у пришельца кофе. Рулет из пледа приходит в движение и из него высовывается бледная худая рука в жесте "так уж и быть, давай сюда". Хосок вкладывает в нее кружку и улыбается. Ну как, скажите, эта пледовая шаурма могла закошмарить все население базы, а? - Ты опять не спал всю ночь? - устраиваясь на крохотном диванчике спрашивает Хоби. - Я приходил, но там перфоратор кто-то не выключил, - хриплым сонным голосом говорит Юнги, - Как ты умудряешься спать под этот храп? - Главное заснуть первым, - смеется Хоби, - И что, ты переселишься сюда? Будешь спать в кресле, скрутившись в клубочек? Ты что, кот? Юнги молчит, задумавшись, моргает медленно. Сейчас он правда похож на кота. - Ты же не от храпа тут прячешься. Чем занят? - Медитирую? - предложенный вариант так же далек от правды, как предвыборные речи политиков. - Попробуй еще раз, - фыркает Хоби. - Дрочу? - меланхолично выдвигает следующую версию Юнги. - На чертежи?- кивая на стол, заваленный бумагами, уточняет Хосок, - Про такой фетиш я не слыхал. - Отъебись, бро, - проникновенно просит ужасный Мин Юнги. - Опять ловушки придумываешь, параноик? - отпивая кофе констатирует Хоби. Это уже стало предметом подколов. Некоторое время назад Юнги вдруг решил, что им нужно устроить ловушки на территории прилегающей к больнице. Он капитана Чона и начальника Ча достал. Они от него бегали, как должники от коллектора. К счастью, нашелся такой же повернутый. Среди тех, кого им удалось спасти, оказался господин Кан Инхён, пожилой мужчина, страстный любитель охоты, теорий заговора и истории. В особенности, истории великих сражений. Короче говоря, они с Мин Юнги нашли друг друга. Шушукались, как две школьницы, сочиняя ловушки из подручных средств. - Это не паранойя. Это осторожность. Ты бесить меня пришёл или по делу? - Может сходим воздухом подышим? - предлагает Хоби. - Я дышу. Видишь, под вентиляцией сижу? - кивает Юнги на крохотную решетку под потолком, - Мне надо список составить к следующему рейду. Маршрут проложить... Бледная рука тянется к карандашу и бумаге. - Лучше б ты дрочил, - вздыхает Хоби.