Lili

В нос моментально бьёт микс из запахов корицы, вина и... Джису не особо понимает чего ещё, когда заходит в квартиру. Очевидно, это последствия попыток Лисы в очередной раз приготовить и сделать приятное для своей девушки. Ким улыбается, уже готовясь к картине, которую застанет, зайдя в небольшую кухню. — Упс. — обращает своё внимание на появившийся силуэт в дверях длинноволосая блондинка в красном свитере с оленями и Сантой, который греет в столь холодную и суровую зиму. Правда, не даёт того эффекта, что объятия Джису, но тоже сойдёт. Руки девушки так и застывают с небольшой кастрюлей в руках в попытках перелить содержимое в другую ёмкость, кажется. Джису ещё не разобралась, но улыбка до ушей на лицо напрашивается и выдаёт умилительную реакцию на увиденное. — Радость, что ты делаешь? Если судить по моим наблюдениям, то весь подъезд сейчас чувствует запахи из нашей кухни. — кладя пакеты на небольшого размера белый обеденный стол, обращается к младшей Джису. — Я хотела глинтвейн приготовить! Но то ли фигня получилась, то ли... а нет второго "то ли", у меня всегда получается первое, — с надутыми губами и грустью на лице отвечает младшая. И правда старалась. И всегда старается. — Прости, я не уверена, что вышло вкусно. — Эй, о чём ты, радость? Посмотри на меня, — сразу почуяв неладное с настроением девушки, Джису подходит к Лисе, обхватывает лицо обеими руками и устанавливает зрительный контакт, — Ты ещё и грустить смеешь? Разве имеет значение получилось или нет? Твоё старание и искреннее желание сделать приятное - вот это важно. Ты не обязана, но всегда радуешь, придумывая, как улыбнуть. Хотя ты уже это делаешь, просто смотря на меня, - не удержавшись от взгляда младшей, коротко чмокает ту в пухлые губы. — Пойдём, покажу что купила. Блондинка позволяет вести себя за руку, улыбаясь от полученных милостей и внимания. Подходят к нескольким пакетам с блестящим и ярким содержимым, который видно сдалека, и Лиса уже начинает догадываться, что именно приобрела Джису по дороге домой. — Погоди, это же не... — Да, мы украсим наш дому к Новому Году. Предлагаю начать после чаепития. — не даёт договорить Джису, попутно снимая тёплую длинную куртку коричневого цвета и выходит из кухни. Младшая остаётся со своими мыслями наедине. Не понимает: радоваться, грустить, чувствовать вину? Как поступить и какую реакцию выдать? Об оставшемся позади глинтвейне уже ни слуху, ни духу в голове. — Лили? Почему чайник не включишь? — обеспокоенно спрашивает Джису, зайдя вновь в помещение и разглядывая выражение лица младшей, — Всё в порядке? — Джису... зачем? Мы не планировали ничего отмечать. Максимум выпить вина и вкусно покушать, а тут... Ты ведь не делаешь это ради меня? Джису, длинноволосая брюнетка, ещё с первых слов в речи Лисы поняла, о чём пойдёт разговор, молча отходит к электрическому чайнику для дальнейшего его наполнения водой. Сразу не отвечает, позволяя звенящей тишине застыть в комнате на какое-то время, но всё так же спокойно, как и всегда, отвечает: — Мы будем отмечать. Украсим дом, вино и еда как и планировались, так и будут на столе, так что ничего не отменяется. Я просто добавлю праздника в наш вечер. — Ты не любишь этот день... — Лиса. Строго посмотрев на младшую, Джису даёт понять, что разговор ей не нравится. Раз старшая решила что-то сделать для другого человека, значит возражения она не примет. — Да, прости, — поняв, что прозвучало несколько грубо, извиняется старшая, а затем продолжает, — Я и правда сколько себя помню, столько и игнорирую тридцать первое декабря. Потерять мать столь рано, будучи подростком, так ещё и в такой праздничный для всех день - нелегко, — на выдохе признаётся Джису, смотря вниз и делая короткую паузу, — Но это наша первая совместная встреча нового года. Я не хочу, чтобы ты лишала себя радости и того, к чему привыкла. Да что уж там - к чему привыкли все. Я хочу видеть тебя счастливой и это наименьшее, что я могу сделать - устроить праздник. Поверь - я и сама хочу, очень. Раньше не было поводов накрывать стол, украшать ёлку и дом в целом, заниматься подготовкой и впринципе новогодними хлопотами, но я хочу это всё делать сейчас. С тобой. Так что позволишь и мне тебя порадовать? — подойдя к своей девушке, заканчивает Джису и берёт Лису за обе руки, поглаживая их тыльную сторону большим пальцем. Лиса, у которой глаза на мокром месте, улыбается до ушей, сдерживая себя не пустить слезу. Джису всегда к себе относится так, будто ничего не делает для их отношений, но даже не замечает собственный огромный вклад в них. Внутри не бабочки, а море чувств к девушке, стоящей напротив, которые разливаются по всему телу. Очень крепкие, словно спирт, впитывающиеся в каждую клетку, оттого и мощные. — Как тебя можно не любить, — со всей нежностью и силой обнимает свою девушку Лиса. Джису в ответ кладёт свои руки на её спину, отвечая на объятия, полные чувств, — Спасибо. Просто спасибо. Я люблю тебя. — Не стоит благодарностей, давай лучше не будем грустить и как следует оторвёмся, — отвечает брюнетка. — Мы? Оторвёмся? — со смехом отвлекается от проявлений чувств на заявление девушки Лиса, — Любовь, зная нас, мы просто будем сидеть в обнимку,. укрывшись пледом, смотря новогодние программы по телеку. Мы абсолютно не тусовщицы, — всё так же с улыбкой вновь возвращается к объятиям девушка. Джису улыбается в ответ. И правда. В этом доме редко царит бешенная энергия, когда они остаются вдвоём. Комфорт, спокойствие, мелодичные песни, уют и тепло - эти слова лучше описывают атмосферу их небольшого логова. Главное, что вдвоём. — Да, было не в тему, — хихикает Джису, — Но да ладно, пошли попьём чай. Я там ещё столько сладостей купила. Смотри! — отрывается от Лисы и подходит к пакетам, с одного из них вытаскивая коробки с едой, — Заварные пироженки! О, кексы вот ещё. Посмотри сколько тут разных видов. — У меня уже зубы сводит от предстоящего поедания сладкого, — шуточно отвечает младшая, смотря на небольшие коробки, которые активно показывает Джису. — Давай давай, садись, скоро должны ёлку привезти, нужно успеть попить чаю. Я доставку заказала, а то она там метров так два... — Чего? Ну ты даёшь, зачем такую огромную, — смеётся и одновременно шокировано смотрит на старшую Лиса. — Либо всё, либо ничего. У нас должно быть всё самое лучшее! Так и со смехом девушки садятся за стол, готовясь к небольшой трапезе, заодно ожидая доставку. Обе в приятном предвкушении от предстоящего украшения квартиры, новогодней ели и совместному семейному вечеру.

***

— Я сейчас точно свалюсь нахер, — с трясущимися ногами и звездой в руке, которая предназначена украшением для макушки ёлки, говорит Лиса, стоя на табуретке. — Не переживай, минимум - перелом. — Боюсь узнать тогда максимум. — Не боись, я страхую, — даже не прикасаясь к ногам девушки и не поддерживая убеждает Джису, ожидая, когда та завершит их часовое украшение ёлки финальным штрихом. — Видно. Звезда на макушке, ёлочные игрушки развешаны, почти всё готово. Лиса опускается на землю, избежав гипса на предстоящий год, и идёт к удлинителю, да бы полностью закончить начатое их общее дело. Протягивает ближе к ёлке и вставляет в разъём вилку от гирлянды, моментально осветив дерево, а заодно и всю комнату. В помещении воцарился уют. По-настоящему домашний, новогодний, семейный. — Красота... — на выдохе говорит Джису, чувствуя, как руки Лисы ложатся на талию, которая также завороженно смотрит на результат их работы. — Самая красивая ёлка, которую я видела! — Лучше родительской? — Ну от той и вайб другой, — уклоняется Лиса от ответа, поворачиваясь лицом к девушке и обхватывая ладонями её лицо, — самая главная - не какая именно это ёлка, а с кем была наряжена. Для меня ценно всё, что касается тебя, нас двоих. Джису с улыбкой на лице, ощущая приятно разливающееся чувство в животе и груди, называемое бабочками, тянется к губам Лисы. Та охотно отвечает. Мягко, тягуче, не торопясь. Девушки понимают - сколько бы слов не было сказано, речей и цитат не процитировано - лучше всего передать чувства к человеку возможно действиями, физическим контактом, телесными прикосновениями. Естественно, этим можно заниматься с кем угодно: и в целях опыта, и в целях обучения, расслабления, но действия из этого списка никогда не сравнятся с теми моментами, когда ты целуешь губы любимого человека, прикасаешься к его коже, волосам, рукам, чувствуешь от него инициативу, теряя голову и останавливаясь во времени. Так и Лисе кружит сознание от Джису. Так и Джису забывает дышать из-за Лисы. — Спасибо тебе. Ещё раз спасибо, — шепчет Лиса, медленно отдаляясь от девушки напротив, — Для тебя это много значит. — Ли, всё в порядке. Более чем. Давай просто помолчим сейчас, — с закрытыми глазами, прижавшись ко лбу блондинки своим, отвечает вполголоса Джису. Нет желания рушить идиллию и спокойствие, которого так долго в жизни не было. Правильнее сказать - Джису даже не помнит, когда в последний раз оно было. Душа мечется с шестнадцати лет, тесно ей в биологической оболочке. Больно ей было, кричать хотела, а со временем успокоилась, только забилась в углу и молчала, теряя надежды на светлые чувства, счастье, любовь и что принято у людей. На девушке остались два младших брата, навалившаяся словно булыжник на голову ответственность, отсутствие какой-либо поддержки со стороны родственников, отца, которого как не было всю жизнь рядом, так и нет. Хлеб долго выбирает. Мать ушла слишком неожиданно, оставив после себя долги, кредиты и негативную репутацию. Джису было не до скорби, не до оплакиваний человека, а приходилось в одиночестве решать вопрос похорон, поднятий братьев на ноги, зарабатывания денег, впоследствии и о затеях для дальнейшего обучения после школы речи быть не могло. Не успела бы, не смогла бы. Джису было тяжело. И может другим людям хуже, тяжелее, но и ей досталось сполна. Жизненные обстоятельства способны сделать из человека непробиваемый камень, холодный лёд, смотря на который буквально способен ощутить озноб. Как и было со всеми, кого встречала девушка. Молчание, сухие ответы, серьёзность и минимум эмоций - вот, что транслировала девушка в мир, для общества или потенциальных партнёров. А больше ничего и не хотелось. Нет поводов для улыбки, для яркости и жизни в глазах, для желания строить планы на будущее. Не было. А сейчас этот повод стоит напротив, обнимает за плечи, сладко пахнет ванильным парфюмом, всё в том же красном свитере и длинными, прекрасными волосами, похожими на волны. И улыбается. С закрытыми глазами, уткнувшись лбом в чужой, наслаждается моментом. Или может шутку какую-то вспомнила, Джису угадать не может. Но точно знает, что всё хорошо. Есть причины стараться, жить, радоваться, работать и достигать целей, получать удовольствие от простых людских забот. И нет, это уже не давно повзрослевшие братья, а девушка напротив. И Джису понимает, что то, что её спасает, держит на плаву, помогает чувствовать себя человеком и ощущать позабытые, зарытые глубоко эмоции - это существование обнимающей её на данный момент девушки.

***

— Осталось где-то полчасика, — смотря на наручные часы, говорит Лиса, устало развалившись на диван, — Я сейчас лопну. Мне плохо. — Чего тогда столько наела? — со смехом говорит Джису, смотря на девушку, у которой одна рука поглаживает область живота, а вторая безвольно лежит рядом. — А не надо было так вкусно готовить. Я думала мы скромно поужинаем, запьём всё дело красным полусладким, а потом приступим уже к сладкому без "полу", — внезапно проваливаясь в игривое настроение, с ухмылкой на лице и подмигиванием намекает Лиса. — А кто сказал, что это отменено? Разве это не лучшее завершение дня после встречи нового года? — подсаживаясь ближе к девушке, спрашивает Джису. — Только после праздников чтоль считается "лучшим завершением"? Да для меня окончание любого дня с таким финалом будет считаться предпочтительным. И не только день, но и... — За твоим темпераментом не угнаться, — накручивая на палец прядь волос блондинки, усмехается Джису и припадает к её губам, — Я за тортиком. И вином. Предусмотрела и взяла не одну бутылку. Мы слишком много пьём. — Я не против спиться. И ванную из вина принять. И на завтрак пить каждый день, и вообще на винную диету сесть. Такая существует? Если нет, то я её только что создала. — Ясно. Иду только за тортиком. Оставшись наедине с собой на некоторое время, Лиса всё ещё массирует живот и видит, как плывёт перед глазами комната. Голова идёт кругом. Понять не может - от девушки брюнетки за стенкой или от очевидно превышеного градуса в теле. Ещё и на винную диету собралась, про себя думает. Джису приходит с шоколадным тортом - безе, который очень любит и покупает без повода, а Лисе всё равно, что кушать, главное чтобы в названии было "торт", поэтому на выбор вида и начинки совершенно не прикладывала руку. Остаток времени до двенадцати часов проходил за поеданием сладости, запиванием алого алкогольного напитка, просмотром новогодних передач и выступлений, прокручиваемых по телевизору, комфортно озаряющим комнату лампочкам на новогоднем дереве, редкими поцелуями и объятиями, кормлением друг-друга с ложки и смехом, когда кусок падал мимо, не дойдя до рта. — У меня есть для тебя подарок, — нарушает тишину Джису, когда до полуночи остаётся десять минут. — Что? Нет, так нечестно! Мы договорились дарить через некоторое время! Мой ведь ещё не приехал, зараза, — возмущенно и с некоторым страхом восклицает Лиса. Служба доставки не будет достойна своего имени, если не подведёт людей и не задержит неизвестно где и насколько посылки. — Знаю, не переживай. Это от меня. Загадочно покидает комнату на добрые пару минут, оставляя девушки в недоумении и волнении. Любит так делать - неожиданно заставать в расплох. Джису возвращается с белой коробкой среднего размера, сверху празднично украшенной красным бантиком, и ставит на диван, садясь на своё место, тем самым девушки расположились по обе стороны от неё. Лиса в полном сомнении смотрит на девушку, но всё же тянет руки к подарку, пытаясь открыть коробку сверху. На лице застывает шок. То ли визжать на всю планету, то ли затопить её слезами. Ощущение, будто весь спектр эмоций взорвался одновременно и не знаешь, что чувствовать, ведь внутри всего слишком много. В коробке, смотря жёлтыми глазами, будто способные в душу заглянуть, свернув лапы, сидит белая кошка. На вид - средних лет. — Я сейчас заору. — Не надо, соседи вряд ли оценят, а нам ещё жить где-то надо, — протянув руку к лицу девушки напротив, говорит Джису. Состояние ступора сменяется полным умилением и Лиса наконец берёт своего нового питомца в руки, оказавшимся невероятно людимым и ласковым. Спокойная, белоснежная, желтоглазая кошка. Именно та, о которой мечтала Лиса. И какая была у неё в детстве. Данное событие окончательно проветрило голову и протрезвило девушку. — Как ты нашла именно эту породу? Насколько я знаю, у нас в городе таких не было в продаже. Или погоди... Ты в другой город ездила, чтобы её заполучить?! — с расширяющимися глазами спрашивает Лиса, явно всё ещё не отойдя от нахлынувших эмоций. — История об этом умалчивает. — отвечает Джису, довольная реакцией младшей. Счастливая Лиса = Счастливая Джису. Оно того стоило. — Джису... — со слезами на глазах тянет одну руку для объятий к девушке, а второй поглаживает сидящую на коленках кошку, — Ты ведь знала, как я бредила этой идеей. Это так ценно, у меня слов нет, я обожаю тебя. — И я тебя люблю, — поглаживая спину и целуя в щёку девушку, отвлекается Джису, — Уже придумала имя для неё? — А то! У меня уже готов весь список на нашу будущую кошачью семью, — проводя по шерсти питомца, шмыгая и с улыбкой до ушей отвечает Лиса, — её будут звать Лили. — Почти прямо как тебя, — смеётся и умиляется одновременно старшая, — Добро пожаловать домой, новый член семьи, — уже обращается к кошке, умиротворенно расположившейся у Лисы на коленях. Пробило полночь. Первое января. Первый и не последний поцелуй в этом году. Первая совместная встреча нового года. Первое пополнение в семье. Всё будет хорошо. Пока они рядом, готовые осчастливить друг-друга, быть вместе в радости и горе, дарить, в первую очередь, эмоции и воспоминания, преодолевая трудности, невзгоды, падения и препятствия — всё будет. У Джису есть Лиса. У Лисы есть Джису. А теперь у них обеих есть и Лили.