FAT NOTE.

Наступил тот день, что многие в кругу Чревоугодия ждали очень давно: Владыка Цербер избрал грешника, что должен пополнить ряды демонов. — Наконец-то! — говорил демон-тигр Рейзор, ставя тарелку с огромной порцией чего-то, что со стороны напоминало картофель фри, хотя на самом деле было жареными душами с круга жадности. — Новых демонов уже лет 250 не было! — Ага, — согласился с ним демон-волк Амел, ставя рядом небольшую пирамидку из стейков (на сколько небольшой она может быть, при весе в 7 килограмм каждого каждого стейка), — С тех пор как не стало Вельзевула… — печально сказал он. — Жаль конечно… — пыхтя от того, что нес семиэтажный большой торт, говорил Вереск, демон-кролик с зеленой шерстью, что так же является секретарем Цербера, — Вот Люцифер! Накрывать на стол — не моя работа! — поставив несчастный торт на стол, он наконец выдохнул, — Он был лучшим из нас, — они все втроём посмотрели вверх печальным взглядом, — Но всё же, почему босс не дал мне проводить ритуал вместе с ним?! — Я слышал, что в этот раз он решил попросить помощи у одного из Владык. — ответил Рейзор. — Мне кажется, что он позвал Ми́даса. — предположил кролик. — Вот бы это была Лилит… — сказал тигр. — Только бы не Алексус! — воскликнул волк. — Ладно, ребята. У нас ещё много работы. На празднике повеселимся! Пока все демоны круга Чревоугодия были заняты подготовкой к предстоящему празднику, их повелитель в своём кабинете, вместе с другим Владыкой ада готовился к началу ритуала. Цербер стоял у своего стола, беспрерывно смотря на полупрозрачный ларец, в котором лежала душа, что всего через час должна была стать его демоном. — Как удобно, что в твоём круге души такие маленькие, что в ладонь помещаются, — сказал лежащий на находящемся рядом диване белый медведь. Он был слегка полным, белок в его глазах был голубым, а зрачки темно-синими. На нём был одет голубоватый мятый спортивный костюм, на шее висели большие наушники, а на ладонях виднелись пентаграммы, — А то у себя я постоянно в них врезаюсь, когда они посреди прохода льдом вечных кошмаров покрываются, — он сменил позу, в которой лежал на диване, — Блин, у тебя такой необычный диван, — подметил он, — Такой мягкий и упругий. Брат, из чего он? — Жир и плоть, — ответила правая голова Цербера. — Это наверное как на животе одного из твоих ребят лежать, — усмехнулся белый медведь. — Да, — утвердительно кивнув сказала левая голова Цербера, — Только, когда ты лежишь на чьём-то животе, он ещё немного опускается и поднимается. — Не отвлекаться! — прикрикнул Цербер, — Кóматоз, не называй меня сегодня при подчинённых «братом». То, что ты в кругу Лени позволяешь своим демонам говорить с собой, как с соседом по квартире, не значит, что я это своим тоже позволяю, — он посмотрел на свои боковые головы, — А вы, продолжайте повторять речь. Или я завяжу вам рты на весь вечер. — Да поняли мы! — обиженно ответили боковые головы Цербера, — Мы и так её помним! — Как скажешь, Цербер, — ответил Владыка Лени. — Ты же взял свою официальную одежду? — Взял я её, взял! — недовольно ответил Кóматоз. — Смотри мне! В этой современной одежде смертных я тебя не пущу к ритуалу и заставлю бежать за официальной одеждой на круг Лени и обратно. — Я сейчас в этом, потому что так удобнее. — Ты слишком много берёшь от смертных. — Брат, ты просто не понимаешь какие крутые вещи для облегчения работы и обеспечения комфорта создают смертные. Телевизоры, телефоны, компьютерные игры, кондиционеры, интернет, кресла-мешки, роботы… — Хватит! — рявкнул на него Цербер, — Я тебя понял, — он взял в лапу кисть и банку со своей кровью, после чего начал рисовать на крышке ларца символы. — А что хоть за смертного ты выбрал? Мне отсюда не видно, — не отрываясь от дивана и пытаясь хоть что-то разглядеть сказал Кóматоз. — Эрвин Котрейн. Умер в возрасте 27 лет. Был учёным и примерным семьянином, но злоупотреблял едой и алкоголем. Погиб при несчастном случае, когда на него упал большой обломок потолка. Вид — соболь. — он закончил рисовать символы, после чего они начали светиться. От каждого символа пошёл небольшой луч, устремляющийся в голову будущего демона. — Стоп. А разве Вельзевул не был соболем? — ОН БЫЛ ХОРЬКОМ, ИДИОТ! — одновременно со злостью прикнули все три головы, — КАК ЭТО МОЖНО БЫЛО ВООБЩЕ ЗАБЫТЬ?! — Спокойно, спокойно, — поспешил успокоить его медведь, — Ты же меня знаешь: я если в зеркало не смотрюсь несколько дней, забываю что я как белый медведь выгляжу, — попытался успокоить его Кóматоз, но ни одна из голов Цербера его не слушала, смотря в другую сторону, — Не обижайся, брат. Ты думаешь, я сам по нему не скучаю? Он был отличным парнем, но никто не мог предугадать, что один из падших ангелов каким-то образом вырвется. Я ведь даже в его память оторвал зад от своего дивана, чтобы заменить его сегодня. — И чтобы приклеить свой зад к моему дивану, — ответил Цербер. — Ладно, извини. Эмоции не сдержал. — Не так и сильно мы от смертных отличаемся, — улыбнулся Кóматоз. — Кстати, а можно вопрос по поводу того парня, которому ты прототип тетради отдал? Ты его тоже демоном сделаешь? — Да. — А мог нам отдать! — сказала левая голова. — Жирные феньки ведь такая… — не успел он договорить, как Цербер щёлкнул зубами и рот Левого зашился толстой красной нитью. — А если он вдруг не к тебе попадёт после смерти? — В этом можешь не сомневаться, — ответил Цербер. — Если смертный воспользуется тетрадью одного из нас, то для него это считается как главный грех. Так что его попадание ко мне уже предопределено. Хотя, даже без тетради я уверен что он попал бы сюда. — Ясно. И как же он использует твою тетрадь? Дай угадаю: мстит девчонкам, что его отвергают? — Не-а. У него к девушкам нет никакого интереса. — То есть, он… — Нет. Лилит сказала, что он асексуал. — Аааа. Ну понятно. Тогда зачем она ему? — Мстить хулиганам. — А я почти угадал, — слегка ухмыльнулся Кóматоз. — А сколько у нас осталось времени? — Десять минут. — Уже?! Ладно, я пошёл переодеваться, — сказал Кóматоз, лениво вставая с дивана. — Что-ж, — Цербер взял ларец с душой в лапы. Символы на крышке перестали светиться и пропали. — Нужные знания заложены. Время начинать. Все демоны круга чревоугодия собрались в одном огромном зале. По всему помещению были расставлены большие круглые столы, что едва выдерживали вес всей той еды, что на них стояла. У противоположной от входа стены стоял алтарь «Поглощения тьмы», состоящий из двух платформ, одна из которых предназначалась для Цербера, а вторая, в этот раз, для Кóматоза и большого котла с изображением истинной формы Цербера, внутри которого был дьявольский ихор, чёрная, густая, постоянно движущаяся жидкость. Перед алтарём стоял большой квадратный стол, с троном в виде открытой пасти. В пяти метрах перед ним стоял ещё один стол, что предназначался для нового демона. На этом столе было семь больших тарелок: на первой была пирамида из семи семикилограммовых стейков, во второй была огромная порция чего-то похожего на картошку фри, с семью соусами на выбор, на третьей семь больших, размером с чью-то голову, бургеров с разными начинками, на четвёртой была большая порция мороженого из семи вкусов, на пятой была паэлья с семью видами морепродуктов, на шестой была большая порция карбонары, а на последней был огромный семиэтажный торт. Всё собравшиеся с нетерпением ждали начала церемонии. И вот, наконец, оба Владыки вошли в зал. Цербер и Кóматоз подошли к алтарю и встали на платформы. — ЧРЕВОУГОДИЕ — КРУГ АДА, ГДЕ ДЛЯ БОЛЬШИНСТВА ГРЕШНИКОВ ЕСТЬ ЛИШЬ ОДИН ИСХОД: — говорили синхронно все головы Цербера, — ЗАКОНЧИТЬ СВОЁ СУЩЕСТВОВАНИЕ, ХРУСТЯ НА ЗУБАХ ДЕМОНОВ, ЧТО ЕГО НАСЕЛЯЮТ. НО СЕГОДНЯ, ОДИН ИЗ ТЕХ, КТО ВСЮ СВОЮ ЖИЗНЬ ПРЕДАВАЛСЯ ПОСТОЯННОМУ ОБЖОРСТВУ, ПОЛУЧИЛ ШАНС ЗА ВСЁ ТО, ЧТО ОН СДЕЛАЛ ПРИ ЖИЗНИ САМОМУ СТАТЬ ОДНИМ ИЗ НАС. ВОЗРАДУЙТЕСЬ, НЕНАСЫТНЫЕ ДЕМОНЫ, СЕГОДНЯ ЕЩЁ ОДИН ГРЕШНИК СТАНЕТ ОДНИМ ИЗ НАС! — все подчинённые Владыки Чревоугодия ликовали, — НАЧИНАЕМ РИТУАЛ, — объявил он. — Кхм… — Кóматоз встал на одно колено протянув лапы, в которых был открытый ларец с душой соболя вперёд к Церберу. Цербер же выставил перед собой одну лапу и зубами оторвал от неё небольшой кусок своей плоти. Рана быстро зажила, а оторванный кусок он выплюнул в другую лапу, — Пусть сей смертный вкусит плоть Цербера, связав себя со своим владыкой и став ему подобным, — Цербер нал просовывать кусок мяса в пасть грешнику, хотя сам этот кусок был по размеру как половина этой души. И тут же, не смотря на то что душа соболя находилась без сознания и не ощущала ничего происходящего вокруг, соболь почувствовал вкус плоти Цербера. Вкус, что когда-то прочувствовали все демоны чревоугодия: невиданная концентрация жира и холестерина, будто тебе в рот положили всё, что кто-то съел за свою жизнь. Когда этот кусочек был проглочен, Кóматоз перевернул ларец. Душа упала в котёл. Дьявольский ихор начал двигаться в нём, словно это водоворот, впитываясь в соболя. В то время как сам котел начал сиять красным светом, а под ним начала появляться пентаграмма. Спустя минуту, оба Владыки опустили передние лапы в котёл, после чего резко подняли оттуда уже ставшего демоном грешника, поставив его резким движением на пол. Внешность соболя изменилась: он стал выше, его шерсть стала грубее, темнее и растрёпаннее, когти и зубы стали больше, глаза стали темно-красными и более дикими, на нём уже появились чёрные шорты и, разумеется, он стал немного толще. — Кхе-кхе, — оказавшись на полу, он пришёл в сознание и начал откашливаться. — Что происходит? Где… А, точно. — внезапно, он вспомнил свою смерть и понял, что стал демоном. — Всё что тебе нужно знать, ты уже знаешь, — сказал Цербер, спускаясь с платформы и подходя к нему. — Надеюсь, никаких возражений у тебя нет, Эрвин Котрейн. — Да. Их нет. — спокойно ответил тот. — Тогда хорошо, — он взял его за лапу, подняв с колен. — С этого дня, к нам присоединяется Эрвин! — крикнул на весь зал Цербер. Все демоны радостно завопили. Новенького посадили за его личный стол, выставив перед ним тарелку со стейками. Соболь чувствовал себя очень голодным и начал с аппетитом уплетать свою еду. Другие демоны не стали тоже отставать и быстро накинулись на еду. Кóматоз и Цербер же сидели за личным столом Владыки Чревоугодия и наблюдали за происходящем. — Эй, Цербер, — сказал Правый. — можно мы с Левым присоединимся к остальным? — Пожалуйста, — попытался состроить щенячьи глазки Левый. — Ладно, — ответил Цербер после чего оторвал боковые головы от себя. У них быстро отрасли тела и они с радостью накинулись на всё, что было на круглых столах. — А им походу весело, — сказал Кóматоз. — Здорово ты придумал, из приёма новенького целый праздник сделать. Вон, все по очереди даже подходят к нему и спрашивают что-то. — Они задают ему только один вопрос, — таинственно произнес Цербер. — «Ты всё ещё голоден?» — немного ухмыляясь сказал он, смотря на нового демона. Он уже доедал последний стейк, на его лице было много жирных пятен, а живот немного вздулся. — Кстати, какое у него интересное меню. Стейки, любимое блюдо Алексуса, картошка, которую обожает Ми́дас, любимые бургеры Вархара, моё любимое мороженое… — Да, ты всё правильно понял. Это любимая еда каждого из Владык. И сделана она из душ грешников с соответствующих кругов. — Так вот зачем ты их у меня выпрашивал. А в этом есть какой-то символизм? — Да. Еда ему будет даваться в порядке «Спуска в ад». Гордыня, жадность, гнев, лень, зависть, похоть и, наконец, чревоугодие. Когда он всё съест, это метафорически символизирует то, что он спустился до нас. — Только если он всё съест, — саркастично сказал Кóматоз. — Мне кажется, ему уже стейков хватило. Слабоват его желудок, для демона чревоугодия. — Это только первый день. Тело не адаптировалось, — сказал Цербер. Но тут он внезапно довольно жутко улыбнулся. — И он всё съест. А хочет он этого или нет — им не интересно. Эрвину подали картошку фри. Уже от съеденых стейков ему уже было плохо. Продолжать не было никакого желания, по этому чисто из приличия он съел ещё немного и откинулся на спинку своего стула. — Ей, как ты? — к нему подошёл Рейзор. — Есть ещё хочешь? — Нет, — сказал демонический соболь, держась за свой слегка надувшийся живот. — Было очень вкусно, но… *отрыжка*… прости. Я уже наелся. — Всё с тобой ясно, — тигр отвернулся от новенького и закричал на весь зал. — Он уже сдулся! Навались народ! — Что происходит? — испуганно сказал новоиспечённый демон. И в друг ему в рот засунули целую охапку картошки. — Слишком быстро ты сдался, — сказал Рейзор. Вытаскивая лапу изо рта соболя. — Но сейчас мы тебе поможем. Добро пожаловать к нам! Демоны подошли к столу новенького и начали насильно кормить его. Они просто брали голыми лапами еду из его тарелок и совали ему прямо-таки рот. Он как-то пытался сопротивляться и отбиваться от них, но увы. Как новичок, он не мог ещё ничего противопоставить более сильным и более толстым демонам. Порция картошки уже быстро закончилась, так что в ход уже пошли бургеры. Четверо демонов держали его, два из которых держали передние лапы, а ещё два держали его челюсти открытыми, когда к нему подошёл демонический волк, с большим бургером в лапах. — Я Амел. Приятно познакомиться. Будем друзьями? — сказал он, после чего начал целиком пропихивать бургер в горло соболя. — Только не обижайся за это. Мы все через это прошли. Когда последний бургер был скормлен, живот Эрвина вырос до размеров трёх мячей для фитнеса. Он еле дышал и уже сам не мог едва пошевелиться. — Пожа… *отрыжка*…луйста, хватит. Я уже не могу дышать… — Не боись, — к нему подошёл Вереск, держа огромную миску с мороженным в лапах. — Не задохнëшься! За-то, я помогу тебе ускорить процесс. — он провёл когтем по его животу когтем. Линия, где прошёл коготь засветилась, и на её месте появился еще один рот. Несколько демонов взяли по ложке и начали пропихивать соболю в разные рты мороженое, оставляя пятна на его мехе. Тоже самое произошло и с паэльей и с карбонарой. Его живот по размеру был как два автомобиля. Но это было ещё не всё, ведь остался торт, который по размеру был как всё предыдущее вместе взятое. Каждый демон в этом зале взял он него по кусочку так же запихнул ему в один из двух ртов. Это продолжалось до того момента, пока и торт полностью не исчез в его желудке. Живот Эрвина был таким большим, будто внутри был живой слон. Его лицо и его живот были полностью в остатках всего, что соболя заставили съесть. А сам Эрвин уже был без создания. Все, кто в этом участвовали, стояли вокруг него и обсуждали его успех в этом деле. В то время как двое Владык всё ещё сидели за своим столом, смотря на всё это издалека. — Кажись, я понял почему ты именно меня позвал, — сказал Кóматоз. — Остальным это явно не понравилось бы…

FAT NOTE. Дополнительная информация.

Демоны и падшие ангелы не являются одними и теми же существами. Падшими ангелами являются ангелы, что попытались пойти против Бога.