Улыбка, которую она больше не увидит

Каникулы быстро закончились, и вот я снова в Неверморе. Прошло всего пару дней, а у меня уже есть, что рассказать. Во-первых, у нас новый директор – выпускник Невермора, на первый взгляд обычный мужчина. Но опыт показал мне, что здесь мало кому можно доверять, учитывая, что у меня появился сталкер и скорее всего, это кто-то из школы. Зато я узнала очень интересную новость: Тайлер сбежал из-под охраны две недели назад, в тот день, когда я уезжала из Невермора. Уэнсдей зашла в кафе «Флюгер» впервые после каникул. Несмотря на не самые приятные последние воспоминания, связанные с этим местом, она подошла к барной стойке и заказала 4 порции эспрессо. Невольно в голове всплыли воспоминания о первой встрече с Тайлером. Сидя за тем самым столиком, где она сидела обычно и держа в руках свой кофе, Уэнсдей погрузилась в свои мысли. Как бы она не хотела этого признавать, но ей всё ещё было трудно принять тот факт, что её смогли так легко обвести вокруг пальца. Она ненавидит ошибаться. Тем самым чудовищем и серийным убийцей оказался тот, кто всегда был так близко. Обычно личности с жуткой уголовной биографией привлекают её внимание, но не в этом случае. Тайлер предал её, лгал и оказался марионеткой Лорел, и теперь было неясно: являлись ли его чувства к ней искренними, или это тоже было частью плана? Уэнсдей злилась, что смогла поддаться чувствам и поцеловала его. А она сама любила его? Ответа на этот вопрос она не знала. Она вышла на улицу. Из размышлений её вывел разговор помощницы Шерифа по телефону. — Насчёт… Тайлера. Его заметили в лесу, недалеко от Невермора примерно три дня назад. Уэнсдей резко остановилась. Развернулась и быстрым шагом направилась обратно в школу. Осознание, что он рядом, заставило её сердце биться быстрее. Что это было? Ярость? Тревога? Страх? Но разве она его боялась? В тот момент, когда он душил её в облике чудовища, она не боялась умереть. Она не боялась его. Она его ненавидела. Какого это? Проигрывать? У нас тут что-то вроде дежавю, да? Лорел сказала, ты мертва. Ты как таракан. И как понять, когда он показывал настоящего себя? Какой он на самом деле?

***

— Недалеко от Невермора значит… — Уэнсдей складывала в свой рюкзак всё необходимое для «похода» (верёвку, электрошокер, нож). «Куда ты собираешься?» — жестом спросил Вещь. — На поиски Тайлера. Ты идёшь со мной. — не отвлекаясь от сборов и не смотря в его сторону, сказала Уэнсдей. «Зачем?» — вновь спросил Вещь. Она немного задумалась, опустив взгляд. — Мы не договорили тогда. Нас прервал его папочка. У меня ещё остались вопросы. — Посмотрев на Вещь, ответила она. — То самое место, где я почти умерла. — Уэнсдей стояла напротив входа в склеп Крэкстоуна. Переглянувшись с Вещью, она направилась в сторону леса. Вскоре она наткнулась на знакомую местность. Здесь произошла последняя встреча с Тайлером. Уэнсдей прошла ещё немного и осмотрелась. Взгляд остановился на теле, лежащем на снегу. Она быстрым шагом пошла к нему. Находясь на таком расстоянии, когда уже можно было определить личность, Уэнсдей остановилась. Это был Тайлер. Она подошла ещё ближе. Он был без одежды. Всё его тело было в крови. Покрыто многочисленными следами от когтей чудовища. Он выглядит, как жертва Хайда. Но если Хайд – это он сам, тогда что произошло? На груди выделялась самая большая и глубокая рана. Её глаза расширились. Она опустилась на колени и проверила его пульс. Его не было. Он не дышал. Мурашки побежали по её телу. Она начала прикасаться к нему рукой, чтобы вызвать видение. Когда она положила ладонь на его грудь, там, где находится сердце, то упала на снег, потеряв сознание.

***

Тайлер сидел в ванной, обхватив голову руками. — Уходи… Уходи! — Теперь я – часть тебя. И теперь ты принадлежишь своей хозяйке. Ты будешь делать всё, что она скажет. — собственный голос в голове звучал неузнаваемо. — Нет! — У Хайдов нет такого слова. Ты должен убить человека. — Нет!

***

Опираясь руками на стол, Тайлер тяжело дышал. Он начал вспоминать, что произошло, когда он перевоплотился. Много крови, крик жертвы ... и этот вкус. Его сейчас стошнит. Он резко швырнул все предметы со стола. Из горла вырвался отчаянный крик. Хорошо, что он был дома один. Тайлер упал на пол, ударяясь об кровать. — Ну давай, ещё заплачь. Он со злостью пнул комод напротив. — Заткнись! Убирайся из моей головы! — Сказал он, закрывая уши. — Тебе от меня не избавиться. Эхом прозвучало вновь.

***

Он стоял напротив зеркала в ванной. — Ненавижу тебя! — закричал он на своё отражение. Парень в зеркале издевательски улыбнулся. — Да ладно тебе, признайся, тебе это нравится. Он резко поднял голову. В его глазах читались страх, боль и ненависть. Губы задрожали. Он сжал руку в кулак и замахнулся, но рука остановилась буквально в миллиметре от зеркала. Галпин вновь уронил голову. Сердце бешено колотилось. Он медленно разжал кулак. — Слабак. Ладонь резко ударила отражение. Тайлер вошёл в свою комнату, резко захлопнув дверь. Дрожащими от злости руками он схватил канцелярский нож и со всей силой вонзил его в ногу. Он облегченно выдохнул, чувствуя, как пусто и спокойно становится в голове. Ощущение боли разносилось по телу, пока лезвие оставляло длинный и глубокий след.

***

Тайлер лежал на кровати, его глаза застыли в одной точке на потолке. По щекам стекали слёзы. Он не хотел засыпать. Не хотел снова видеть разорванных жертв. Он с ужасом осознавал, что с каждым новым убийством он начинает привыкать к этому. А его вторая личность появляется в голове всё чаще.

***

Он не мог смириться с тем, что убийства действительно стали приносить ему удовольствие. Он ненавидел себя за это. "Ты убийца" — повторял он себе, чтобы вызвать то отвращение, которое испытывал раньше. Но теперь это чувство исчезло. Ванна была до краёв наполнена прохладной водой. Ветер из приоткрытого окна добавлял холода к телу, покрытому мурашками. Но Тайлеру это даже нравилось. Это был своеобразный селфхарм. Его ноги были изрезаны тем самым канцелярским ножом, который теперь лежал под подушкой, но даже это больше не помогало. Он не делал порезы на руках, потому что его рабочая форма состояла из футболки и фартука. Не хотел, чтобы Уэнсдей или отец задавались вопросами. Конечно, он понимал, что их не интересует его психическое состояние, но учитывая, что по городу бродит монстр-убийца, а они как-раз занимаются его поисками – то лучше не вызывать подозрений.

***

Хайд становился частью его сознания, вызывая в нём постоянное желание убивать. — Тебе же это теперь нравится — звучал его голос где-то в голове, и Тайлер уже не мог понять, были ли это его собственные мысли, или они принадлежали Хайду. Монстр, вторая личность и сам Тайлер стали объединяться в одно большое сознание убийцы-психопата. Тайлер уже давно научился скрывать свои эмоции и притворяться милым мальчиком. Но только когда он был рядом с Уэнсдей, его чувства были настоящими. Только с ней он забывал о том, кто он. В его голове не было никаких других мыслей, кроме восхищения и ... счастья? Поэтому он всё больше времени хотел проводить с ней, ведь так он забывал обо всём. До сегодняшнего вечера. Уэнсдей впервые пригласила его на свидание, что могло пойти не так? Сердце Тайлера так трепетало, когда он сидел в машине, дожидаясь девушку своей мечты. Узнав, что это вовсе не свидание, сначала он очень расстроился, но всё равно был счастлив провести этот вечер вместе. Пока не узнал, что она хочет пойти в особняк Лорел. Он стал бояться, что она всё узнает. Уэнсдей ушла, оставив его одного на первом этаже. Вдруг голову заполнили крики людей, которых вот-вот разорвут, и по телу пробежали мурашки. Тайлер зажмурился и схватившись за кудри, попытался их вырвать. К крикам добавилась тревога и страх потерять Уэнсдей. И страх того, что теперь его единственный способ убегать от реальности перестанет работать. Голова закружилась, ноги его едва удерживали. Он почувствовал, что монстр сейчас вырвется наружу. — Бегите, он здесь! — единственное, что успел закричать Тайлер, прежде чем упал на пол, не найдя опоры. В этот раз всё было по-другому. Он остался в сознании. Поэтому пытался сопротивляться самому себе, чтобы не навредить девочкам. Но желание разорвать их на части продолжало ударять в голову. Он резко остановился. Впервые за долгое время он испытал настоящую ненависть и отвращение к себе. "Нет! Нет! Нет!" Закричал он в мыслях, чувствуя, что его сознание скоро отключится. Контроль над разумом ослабевал, давая волю монстру. Девочки успели сбежать. "Ненавижу тебя! Умри!" — Тайлер оставил рану на груди своими когтями и начал превращаться обратно. В голове опять всё утихло. Тайлер улыбнулся. "Я нашёл ещё один способ"

***

За окном была глубокая ночь. Пустой взгляд Тайлера был прикован к стене напротив. На его удивление, внутри больше не было боли. Или может, он настолько привык к ней, что она стала частью его души. Ведь не было ни дня без её даже малейшего, едва ощутимого присутствия. Не осталось и слёз. Хоть он плакал редко – сейчас не мог, и ему не хотелось. Даже ненависть в нём исчезла. Он больше ничего не чувствовал. Сегодня Уэнсдей согласилась быть не просто друзьями. Впервые поцеловала его. Сама. Это был первый и самый лучший поцелуй в его жизни. И последний. Прямо во время поцелуя к ней пришло видение. У неё часто такое бывает. В такие моменты она узнаёт всю правду. Он понимал, что это рано или поздно произойдёт. Но всё равно наивно надеялся, что этого не случится. Только не сейчас, когда она стала доверять ему. Только не сейчас, когда они стали так близки. Только не во время их первого поцелуя… Видимо и вправду говорят: чего боишься – то и случится. По её взгляду, когда она открыла глаза после увиденного, Тайлер всё понял. Она всё узнала. И выбежала на улицу. В её глазах читался шок. Перед глазами появились истерзанные тела. Но и это не вызвало в нём никаких эмоций. — Я вижу, ты наконец сдаёшься. "Он снова здесь" — подумал Тайлер. — Я всегда здесь. Просто ты внушаешь себе, что меня нет, причиняешь физическую боль, стараешься заполнить свою голову чем-то другим, думая, что это помогает, но это не так. Ты постоянно пытаешься убежать от меня, прогнать из головы. Но ты лишь убегаешь от себя. А это бессмысленно. В конце концов, ты устанешь бежать, и я догоню тебя. — Уэнсдей никогда не простит меня. И я не смогу смотреть ей в глаза после всего этого. Мы не сможем быть вместе. Галпин ощутил странное чувство, которое было похоже на то, когда он становится монстром. — Больше нет смысла сопротивляться. — закрыв глаза, прошептал он. Глаза открылись. Взгляд был совершенно другим. А на лице появилась жестокая улыбка.

***

Несмотря на уже полный контроль, Хайд всё ещё чувствовал неуловимое присутствие Тайлера. Особенно в полицейском участке, когда у него чуть не пошли слёзы, что совершенно не соответствовало его только что сказанным словам, из-за чего ему пришлось так быстро уйти. И когда, притянув её к себе, он в последний раз заглянул в её глаза, перед тем, как убить.

***

Яркий дневной свет заставил зажмурить глаза от слишком резкого пробуждения. Далее появилось ощущение мокрого снега под телом и запах леса. Он всё же открыл глаза, щурясь от света. Такое чувство, что он находился в отключке несколько дней. Голова заболела ещё больше, а в глазах резко потемнело, когда парень принял сидячее положение. Перед глазами всё плыло, но ему удалось сфокусировать взгляд. Он заметил отсутствие одежды. И кровь. Чужую. Он ничего не помнил. Вдруг в голове резко стали появляться воспоминания. Записка от Уэнсдей. Цепи. Её пытки электрошокером. Полицейский участок. Уэнсдей с подвешенными на цепях руками и кровью на виске. — Я чуть не убил её. — от осознания произошедшего его будто ударило током. Он схватился за голову дрожащими руками. Сейчас он чувствовал так много, что казалось, голова взорвётся. Он чувствовал ненависть. Такую сильную, какую ещё никогда не испытывал. Он ненавидел Хайда. Ненавидел Лорел. Своего отца. Маму, от которой он унаследовал это. Но больше всего он ненавидел себя. За то, что позволил Хайду сделать это. За то, что так сильно влюбился в это мрачное совершенство с завораживающим взглядом, зная, что произойдёт в конце. Тишину пустого леса прервал оглушительный крик. Долгий, мучительный и отражающий всю боль, хранившуюся в сердце. Взгляд был полон отчаяния и осознания безысходности. Тайлер был прав, когда думал, что голова взорвётся. Он начал превращаться в Хайда. Крик сменился на рычание. Острые когти стали оставлять глубокие царапины по всему телу, будто пытаясь содрать с себя кожу, содрать с себя Хайда. В голове всплыло воспоминание о ране, оставленной своей же рукой. Тайлер посмотрел на свою руку с длинными когтями, тяжело дыша. Медленно направил их на свою грудь. "Я люблю тебя, Уэнсдей" Пять когтей резким движением вонзились прямо в сердце. Он упал на снег, превращаясь обратно в человека.

***

Уэнсдей открыла глаза. Рядом с ней лежал Тайлер. Она поднялась на колени. Её рука всё ещё лежала на его неподвижной груди. Она посмотрела на него. Теплая слеза обожгла холодную кожу щеки. Это был третий раз, когда она заплакала. Она снова потеряла того, кто был ей дорог. Первая слеза упала на снег. На этот раз потеряла навсегда. Вторая. Он действительно был ей дорог. Третья. Это был первый парень, который ей понравился. Четвёртая. Он не был виноват. Пятая. Он действительно любил её. Шестая. — Я тоже люблю тебя, Тайлер. По-настоящему. Седьмая. После этой она перестала считать. Она удивлялась тому, как много в ней было слёз. Даже больше, чем было раньше. Она закрыла глаза, мысленно вспоминая его улыбку. Лёгкая, мягкая и немного глуповатая. Раньше она раздражала. Но теперь она станет самым тёплым воспоминанием в её холодной душе. И, может быть, единственным, которое сможет согреть её.